Часть 1. Живые Мягкие

Новая охота не должна была нести за собой какие-то убытки или проблемы – Сэм был более чем уверен в этом, пока они ехали сюда. Обычное дело, в обычном маленьком городке штата Канзас, которое он нашёл ещё вчера и на которое они с Дином ехали целую ночь, чтобы успеть добраться. Сэм подозревал, что это были призраки, ставшие частью большого старинного отеля. Он изучил историю этого места, продумал каждый аспект, забронировал им с Дином один двуспальный номер. Всё было просто… Идеально. 31 октября 2018 года всё и должно было пройти идеально, потому что они, после уничтожения метки Каина и примирения Тьмы и Бога, имели право на отдых. Простую охоту. В этом никогда не было ничего необычного для них. И, если честно, не было необычным даже сейчас. Просто Сэм не чувствовал под собой никакой поверхности, пока летел вниз. Он не чувствовал ног. Не чувствовал рук. Он просто был и он просто… Летел вниз. Летел. На самом деле, полёт никогда не был чем-то страшным, потому что Сэм не боялся самолётов, как Дин. Но не бояться лететь вниз головой с пятого этажа было невозможно. В голове взрывались тысячи звуков – от весёлого детского смеха до громкого плача навзрыд, который пульсировал в висках, смешивался с шумом ветра и мыслями. Они звенели в его голове. Они раздражали и бесновались. Они были хуже полёта. А Сэм летел. Сэм правда не чувствовал ничего, кроме болезненного страха. Хотя прекрасно знал, что ужасно облажался.

†††

– Господи, – буркнул Дин, стаскивая с плеч свою старую, как мир, куртку. – Честное слово, у меня такое ощущение, что такие отели придумали только для съёмок фильмов-ужасов. – Ну, зато он пользуется спросом на Хэллоуин, – усмехнулся Сэм, швыряя сумку на кровать. Это место, на удивление, не угнетало. Оно даже как-то по-своему вдохновляло, и Сэм, если бы был приверженником Хэллоуина, возможно, точно оценил бы его. Но хватило одного пристального взгляда на бумажную летучую мышь, висящую на шторе, и на искусственную паутину, украшающую люстру, чтобы понять – нет, ему подобная атмосфера никогда не нравилась. Они с Дином не собирались задерживаться здесь. Всего один заголовок на новостном сайте – и охота началась. Поводом послужила короткая статья на новостном сайте: о гибели человека по имени Кэл. Он приехал сюда по делам, рассчитывая провести тут всего неделю, и пропал. Лишь когда жена начала бить тревогу, поиски набрали ход. А спустя несколько дней его нашли. То есть, не его самого. А его отрубленную голову с отсутствующими глазными яблоками. Ошмётки тела были разбросаны в метрах двадцати от отеля, где он остановился. Сама же голова лежала рядом с мусором на заднем дворе, которую хозяйка отеля заметила только спустя четыре дня. И хотя разговор с семьёй ничего на самом деле не дал («Вы уверены, что никто не желал причинить вашему мужу вред?», «Каким был Кэл, миссис Джонс?», «Спокойным ли человеком бы Кэл?»), но Сэм узнал кое-что важное: Кэл на дух не переносил детей. – Неудивительно, что у парня нет потомства, – хмыкнул Дин, роясь в документации, которую скинул на него Сэм. – А тварь, что убила его, уберегла это самое возможное потомство от хренового папаши. – На него с пяти лет скидывали всех шестерых братьев и одну сестру – каждый из которых был младше его самого. Так что неудивительно, – пожал плечами Сэм, позволяя пальцам носиться по клавиатуре ноутбука, как заведённым. Дин оторвал взгляд от бумаг и воззрился на Сэма, практически выжигая его своим пристальным взглядом. – Ты тоже был на мне. Но я же не возненавидел малышню за это. – Я был один, – категорически промолвил Сэм. – Представь, если бы таких, как я, было бы семь. Стоило Сэм поднять голову, как Дин моментально схватился за сердце и с ужасом откинулся на спинку стула в притворном инфаркте. – Я бы не выжил! – Иди к чёрту, придурок, – хмыкнул Сэм, возвращаясь к ноутбуку. Дин брякнул себе что-то под нос, и младший Винчестер был уверен на пятьдесят процентов, что это было привычное им «Сцучко». – Но парню реально в детстве было тяжело. Родители спились, семья практически разваливалась… А он поднялся с самых низов. – И закончил у мусорки. Иронично. – Может, и не у мусорки. Его могли потом притащить. – Ты меня понял. Ладно, – Дин легко улыбнулся – даже слишком легко за последнее время – и сбросил с себя пачку бумаг на кровать рядом. Поднялся на ноги и с силой потянулся вверх, хрустя суставами. – Мне нужно подышать свежим воздухом. Ночки, Сэмми. Фраза «свежий воздух» у Дина всегда звучала подозрительно – чаще всего она вела в сторону ближайшего бара или же стриптиз-клуба. Именно поэтому Сэм резко дёрнулся в сторону Дина. – Стоять! – крикнул он ему вслед. Но дверь уже громко хлопнула о косяк, и его ленивый старший брат растворился в ночи. Тихо выругавшись себе под нос, Сэм мысленно проклял это всё, после чего всё-таки вернулся к охоте. К информации, которую ему теперь придётся разгребать самому. Ладно. Сэму не впервой. Насчёт самого Кэла Сэм нарыть больше ничего не смог, хотя нельзя сказать, что он не пытался. Но вот насчёт самого отеля… Да. Тут ему удалось кое-что найти. Это «кое-что» как раз таки было размером с ту стопку бумаг, которую Дин сбросил на него. Сэм перетащил листы к себе на стол и под тихое гудение чужого телевизора, который он прекрасно слышал за стеной, под тихий шум ветра за окнами, под собственное практически неслышное дыхание, он продолжил копать. Глаза перебегали со строчки на строчку. Рядом плавно пустела чашка с паршивым кофе, который совершенно отличался от того, что готовила их кофемашина в бункере. Но зато вскоре у него всё было как на ладони. – Ты должен приехать сюда, сейчас же. Трезвым, – сказал Сэм в трубку без приветствий. Дин что-то раздражённо засипел, но Сэм его прервал. – Мне нужна твоя помощь. Или же сегодня появится ещё один труп. Больше Дин спорить не стал, и для Сэма не было ничего удивительного в том, что его старший брат оказался в их номере спустя пятнадцать минут. – Ты такой обломщик, – заявил с порога Дин, стаскивая куртку. – У меня могла быть такая ночь… Сэм его проигнорировал, склонившись над ноутбуком. – Следующая жертва – Рик Беккер. Живёт двумя этажами ниже, в номере двадцать три. Простой, ничем не примечательный, работает в супермаркете, поднакопил и приехал сегодня сюда. И не знает, что его этой ночью и прикончат. С Дина мгновенно спала вся спесь и он в два шага оказался у стола. – Что связывает этих двоих? – Десятерых, – поправил его Сэм. – с момента сотворения этого… Отеля было убито около пятидесяти человек, – Дин заметно поперхнулся, – но всего лишь десять по одной и той же причине. – Что… – Тут раньше был не отель, – Сэм прокрутил колёсико мышки и дошёл до точной цитаты из текста. – «В 1941 году более нежилое помещение было решено превратить в приют для детей, потерявших родителей в начале Второй Мировой войны. И всеми одновременно одобрено. Пятеро воспитателей и тридцать пять детей заселили приют довольно быстро». Не суть, – Сэм оторвался от текста и посмотрел на Дина. – В 1995 году это место превратилось в отель. А в 1944 году приют в принципе перестать существовать – вот почему информацию об этом было так тяжело найти. И… – Что случилось с детьми? – лицо Дина будто окаменело, приобрело жёстких оттенков, которые часто касались его морали «в охоте дети – табу». Но он неожиданно верно подобрался к сути. Потому Сэм на мгновение замолк и осторожно перевёл дух, не зная, как лучше это преподнести. Он помнил, как дрожали его руки, когда он перелистывал бумаги и статьи. Помнил, как чёртов ужас тисками сжал горло. Как огромный ком не позволил нормально вдохнуть. Но сказать он осмелился одно: – Их всех убили. Поголовно – и воспитателей, и детей. Сэм заметил, как побелели плотно сжатые губы Дина. – Кто? – Немцы. То есть, технически, японцы, но больше немцы, – слишком тихо ответил Сэм. – Насколько я понял… Воспитателей и детей они даже не взяли в плен. Они практически сразу же их расстреляли, ради собственной забавы. Дин стоял молча и пару долгих минут они с Сэмом будто отдавали честь тем, кто погиб. Погиб абсолютно несправедливо и неправильно. И в такие моменты Сэм не понимал, как они с Дином могли охотиться на монстров, пока в этом мире – даже если и в прошлом столетии – существовали создания похлеще. Ведь их нельзя было назвать людьми. Они того не заслужили. – Где они похоронены? Один вопрос прервал молчание. Сэм нервно выдохнул, окончательно развевая атмосферу, и промолвил: – Кладбище. В миле от отеля. Дин рассеянно кивнул. Когда Импала гнала сквозь тёмную ночь, рассекая мрак светом фар, Сэм внезапно вспомнил, что забыл упомянуть о той самой общей черте, за которую хватались призраки детей: каждый погибший останавливался в комнате мёртвого ребёнка. Каждый погибший испытывал вину. И у каждого погибшего эта вина была связана с семьёй. Единственное, что Сэм так быстро упустил – это то, что он одним выстрелом сегодня убил двух зайцев: ведь комната 48, в которой они остановились, принадлежала мёртвому Билли.

†††

Из-за одной крошечной ошибки Сэм действительно утратил момент осознания, во время которого он должен был понять кое-что важное. Дети могли привязать себя к предметам внутри самого пространства. Призраки часто так делали. И не помогло Винчестеру и то, что им с Дином пришлось отрыть огромный участок земли, где все никому ненужные сироты лежали в одной куче. Сэму было физически больно смотреть на переплетение из скелетов и тел. Из тех останков, которые люди просто поскидывали сюда, как чёртов мусор. Посыпалась соль. Полился во все стороны бензин. Чиркнула зажигалка – в темноте вспыхнула искра. И большое пространство земли обволокло огнём. Сэм и Дин стояли на месте мучительные долгие десять минут. А по прибытию назад в отель так и не заметили те самые расставленные по всему помещению старые, как мир, игрушки, которые не трогали уже годами. Они даже не пожелали друг другу спокойной ночи – просто вырубились, стоило головам коснуться слишком мягких подушек, а теплоте одеял согреть одубевшие тела. Что Дин, что Сэм были по горло сыты этим днём. Ночью. Неважно. И было слишком спокойно. И было слишком хорошо. И было даже не так уж и страшно, когда ледяные пальцы сомкнулись на шее Сэма, придавливая его к кровати и лишая возможности двигаться. – Поиграй со мной, – попросил скрипучий голосок, и в нос Сэма ударило гнилое дыхание, от которого его даже не заворотило. Он просто не успел толком осознать происходящее. Сбоку раздались выстрелы – Дин пришёл в себя быстрее, чем Сэм. Тусклая фигура растворилась над Сэмом, и он в растерянности отскочил к спинке кровати. Сердце бешено колотилось, глаза метались по тёмной комнате. Сэм был почти на все сто процентов уверен, что выстрелы уже услышал весь отель, хотя даже толком не подумал об этом. В руках выросло набитое солью аналогичное ружьё, после чего они одновременно с Дином оказались посредине комнаты. По углам постоянно вспыхивали тусклые фигуры. Они носились по кругу, пытаясь дотянуться до них, пытаясь атаковать, показывая свои слишком человеческие зубы и слишком жестокие глаза. Их окружали дети и лишь изредка – взрослые. Призраков было слишком много, и никакие выстрелы соли против такой оравы не помогали. – Что мы упустили?! – рявкнул Дин. – К чему они могли быть привязаны в этом доме?! Сэм не ответил: его взгляд блуждал по комнате, игнорируя бледную вуаль из десятка призраков, что боялись (пока что боялись) слишком близко к ним подступить. Глаза перескакивали со стоящих книг на полках на старинную лампу, со старого телевизора на всё тех же летучих мышей на шторах. Они что-то упускали. Палец впился в курок и фигура мальчишки растворилась в воздухе, стоило ему подобраться к Сэму ближе, чем на два метра. Сэм снова окинул взглядом всю комнату. И только после этого из всей тьмы и всех украшений выцепил одну маленькую и незамеченную ранее им деталь. Мягкого и очень, очень потрёпанного игрушечного медведя, стоящего на полке. На его игрушечной рожице отсутствовали чёрные пуговицы – глаза. Чёрт. Чёрт! – Игрушки, – выпалил Сэм Дину на ухо. – В них проблемах, их тут десятки, и все они расставленны по всему отелю! К ним дети и привязаны, потому что эти игрушки принадлежат… – договорить он не успел. В этот день Сэм совершил очень много ошибок, будучи слишком рассеянным для этого мира. И одной из них было то, что он отвернулся от пяти только и ждущих этого призраков. Несколько десятков ручек налетели на Сэма и ружьё выпало из его хватки быстрее, чем тот успел моргнуть. Неведомая людям сила резко толкнула его в сторону. Сэм с глухим выдохом знатно приложился о стену. Чьи-то маленькие пальчики снова вцепились ему в горло, в нос снова забился гниющий запах, а за спиной расползался странный холод. – Сэмми! Окно! Сэм в ужасе трепыхнулся, хотя не мог выдавить ни слова. Призрак прижимал его не к стене. Под ногами пола больше не было. А ледяное стекло окна позади него неожиданно громко треснуло от оказываемого на него давления. Сэм сделал глубокий вдох – и почувствовал, как последняя опора позади него с противным хрустом разбивается. Осколки посыпались в разные стороны. Неживые пальцы так и не отпустили его шею, лишая кислорода. А тело безвольной куклой полетело вниз, падая, падая, падая, падая… И весь мир Сэма захлестнула темнота.