1.2

Стелла сидела на кровати, руки ее были сложены на груди. Волосы, обычно уложенные, сейчас торчали во все стороны, но фею это, кажется, не слишком-то и волновало. Сейчас она была занята только тем, что с подозрением глядела на лучшую подругу, которая, на одних только носках, пробиралась в их общую спальню. Дверь бесшумно прикрылась за спиной Блум, и та выдохнула про себя. Свет в комнате не горел, а это значило, что подруга еще спит. Кто-то покашлял за спиной девушки — так кашляют, чтобы привлечь к себе внимание. Блум резко выпрямилась, по струнке. С виноватым выражением на лице она повернулась к кровати Стеллы. Та, в неизменной напряженной позе, сидела напротив подруги. Блум махнула указательным пальцем и лампа на прикроватном столике Стеллы включилась. Теперь, когда половина лица блондинки была скрыта в тени, а другую озарял яркий свет, она выглядела еще более недовольной и даже пугающей. Пугала она не тем, что была внешне некрасива, о нет, такого о Стелле не мог сказать ни один человек, волшебник или злостный пикси. Фея Солнца и Луны была прекрасна, куда ни глянь — высокая, с большими медовыми глазами и пухлыми губами, она походила чем-то на нимфу, коей, конечно являться никак не могла. Но сейчас, будто вовсе не моргая, она напоминала Блум строгую учительницу, смотрительницу библиотеки, когда кто-то слишком громко выдохнул, а еще, — забавно, конечно, — тюремную надзирательницу. Стелла наконец опустила руки, уперевшись ими в матрас.       — Ну-ну, — протянула она, не спуская глаз с подруги, — где это мы гуляем так поздно ночью, да еще и (о господи, Блум!) в ночном белье?!       — Мне нужно было увидеть Фарагонду, — Блум виновато опустила голову, а затем вновь подняла, чтобы встретиться с феей-соседкой взглядами.       — И что же такого интересного ты могла ей поведать в столь позднее время суток? — Стелла оставалась непреклонно подозревающей.       — Мне кое-что приснилось… Но, Стелла, давай поговорим об этом завтра! Я очень устала и хотела бы выспаться, пока у нас еще есть на это время.       — Вот как, — Стелла дернула головой, выражая неудовлетворенность этим разговором, — ну что ж, спокойной ночи. С этими словами девушка щелкнула пальцами, и их комната вновь погрузилась во тьму. Блум видела, как ее подруга забирается на кровать и плотно задергивает прикроватные шторы — как они там называются, кажется, паланкин. Раньше она их не задергивала, тем самым выказывая Блум, что не боится, если та увидит, как по ее красивому лицу ночью стекает капелька слюны. Но теперь Стелла точно обиделась. Конечно, к утру она уже забудет все свои обиды, ведь таить их из-за такой мелочи не в ее характере и попросту глупо, но сейчас лучше не делать попыток объяснить. Блум улеглась на кровати. С большой надеждой на то, что следующий сон не принесет ей страха, она прикрыла глаза.

***

Завтракать подруги уже шли вместе, чуть ли не под ручку. Окруженные остальными Винкс, они переговаривались насчет изучаемых предметов в наступающем году. Стелла, которая обычно относилась к учебе, как к чему-то не важному по жизни, этим утром была особенно восторженна полученным перечнем дисциплин. Раньше, заходи речь о школе, фея Солнца и Луны только морщилась, не интересуясь обсуждением хороших отметок или нового домашнего задания. Эта перемена показалась Блум интересной — видеть подругу в таком неестественном для нее образе немало как удивительно.       — …худшие отметки в классе, — до ушей Блум донесся голос Флоры, девушка настолько глубоко погрузилась в собственные мысли, что не слышала половины сказанного.       — Благодаря вам, — с искренней благодарностью отозвалась Стелла, — ну и нашим небольшим сражениям с этими сумасшедшими ведьмами. За завтраком, большей частью, молчали, лишь изредка комментируя вкус того или иного блюда. Блум решила придержать разговор с подругами до того момента, как они окажутся наедине. Нечего было делиться секретами в присутствии других учениц Алфеи. И хоть тех было по пальцам пересчитать, — многие еще не приехали, — девушка все же не решилась обсуждать волнующую ее тему в присутствии малознакомых фей и, конечно, учителей, которые внимательно глядели на своих подопечных из-за преподавательского стола. Гризельда сегодня была особенно хмурой. Женщину и без того нельзя было назвать лучом дружелюбия, а уж сейчас она походила на недовольного мопса — следы бессонной ночи синели под ее глазами пятницами, брови были сдвинуты к переносице, а морщинок на лице стало, казалось, вдвое больше. Интересно, чем таким важным заняты Фарагонда с Гризельдой по ночам? Отзавтракав, Винкс вернулись в общую гостиную. Им повезло, три спальные комнаты, — каждая рассчитана на двух девушек, — объединяло общее просторное помещение с широкими диванами, дополнительными письменными столами и мягкими ковриками, где девочки могли собраться вместе, обсуждая предстоящий учебный год, пережитые ими трудности и, ну конечно же, специалистов. Специалисты — ученики школы Красный фонтан, по большей части, это были юноши, которые обучались защищать магический мир, полагаясь лишь на свои физические способности, ум и находчивость. Первая встреча Блум со специалистами случилась на Земле, в городе, где она прожила всю свою сознательную жизнь — Гардинии. Блум хорошо помнила тот день, ведь он оказался для нее знаменательным. Именно тогда она впервые встретилась со Стеллой, — своей наилучшайшей подругой, — узнала о том, что сама является феей и поняла, как опасен магический мир, сражаясь с троллем. Тогда специалисты помогли им со Стеллой отразить атаку тролля, произведя на Блум неизгладимое впечатление своими умениями бороться со злом без использования магии. Феи рассредоточились по гостиной. Муза — фея азиатской наружности с короткими иссиня-черными хвостиками и взбалмошным нравом — опустилась на диван, кладя голову на колени другой девушки — новой участницы клуба Винкс, но уже горячо всеми любимой, Лейлы. Лейла запустила руку в волосы Музы, ласково ее поглаживая. Девушки быстро нашли общий язык, сойдясь на теме любви к музыке, танцам и непонимания того, как остальным может быть столь интересно частое обсуждение отношений. Миниатюрная Флора — фея растений, самая спокойная из девочек, но умеющая в нужный момент постоять за себя не только делом, но и словом (ох, у Флоры иногда бывает через чур острый язык) — кружилась вокруг горшков с цветами. Она любовно поливала каждый цветочек, который успела перетащить в общую комнату, создавая уют и наполняя пространство ненавязчивым, но очень приятным ароматом. Стелла опустилась в одно из кресел и взглядом пригласила Блум присесть рядом. Она вытянула ноги, расслабленно откидываясь на спинку и прикрывая глаза. Благодаря Стелле, по полу гостиной были разбросаны модные журналы и кусочки ткани, которым предстояло стать ее очередными шедеврами. Стелла не раз говорила о том, что хочет создавать одежду, приносить в мир красоту не только своим внешним видом, но и делать красивыми других. Хоть со стороны и могло показаться, что фея Солнца и Луны судит о людях по внешнему виду, она все же умела находить красоту во многих вещах, которые к внешности не имеют никакого отношения. Созданные ею образы отличались неординарностью и вызовом, тем самым заслуживая похвалу со стороны некоторых модных изданий — под ее ногой как раз лежал один из выпусков, на обложке которого красовалась Стелла в своем новом платье. Текна — фея технологий с далекой планеты, где ценятся только ум и логичность мысли — быстро-быстро перебирала пальцами по клавиатуре, ее лицо, обычно не выражавшее никаких эмоций при скроллинге ленты, теперь было покрыто тенью удивления и, в какой-то мере, страха.       — Не хотела бы отвлекать вас от пищеварительных процессов, девочки…       — Но прервала, ага, — Муза закатила глаза. Лейла улыбнулась, снова погладив Музу по волосам. Им нравилось проводить время вместе, как будто с появлением Лейлы у Музы наконец-то появилась самая близкая подруга среди Винкс.       — В общем, — Текна, проигнорировав саркастический комментарий, развернула монитор своего карманного компьютера в сторону девочек: из экрана вырвался луч, который растянулся по форме квадрата, как бы транслируя все, что было изображено на небольшом экране, — мне тут удалось попасть в одну базу (прошу, не спрашивайте зачем, вы сами знаете, как долго до нас доходят реальные новости), и я обнаружила это. На экране появилась фотография — девушка в темном костюме, обвитая чем-то наподобие шали, она держится руками за решетку камеры и смотрит прямо вперед себя с таким видом, будто перед ней находится ничтожная мелочь, грязь из-под ее левого мизинца. Волосы девушки коротко стрижены, макияж смазался, образуя под глазами пятна (Стелла прыснула: «Вот же панда»). Чуть ниже фотографии располагался текст на незнакомом Блум языке, состоящем из геометрических символов и крупных точек.       — Прости, Текна, — тихо проговорила Флора, она закончила с поливом и подошла к Блум, приобнимая ту за плечи, — не могла бы ты прояснить ситуацию?       — Из Омеги сбежала очень сильная ведьма, — вновь подала голос Муза, перебивая собиравшуюся сказать то же самое Текну, — и в тексте пишут, что нужно бросить все силы на защиту артефактов, подпитывающих ядро планет нашей галактики.       — Все верно, — Текна кивнула Музе, — это сообщение было послано правителям многих соседних миров, и я подумала (при этих слова фея будто бы смутилась), что нам стоит быть в курсе происходящего, быть готовыми к тому, что может случиться, если такая сильная колдунья возжелает заполучить волшебные дары Алфеи. Блум всматривалась в изображение ведьмы, лицо той показалось ей смутно знакомым, но она не могла понять почему, ведь, — она была уверена, — раньше они никогда не встречались и в книгах об этой женщине не писали.       — Но ведь покинуть измерение Омега невозможно, — вмешалась в разговор Лейла, — единственный портал, связывающий Омегу с внешним миром находится на моей родной планете и я точно знаю, что он запечатан. Наши русалки каждый день охраняют портал, на случай его открытия, но за многие годы не случалось еще ни одной попытки побега.       — Но как-то же они доставляют туда заключенных, верно? — в этот раз говорила Стелла, она задумчиво наматывала на палец прядь светлых волос. Взгляды девочек устремились на Стеллу. Та, охнув, отпустила прядку волос и переводила удивленный взгляд с одной подруги на другую. Сама того не подозревая, фея Солнца и Луны подняла вопрос, застывший у каждой на языке. И ведь правда, как заключенные попадают в измерение Омега, если главный проход туда запечатан? Значит ли это, что существуют и другие порталы, способные доставить заключенных на планету-тюрьму?       — Ну, — Лейла задумалась, — отец говорил, что преступников обычно перевозят в специальных капсулах или что-то типа того, но я ни разу не замечала полицейских кораблей на Андросе.       — Измерение Омега ведь не… эээ… измерение в прямом смысле этого слова? — подала голос Блум, которая пыталась переварить столько новой информации, что начинала путаться, а ведь ей еще предстояло рассказать подругам о своих тревогах.       — Это планета, как Андрос или Солярия: все эти планеты находятся в нашем измерении, Магикс, — спокойно пояснила Текна, она переключила что-то на компьютере и перед Блум открылась карта трехмерная звездного неба, множество крошечных точек на нем — явно звезды, а те, что больше и переливаются различными цветами радуги — планеты. Планеты кружили вокруг своей оси, а некоторые даже вокруг друг друга. Еле заметные белые линии тянулись от одной планеты к другой, иногда они обрывались в пустоте, меж звезд, а иногда, подобно веткам дерева, от них отходили придаточные, более тонкие, линии, тянувшиеся к планетам поменьше. Несколько крупных точек находились вдали от других, путеводные линии до них не дотягивались. Текна махнула указательным пальцем, карта развернулась таким образом, что перед лицом Блум теперь кружилась яркая крупная планета, она излучала холодный свет, на ней не было ни материков, ни океанов, ее будто покрывала плотная ледяная корка. Девочки внимательно наблюдали за тем, как Текна пытается приблизить карту, но та упорно сопротивлялась.       — Ну вот, у меня нет данных, — голос Текны прозвучал удрученно, ей действительно было обидно за отсутствие какого-то кусочка информации в своем компьютере.       — А эти линии, получается, связывают планеты? — Блум переводила взгляд с одной девочки на другую. Ответила Стелла:       — Ага, с помощью порталов мы можем быстро перемещаться с одной планеты на другую, не пользуясь кораблями. Помнишь, как мы с тобой попали в Алфею? Мне тогда достаточно было перенести нас с помощью магии, это потому что существуют порталы. Ты как бы… — Стела задумалась, а затем щелкнула пальцами, — открываешь дверь с одной стороны, идешь по коридору и выходишь в противоположную дверь. Только ты тогда оказываешься не на улице, а… ммм… в другом здании.       — Глядите, — Текна указала на полупрозрачные линии между планетами, а затем вновь на Омегу, к которой не тянулось ни одной, — портал из Андроса в Омегу запечатан, поэтому туда нельзя попасть привычным способом. Лейла говорит, что полицейские корабли не посещают Андрос, а это значит, что они добираются до измерения Омега другим путем и так доставляют туда преступников.       — Скорее всего они пользуются кораблями дальнего следования, — прошептала Флора, — летят несколько суток с заключенными на борту. Тут резкий выкрик прервал обсуждение. Все еще сидящая в руках Флоры Блум согнулась вдвое, почти касаясь головой коленей. Она прижала руки к вискам и истошно закричала. Боль, пронизывающая ее черепную коробку, была невыносимой, как будто в виски ей медленно вводят крупные иглы. Массируя пальцами больные точки, девушка жмурилась и не переставала иногда кричать. Только крик не помогал ей заглушить боль. По спине и лбу скатывались крупные капли пота, колени тряслись. Проникающий сквозь сомкнутые веки свет вызывал тошноту. Флора сразу же отскочила от подруги, побежав к выходу.       — Я позову медсестру или мисс Гризельду, или кого-нибудь из учителей! Муза подскочила, Лейла прикусила губу, со страхом глядя на Блум. Стелла, которая сидела рядом, боялась пошевелиться — вдруг она сделает только хуже? Текна, заметив, как Блум пытается зарыться лицом в собственные колени, прячась от ярко освещенной комнаты, подбежала к выключателю и щелкнула им. Гостиная погрузилась во мрак, только из-за щелей в задернутых шторах пробивались солнечные лучики, но они не доходили до Блум, и Текна не стала плотнее смыкать ткань штор. Блум показалось, как будто боль начинает утихать. Открыв глаза, она увидела перед собой знакомый стол, на нем располагались книги, перья и, — главный предмет на столе, — большой хрустальный шар — кабинет директрисы Гриффин. Блум, не владея собой, двинулась к шару. Скользнув пальцами по его поверхности, она вдруг столкнула шар на пол. Послышался звон разбивающегося стекла. Темное облачко вылетело из осколков и растворилось в воздухе.       — Что тут творится?! — за спиной девушки раздался голос Гриффин, она всегда говорила громко и четко, сейчас в ее голосе слышалась неприкрытая злоба. Блум повернулась на голос.       — В-вы?! Гриффин ахнула, отступив на шаг. Ее лицо, минуту назад искаженное от злости, побледнело, глаза расширились в ужасе.