Глава 8. Ветер в гриву.

Лиэндиль открыла глаза, когда Фродо вновь начал стонать. Действие Ацеласа продлилось всю ночь, но к утру ослабло.       Не только она услышала изменения, но и мужчины, тут же кинувшиеся помочь раненому хоббиту. Леголас оголил место удара, убирая использованную траву, а Арагорн, вытащив из сумки припрятанные растения, обновил перевязку.       Так началось утро в день, когда они покинули Заверть и остатки Амон-Сул.       Лиэндиль быстро раздала всем сухари, которые купила в Бри ещё в начале пути. Хоббиты с радостью накинулись на нехитрый завтрак. Впрочем, Арагорн тоже не остался в стороне, поблагодарив принцессу за то, что была столь любезна.       – Будешь? – Лиэндиль не питала надежды, что Леголас примет еду из её рук, но предложить всё-таки стоило.       – Спасибо, – хмуро ответил принц, забирая пару сухарей. – Прости за вчерашнее… Неуверенные слова возлюбленного заставили принцессу улыбнуться – широко и ярко. Она не знала, как ответить, да и нужно ли, просто смотрела на Леголаса несколько мгновений, да и ушла собирать свои пожитки, смущённая собственной реакцией. А наследник Лихолесья не понимал, почему сердце от этой улыбки пустилось вскачь.       Он чувствовал себя странно, словно впервые увидел Лиэндиль, словно она могла ему быть приятна. Но перебарывать собственные убеждения принц не собирался, а потому только отмахнулся от звенящей тетивы внутри. Та вскоре успокоилась, оставляя после себя странное ощущение пустоты.       После завтрака, когда все вещи были собраны, принцесса подошла к мужчинам.       – Я могу повезти Фродо, чтобы быстрее перейти Буйную, – предложила эльфийка, кивая в сторону своего коня.       – Нет, Лиэндиль, – отказался от предложения Арагорн, – трава не будет действовать в твоих руках. И даже верхом до моста Митейтель три неполных дня пути, он не выживет.       Леголас молчал, довольный ответом друга, но принцесса не собиралась более настаивать. Хотят двигаться пешком, пусть. Только сильнее подвергают себя опасности. Она кивнула своим мыслям и отправилась готовить Хисе.       Арагорн усадил Фродо на своего коня и сам сел за ним, поддерживая ослабленного хоббита, что хоть и пришёл в себя, был чрезвычайно бледен. Леголас посадил рядом с собой Сэма, до этого предложив эльфийской принцессе поехать верхом. Но дева отказалась.       Лиэндиль, похлопав Тумана по шее, заставила его опуститься, чтобы двое неугомонных полуросликов уместились в седле, не грозя сломать шеи, если бы запрыгивали. Сама же она шла рядом.       – А где поводья? – удивлённо проговорил Пиппин, смотря на то, как принцесса держала коня за гриву.       – Она ему не нужна, это эльфийский конь, – словно само собой разумеющееся, ответила дева, не понимая удивления ребят.       – Он не сбросит нас? – недоверчиво проговорил Мерри, обращаясь то ли к другу, то ли к принцессе. Ему не доводилось раньше ездить на больших лошадях. Пони и так казались ему чересчур огромными.       – Только если я прикажу, – засмеялась Лиэндиль, и дорога пошла веселее.        При свете дня путники не опасались тёмных тварей на вороных конях, но всё же, по негласному решению, держались в стороне от основного тракта.       Леголас поравнялся с Лиэндиль, вызывая удивление вечно молодой эллет.       – Почему Митрандир не написал нам о тебе? – спросил на синдарине эльф, внимательно следя за реакцией девы.       Тут Лиэндиль могла не врать.       – Он не был уверен, что я присоединюсь к вам, потому что изначально я ответила отказом, – пожав плечами, ответила принцесса на родном языке. Кроме Арагорна никто не мог понять смысла сказанного ими, но тот был достаточно далеко.       – Что же заставило тебя изменить своё решение? – Леголас не собирался оставлять слежку без внимания. Ему хотелось знать ответы на все вопросы, которые витали в воздухе.       «Ты!» – хотелось крикнуть Лиэндиль, но она лишь улыбнулась и, смотря в глаза цвета грозового неба, сказала: – Гэндальф редко просит о помощи, чтобы отказать ему в такой малости, как провести хоббитов до Ривенделла.       Принц лишь цокнул языком и заставил лошадь ускорить шаг, понукая поводьями. Ответы хоть и должны были его удовлетворить, всё ещё оставляли большое количество вопросов. Единственное, что понял принц, Лиэндиль отправилась в Последний Приют не из-за встречи с сестрой.       Хисе замыкал небольшую процессию, послушный своей новой владелице. А наследница Лориэна страшилась ночи. Никто не знал, смогут ли всадники так быстро выйти на их след.        Но в этот раз обошлось. Они спрятались в небольших зарослях, уведя коней в глубь просеки, чтобы те не выдали их.Топота копыт и ржания не было слышно до самого рассвета, но предчувствие грозы только нарастало. С первыми лучами их поход продолжился.       За 6 дней пути Лиэндиль так и не услышала приближения бывших соратников, что внушало надежду на благополучную переправу через Митейтель.       Весь в день тринадцатого числа путники шли по берегу Буйной, чтобы перебраться через мост. Запасы провизии стремительно кончались, а Леголас с Арагорном более не смели отлучаться, готовые в любой момент отразить атаку врага. Лиэндиль уже не раз пожалела, что не закупилась большим числом сухарей, которые так полюбились хоббитам. В условиях сурового выживания еда была небольшим проблеском светлой радости.       Фродо с каждым днём становилось только хуже, и королевский лист помогал уже не столь эффективно, как в самом начале. Он более не пропадал в бреду, но находился словно в оцепенении, часто смотря в одну точку и не реагируя на вопросы товарищей, пока не окликнешь пару раз.       Когда впереди показался широкий мост, Лиэндиль выдохнула. Радоваться ещё было рано, но большая часть пути осталась позади.       До Последнего Приюта было не больше 3 дней пути. Возможно, патрули лорда Глорфинделя встретят их ещё на подходе.Но стоило лишь солнцу склониться за кромки деревьев, как тьма навалилась со всех сторон.       Арагорн, прислушавшись, поднял руку, призывая всех к молчанию. Лиэндиль смотрела на противоположный берег, где теплилась надежда на спасение.Но стука копыт всё ещё не было слышно.       Мост они перешли с замершими от тревоги сердцами. Казалось, что мрак вот-вот должен стать осязаемым, и чёрные всадники покажутся со всех сторон, окружив их отряд, не давая шанса. Но чем дальше двигалась их молчаливая процессия, тем спокойней становилось на душе молодой эллет. Она смотрела по сторонам, вспоминая знакомые места, посещённые много столетий назад.       Лиэндиль довольно долго гостила во дворце Элронда после свадьбы сестры. Они устраивали совместные вылазки, когда владыка был занят делами, наслаждаясь обществом друг друга. Между ними никогда не было пропасти больше, чем в тот миг, когда правда всплыла наружу. Принцесса с содроганием вспоминала тьму, что захватила её в один миг. Она воззвала к истинной сути, открывая нежному существу всю подноготную родных. И Лиэндиль последовала за ней.       Хисе настороженно повёл ушами, а после призывно заржал, оповещая округу своим голосом. И принцесса хотела было уже угомонить коня, когда наперерез им выехал отряд во главе с лордом Глорфинделем.       Могучий воин, ведущий доблестных эльфов следом, положил конец воспоминаниям эллет, разогнав тьму одним своим существом.       – Рады видеть вас на границе Последнего Приюта, – поприветствовал путников Глорфиндель, спешиваясь. Воины отряда тут же последовали его примеру.       Арагорн улыбнулся, прогоняя напряжение, царившее в каждом до этой встречи.       — Приветствуем, ваше сопровождение было бы нам как нельзя кстати, — захватывая лорда в медвежьи объятия, проговорил наследник людей. Фродо, все еще державшийся в седле, неуверенно покачнулся, привлекая внимание.       — Что произошло? — поинтересовался Глорфиндель, вместе с Арагорном подходя к хоббиту.       — Черные всадники напали у Заверти, но нам удалось отбиться, — коротко резюмировал мужчина, спуская раненого. — Его проткнули моргульским клинком.        — Очень мудрое решение использовать ацелас, — похвалил лорд, осмотрев рану. — Владыка Элронд поможет ему, но стоит поторопиться.       Двое из эльфийского отряда, следуя взмаху руки, тут же подбежали к Фродо, давая какие-то снадобья. Тот хоть и кривил лицо, но послушно выпил все представленное. Чувство холода, не отпускавшее сердце, мигом пропало, оставшись лишь небольшим морозным ветром, а не бушующей стужей.       Лорд Глорфиндель же осматривал остальных участников путешествия. Сэм, которого представил Леголас, лишь смущенно кивнул в знак приветствия, боясь даже на него посмотреть. В отличие от него, Пипин и Мэри с удовольствием представились сами. Вопросы о том, почему вместо одного хоббита они привели четверых, были бессмысленны. Сейчас необходимо было доставить носителя кольца и помочь ему.       — Лиэндиль защитила нас, когда эти страхолюдины напали, — поделился в радостной манере Мэри, кивая в сторону девы, что спокойно стояла поодаль.       — Значит, ты все-таки пригодилась им в этом пути, — покачав головой, сказал дядя, обнимая племянницу. Девушка лишь с удовольствием вздохнула родной запах, на миг забывая, где они и что делают.       — Она бы не понадобилась, будь хоббиты менее прожорливы, — подначила подслушивающих полуросликов эллет, счастливо улыбаясь.       — Я надеялась, что мы встретим вас, перейдя Митейтель.       — Хисе — умный конь, ты сделала верный выбор, — похлопав коня по шее, проговорил лорд. — Вы пришли вовремя. Вчера вечером мы отогнали девять черных всадников от моста, потому и остались здесь. Догадаться, что они пытались встать вам наперерез, было не сложно.       — Значит, они все вернулись, — подвел итог, подошедший к паре Леголас. Ему не понравились те полутона, что сквозили в разговоре родственников. Лорд Глорфиндель лишь кивнул, кинув нечитаемый взгляд на племянницу.        — Пора идти дальше, — заключила Лиэндиль, проводя Тумана вперед.       Эльфийские войны, что остались незадействованными в помощи с Фродо, посадили оставшихся хоббитов к себе на лошадей, позволяя Хисе немного передохнуть.       Она не хотела, чтобы принц Зеленолесья мог услышать их с дядей разговоры. С семьей она могла быть искренней, не стыдиться прошлого и спокойно анализировать произошедшее.       Но вот с Леголасом все было не так однозначно. Он не чувствовал в ней "ту самую" и относился лишь с обязывающим статусом почтением, не более.       А еще он с каждым днем чувствовал недосказанность, что все сильнее окружала странную эльфийскую принцессу, которая оказалась старым другом Гэндальфа. Тяжелые думы легли на плечи Лиэндиль, пока вся процессия двигалась вперед, к броду у берегов Бруинена.       –Спешу вас обрадовать, – проговорил лорд, оборачиваясь к путникам, – Гэндальф Серый прибыл в Последний Приют утром 17 октября и ждет вас.        Всеобщей радости не было предела, и Лиэндиль, хоть и пыталась казаться радостной, чувствовала себя напряженной. Что на этот раз придумает чародей? Кольцо в руках молодого хоббита было именно тем, о котором писалось. И Лиэндиль была уверена, он попросит ее подтвердить это, а значит, собрания народов не избежать.       Сердце предательски сжалось в страхе вновь испытать презрение существ, живущих с ней бок о бок.Но Глорфиндель, почувствовавший настроение племянницы, тут же оказался рядом, прерывая мрачные думы.       –Это оно? – подразумевая кольцо, спросил мужчина, кивая в сторону Арагорна и Фродо, что продолжили ехать на одном коне.       –Оно, – кратко ответила принцесса, стреляя глазами по сторонам. Каждое дальнейшее слово может быть использовано против нее, мир нынче находится в слишком шатком состоянии. Кольцо всегда стремится к своему владельцу. Уж Лиэндиль прекрасно помнила, каково это, чувствовать в своих руках непомерную силу, пусть не кольца, но выкованного в огне горы меча.       –Если Митрандир потребует, я сам подтвержу, что это оно, – чуть улыбнувшись, говорит лорд, вызывая вздох облегчения у принцессы.       –Спасибо, дядя, – нежно прошептала дева, готовая снова, как ребенок, броситься на руки дорогому родственнику.        Но годы детства давно минули, прошли уже и годы отрочества, когда такое было в порядке вещей, теперь это лишь редкие объятия после долгой разлуки. Что месяц для эльфов – ничтожно мало, но прошлое Лиэндиль показало, насколько сильно их род заблуждается в понимании этого. Лишь благодаря ее ошибке род Финарфина теперь ценил каждый миг, прожитый в Средиземье.       Ночь настала незаметно. Осень забирала солнечное время, добавляя тьмы в сутках. И пусть законы природы попрать было нельзя, Лиэндиль все равно думала, как сделать так, чтобы движение процессии не остановилось на ночь. Впрочем, ее дядя был с ней солидарен.       –Небольшая остановка, но ночлега сегодня до рассвета не будет, – скомандовал Глорфиндель, когда звезды покрыли небо, точно светлячки в лесу. Все беспрекословно следовали словам командира, если не считать бухтения хоббитов, что мечтали растянуться на земле и укрыться плащами посильней.       Леголас не присоединился к компании, что перекусывала, всматриваясь в ночную мглу.       Лиэндиль смотрела на него, затаив дыхание. Он казался ей божеством, спустившимся на эту землю. Струящиеся волосы колыхались на ветру, прекрасней, чем у любой эльфийки. Принцесса с досадой посмотрела на свои боевые косы. Только так она могла оставлять их длину, не срезая.       Глаза молодого принца неустанно вглядывались в пустынный лес, силясь рассмотреть движения или другой знак, что говорил бы об опасности. Но несколько дозорных прохаживались по периметру небольшой полянки, охраняя покой остальных. Лиэндиль не слышала стука копыт, а потому продолжала жевать похлебку, которую ей наложили.       Когда сидящие у костра сменились, а хоббиты решили пройтись хоть кругом (дальше не разрешил командир), что-то изменилось. Леголас все так же смотрел в темноту, но не понимал, что видит.       Принцесса Лориэна подошла беззвучно, смотря в чащу следом за ним.       –Что видит твой взор, Леголас? – вкрадчиво спросила дева, обозначая свое присутствие.       Она не знала, чувствовал ли принц ее приближение, но тот не шелохнулся. Его плечи оставались прямыми и напряженными. Эллет безумно сильно хотелось провести по ним руками, стереть усталость и напряжение, скопившееся за время пути. Было бы прекрасно оказаться в покоях в Лориэне или Лихолесье, где купальни были бы в их распоряжении. Поддаться низменному порыву, притянуть возлюбленного к себе и открыть глаза на простейшую правду, но увы.       Рука девы поднялась, но замерла у плеча принца. Глаза Лиэндиль на секунду метнулись в пустующую чащу, замечая движение.        Пара эльфов отреагировала мгновенно, отскакивая в сторону от полета черного клинка. И если Леголас на синдарине уже призывал эльфов взяться за оружие, то принцесса лишь усмехнулась, показывая черноте свой оскал.       «Что? Не понравилось, как я уделяла внимание другому?» – ехидно проговорила в своей голове дева, обнажая меч.       «Он ведь даже не ответил тебе», – смеялся чужой голос вслед.       Лиэндиль уже собиралась броситься наперерез всадникам, зная, что те не посмеют ранить ее. Ярость вскипела в груди от слов короля-чародея. Хоть то и было правдой, все равно ранило не хуже моргульского клинка. Но появившийся дядя спутал карты.       –Бери Фродо и скачи к броду, – скомандовал лорд, привлекая внимание принцессы. Ей казалось, что прошло всего мгновение с того, как стрела просвистела мимо пары, но вокруг кипел бой.        Черные всадники окружали их со всех сторон. А у кромки леса стоял Ангмар. Скрытое капюшоном лицо излучало ядовитую усмешку своей уверенностью. И Лиэндиль хотела стереть его с лица Средиземья за дерзость по отношению к ней.       – Быстрей, Лиэндиль! Сила Элронда укроет тебя! — И дева в последний раз кинула злобный взгляд на чародея, прежде чем сорваться на бег.       Она уже не видела, как свет и тьма слились в смертельном танце. Каждый из них в сердце своем имел бесконечную веру, что подпитывала его. И не было никого, кто смог бы остановить двух великих воинов.       Лиэндиль бежала вперед, почуяв силу кольца.       Фродо, испуганный, ослабленный ранением, жался к дереву, чувствуя нарастающую панику от присутствия черных всадников. Девушка, не мешкая, рванула к нему, свистом подзывая Хисе, что предусмотрительно стоял поодаль. Потерять такую лошадь было бы большим упущением.       –Фродо! – принцесса несколько раз окликнула хоббита, приводя его в сознание. Когда взгляд его сосредоточился на деве, он отшатнулся, будто поняв, кто она есть на самом деле, но, по всей видимости, подсознание играло с ним.       –Лиэндиль? – неуверенно проговорил полурослик, уже поднимаясь с земли при помощи девы, – Прости, я подумал, это всадник собирается убить меня.       Именно на этих словах один из назгул встал на пути эллет. Эльфийка быстро затолкнула хоббита за спину, выставляя меч. До Тумана оставалось всего несколько метров, и Леголас, оттолкнувший еще одного назгула, позволил преодолеть их.       Зеленолист заблокировал удар черного война прямо перед принцессой. Девушка задержала взгляд на нем дольше нужного, а после сорвалась на бег, уводя следом носителя кольца. Сердце в нужный момент перестало биться рваным ритмом, помогая соображать в трудный час. Пора вспомнить уроки, полученные отцом, чтобы переиграть его.       Хоббит, испуганный, сам прекрасно жался к ней. Лиэндиль закинула его на Хисе одним точным рывком и взобралась следом. Резвый конь, не мешкая, поскакал вперёд. Но радоваться отрыву было рано, пусть Туман и быстрый конь, равный черным всадникам, у тех есть преимущество в ночи. И догадки оказались верны.       Стоило деве с Фродо покинуть место битвы, как назгулы, учуяв кольцо, отправились следом.       –Туман, выведи нас к Бруинену, – молила эллет, в кольце рук удерживая ослабленного парня. Его глаза то и дело закатывались. Тело, ослабшее за время пути, получившее стресс, было атаковано еще и ментально.        Принцесса тоже слышала голос в голове, что вкрадчиво вторил. Кольцо молило, просило, требовало, чтобы хоббит надел его на палец.       –Липтерулея, – Ангмар скакал наравне с девой, обращаясь к ней с нежностью, – Они не примут тебя, если узнают правду. Отдай кольцо, мы будем вместе. Великий Властелин простит тебя за возвращенное могущество…       –Хисе, направо! – вместо ответа колдуну закричала на эльфийском Лиэндиль, нагнувшись ниже.       Ветки сосен лишь немного коснулись заплетенных волос, оставляя назгула за пределами досягаемости.       Но избавиться от одного – малая победа, по следам шли остальные.Фродо захрипел, резкие повороты лишь сильнее разбередили рану, заставляя вновь кровоточить. А кольцо, оно шептало – если надеть, то боль уйдет. Хранитель не мог сопротивляться. Он коснулся его пальцем, пропадая из вида.        Взгляд Лиэндиль тут же стал прозрачным, она более не отдавала приказы, ведь видела мир иначе. Кровавое око отца смотрело на нее, чувствуя рядом самую желанную вещь – всевластие.       Конь, испуганный молчанием хозяйки, выдал призывное ржание, когда назгулы попытались зажать с двух сторон. Только это позволило принцессе прийти в себя и ударить хоббита по рукам, разрывая контакт с кольцом.       Мир тут же вернул привычные краски и яркость, вместо лиц у назгулов оставались все те же черные провалы капюшонов, а впереди встала стена из деревьев.       –Хисе, стой! Направо! – Лиэндиль потянула коня за гриву, перенося вес на левую сторону заранее.       Резкий маневр заставил черных всадников влететь в деревья, снося их словно песчинки. Но даже небольшая заминка помогла принцессе вырваться к берегам Бруинена.       Вода, словно расплавленное серебро, мерцала в свете звезд. Тихо журча, она текла с горных хребтов, впадая в полноводную Митейтель.       Сейчас, в тихие осенние дни, река была слаба, не разрушая все буйными потоками, как бывало по весне.        Лиэндиль, не думая, заехала в воду, в панике смотря по сторонам. Что делать дальше, она не представляла. До Последнего Приюта оставалось немногим больше пятидесяти миль, но девять всадников вновь стояли за ее спиной, и вырваться из их окружения было бы невозможно.       Эллет выхватила кинжал, спускаясь с коня в реку. Хисе, повинуясь, перешел берег и встал, ожидая хозяйку.       –Вы не пройдете! – крикнула дева назгулам, крепко сжимая кинжал в руке.       – Отойди с дороги! – Ангмар не собирался более церемониться с принцессой, что делала из них посмешище. Она петляла меж деревьями точно заяц, не давая загнать. – Мы заберем кольцо сегодня!       Лиэндиль испуганно посмотрела на руку, а после приставила нож, проводя небольшой порез. Кровь, черная, точно смола, густо начала копиться в ладони.       – Нет, тетя, – крик Арвен показался ей оглушающим в ночной тьме.        Эльфийка выехала на середину реки в походном костюме и с мечом на перевес. Она тут же кинула Лиэндиль платок, прося перевязать руку.       – О, река, я, дочь твоя, прошу! Пусть воды поднимутся и снесут тьму, что пришла сюда, силой своей несокрушимой, чистотой. Словно дикий табун, пройди по берегам, помоги защитить дом детей твоих, – магия, творимая Арвен, была направлена на защиту дома, на спасение невинных душ, и природа ответила на просьбы своего ребенка.       Черные всадники, что посмели войти в её воды, тут же испуганно отшатнулись, но не могли сдвинуться с места.       Слава Валар, что Лиэндиль хватило ума выбежать из вод Бруинена, прежде чем племянница закончила. Иначе представить, какая участь её грозила, было несложно.       Девушка видела, как воды поднялись, словно кони, сбивая назгулов с коней и вместе с ними унося за пределы видимости.       Принцесса запрыгнула на Тумана, не дожидаясь Арвен, отправляясь в замок Элронда. Фродо был уже без чувств. Ацелас более не мог помогать, и счет шел на часы, прежде чем хранитель кольца станет тем, кто принесет его Владыке Мордора.