Свадьба | Часть 9
27 апреля 2026, 20:25***
Наконец-то наступило четвёртое марта, а значит сегодня мы с Милой едем на свадьбу к Васе и Сариме.
Если честно, после всего, что произошло за последние несколько дней, у меня вообще нет настроения куда-то ехать и тем более веселиться. Ну во-первых, Валера… Я до сих пор не понимаю, почему он так ко мне относится. Вряд ли это потому, что он о чём-то догадывается, откуда ему вообще знать? А если не это, то тогда я правда не понимаю.
Анна резко захлопнула дневник, услышав, как кто-то без стука ворвался в комнату. — Ты до сих пор лежишь? — возмущённо выкрикнула Мила. — Уже десять утра! Аня, лежа на животе, медленно перевернулась на спину, явно испытывая терпение Сафиной. — Мне только одеться и я готова, — улыбнулась Морозова, показывая, что макияж уже сделан, а волосы уложены. — Ладно, — кивнула Сафина. — Я не успеваю накрутиться, так что ты у нас будешь единственная кудрявая, — бросила она напоследок и выбежала из комнаты. Аня закинула голову назад, глядя в потолок. В голове сразу всплыли три имени. Вадим, Вахит и Алия.Первый вызывал странные, смешанные чувства.
С Вахитом же всё было намного проще. Рядом с ним Аня никогда не чувствовала какого-то напряжения. Не приходилось думать, что сказать, как себя вести или как он отреагирует на очередную шутку. С ним было легко разговаривать обо всём подряд, смеяться над какой-нибудь ерундой и просто гулять по городу. Если честно, она бы совсем не отказалась ещё раз провести с ним вечер.Вот только почему-то думала она совсем не о Вахите.
Стоило закрыть глаза, как перед глазами снова появлялся Вадим. Его спокойный голос, уверенный взгляд, Аня даже сама не понимала, почему постоянно его вспоминает, они ведь были знакомы всего ничего, да и виделись-то всего несколько раз. Морозова тяжело выдохнула и перевернулась на другой бок, крепче прижимая к себе подушку. Наверное, всё дело было в том, что Вадим казался ей каким-то... непонятным. Его невозможно было прочитать с первого взгляда. Иногда он спокойно шутил и смеялся вместе со всеми, а уже через минуту становился серьёзным, словно снова надевал какую-то невидимую маску.Но долго думать о нём не получилось.
Мысли сами собой снова вернулись к Алие. Они не виделись уже почти сутки. Вчера утром девушка просто ушла, а вечером так и не появилась в общежитии. Конечно, можно было придумать десятки самых обычных объяснений. Осталась у кого-нибудь из знакомых, задержалась на работе, решила переночевать у подруги. Всё это было вполне возможно. Вот только если бы она действительно где-то задержалась, обязательно нашла бы способ предупредить. Передала бы записку через кого-нибудь, попросила бы позвонить или хотя бы сама на несколько минут забежала бы в общежитие. Аня бы с удовольствием осталась в кровати, продолжая что-то писать в своём дневнике, но времени на это уже не было. Скоро должен был приехать друг Милы - Рома, и девочкам не хотелось, чтобы он долго стоял под домом и ждал их на холоде. С тяжёлым вздохом она всё же отложила дневник в сторону и медленно поднялась с кровати. Дверца тихо скрипнула, и она сразу потянулась к нужному ей платью. Среди не большого количества одежды взгляд зацепился за красное шелковое платье, то самое, которое подарила ей Мила. Платье скользнуло по телу легко, почти невесомо,***
Салатовая девятка быстро ехала по улицам Казани. За окном один за другим мелькали знакомые дома, магазины и автобусные остановки. Машину слегка потряхивало на разбитой дороге, а Рома то и дело объезжал глубокие ямы и лужи, которые остались после растаявшего снега. Аня была очень рада, что Рома снова согласился их подвезти, ведь идти пешком до ресторана в таком наряде ей совсем не хотелось, да и ехать на автобусе тоже. Только представив, как пришлось бы протискиваться между людьми, придерживая платье, чтобы на него никто не наступил, Морозова сразу поняла, что лучше уж немного подождать Рому. Девушка ещё раз поправила платье и осторожно посмотрела на своё отражение в окне машины. Хотелось приехать на свадьбу аккуратной, а не с растрёпанными волосами после получасовой дороги на автобусе. Всё-таки на свадьбе Васи и Саримы сегодня соберётся чуть ли не весь Домбыт, и выглядеть хуже всех ей совсем не хотелось. — Переживаешь? — первым нарушил тишину Рома, обращаясь к Миле. — Немного, — честно призналась девушка. — Всё-таки день важный. Рома понимающе кивнул, а потом посмотрел в зеркало заднего вида. — А ты, москвичка, переживаешь? Аня, задумавшись, не сразу поняла, что вопрос адресован ей. — Москва-а... — с улыбкой протянул Рома. — А? — Морозова резко повернула голову. — Что? — Спрашиваю, переживаешь? Девушка ненадолго замолчала. Если честно, причин переживать было даже больше, чем ей самой хотелось признавать. Во-первых, сегодня она ехала не просто на свадьбу, ведь Вася был одним из Домбытовских, а значит, вместе с ним там будут и остальные, те самые парни, про которых в Казани ходило столько разговоров. Конечно, сегодня никто не станет обсуждать свои дела прямо за праздничным столом, но Аня всё равно надеялась узнать хоть что-нибудь. Иногда достаточно просто понаблюдать за людьми, посмотреть, как они общаются между собой, кто к кому прислушивается, кто принимает решения, а кто, наоборот, молчит. Любая, даже самая незначительная мелочь могла потом пригодиться для статьи. Да и вообще, второй раз оказаться в такой компании ей вряд ли когда-нибудь ещё представится. Упускать такую возможность совсем не хотелось. Но была ещё одна причина, о которой Морозова старалась лишний раз не думать.Вадим.
— Переживаю, — тихо ответила Морозова и снова перевела взгляд на мелькающие за окном улицы.***
Колик немного убавил звук на магнитофоне как раз в тот момент, когда машина свернула к ресторану. Аня сразу перевела взгляд в окно. Перед ними возвышалось большое, довольно аккуратное здание с широким входом и массивными стеклянными дверями. Над ними висела вывеска с надписью «Татарка», выполненная простыми, но заметными буквами. Название было нарочито символичным. У входа уже толпились люди, не меньше двадцати человек. Кто-то курил, кто-то смеялся, а на парковке стояло ещё с десяток машин, и было очевидно, что гости продолжают подъезжать. — Блин, уже почти все зашли, — пробормотала Мила, вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть вход. — В смысле «почти»? — Аня искренне удивилась. — То есть это ещё не все? Рома усмехнулся, бросив быстрый взгляд в зеркало. — Аңлашылды-ы, Мәскәү әле беркайчан да татар туенда булмаган икән. Аня закатила глаза и отвернулась к окну. Её раздражало не то, что они говорили на татарском - наоборот, это было даже красиво. Раздражало другое, они почему-то вспоминали о своём языке исключительно в те моменты, когда она выглядела глупо или чего-то не понимала. Машина плавно остановилась. Рома заглушил двигатель, и музыка, игравшая всю дорогу, резко оборвалась, оставив после себя непривычную тишину. Как только они вышли на улицу, морозный воздух сразу ударил в лицо. Аня машинально запахнула пальто и только потом перевела взгляд на Милу. Та выглядела просто потрясающе. Светлые волосы, идеально выпрямленные, тяжёлыми ровными прядями спадали почти до середины спины, на ней было тёмное приталенное платье длиной чуть ниже колена. Ничего вызывающего, но сидело оно настолько удачно, что сразу подчёркивало тонкую талию и стройную фигуру. Поверх платья Мила накинула светлое пальто, которое уже на ходу начала медленно расстёгивать, завершали образ аккуратные туфли на небольшом каблуке и маленькие серьги, которые едва заметно поблёскивали, стоило ей повернуть голову. Морозова невольно улыбнулась. За всё время их знакомства она ещё ни разу не видела Милу такой красивой. Конечно, девушка всегда следила за собой, любила красиво одеваться и никогда не выходила из общежития не накрасившись, но сегодня она выглядела совсем по-другому. — Пойдёмте быстрее, — бросила Мила, уже направляясь к входу. Рома закрыл машину, и вся компания двинулась за ней. Уже подходя ближе, Аня начала вглядываться в лица у входа. Из всей толпы она узнала только Цыгана, он весь такой красивый, в черном костюме, сидел на низкой лавочке сбоку от двери, ссутулившись от холода и держа в пальцах сигарету. Дым тянулся вверх и тут же растворялся в морозном воздухе. Через пару секунд его заметили и Рома с Милой. — Цыган! — окликнул Рома, повышая голос. Парень не сразу понял, откуда его зовут. Он приподнял голову, оглянулся по сторонам, щурясь, и только потом посмотрел прямо. Узнав своих, он сразу расплылся в широкой улыбке и поднялся с лавочки, стряхивая с куртки невидимый снег. Парни крепко пожали друг другу руки. Милу и Аню Цыган притянул к себе по очереди, приобняв. От него пахло табаком и холодным воздухом. Аня невольно поёжилась. Мороз всё ещё держался, не такой, как ночью, но достаточно неприятный, чтобы стоять на месте было некомфортно. Холод пробирался под пальто, цеплялся за ноги, и от этого хотелось поскорее зайти внутрь. — А ты чего не в зале? — спросила Мила, обхватывая себя руками и чуть прижимаясь к плечам, чтобы согреться. — Да молодожёны ещё даже не приехали, — пожал плечами Цыган. — А мне покурить захотелось. Он затянулся в последний раз, выдыхая дым в сторону. Мила кивнула и на секунду перевела взгляд ко входу в ресторан. У дверей по-прежнему толпились гости. Она машинально пробежалась взглядом по толпе, будто кого-то искала, но почти сразу снова посмотрела на Цыгана. — А где остальные? — спросила она. — Я имею в виду... Жёлтый, Грифон? — Уже внутри, — ответил Цыган, бросая окурок под ноги и тут же растаптывая его носком ботинка. — Там Грифон уже, походу, разогнался... сидит пьяный. А Жёлтый ещё не приехал. Мила только закатила глаза. — Всё как обычно... блондинка закатила глаза. Для неё это не стало неожиданностью. Грифон напивался одним из первых почти на каждом застолье, и сегодняшний день исключением не стал. Аня молча перевела взгляд на вход в ресторан. За стеклянными дверями мелькали люди, слышались смех и музыка, а из зала то и дело кто-нибудь выходил на улицу покурить. — Пошли, — коротко бросил Рома. Четверо ребят наконец направились к дверям, оставляя за спиной холодный мартовский воздух. Тяжёлая стеклянная дверь открылась с небольшим усилием, и в ту же секунду их накрыло тёплым воздухом. После улицы здесь сразу стало душно. Пахло сигаретным дымом, горячими блюдами, духами и ещё чем-то сладким. Впрочем, это было неудивительно — людей в здании собралось очень много. Почти все мужчины были одеты одинаково. На многих были классические брюки, туфли и спортивные кофты на молнии с тремя полосками на рукавах, такая одежда в конце восьмидесятых в Казани встречалась почти везде. Девушки, наоборот, выглядели все по-разному, у каждой своя причёска, своё платье, кто-то пришёл в ярком коротком платье, кто-то, наоборот, в длинной юбке ниже колен. Одни были накрашены достаточно ярко, другие выглядели намного скромнее. Пройдя по длинному коридору, где находились двери в уборные, курительная комната и ещё несколько залов, в которых, скорее всего, проходили совсем другие мероприятия, ребята наконец дошли до большого банкетного зала. Почти все гости уже были на месте, но самих молодожёнов ещё не было. Они должны были приехать чуть позже. — Исәнмесез, сез кияүнең сеңлесе бит? — неожиданно обратилась к Миле молодая официантка. Мила сразу остановилась и вопросительно посмотрела на девушку. На вид той было не больше двадцати пяти, белая рубашка, чёрный фартук, волосы собраны в аккуратный хвост. На груди висел уже слегка потёртый бейджик с именем «Эльвира». Девушка удивлённо посмотрела на незнакомку. Больше всего её смутило даже не то, что та обратилась именно к ней, а то, что сразу назвала сестрой жениха. Откуда она вообще знала, как выглядит Мила? Они ведь никогда раньше не виделись. Вася ничего такого ей тоже не говорил. На секунду девушка даже растерялась, но почти сразу всё же ответила. — Әйе, исәнмесез… Ә сез каян белдегез? Аня, услышав незнакомую речь, машинально перевела взгляд с Милы на официантку. За последние несколько дней она уже привыкла к тому, что вокруг часто разговаривали по-татарски, но каждый раз чувствовала себя лишней. Пока остальные спокойно понимали друг друга, ей оставалось только молча стоять рядом и пытаться догадаться, о чём вообще идёт разговор. — Абыең сезне кәләшнең туганнары янына утыртырга кушты. Пока девушка говорила, лицо Милы заметно изменилось. Она слегка нахмурилась и на несколько секунд задумалась, пытаясь понять, почему брат решил посадить её именно туда. — Нигә алай икән? — переспросила она. Эльвира лишь пожала плечами, было видно, что она и сама ничего не знает. Девушка только кивнула в сторону зала, показывая, что гостей уже начинают рассаживать и ждать больше нельзя. Мила ещё пару секунд стояла на месте, после чего тяжело выдохнула и всё-таки пошла за официанткой, аня растерянно проводила её взглядом, она совершенно не понимала, что только что произошло. Сначала ей даже захотелось пойти следом, но почти сразу она передумала. Вмешиваться в разговор, в котором не понимаешь ни слова, было бы странно. Она вопросительно посмотрела на Рому с Цыганом, оба стояли совершенно спокойно, судя по их лицам, ничего необычного в этой ситуации они не увидели. — Что произошло? — тихо спросила Морозова, подходя ближе. — Вася через официантку передал, чтобы Мила села за стол с родственниками Саримы, — ответил Цыган. Он понял разговор без труда, ведь татарский для него был родным, так как его мама была преподавателем татарского языка в школе и дома они говорили только на нём, причём ещё и правильно, без всякого дворового жаргона. — Ну… и ты, скорее всего, с ней. Аня нахмурилась. Только теперь до неё дошло, почему Мила так резко изменилась в лице. Она ведь явно рассчитывала сидеть со своими друзьями, с Ромой, с Цыганом, с остальными. А теперь её просто… пересадили. В голове сразу всплыл разговор, который у них был пару дней назад. Тогда Мила вскользь упомянула родственников Саримы мол, виделись всего один раз и как-то сразу не сошлись. — А почему так? — искренне не поняла Аня. Рома только усмехнулся, а Цыган посмотрел на неё из-под лба, но отвечать никто не стал. Аня сжала губы, чувствуя, как внутри поднимается лёгкое раздражение от того, что она снова ничего не понимает. «Ладно… спрошу у кого-нибудь другого», — мелькнуло у неё в голове. Она ещё раз посмотрела в сторону, куда ушла Мила, и, немного помедлив, всё-таки пошла за ней. Блондинка стояла у стола с явным раздражением. Половина мест была пустой, ведь родственники Саримы ещё не все успели приехать. Аня тихо подошла и положила руку ей на плечо. — Он сказал пересадить нас, — резко развернулась Мила. — Я поняла, мне парни перевели. Мила закатила глаза, тяжело выдохнув. Злилась она и на ситуацию и на брата. Ей хотелось сидеть со своими друзьями, и он это прекрасно знал, но, судя по всему, сделал это не просто так. — А в чём причина? — тихо спросила Аня. Мила не ответила сразу. Она ещё раз посмотрела в сторону соседнего стола, где Рома, Цыган, Колик и остальные уже устраивались на своих местах. Кто-то сразу потянулся за бутылкой, а Грифон, судя по всему, действительно был уже навеселе. Девушка тихо выдохнула и только потом снова посмотрела на Аню. — Потому что Вадим, Цыган, Колик и Грифон не последние люди в городе, — спокойно ответила она. Морозова вопросительно нахмурилась. Она прекрасно слышала эти фамилии уже не первый раз, но всё равно до конца не понимала, какое отношение они имеют к тому, где именно должны сидеть гости. — И? — переспросила она, продолжая внимательно слушать. — И потому что так не принято. Родственники отдельно, их круг отдельно. Тем более на свадьбе. — Она на секунду замолчала и снова посмотрела в сторону, где должен был сидеть брат. — Вася просто не хочет, чтобы я сидела с ними при всех. Неправильно это выглядит. Аня медленно кивнула. Теперь всё становилось понятнее. Оказывается, дело было вовсе не в свободных местах и не в чьей-то прихоти. Даже здесь существовали свои негласные правила, которые никто не собирался нарушать. — А эти? — спросила она, едва заметно кивнув в сторону девушек, уже сидевших рядом с парнями. Мила проследила за её взглядом. Несколько секунд молча рассматривала стол, словно решая, с чего лучше начать, после чего чуть наклонилась ближе к Ане, чтобы их разговор не услышал никто из окружающих. — Подружки Саримы, — ответила Мила, а потом, немного помедлив, добавила — Хотя, если честно... больше похожи на местных шалав. Аня удивлённо посмотрела на подругу, после чего снова перевела взгляд на соседний стол, и как назло именно в этот момент туда подошёл Вадим. Она даже не заметила, когда он успел приехать, увидела только, как он по очереди пожал руки парням, что-то сказал Цыгану, после чего занял своё место рядом с ними. — Ха... Значит, им можно? — тихо спросила Морозова, снова посмотрев на Милу. Та раздражённо фыркнула и, даже не пытаясь скрыть своё недовольство, скрестила руки на груди. — Да потому что на них всем насрать, — раздражённо ответила она. — Кто они вообще такие? Сегодня есть, завтра нет. Никто слова не скажет. На последних словах Мила уже почти не следила за громкостью своего голоса. Было видно, что эта ситуация её действительно задела. Она явно считала, что брат поступил несправедливо, и сейчас даже не пыталась подбирать более приличные выражения. Желтухин сел спиной к окну, лицом в зал, справа от него устроился Цыган, напротив Рома с Грифоном, а по краям сидели те самые девушки. Только место слева от Вадима пока оставалось свободным, но не прошло и минуты, как к Вадиму подошла какая-то девушка с русыми, слегка вьющимися волосами. На ней была короткая джинсовая юбка и обтягивающая майка, на фоне остальных девушек она сразу бросалась в глаза. Девушка спокойно села рядом с ним, словно именно это место её и ждало, после чего сразу начала что-то оживлённо рассказывать. Вадим повернул к ней голову, а Аня ещё несколько секунд продолжала смотреть в их сторону. Она не знала, кто эта девушка, но почему-то именно она сразу привлекла её внимание. Глупость какая. Ей вообще должно быть всё равно. Но почему-то внутри неприятно кольнуло. Она чуть сильнее сжала пальцы, пытаясь отогнать это чувство, и отвернулась, делая вид, что её это***
С того момента, как ребята приехали, прошло минут пятнадцать. Гости уже начали рассаживаться, разговоры становились громче, где-то звенели рюмки, но сами молодожёны всё ещё не появлялись.К счастью, долго ждать не пришлось.
Двери ресторана открылись, и в зале сразу стало намного тише.Приехали голубки.
Вася с Саримой решили не устраивать показную церемонию. Расписались без лишних глаз, только вдвоём, даже близких не позвали. Если кто-то и хотел присутствовать, ждали за дверями ЗАГСа. Своим друзьям Вася сразу сказал, не мёрзнуть, не толпиться, а ехать прямо в ресторан. Никто особо спорить не стал. Ну… почти никто. Родственники Саримы, как и ожидалось, всё равно поехали к ЗАГСу. Но это как о ожидалось, они стояли за дверьми. Когда молодые зашли в зал, кто-то из гостей сразу зааплодировал. Мила в этот момент наклонилась к Ане. — Сядь, пожалуйста, туда, — тихо попросила она, кивнув на место рядом с какой-то женщиной. — Я лучше с краю сяду. Аня согласилась и пересела. Было видно, что Миле так спокойнее, ближе к выходу, ближе к краю, чтобы в любой момент можно встать потанцевать или выйти покурить.Ей вообще не должно быть до этого никакого дела.
В этот момент кто-то из старших гостей поднялся со своего места. Мужчина лет сорока, в тёмном костюме, он сидел совсем за другим столом, ближе к столу с домбытовскими, возле окон. Он постучал ножом по рюмке и зал постепенно притих. — Ну что… — начал он, оглядывая присутствующих. — Раз уж все собрались. Он поднял рюмку, немного покрутил её в пальцах. — Вася… — он усмехнулся краем губ. — Я тебя знаю не первый год. И, скажем так… времена у нас с тобой были разные. Но главное, что ты всегда оставался человеком. С головой. И с понятием, где свои, а где нет, — Он перевёл взгляд на Сариму. — А теперь у тебя есть не просто дело… а семья. А это, как ни крути, посерьёзнее будет. — мужчина выдержал небольшую паузу. — Так что давайте выпьем за то, чтобы у вас всё было чётко. Чтобы те, кто рядом - были до конца, — Он коротко кивнул. — За молодых. Зал поддержал. Рюмки звякнули, разговоры начали возвращаться. Аня медленно подняла свою рюмку и выпила водку, немного кривясь от горечи напитка. Праздник постепенно набирал обороты. Сначала всё выглядело почти обычно. Тосты, смех, звон рюмок, громкие поздравления, кто-то начинал подпевать музыке. Но чем дольше Аня сидела за столом, тем сильнее это ощущение «обычности» начинало рассыпаться. Она почти не участвовала в разговорах. Больше смотрела, слушала и запоминала каждый миг. И сама не заметила, как внутри включилось то самое состояние, ради которого она вообще приехала в Казань.Работа.
Её взгляд медленно скользил по залу. Она почти не слушала разговор Милы, вместо этого разглядывала людей. Кто с кем сидит, кто к кому подходит, кто первым протягивает руку, а кто только кивает в ответ. Каждая мелочь почему-то казалась важной. За одним из столов мужчина лет сорока почти не притронулся к еде, пока остальные выпивали и закусывали, он всё время разговаривал с двумя мужчинами рядом, время от времени наклоняясь к ним так, чтобы никто посторонний не услышал. Чуть дальше сидел другой. Полная противоположность. Он громче всех смеялся, постоянно шутил, хлопал знакомых по плечу и несколько раз даже поднимался из-за стола, чтобы поздороваться с новыми гостями. Даже тосты на данном мероприятии звучали странно. Слишком много слов про «своих», про «верность», про то, кто рядом, а кто нет. Аня медленно провела пальцами по краю рюмки, не сводя взгляда с зала. Раньше это всё было для неё чем-то абстрактным. Истории, слухи, статьи. А сейчас живые люди и прямые доказательства. — Видишь тех ребят? — неожиданно заговорила Мила. Она чуть посмотрела влево, на небольшой стол, за которым сидели одни парни. — Вижу. — Это парни с Мебельки, друзья Васи, — пояснила блондинка. — Они ещё с детства дружат, в футбол двор у нас во дворе играли. Аня молча кивнула, стараясь запомнить каждое слово. Она уже перестала удивляться тому, сколько разных группировок существует в Казани. Домбыт, Жилка, Теплоконтроль эти названия она слышала уже не раз, но вот про Мебельку услышала впервые. Девушка даже на секунду задумалась, пытаясь вспомнить, не попадалось ли ей это название раньше в газетах или разговорах. Нет. Не попадалось. — Васька даже когда к Домбыту пришился, а они к Мебельке, всё равно дружить продолжили. Их группировки, кстати, дружат, — рассказала Мила, наливая себе новую рюмку. Она поставила бутылку на стол, провела пальцем по краю рюмки и негромко добавила — Они с самого детства друг друга знают. Половина вообще в одном дворе выросла. Аня молча кивнула. Теперь многое становилось понятнее. Название Мебелька она слышала впервые и сразу мысленно повторила его про себя. Потом обязательно нужно будет записать. С каждым днём этих группировок становилось всё больше, и она уже начинала путаться в названиях. — Вон тот, в серой олимпийке, — неожиданно сказала Мила, едва заметно качнув головой в его сторону. — Он мне в детстве очень нравился. Аня проследила за её взглядом. Парень как раз громко смеялся над чьей-то шуткой, даже не подозревая, что сейчас стал темой их разговора. — Серьёзно? — не сдержала улыбки Морозова. — Ага. Мне тогда лет тринадцать было. — Мила тихо фыркнула. — Думала, вырасту и обязательно за него замуж выйду. Господи... какая же я дура была. — И что, разонравился? — Да он всегда нормальный был, — спокойно ответила Мила. — Просто тогда мы все маленькие были, — она снова потянулась к бутылке, вопросительно посмотрела на Аню и слегка приподняла её— Ты пить будешь? — Лей полную, — ответила Морозова, пододвигая рюмку ближе. Мила с радостью подхватила идею и сразу налила им обеим полные рюмки. Аня глубоко вдохнула, взяла свою и одним глотком выпила всё до конца, горло обожгло почти сразу. Она на секунду прикрыла лицо рукой, делая вид, что поправляет волосы, лишь бы никто не заметил, как она поморщилась. Мила рядом тихо усмехнулась, но судя по её лицу, водка далась ей ничуть не легче. Через несколько секунд Аня снова подняла глаза и машинально посмотрела в сторону соседнего стола. Вадим всё ещё сидел на своём месте. Девушка, устроившаяся рядом с ним, за это время успела придвинуться ещё ближе, она все ещё что-то говорила ему на ухо, а её ладонь так и лежала у него на груди. Несколько секунд Вадим никак не реагировал, просто слушал, потом что-то коротко ответил, и уголок его губ едва заметно поднялся вверх. Аня сама не поняла, почему продолжала смотреть именно туда. — Миль, — тихо позвала она. — А? — Налей ещё одну. Мила ничего не спросила, только снова взяла бутылку и наполнила рюмку почти до краёв. Аня выпила сразу, не растягивая, и, поставив пустую рюмку на стол, снова перевела взгляд на соседний стол. За то время, пока она пила, девушка успела немного отодвинуться от Вадима и теперь спокойно ела, изредка что-то ему говоря. Похоже, она быстро поняла, что всеми своими попытками привлечь его внимание ничего не добьётся.***
С последних событий прошло ещё около получаса. За это время Морозова успела выпить ещё одну рюмку и наконец почувствовала, что с неё хватит. В голове стало непривычно легко, мысли уже не цеплялись одна за другую так сильно, как раньше, но полностью избавиться от них всё равно не получилось. Только сейчас Аня вдруг поняла, что ещё немного и станет только хуже. Она медленно выдохнула и поднялась из-за стола. — Я сейчас, — негромко бросила она Миле. Аня аккуратно выбралась из-за стола и направилась к выходу из зала, шла медленно, стараясь не делать резких движений. Голова уже приятно шумела, но больше всего сейчас не хотелось выставить себя дурой и на глазах у всех потерять равновесие. За дверью стало заметно тише. Музыка и голоса никуда не исчезли, но теперь доносились уже приглушённо. Только сейчас ей в голову пришла одна странная мысль. С тех пор как она приехала в Казань, выпивать приходилось куда чаще, чем дома. В Москве всё ограничивалось бокалом шампанского на Новый год или чей-нибудь день рождения, а здесь за последние недели это был уже далеко не первый раз.Дойдя до женской уборной, Аня толкнула дверь и сразу подошла к большому зеркалу. Несколько секунд она молча смотрела на своё отражение, словно пыталась понять, насколько сильно алкоголь всё-таки успел ударить в голову. Красное шелковое платье, подаренное Милой, действительно ей шло. Даже слишком. Оно подчёркивало фигуру, делало образ ярче, чем она привыкла видеть в себе. Кудри немного распались, но сейчас это даже не портило вид, наоборот, добавляло лёгкой небрежности. Она чуть наклонила голову, рассматривая отражение, и поймала себя на мысли, что сегодня выглядит очень хорошо. И именно в этот момент в голову снова вернулась та девушка, которая сидела рядом с Вадимом. Аня не понимала, знакомы ли они с Желтухиным, а если нет, то почему она позволяет себе так вести рядом с ним, а Миле, которая с детства дружит с домбытовскими, даже не разрешили сесть рядом со своими друзьями. Аня резко моргнула, будто пытаясь сбросить мысль, но она не уходила. Наоборот - закреплялась. — Шалава… — тихо вырвалось у неё. Она сама не сразу поняла, что сказала это вслух. Аня моргнула, возвращаясь в реальность, и слегка выпрямилась. — Ладно, — выдохнула она сама себе. Последний раз посмотрела в зеркало и направилась к кабинке, стараясь не думать ни о зале, ни о людях за стеной. Аня закрыла за собой дверь кабинки, на секунду оперлась ладонью о стену и выдохнула. В голове всё ещё было немного шумно, но тишина маленького помещения действовала отрезвляюще, и только когда собралась выйти, за дверью послышались шаги. Две пары каблуков. Она не собиралась подслушивать, но выйти уже было неудобно и она осталась внутри кабинки, делая вид, что дамская уборная пустая. Они не заметили её, ведь были заняты разговором. — Он вообще почти не реагирует на меня, — протянула первая, с лёгкой обидой в голосе. — Вадик? — уточнила вторая, открывая кран. Аня на секунду замерла. Вадик. Не Вадим. Почему-то именно это неприятно кольнуло внутри. Слишком легко, слишком привычно она произнесла его имя. Морозова сама не заметила, как сильнее сжала пальцы и отвела взгляд в сторону. — Ну да, Вадик, — продолжила первая, поправляя волосы перед зеркалом. — Раньше всё нормально было, а сейчас как будто вообще чужой. — Он такой всегда. Сначала есть, потом нет, — хмыкнула вторая. Морозовой дошло, что они говорят не о каком-то знакомом, а оВадим.
Он достал сигарету из кармана, не глядя по сторонам, и уже тянулся к двери, когда поднял взгляд и увидел её. Аня резко отвела взгляд в сторону, делая вид, что не заметила причину своих сегодняшних переживаний. Она закинула ногу на ногу и уставилась куда-то в стену, пытаясь найти там спасение от этого неловкого момента. Вадим сразу узнал её. На его лице появилась короткая, почти ленивная улыбка, и он сделал несколько спокойных шагов вперёд. — Не делай вид, что не узнала. — А? — Аня резко повернула голову, делая вид, что её действительно выдернули из мыслей. — Ты прекрасно меня услышала, — спокойно ответил он. Мужчина подошёл так близко, что ей пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на него. Аня смотрела на него снизу вверх и вдруг остро почувствовала эту близость. Слишком близко. И слишком спокойно со стороны Вадима, он просто смотрел, но от этого становилось только тяжелее. Он чуть склонил голову, наблюдая за её реакцией. Ему действительно было интересно, выдержит ли она этот взгляд. — Ты же говорила, что не куришь, — произнёс он, переводя взгляд на сигарету в её пальцах. — Сегодня можно сделать исключение, — ответила она достаточно тихо, но громче говорить просто не смога. — Исключения обычно быстро перестают быть исключениями, — наконец сказал он. И впервые за всё время Аня не нашла, что ответить сразу. — Вадим… Аня резко вскочила со стула, собираясь как можно быстрее уйти, но уже в следующую секунду поняла, что зря поднялась так резко. Голова сразу закружилась сильнее, перед глазами всё поплыло, а ноги перестали слушаться. Она сделала шаг вперёд, пытаясь удержать равновесие, но её повело в сторону. Ещё мгновение и она уже начала падать, однако Вадим успел среагировать первым, он крепко схватил её за руку и одним движением притянул к себе. От неожиданности Аня почти уткнулась ему в грудь, машинально ухватившись свободной рукой за его плечо. Несколько секунд она просто стояла, пытаясь снова почувствовать под ногами пол, а Вадим не отпускал её, продолжая придерживать за руку и талию, пока не убедился, что она снова может стоять самостоятельно. — Ты пьяна. — Нет, — тихо ответила Аня, так и не подняв на него глаза. Она осторожно высвободила руку из его ладони и сделала небольшой шаг назад, оставляя между ними хоть какое-то расстояние. Сердце всё ещё билось слишком быстро, а к лицу предательски приливал жар. Хотелось просто развернуться и уйти, но ноги так и не сдвинулись с места. Она продолжала стоять перед ним, упрямо разглядывая пол и боясь встретиться с ним взглядом. — Это не вопрос, — спокойно сказал Вадим. Аня коротко вдохнула. В голове мелькнуло сразу несколько ответов, но ни один так и не сорвался с языка. Вместо этого она только сильнее сжала пальцы, после чего тихо, почти себе под нос, пробормотала — Наташку будешь отчитывать... меня не надо. Вадим поднял брови. Это была первая настоящая реакция за весь разговор, не холод, не безразличие, а удивление. Он явно не ожидал, что она вообще это скажет. Но злости в нём не было. Он скорее пытался понять, откуда она это взяла. — Я тебя не отчитываю, — сказал он после паузы. — И Наташа мне никто. — А я тебе кто? Вадим промолчал. Такого вопроса он точно не ожидал. Несколько секунд просто смотрел на Аню, пытаясь подобрать ответ, но в голове не находилось ничего, что можно было бы сейчас сказать. Да, она ему нравилась, этого он не отрицал. Но если отбросить всё остальное, по факту она была всего лишь подругой Милы и девушкой, с которой они виделись всего три раза, причём один из них всего несколько минут в ДК. — Я тебе говорил, что ты красивая? — неожиданно спросил Вадим, переводя разговор в другую сторону. — Говорил, — тихо ответила она. — Спасибо... Ты тоже. Комплименты мужчинам Морозова говорила редко. Она считала, что большинство из них этого просто не заслуживает. Но сейчас слова сами сорвались с языка. — Забавная ты, когда ревнуешь, — усмехнулся Вадим. — Я не ревную. — Не? — он чуть прищурился. — Тогда Наташку зачем вспомнила? Он сделал шаг ближе, но не вторгся в её личное пространство резко, всего лишь сократил дистанцию настолько, что игнорировать его присутствие стало невозможно. Аня почувствовала, как внутри всё снова сбивается. Ей хотелось ответить быстро, резко, но язык будто не успевал за мыслями. — Просто… странно выглядит, — выдавила она наконец. — Странно тебе показалось, — повторил он. — Ты всегда всё сама додумываешь? Он не давал ей перехватить разговор. Каждое её слово он сразу переворачивал, делая его менее уверенным и более уязвимым. — Я ничего не додумываю, — резко сказала она. — Я сама всё видела. И слышала. — Не всё ты видела, — Вадим чуть усмехнулся . — Наташа мне не нужна. И тебе не стоит из-за неё злиться. Аня замерла, не зная, что ответить сразу. И именно в этот момент стало ясно, что разговор уже давно ведёт не она. Аня в последний раз затянулась сигаретой и потушила её о пепельницу, стоявшую на столе. Она снова подняла взгляд на Вадима, а он по-прежнему смотрел на неё с лёгкой улыбкой. Если для Морозовой вся эта ситуация была напряжённой и вызывала только тревогу, то Желтухина она, наоборот, забавляла. Было видно, что ему нравится, когда Аня так реагирует и что её это задевает. — Я пойду. Вадим чуть отступил в сторону, освобождая ей проход. Аня быстро направилась к выходу, стараясь не задерживаться рядом с ним дольше, чем нужно. Но, похоже, для Вадима разговор ещё не был закончен. — Я завтра в семь заеду за тобой. Она остановилась. Всего на секунду, чуть приподняв бровь и медленно повернулась к всем телом к нему. — А если я занята? — Отменишь планы. Аня тихо усмехнулась, не скрывая реакции, и почти сразу отвернулась, направляясь к выходу. Оставаться рядом ещё хоть секунду было опасно. Слишком уж очевидными становились её эмоции. Выйдя в коридор, она свернула направо, в сторону банкетного зала. Щёки мгновенно стали горячими, от осознания того, что только что произошло. Он позвал её на свидание. Она была рада. Очень. Аня уже давно чувствовала, что Вадим как будто специально давит на неё, проверяет, насколько далеко может зайти. Девушка толкнула дверь и вошла в банкетный зал. Внутри сразу ударил шум, музыка и голоса. Играла песня «Розовые розы». В самом центре зала уже собралась большая и пьяная толпа. Она огляделась. На месте Милы никого не было, но стоило перевести взгляд в центр, как она сразу заметила подругу среди танцующих. Аня, не раздумывая, направилась туда. Нужно было отвлечься. Просто выкинуть всё из головы хотя бы на время. — Ты где так долго была? — сразу спросила Мила, заметив её. — Потом расскажу. Мила кивнула, не настаивая, и втянула её в танец.***
Вечер уже подходил к концу. В зале остались только домбытовские, молодожёны и Аня с Милой. Музыка давно стихла, шум разошёлся, и теперь за столом сидели свои. Скорлупу на свадьбу не звали, только старших и смотрящими за возрастами. Поэтому людей осталось немного, человек десять, не больше. Они пересели за центральный стол. Кто-то допивал, кто-то закуривал прямо за столом, кто-то лениво слушал разговоры. Всё уже шло к завершению. Вадим, до этого молчавший, поставил рюмку на стол и посмотрел на Васю. — Вась… знаю, что не время. Но, даже несмотря на твоё новое положение, надеюсь, ты не забыл, что впереди у нас не самый простой период. Разговор за столом сразу стих. Несколько человек перевели взгляд на Васю, ожидая ответа. — Не забыл. Теперь хотя бы причина есть домой возвращаться. И живым оставаться. — Вася! — резко одёрнула его Сарима, легко ударив по плечу. Парни усмехнулись. Вася только мягко улыбнулся и наклонился к ней, коротко поцеловав в висок. — Универсамовские совсем оборзели, — заговорил Колик, откинувшись на спинку стула. — Я сегодня их пацанов видел тут под рестораном. Шарились, смотрели. — Скорлупа? — уточнил Цыган. — Адидас младший и какой-то белобрысый. — Понятно, — спокойно сказал Вадим. — Старший с Афгана вернулся. Значит, движ начнётся. Услышав кличку Адидаса, Аня сразу навострила уши. Она хорошо знала, о ком говорят. Девушка молча опустила взгляд, делая вид, что разговор её совсем не интересует, хотя сама внимательно слушала каждое слово. Почему-то ей казалось, что сегодня они не станут обсуждать районные дела, но, похоже, ошиблась. — Пусть у себя мутят, что хотят, — продолжил Цыган. — Но если к нам полезут - молчать не будем. Никто ничего не ответил, но по лицам было и так всё понятно. Разговор постепенно затих. Кто-то поднялся из-за стола, кто-то начал надевать куртку, остальные не спеша допивали то, что ещё оставалось в рюмках. Свадьба наконец подошла к концу. Как и обещал, Рома отвёз девушек домой. Попрощаться с Вадимом Аня так и не успела, ведь в какой-то момент он просто исчез из её поля зрения, а потом стало уже не до этого. Впрочем, она не переживала. Завтра он же всё равно сам приедет.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!