Глава 9: Бабий бунт – дело житейское.

Алекс направлялась в сторону первого отряда и, пока преодолевала достаточно большой километраж, мысленно проклинала капитана 6-ого отряда Готэя-13. За его существование. За его ледяной взгляд. За то, что он заставляет её чувствовать себя... неловко. «Ну ничего, — успокаивала она себя, перепрыгивая через какие-то трубы на стройке. — Видеться с ним буду нечасто. Его высочество должно ночевать в казармах третьего отряда». Правда, с ночёвкой выходила заминка. Комнаты для гостей... Не то чтобы не готовы. Их в принципе не было. В этом году в РСД вступило невероятное количество новобранцев, прям спрос какой-то нездоровый, так что мест не хватало даже своим. А уж для прибывших хрен знает откуда господ и подавно. Дополнительное здание, конечно, строилось. Фундамент залили, арматуру выставили — всё как полагается. Но это только фундамент. А обещать гостям, что «завтра всё будет готово», местные доблестные служивые могли хоть вечность. Ну не всё же идеально в этой жизни. «А изредка забегать в отряд и проверять, жива ли эта статуя бесчувственности, дело плёвое, — продолжала размышлять Алекс. — Заодно и посмотрю, не оттаял ли хоть немного». За поднимающими настроение раздумьями она не заметила, как оказалась перед дверью первого отряда. Взлетев по лестницам словно торнадо (лифт эта особа принципиально не признавала), она нашла нужную дверь, ведущую в кабинет главнокомандующего, и без тени смущения распахнула её со словами: — Это пиздец, товарищи! Есть валера? На неё тут же вылупилось шесть пар глаз. В кабинете царила атмосфера, которую можно было назвать только одним словом: «разгром». Не в смысле бардака, а в смысле морального состояния присутствующих. На полу, прямо как сброд, сидели капитаны РСД. Им уже было глубоко плевать на правила и приличия. Единственным исключением была Аня, которая, словно бабочка, порхала по кабинету и подливала всем успокоительного, или чего по крепче. — Ооооо! Сестренка! — Сашка, услышав родной голос, расплылся в совершенно несвойственной для него манере. — Проходииии... Виной всему была валерьна, выпитая уже под капель шестьдесят. Он сидел, развалившись, с блаженной улыбкой на лице и, судя по всему, пребывал в легком состоянии эйфории. — А мы тут от нервного срыва спасаемся, — оповестил он сестру, поднимая над головой стакан, на дне которого ещё плескалось спасительное средство. Дыхнув через плечо, он замахнул остатки и удовлетворённо крякнул. Запах в кабинете стоял, мягко говоря, специфический. У Алекс сложилось ощущение, что она вошла не в кабинет главнокомандующего, а в комнату дома престарелых во время тихого часа. К ней тут же подлетела Аня, протянула стакан и посмотрела с таким сочувствием, будто Алекс только что вернулась с поля боя, где потеряла всех товарищей. — Сколько? — спросила она тоном, которым спрашивают «какой диагноз?». — Чтобы руки на себя не наложить, сколько надо? — уныло ответила Алекс вопросом на вопрос. — Таааак... Понятно, — протянула Аня, взяла стакан и начала методично капать в него заветное зелье. — Держи! — с неким напором в голосе она вручила стакан блондинке обратно в руки и упорхала к остальным. Алекс, немедля ни секунды, опрокинула содержимое в рот и зажмурилась. Валерьянка обожгла горло и растеклась по организму живительным теплом. — Ну что, дети мои, — раздался уставший голос Всеволода. — Как вам гости заграничные? — с издёвкой поинтересовался он, оглядывая это недобитое сборище. На него вылупилось пять пар глаз. В них читался всего один вопрос: «Ты головой соображаешь, что спрашиваешь?» — Магарыч, подожди ты со своими расспросами, — осадила его Полюшка, которая, в отличие от остальных, сохраняла более-менее человеческий вид. — Видишь, они в коматозном состоянии до сих пор. Их как будто контузило. — Да я-то чё? — развёл руками Магарыч. — Я ничё... Просто хочу понять: когда нам гробы новые заказывать и, главное, для кого? — он произнёс это с таким неподдельным интересом, что до сих пор стоявшая на пороге Алекс, на секунду задумалась: а не спятил ли он окончательно? — Магарыч, — подала голос Марго, глядя в стакан с валерьянкой тяжёлым, почти гипнотическим взглядом. — Наши самообладание и хвалёная выдержка, откровенно говоря, влетели в жопу. —произнесла она это абсолютно отстраненным от реальности голосом. — О как, — протянул Магарыч, задумчиво почесав подбородок. — Ну-с, давайте по порядку. Он полез под стол и с характерным звоном извлёк оттуда бутыль. Не валерьянки. Настоящей. Огненной. Забористой. Полюшка посмотрела на него убийственным взглядом, но ничего не сказала. В конце концов, день был тяжёлый. Абсолютно для всех. — Давайте все согласимся, — решила Аня необычным способом разбавить угнетённую на клеточном уровне атмосферу в кабинете. — Что наша форма им подходит больше, чем их родная. Все как один закивали. Это была чистая правда. Даже Марго, которая обычно спорила по любому поводу сейчас была согласна. На этом радостные вести закончились. В кабинете повисла тягостная пауза. Все переглядывались, но никто не решался начать первым. Наконец Миша, до этого молчавший, как партизан, поднял руку. Не чтобы выпить, а чтобы слово молвить. — Не, Всеволод, а что тут вообще говорить? — поправил он очки жестом, который у него всегда означал приближение эпического монолога. — Ты моего амбала видел? Ни ума, ни фантазии, чистый тестостерон и варварство. — он обвёл взглядом собравшихся, будто ища поддержки в них для своего вывода.— Знаешь, что он спросил? Знаешь? — Миша подался вперёд, сверля глазами главнокомандующего. — «Есть ли у вас здесь кто-нибудь сильный?» — спародировал он своего подопечного, насколько это вообще было возможно при его комплекции. — Понимаешь? Не то, как у нас отчётность ведётся, не то, кто в отряде и чем занимается, а вот это, блять! —не сдержав эмоций хлопнул он себя по колену. — Прошу прощения за скудность речи, но это полный пиздец! Атмосфера в кабинете накалялась. Миша распалялся всё больше. — Ещё он про духовный меч спросил. — устало закатив глаза, таким своеобразным образом оповестил он, о возможных ненужных вопросах со стороны только что прибывших. — Я сказал, что дома оставил. Надеюсь, рыть по этому поводу ему в голову не придёт. Если туда вообще в принципе что-нибудь приходит, кроме мыслей о битвах и мясе. — он сделал паузу, пытаясь успокоиться. Поправил очки и глубоко вздохнул. — Подведу итог. — голос его приобрёл пугающее спокойствие. — Я к этому социально не адаптированному питекантропу без успокоительного под языком вообще заходить не горю желания. Меня и так кошмары мучают во снах, так теперь ещё один прибавился. Только наяву. —Миша замолчал и уставился в стену каким-то слишком туманным взглядом, для главного ума подразделения и всего Мирграда. В кабинете воцарилась гнетущая тишина. Таким Михаила Владимировича ещё никто никогда не видел. Обычно спокойный, рассудительный, чуть занудный…И вдруг такая эмоциональная вулканическая речь. — Ну, ты конечно попал братец... — присвистнула Марго, глядя на него с вселенским сочувствием в глазах. — Увы, но мне повезло не больше. — она откинулась на спинку дивана и уставилась в потолок. — Мне вообще кабель достался... Кабелюга прям в чистом виде. — она начала жестикулировать, придавая своей истории пущего эффекта. — И говорит красиво, и весь такой из себя... — она изобразила в воздухе нечто, что должно было символизировать некую абстрактную фигуру.— Знает, что сказать, когда сказать, аж бесит, сука. Но а по характеру, хрен его знает. Попыталась у него заколки из волос вытащить, так он мне чуть руку не отгрыз. Представляете! Марго протянула руку со стаканом, требуя добавки священного лекарства. Аня тут же подскочила и капнула ей ещё несколько капель.— Бесит! — прошипела она и залпом выпила. — У меня так вообще дети бедные, — встрял Сашка, хлопнув по коленкам. — Что один, что вторая сказали, что бояться злую тетю Алекс. — он посмотрел на сестру, с явным укором в глазах.— Я, конечно же, их успокоил, сказав, что защищу их от столь древнего зла. Но теперь я для них стал уже не наставником, а рыцарем на белом коне, и в слепящих на солнце доспехах. Мне блин нимба над головой не хватает для пущего эффекта и все, идеальный герой-нянька! —развел руками в воздухе он, совершенно не понимая, что ему дальше делать с заочно навешанным на него амплуа великого героя-спасителя. — А самое то главное, что мне их действительно жалко стало. Они такие... Потерянные. Как котята, которых выкинули на улицу. — А силёнок-то хватит защитить от меня? — лукаво улыбнулась Алекс, посмотрев на брата исподлобья. — А? — Ой, иди ты! — Сашка вскипел, махнув на нее рукой. — Ты их до полусмерти там напугала, между прочим. Их теперь от одного твоего упоминания в дрожь бросает! — он погрозил ей пальцем, но в глазах его плясали озорные смешинки, от осознания абсурдности всей ситуации, вытекшей из событий этого злополучного дня.— Кстати, как там твой красноголовый-то? — не забыл поинтересоваться он, о главном страдальце их небольшого путешествия по местным окрестностям и закоулкам. — Ой, блин…— закатив глаза устало протянула она в ответ. — Это чудо света, чуть ещё раз в обморок не упало. — хмыкнула она, мельком вспомнив испуганную гримасу лейтенанта, когда она позволила себе немного лишнего и выпустила на свет небольшой процент своей духовной силы. — Но главное зло — это его капитан. Уууух, сука! — она нахмурилась так, что даже Полюшка, видавшая виды, слегка вздрогнула. — Псих и садист! Маньячело неадекватное! — Алекс начала трясти рукой, которую, судя по всему, травмировала во время «милого» разговора с Бьякуей. — Он мне чуть руку не сломал, представляете?! — За что? — удивился Миша. — За то, что за живое задела, — туманно ответила Алекс, но глаза её при этом странно блестели. Она сделала паузу и добавила с еще большим огоньком во взгляде. — А самое главное то, что у них между друг другом как это... Нуууу, особые отношения. — все в полнейшем непонимании разом уставились на неё с каменными лицами.— Ну, пестик там, тычинка... — Алекс потирала подбородок, изображая глубокую мыслительную деятельность. — Точнее, тычинка и тычинка. Сашка, сидевший неподалеку, сначала замер, переваривая информацию, а потом его лицо исказила гримаса отвращения. — Фуууу!!! — заорал он. — Фуууу!!! Фу, блять…Лекс!!! — он закрыл лицо руками и начал мотать головой из стороны в сторону, пытаясь вытряхнуть из неё непрошенные образы. — Отставить подобные реакции! — Всеволод грохнул кулаком по столу, осуждающе рявкнув на эмоционального блондина. — Каждый дроч… В смысле включаем толерантность! — осекся он, громко прокашлявшись. — Может мы не догоняем чего, или неправильно понимаем. — он подпёр подбородок руками и сильно призадумался. Видимо, пытался переварить всю выше сваленную на его полуседую голову информацию, за последние полчаса. — А у тебя как, Ань? — спросил Миша, поворачиваясь к единственной, кто ещё не высказывался. — Ты молчишь всё. — А? — Аня отвлеклась от разливания валерьянки по стаканчикам и резко выпрямилась. — У меня? — она улыбнулась той самой тёплой, располагающей улыбкой, которая так контрастировала с общей атмосферой уныния.— У меня всё хорошо, — заключила она с довольным выражением лица. — Дядя вроде приличный, симпатичный, спокойный. Мозги вроде на месте. Ни похотливый, ни ребёнок. Руку мне пока что не отгрызал. Так что пока всё здорово! — Везёт... — уткнув лицо в коленки, печально выдохнула Марго. Выслушав рассказы своих капитанов, Магарыч как-то слишком обречённо посмотрел на своих орлов. Взгляд его выражал глубокую, вселенскую усталость и философское принятие неизбежного. — Значит, подведём итоги, — начал он, загибая пальцы. — У Миши — питекантроп, одержимый идеей найти сильного противника. У Марго — Казанова с заколками, который чуть руку ей не отгрыз. У Сашки — дети, которые боятся злую тетю Лекс. У Лекс — маньяк-садист с красноголовым лейтенантом, у которых, судя по всему, отношения глубже, чем просто служебные. А у Ани….У Ани все хорошо….— на мгновение он зажмурился, проверяя себе на правильность сделанных им выводов после всего выше услышанного и едва заметно кивнул сам себе. — Так. Отставить панику. — Всеволод поднял руку, призывая всех к чуть менее унылой тишине. — Нигде ещё наша не пропадала. Вот пирушка будет, они вам все ещё понравятся. Он произнёс это с такой надеждой в голосе, будто пытался убедить не только капитанов, но и самого себя. — Магарыч... — Полюшка посмотрела на него с выражением лица, которое обычно бывает у людей, объясняющих очевидное ребёнку. — Мне кажется, им сегодня не до пирушки будет. У них медосмотр ещё, так-то. — Блин, точно... — Всеволод хлопнул себя по лбу с такой силой, что эхо разнеслось по кабинету. Он задумался на секунду, перебирая в голове варианты. — Ладно. Еду, если что, на обед, завтрак и ужин пустим. А алкоголь... — он перевёл взгляд на бутыль, гордо стоящую на столе. — Алкоголь не портится. — довольный как слон, размышлял он вслух, явно гордясь своей безупречной логикой. — Ребятки, милые, потерпите годик — и всё. Ну пожалуйстаааааа... — он сложил руки в умоляющем жесте, надеясь на вселенское понимание с их стороны. — Что теперь делать, раз оказия такая случилась? — капитаны в ответ лишь понуро кивнули. Куда они денутся? Приказ есть приказ. И тут в кабинет неожиданно, вот прям как есть неожиданно ворвался запыхавшийся Толя. Он влетел, как ураган, с бешеными глазами и тяжёлым дыханием. Видок у него был, мягко говоря, потрёпанный. Одна штанина разорвана от колена до щиколотки, кобура сползла куда-то в район колена и болталась там, как инородный предмет. Один рукав на бомбере был оторван наполовину, волосы торчали в разные стороны, создавая образ того, кто только что пережил ядерный взрыв, не меньше. Не обращая внимания на присутствующих, он в наглую подошёл к столу Всеволода, забрал из его рук стакан и, не спрашивая разрешения, замахнул содержимое себе в рот. — Ребята, это какая-то жесть, — выдохнул он, отдышавшись. — Бабы бунт устроили. В кабинете повисла тишина. Капитаны непонимающие переглянулись друг с другом. — Бедных иностранцев по углам зажали, — продолжил Толя, жестикулируя свободной рукой. — Те несчастные прячутся от них. Фууууух... — он взял небольшую передышку, пытаясь отдышаться. — Офицеры не справляются, — выпалил он следующую порцию информации. — Бедного Рому чуть в клочья не разорвали! «Я еле как ноги унести смог», —он протянул стакан в сторону главнокомандующего. — Наливай! —Всеволод, пребывая в состоянии полнейшего ахуя, молча налил ему, не задавая вопросов. Толя выдохнул через плечо и залпом выпил полстакана. После чего поморщился, похрипел немного и продолжил.— Короче... — голос его сел, но он мужественно пробивался сквозь спазм. — Нынешние капитаны десятого и девятого отрядов прячутся в погребах десятого отряда вместе с лейтенантом. — Сашка тут же побледнел, больше обычного. Его подопечные в погребах? — Капитан второго отряда и его лейтенант где-то в кустах восьмого отряда, — Толя загнул второй палец. Марго, услышав это, не выдержав, стукнула себя полбу, после чего стянула лицо вниз, не забыв при этом устало простонать. — Капитан и лейтенант третьего отряда смогли забаррикадировать дверь в кабинет, — Толя загнул третий палец, — Но что-то мне подсказывает, что этого надолго не хватит. —Алекс немного хищно улыбнулась. Бьякуя забаррикадировался? Мило.— К счастью, в седьмом отряде всё спокойно, — Толя развёл руками. — Оно и понятно, там же мужики одни. Мы просили у них помощи, но в итоге они чет очканули вмешиваться. — он сделал небольшую драматическую паузу для пущего эффекта.— Так что как-то так. — наконец закончил свою душещипательную историю третий офицер 10-ого отряда РСД. — Спасать гостей надо, спа-сать... А то они так и до медосмотра не доживут. В кабинете несколько минут висела гробовая тишина. Капитаны переваривали только что полученную информацию. Каждый представлял свою картину маслом: японские жнецы смерти, забившиеся по углам, и толпа разъярённых русских баб, жаждущих знакомства с заграничными «экспонатами». И когда до всех наконец дошло, что только что услышали их уши, они синхронно взялись за головы и разом поникли. — Твою мать... — отчаянно протянула Марго, закрывая лицо руками. — И че теперь делать? — Алекс повернулась к Всеволоду. — Магарыч, мы если там появимся, нас так же в клочья порвут. — Точно, точно, — подхватила Аня. — Да, да... — послышалось согласие от остальных. — Спокойно... — Всеволод угрюмо выдохнул и принялся активно массировать свои пульсирующие виски. Было видно, что даже его железные нервы медленно, но верно начинают сдавать. Неожиданно на его лице появилась ухмылка. — Во бабы дают, конечно. — он покачал головой с каким-то даже восхищением в голосе. — Я с них хринею. — ухмылка сползла так же быстро, как и появилась.— Так... — Всеволод в миг посерьёзнел, нахмурив брови. — Медосмотра сегодня не будет. — твёрдо заявил он. — Потому что раз там давка, значит, есть пострадавшие. Соответственно, он переносится на неопределённый срок. Время согласуем позже. Капитаны облегчённо выдохнули. Хоть что-то хорошее, коснулось их слуха за этот день. — А теперь главный вопрос. — Всеволод обвёл взглядом своих подчинённых. Взгляд был тяжёлым, как у следователя на допросе. — У кого в квартире более-менее чисто? — и в этот момент все, как по команде, разом указали на Алекс. Пять пальцев и один стакан, (если считать Толю, который тоже ткнул в ее сторону) были направлены в сторону Алекс. В этот момент, в её голове пронеслась вся жизнь. Все моменты, когда она тщательно убиралась в своей квартире. Все разы, когда она заставляла себя складывать вещи на место, а не разбрасывать их по углам. Всё это чистоплюйство, которым она так гордилась... — Сука, — выдохнула она. — Я только что прокляла всё своё чистоплюйство. — почти шепотом проговорила она, потерев руками лицо в надежде, что она сможет очнуться от этого кошмара, происходившего, к ее огромнейшему сожалению, наяву. — Нет! — Алекс вскинула руки, словно пыталась защититься от невидимого удара. — Магарыч, только не ко мне! — в её глазах читалось такое отчаяние, будто ей только что объявили смертный приговор через расстрел. — Алекс, прости, но к тебе, — развёл руками Всеволод, не принимая отказа. — Это приказ. Алекс замерла на секунду, а потом несколько раз с силой ударила себя по лбу. Провела рукой по лицу, чуть стягивая кожу вниз, отчего её физиономия приобрела комичное выражение, но никому сейчас смешно не было. — Итак, план действий таков, — Всеволод поднялся с места, принимая командную стойку. — Вы ищете своих подопечных и ведёте их в квартиру Алекс отсиживаться. Для особо одарённых повторяю: это приказ. — следом он перевёл взгляд на своего лейтенанта. — Поль, бери Толю и более-менее живых офицеров и разгоняйте этот бунт к чертовой матери! Как разгоните зайдёшь ко мне. Будем решать дальнейшую судьбу гостей. — он сделал короткую паузу и слишком уверенно добавил.— Кроме Кенпачи. Он останется в отряде, раз там всё так сладко и гладко. ВСЕМ ЯСНО?!! — ДА!!! — грянуло в ответ так, что стены кабинета, кажется, слегка сотряслись. — Ну всё, ребятки, за работу, — напутствовал он их и, проводив взглядом покидающих кабинет капитанов, перевёл взгляд на бутыль, стоящую на столе. «…Водки много не бывает, конечно, — подумал он про себя, с сожалением глядя на уменьшившееся содержимое. — Но боюсь, эта ситуация из ряда вон выходящая…» *** Капитаны разделились на три группы. Марго отправилась вызволять Шунсуя, Рукию и Джуширо из лап озверевших девиц. Саша с Аней — на помощь Рангику и Тоширо. А Алекс, соответственно, попёрлась вытаскивать из жопы своих новых «любимчиков». А Миша, Миша пока что помогал пострадавшему офицеру, принесшему столь важные известия, не окочурится раньше времени. Заранее они договорились о месте встречи, а именно во дворе дома, в котором они все дружно успели обзавестись каждый своей жилплощадью. Туда должны были подойти все вместе со своими спасёнными. В общем-то спасательная операция прошла... довольно неплохо. Если не считать, что без последствий не обошлось. Совсем. *** Марго ворвалась в зону «боевых действий», как ураган. И ураган этот нёс разрушение. То, что она увидела, заставило бы волосы встать дыбом даже у видавшего виды капитана. Толпа разгорячённых, мягко говоря, нетрезвых баб штурмовала подвал десятого отряда, где, по данным «разведки», прятались несчастные гости. — А ну стоять! — рявкнула она так, что стены задрожали. Но эффекта не последовало. Бабы, находясь в состоянии, близком к берсерку и просто не узнали своего капитана. А может, им было плевать. В любом случае, на Марго накинулись сразу несколько особо ретивых особ. И началось. Кулаки мелькали со скоростью пулемётных очередей. Ноги отправляли в нокаут одну за другой. Но враг был многочислен и, главное, абсолютно неуязвим для доводов разума. Когда схватка закончилась, Марго стояла посреди поля «боя» и тяжело дыша оценивала урон, полученный во время схватки со своими подчиненными. Лицо её украшали теперь не только побрякушки, а свежие «боевые раскрасы». Ссадина на правой скуле алела ярким пятном. Левая бровь была рассечена, и из неё тонкой струйкой бежала кровь, заливая глаз. Нос, разбитый вдребезги, кровоточил в разные стороны, создавая впечатление, что у Марго открылось второе дыхание в прямом смысле слова. Руки тоже пострадали. Несколько казанков, которые она использовала для успокоения особо буйных, были разбиты в щепки. Просто не выдержали такого количества лиц на своём пути. Чуть выше запястья виднелись глубокие царапины, следы ногтей сопротивляющихся, которые пытались если не победить, то хотя бы оставить автограф на теле своего капитана. Но главное, подвал был освобождён! Марго, шатаясь, подошла к двери и рывком распахнула её. — Выходите, — хрипло сказала она. — Свободны. Из темноты показались трое. Шунсуй вышел первым. Его розовая накидка, которую он так и не снял (теперь поверх формы РСД, естественно), была помята и порвана в нескольких местах. Заколки в волосах съехали набок, придавая ему вид человека, только что пережившего ураган. Но, как ни странно, он улыбался. — Марго-тян, — пропел он, увидев её лицо. — Вы спасли нас! Я знал, что вы мой ангел-хранитель! — Заткнись, — устало бросила Марго, вытирая кровь с лица рукавом своего потрепанного, капитанского бомбера. — И не называй меня «тян». За Шунсуем показалась Рукия. Девушка была бледна, как мел, но, кажется, не пострадала физически. Только глаза её были слишком расширены от пережитого ужаса. — Маргарита Владимировна, — выдохнула она. — Что там? Они ушли? — Ушли, — кивнула Марго. — Я их... проводила. Последним вышел Джуширо. Он, в отличие от остальных, выглядел на удивление спокойно. Только лёгкая тень усталости на лице выдавала, что и ему пришлось несладко. — Вы ранены. — констатировал он, глядя на лицо Марго. — Бывало и хуже. — отмахнулась она. — Позвольте, — Джуширо подошёл ближе и, не спрашивая разрешения, прикоснулся к её разбитой брови. Пальцы его были тёплыми, и от этого прикосновения почему-то стало легче дышать. — Потом, — выдавила она из себя, немного отшатнувшись. — Сначала к Алекс. Там разберёмся. — К Алекс? — переспросил Шунсуй. — К той прекрасной девушке, которая смогла ввести в исступление капитана Кучики? — К той, ещё той заразе, — поправила Марго. — Идёмте. Быстро. *** У Сашки и Ани всё прошло более-менее гладко. Поисковая операция под кодовым названием «Кусты» проводилась на территории Сашкиного отряда и в отличии от отряда Маргариты Владимировны, служащие 8-ого отряда с большим уважением относились к своему капитану. — Я начинаю подозревать, — пропыхтел Сашка, раздвигая очередные заросли — Что с этими двумя в прятки играть себе дороже. — Ага, — согласилась Аня, протирая пот со лба. — Они явно тренировались. Может, у них там в Готэе это обязательный норматив? — Скорее уж обязательная программа выживания, — хмыкнул Сашка и продолжил искать. Кусты на территории его отряда были густыми, высокими и, как назло, бесконечными. Они обшарили уже половину, но Тоширо и Рангику словно сквозь землю провалились. — Рангику! — позвала Аня. — Тоширо! Выходите, свои! Тишина. Только шелест листвы и веток на ветру. — Может, они уже сдались и ушли? — предположил Сашка. — Ага, и прямо сейчас сидят где-нибудь в кафе и чай попивают, пока мы тут лазаем, — фыркнула Аня. — Исключено. Они в панике, они забились в самую глубокую нору, какую смогли найти. — О, точно, — Сашка хлопнул себя по лбу. — Нора! Тут есть одна... Он свернул в сторону, и через пару минут они обнаружили искомое. Из-под огромного раскидистого куста виднелись две тени. — Товарищи из Готэя-13, — официальным тоном произнёс Сашка. — Вы обнаружены. Просьба выходить с поднятыми руками. — Не выйдем! — донеслось из-за куста. — Здесь безопасно! — добавил второй голос. Сашка и Аня переглянулись. — Рангику, — Аня присела на корточки и заглянула под куст. — Это мы. Мы пришли вас спасти. Те страшные тёти ушли. — Не верим! — звонкий голос Рангику почти оглушил Аню, и она поспешила быстрее ретироваться из зоны поражения звуковой волной. — С хрена-ли загуляли? — удивился Сашка. — Мы же свои! — Свои тоже могут быть ловушкой. — философски заметил Тоширо, более спокойным и сдержанным голосом чем у его лейтенанта. — Тоширо-сан, даю слово капитана, что мы не ловушка. Выходите, пожалуйста. Нам нужно уходить, пока не вернулись... ну, вы поняли кто. — попыталась убедить их Аня, устало закатив глаза. За кустом наступила тишина. Видимо, шёл совет. Наконец оттуда показалась взлохмаченная голова Тоширо. Он огляделся по сторонам, убедился, что опасности нет, и вылез полностью. Следом выползла Рангику. Выглядела она, мягко говоря, потрёпанно. В волосах застряли листья, бомбер был в земле, а на правой коленке красовалась огромная ссадина, из которой сочилась кровь. — Ой, — сказала Аня, увидев рану. — Это вы где так? — В кусты стратегически отступала, — жалобно ответила Рангику. — Там ветка была... острая... — она попыталась сделать шаг и тут же сморщилась от боли.— Больно! — взвизгнула она, не сдержавшись. — Давай посмотрю, — Аня присела рядом и бегло осмотрела травму. — Глубоко, но не критично. Нужно обработать, но не здесь. До квартиры Алекс дойдёте? Рангику попробовала шагнуть ещё раз и покачнулась. — Не-а, — честно сказала она. — Кажется, я сейчас упаду. Сашка тяжело вздохнул, смотря на это «представление» и развернулся к ней спиной. — Залезай, — скомандовал он. — Понесу. — Что? — щеки рыжеволосой вмиг вспыхнули алым заревом. — Нет-нет, что вы, я не могу... — Можешь-можешь, — твердо перебил Сашка. — Время дорого. Давай, не стесняйся. Я сильный, выдержу. Рангику поколебалась секунду, а потом, охая и ахая, взгромоздилась ему на спину. — Ух ты, — удивилась она. — А у вас спина широкая... — Спасибо, — хмыкнул Сашка. — Комплименты потом. Держись крепче. — А я? — спросил Тоширо. — А вы, капитан, — Аня взяла его за руку, — Пойдёте со мной. Держитесь рядом, чтобы не потеряться. — Тоширо скептически посмотрел на её ладонь, сжимающую его руку и обреченно выдохнул, поймав себя на мысли, что его уже давно изрядно бесит, что к нему относятся как к ребенку. — Идём, — скомандовала Аня. — Нас ждут великие дела. А именно успокоение. — А там безопасно? Там, куда мы идем? — с легко проскользнувшей надеждой в голосе спросил Тоширо, надеясь на удовлетворительный ответ. — Возможно там будет шумно, — честно ответила Аня. — Но безопасно. Обещаю. *** У Алекс всё прошло не так гладко, как у брата. Она ворвалась в толкучку, как танк на передовую. Толпа была плотной, злой и, судя по всему, хорошо подготовленной. Алекс пробивалась сквозь неё локтями, плечами, головой, в общем всем, чем только можно было. На входе в центр событий она умудрилась получить локтем в нос. Хруст. И по лицу потекла кровь. Следующим ударом ей разбили губу. Алекс даже не поняла, кто и когда успел это сделать. Просто в какой-то момент во рту появился неприятный привкус железа, которой он с более неприятным звуком сплюнула на пол. Но главное — она успела. Бьякуя и Ренджи стояли, прижатые спиной к стене. Вокруг них бурлила толпа, жаждущая знакомства. Кто-то задавал вопросы, кто-то предлагал «повеселиться», а особо наглые руки уже тянулись к гостям с явно недружественными намерениями. Вид у обоих был... потрёпанный. Бьякуя сохранял ледяное спокойствие, но руки его уже лежали на рукояти меча. Ещё немного — и Сенбонзакура разметал бы всех вокруг в клочья, плевать на дипломатические последствия и принадлежность пола, окруживших его. Ренджи выглядел ещё хуже. Глаза его бешено вращались, рука тоже была на мече, и только какая-то неведомая сила удерживала его от того, чтобы не начать рубить всех направо и налево. — Спокойно, — прошептал Бьякуя, хотя сам был готов взорваться. — Не поддавайтесь. — Капитан, — прохрипел Ренджи, — Если ещё одна рука меня тронет, я... Договорить он не успел. В толпе возникла Алекс. Она пробилась в центр, как пушечное ядро, снеся пару особо наглых девиц на своем пути, аккуратно пройдясь по их спинам, как по ковровой дорожке. Не говоря ни слова, она схватила обоих за руки: — Бежим! — рявкнула она и рванула в сторону выхода, таща их за собой. Толпа взревела, но Алекс уже прокладывала путь. Локти работали, ноги летели, зубы были стиснуты. Они вырвались. Выскочив из окружения, они пробежали ещё пару коридоров и только тогда остановились, тяжело дыша. Алекс бегло осмотрела себя. Бомбер был порван. Левый рукав висел на честном слове. Резинка из волос исчезла — то ли потерялась в толпе, то ли осталась в чьих-то загребущих руках. Длинные светлые волосы растрепались и рассыпались по плечам, делая её похожей на безумную ведьму после шабаша. Кровь из носа и разбитой губы всё ещё текла, размазываясь по лицу. — Ну и видок у меня, — быстро расценила она. — Детей пугать можно. Бьякуя молча смотрел на неё. В его глазах, обычно ледяных и непроницаемых, мелькнуло что-то... странное. То ли удивление, то ли... восхищение? — Вы ранены, — сказал он. — Пустяки, — отмахнулась Алекс. — Бывало и хуже. Вы как? — Жив, — коротко ответил Бьякуя. — Благодаря вам. Ренджи, стоявший рядом, просто кивнул. Слишком уж он был слишком вымотан, чтобы хоть одно словечко вымолвить. — Ладно, — Алекс махнула рукой. — Идём дальше. Надо к моей квартире... Она не договорила. Из-за угла вывернула очередная толпа. Человек десять, не меньше, и все с горящими глазами. — О! — заорала одна. — Нашлись! — подхватила вторая. — Тоже ничего! Алекс посмотрела на них, потом на свои разбитые руки, потом на Бьякую. — Отойдите, — коротко сказала она. — Я быстро. — Что? — не понял Бьякуя. Но Алекс уже шагнула вперёд. То, что произошло дальше, Ренджи запомнил надолго. Алекс двигалась, быстро и уверенно. Точечные удары попадали в цель один за другим. В какой-то момент у неё окончательно оторвался рукав, и она отбросила его в сторону, как ненужную тряпку. Когда последняя из осадивших их рухнула на пол, Алекс стояла посреди валявшихся на полу тел и тяжело дышала. Руки её, крепко сжатые в кулаки, были окроплены кровью собственной и чужой почти по самые локти. — Идём, — сказала она таким тоном, будто только что размялась, а не уложила десяток служащих почти одним махом. — Пока ещё кто-нибудь не нарисовался. — Вы... — начал Бьякуя, но резко был перебит. — Давай потом, — махнула рукой Алекс. — Идём, говорю. Ренджи, ты как? Ренджи, который всё это время стоял с открытым ртом, судорожно сглотнул. — Я... я в порядке, — он посмотрел на неё с новым, доселе невиданным выражением. Не страха, нет. Восхищения. Чистого, искреннего восхищения. — Вот и славно, — кивнула Алекс и, не дожидаясь их, пошла вперёд. Бьякуя и Ренджи переглянулись и последовали за ней, стараясь держаться как можно ближе, чтобы не приведи Король душ не нарваться на еще одну орду свирепых девиц. *** Первыми к месту встречи подошли Сашка и Аня. По пути они даже успели забежать в магазин и купить пару пачек сигарет, потому что оба чувствовали, что сегодня без них уже не обойтись. Нервы все-таки не железные, даже у капитанов РСД. Местом встречи был двор так называемого «элитного района», где проживал «молодняк», то есть те, кто смог позволить себе отдельное жильё с улучшенной планировкой. Так что двор был идеальным местом для сбора. Сашка закурил, с наслаждением затягиваясь дымом в легкие. Аня стояла рядом, придерживая на спине Рангику, которая всё ещё тихо постанывала от боли в коленке. Тоширо топтался рядом, периодически бросая беспокойные взгляды на своего лейтенанта. Вторыми прибыли Марго и Миша. Вид у Марго был... эпичный. Разбитое лицо, запёкшаяся кровь на брови и скуле, нос, который явно требовал внимания врача, но Марго, судя по всему, плевать хотела на такие мелочи. Она уверенно шагала вперёд, ведя за собой Шунсуя, Рукию и Джуширо. Увидев, что Сашка курит, она мигом подлетела к нему, стрельнула папироску, прикурила и, сев на корточки прямо посреди двора, глубоко затянулась. Миша последовал её примеру и теперь они сидели на корточках, как два хулигана, и с наслаждением выпускали дым в вечернее небо над головой. — Это кто тебя так? — спросил Сашка, разглядывая разрисованное лицо коллеги. — Отряд, — коротко ответила Марго хмыкнув. — Они просто забыли, что я капитан. Пришлось напомнить им об этом. — выдохнув густой дым добавила она, с довольным оскалом на лице. — Звиздец докатились, — протянул Сашка, качая головой. — Мы получается ещё легко отделались. — Да вообще не говори, — согласилась Марго. — Совсем охринели уже. Ну ничего, я еще на них капец как отыграюсь, забудут дом родной и улицу. — она перевела взгляд на Сашкину спину, где всё ещё сидела Рангику. — А с ней че? Сашка повернул голову, улыбнулся своему «седоку» и пояснил: — Производственная травма, полученная во время «стратегического отступления в кусты». Ведь так? — подмигнул он Рангику, подсадив ее немного выше, для большего удобства. Та в свою очередь усиленно закивала, всеми оставшимися в ее теле силами подтверждая его версию. Марго присмотрелась к коленке лейтенанта и почему-то прониклась к ней слишком уж для нее острой жалостью. «…В первый же день и пережить такое, — подумала она про себя. — Везёт им прям как утопленникам...» — Кстати! — внезапно встрепенулась Аня. — Вы на Алекс случаем на пути не натыкались? Брат с сестрой отрицательно помотали головами. Марго — более агрессивно, Миша — более философски. — Может, она уже где-то аристократа с красноголовым закапывает? — высказал свою мысль вслух Миша, затягиваясь сигаретой. — Миша, дурак! — тут же воскликнула Аня, заметив, как изменилось лицо Рукии после этих слов. Она мгновенно подскочила к фиолетовоглазой, слегка обняла её и начала успокаивающе поглаживать по плечу. — Ничего с ними не произошло, — заверила она. — Миша просто так, по-дурацки шутит. Головой в детстве много ударялся, вот и мозги набекрень поехали. — Лучше горькая правда, чем сладкая ложь, — продолжил Миша, видимо, решив, что раз уж начал, надо добивать. — Миша! — рявкнула Аня так, что даже Марго вздрогнула. — Всё-всё, молчу, — Миша послушно затушил сигарету и поднялся с корточек, хрустнув коленками. И тут его взгляд зацепился за приближающиеся к ним фигуры вдалеке. — Оооо! — воскликнул он, показывая рукой вперёд. — Вон они, идут! Все разом повернули головы в указанном им направлении. Картина, открывшаяся их взорам, была, мягко говоря, удручающей. По дороге к ним медленно, но верно, двигались три фигуры. Алекс — в разорванном бомбере, с окровавленным лицом, растрёпанными волосами, которые развевались на ветру, как боевое знамя. За руку она вела Бьякую. Капитан Кучики выглядел... потрёпанным, но главное был жив и без особых травм (моральное состояние в расчет не бралось). Форма была помята, волосы растрепаны, на лице застыло выражение того, кто только что пережил нечто, чего не должно существовать в природе. Но главное — это то, что он позволял вести себя за руку. Как ребёнок. Это было настолько неестественно, что Марго выронила сигарету. С другой стороны, Алекс тащила Ренджи. Лейтенант выглядел хуже. Бомбер висел клочьями, на лице застыло выражение полнейшего опустошения, и только инстинкт самосохранения заставлял его переставлять ноги. Подойдя к собравшейся компании, Алекс остановилась. Отпустила руки спасённых, словно они были чемоданами, которые наконец можно поставить и выдохнуть. Она обвела взглядом присутствующих. Увидела выронившую сигарету Марго с чуть открытым от шока ртом. Та, поймав её взгляд, кивком показала в сторону брата. Алекс молча протянула руку. — Сигу, — процедила она ледяным тоном. Сашка уставился на неё, разглядывая внешний вид сестры с бешено растущим удивлением в глазах. — Может, сначала расскажешь, что произошло? — осторожно спросил он. — Сигу, — повторила Алекс, не убирая руки. Сашка вздохнул, полез в карман и протянул ей пачку. — Ладно, ладно, только не горячись, — примирительно сказал он. — Держи. Алекс выхватила сигарету, прикурила с такой скоростью, будто от этого зависела её жизнь. Сделав глубокий вдох, она почти простонала от удовольствия, густой струей выдохнула дым в вечернее небо и тут же принялась массировать травмированную переносицу, морщась от боли. — Ну как там? — поинтересовалась Марго, оценивая ее ущерб. — Живая? — Живая, — буркнула Алекс. — Но руки бы оторвала той дуре, которая заехала мне локтем в нос. Марго поднялась с корточек и начала осматривать подругу с ног до головы. Взгляд её скользил по разорванному бомберу, по окровавленным рукам, по растрёпанным волосам. — Ты прям как будто с войны вернулась, — сострадающе подметила она. — Я смотрю, тебя тоже стороной не обошло, — Алекс окинула её ответным взглядом, оценивая разбитую бровь, ссадину на скуле и распухший нос. — Что есть, то есть, — Марго криво усмехнулась, отчего ссадина на губе снова начала кровоточить. — Совсем охренели, да? — Да вообще охринеть не встать, — Алекс аж передёрнуло от внезапно нахлынувших на нее флешбэков. — Я думала живой не уйду. — она затянулась, выпустила дым и добавила с нарастающей злостью. — Гребанное вселенское бешенство матки какое-то! Марго понимающе кивнула. — Да вообще не говори. — Мы это, — Миша кашлянул, привлекая к себе внимание остальных. — С Аней вас сейчас покинем. Нужно в медпункте помочь пострадавшим. — он обвёл взглядом потрёпанную парочку. — Судя по вашему виду, как минимум двум отрядам это точно. Алекс и Марго переглянулись. В их взглядах мелькнуло что-то похожее на понимание. Они синхронно подняли руки и с довольными лицами отбили пятюню. Звук получился таким громким, что эхом разнесся по двору. — Обработайте раны и попытайтесь отдохнуть, — добавила Аня, уже беря Мишу под локоть. — Мы постараемся вернуться как можно быстрее. Попутно поищем Полюшку и спросим, что нам вообще делать в дальнейшем. — Хорошо... — Алекс говорила, не выпуская сигареты из зубов, отчего слова получались немного неразборчивыми. — Проваливайте на все четыре стороны. Аня улыбнулась ей тёплой, понимающей улыбкой. — Как мило с твоей стороны, — сказала она и, развернувшись, потянула Мишу за собой. — А чего сразу я? — донеслось до них ворчание Миши. — Я вообще-то тоже устал! — Потому что ты умный, — парировала Аня. — А умные должны помогать. Их голоса стихли, постепенно совсем растворившись в тишине. Алекс докурила, раздавила окурок подошвой и обвела взглядом оставшуюся компанию. Бьякуя стоял чуть поодаль, сохраняя невозмутимый вид, но Алекс заметила, как он то и дело поглядывает на неё — изучающе, с каким-то новым выражением. Ренджи рядом с ним выглядел так, будто его переехал грузовик, а потом грузовик вернулся и проехался ещё раз. Шунсуй, несмотря на помятый вид, умудрялся выглядеть обычно и даже слегка игриво поглядывал на Марго. В общем с горем пополам, все выжили в этом безумстве и теперь имели полное право побыть немного в безопасности. Алекс подошла к двери, ведущей в подъезд, рывком открыла её и, обернувшись, не слишком довольно произнесла: — За мной.