«Навечно» Тисс/Тай

      Умеренный вдох.       Как попытка обрести контроль над эмоциями.       Выдох.       Такой же протяжный, спокойный. Но облегчения за ним не последовало. Тяжесть осела камнем там, где предположительно у человека находилась душа.       Тисс легонько надавила на солнечное сплетение и открыла глаза, устремила взгляд в окно. Собственные мысли тревожили, лишая сна и покоя. Принц из вражеского клана уже завтра станет ей мужем.       Союз двух наследников необходим. Как залог перемирия. Ведь постоянные конфликты между королевствами — истощили обе стороны, которые нуждались в передышке, примирении.       Тисс понимала это. Голос разума рассуждал о правильности принятого решения, а вот мятежное сердце… Разве её чувства не имели значения? Она же не трофей, который можно было передать из рук в руки.       Ей предстояло выйти замуж за незнакомца, который ещё вчера был врагом. Тисс придётся лечь в одну постель с тем, кто не являлся обычным человеком, в отличие от неё. И это было одной из главных причин её опасений. Потому что принесённым в жертву ягнёнком ей бы не хотелось стать.       Сегодня должна была состояться их встреча, прямо на границе, разделяющей государства, во дворце, что станет их с принцем — новым, общим домом. Но он опаздывал. Из-за чего она понадеялась, что её жених и вовсе не приедет, передумает. Сама не заметила, что пробормотала это вслух. Как вдруг почувствовала пробежавшие по коже мурашки.       За спиной неожиданно раздалось:       — Это наш с вами долг, леди эя Вэдтри… Принести мир в оба королевства. Он превыше всего.       Стараясь сохранять самообладание, она не спеша повернулась, хоть и ещё не готова была его увидеть. И от этого её сердце зашлось, едва не выпрыгнуло из груди. Его глаза — первое, что Тисс заметила. Зелёные, насыщенные, они напоминали о глубинах густого леса, где можно с лёгкостью затеряться. Кожа принца была алебастровой, безупречной, а волосы цвета воронова крыла обрамляли лицо, словно высеченное из мрамора. Он оказался выше, чем она ожидала. Стройный и притом сильный. Пускай вампир, но Тай эя Эйни был прекрасен — в своей опасной, хищной красоте, от которой у неё перехватило дыхание.       Принц поклонился. И это движение вышло плавным, почти томным. Смертоносная грация. Она могла бы поклясться, что он ухмыльнулся.       — Принцесса Тисс… — Его голос низкий, глубокий и звучный. — Я рад, что наше знакомство наконец-то состоялось.       Она присела в реверансе, изящном, отточенном до совершенства.       — Мне тоже очень приятно, Ваше Высочество. — Ложь с трудом сорвалась с её языка.       — Как и для вас, для меня выбор — непозволительная роскошь, — продолжал он. — Но я обещаю относиться к вам с уважением.       С уважением. Не с любовью.       Брак по расчёту, лишённый тепла.       Почему-то у этих слов был горький привкус.       Стараясь не подавать виду, что его слова малость задели её, Тисс заявила:       — Мир — понятие относительное. Достичь его не так-то просто, а тем более сохранить. Неужели вы и правда верите, что какой-то пергамент и брак двух незнакомцев могут вмиг стереть взаимную ненависть, которой десятки лет?       Судя по всему, принца не так просто вывести из себя. Лицо его оставалось бесстрастным, а тон — раздражающе вежливым.       Он так же спокойно ответил:       — У всего есть начало, леди Тисс. Города тоже строят с нуля… Я надеюсь, что и у нас выйдет сделать так, дабы наши народы стремились к созиданию, вместо того чтобы разрушать.       — Надежда — опасная вещь. — Не унималась Тисс, позволив собственному упрямству взять верх. — Она часто приводит к разочарованию.       Глаза принца сузились. Он чуть склонил голову, напоминая хищную птицу, наблюдающую за добычей. А когда шагнул к ней, неторопливо подступая ближе, ей показалось, что воздух, окутывающий их, вдруг похолодел. Тисс нервно сглотнула, однако отводить взгляд не стала. Не собиралась показывать ему свой страх.       — Кажется… — снова заговорил он. Его тон сделался колким. — Это вы разочарованы тем, что увидели обыкновенного с виду мужчину, а не кровожадное чудовище.       Тисс поджала губы. Его проницательность выводила из себя. Хотя ей удалось сдержать язвительные слова, что вертелись на языке.       — Это не так.       Очередное враньё.       — Я не стану притворяться тем, кем не являюсь. — Принц глядел на неё пристально, вернувшись к прежней отрешённости. — Но, будьте уверены, никто не посмеет причинить вам вред. В первую очередь я. И если вам от этого полегчает, то могу заверить, что буду держаться от вас на расстоянии, чтобы вы чувствовали себя в безопасности. У нас будут разные комнаты.       Тисс в этот раз не сдержалась и усмехнулась.       — Пытаетесь защитить меня, Ваше Высочество? — Она слегка прищурилась, невольно бросая ему вызов. — И от чего же? От вашей чудовищной натуры?       Взгляд его, который она встретила, не дрогнув, скользнул по ней, на долю секунды задержавшись на горле. Тисс заметила, как он сжал челюсти, и почувствовала покалывание на коже, вмиг ставшей слишком чувствительной. В ней всколыхнулся первобытный инстинкт самосохранения — желание сбежать. Однако ноги будто приросли к полу. Всё равно он гораздо быстрее.       Принц Тай сделал ещё пару шагов. Глаза его вспыхнули, стали ярче, напоминая два изумруда.       — Верно, — обронил он, оказавшись на расстоянии вытянутой руки. Его запах, состоящий из свежести и лесных ноток, коснулся обоняния, взбудоражил. — Я хотел бы уберечь вас от зверя, что скрывается под маской вежливости. Я не могу совладать с ним, когда голод по-настоящему овладевает мной. Но в последний раз это случилось несколько лет назад. С тех пор я научился контролировать себя и никогда не допускал настолько сильного истощения.       По её телу пронеслась дрожь.       — Что ж… — Тисс даже удалось учтиво улыбнуться. — Тогда не о чем беспокоиться.       А после принц отступил, бросил напоследок:       — До завтра, леди.       И он ушёл, оставив её одну в леденящей душу тишине.       Следующий день прошёл для неё словно в тумане. Тисс едва ли обращала внимание на множество гостей, созерцающих их обмен клятвами и кровью, когда губы принца мягко сомкнулись на подушечке её безымянного пальца, на который следом он надел золотое кольцо. Гравировку на внутренней стороне она увидела позже, то снимая его, то возвращая на место, потому что нервничала в ожидании брачной ночи.       Навечно.       Одно единственное слово прочно засело в голове.       Теперь они связаны не только договором, а и кровью.       Но принц вновь удивил её. Пожелав ей спокойной ночи, он скрылся за дверью, что вела в смежную комнату, теперь принадлежавшую ему. Спалось ей плохо, она без конца ворочалась в постели. Во сне её потревожили образы.       Ночной побег. Безрассудный, как всегда. Потому что Тисс чувствовала: с ним что-то неладное происходило. Его не оказалось на их месте, возле огромного валуна, за которым они прятались ото всех, наслаждаясь украденными часами.       Не без труда пробравшись через ветки, всё-таки отыскала любимого, бросилась к нему, встревоженная его молчанием, тяжёлым дыханием. Им будто овладела боль, терзающая с особой жестокостью. И стоило ему резко обернуться к ней, как окружающий мир, казалось бы, тут же на мгновение застыл. Её охватил пронзительный холод от нарастающего страха.       Его лицо — красивое, родное — исказил дикий голод. В лунном свете глаза напоминали осколки обсидиана, неумолимо поглощая Тисс своей тьмой. Он с жадностью втянул в себя прохладный ночной воздух, оскалился. Показались заостренные кончики верхних зубов. Царапина на руке… Она поспешила накрыть её ладонью, но было поздно.       Его движения стремительные, а укус обжигающий. Тай вцепился ей в шею, с неутолимой жаждой вытягивая из неё кровь. Её крик застрял в горле, тело охвачено агонией. Умереть она не боялась. Хуже всего было то, что когда он очнётся, не простит себе.       Тисс подскочила на постели. Огляделась лихорадочно вокруг, сперва попытавшись понять, где находилась. После чего тыльной стороной ладони стёрла испарину со лба и тяжко вздохнула.       Было ли это воспоминанием, прежде недосягаемым для неё? Ведь кровь обладала памятью. И достаточно было капли…       Она соскользнула с кровати, босоногая направилась к дверям, что соединяли покои. Надавила на ручки и одним решительным движением распахнула их.       Принц стоял к ней спиной и наливал себе вино. Ей показалось, что он ждал её. Но молчал, поворачиваться не спешил.       Поэтому Тисс заговорила первой:       — Мы тайно встречались, потому что тогда не могли открыто любить друг друга. Но случилось непоправимое… Используя принуждение, ты заставил меня забыть обо всём. Кто дал тебе право решать за меня?       Тай рывком опустошил стакан, аккуратно поставил его обратно на столик и наконец повернулся. Что-либо прочесть в его глазах сейчас не представлялось возможным, он умело прятал свои чувства.       — Знаешь ли ты, что значит жаждать чего-то или кого-то так неистово, что каждая клеточка твоего тела, существа буквально вопит об этом?       Принц сощурился, играя желваками. Что всё-таки выдало в нём истинную — страстную натуру.       — Или каково это — чувствовать биение пульса, запах самой жизни и знать, что один миг слабости может уничтожить всё хорошее, самое дорогое из всего, что есть?       Сердце Тисс разрывалось от боли, которую она улавливала в его голосе.       Она тихо произнесла в ответ:       — Я бы постаралась понять…       Затем порывисто шагнула к нему, но прикасаться, обнимать не стала. Хоть и желала обхватить его руками, прижаться к нему как можно крепче.       Принц горько усмехнулся.       — Ты не смогла бы. Никто из людей не способен на это, пока не превратится в существо вроде меня. — Он глядел на неё с искренним сожалением, за чем ему так и не удалось скрыть любовь, которую до сих пор питал к ней. — Ты свет и тепло, моя принцесса. Я же — тень и холод.       — Тай, — прошептала она, тщетно пытаясь не пролить слёзы.       — Я мог бы прикоснуться к тебе сейчас… — Принц потянулся к ней пальцами, которые замерли в считанных сантиметрах от её лица. Что было для неё невыносимо. — Почувствовать жар, исходящий от твоей нежной кожи. Твоё сердцебиение и движение крови по венам, что так сладко пульсирует на шее. Я потерял бы голову, и… — Он резко отдёрнул руку, опустил её и сжал в кулак. — Тогда всё было бы кончено.       Она вцепилась в его рукав и заглянула в глаза, заявила с уверенностью:       — У тебя ведь тогда получилось остановиться. А теперь… Ты не допустил бы этого снова. Я знаю.       — Я не заслуживал твоей любви. После того, как чуть не погубил. — Тай освободился от её хватки, не в силах смотреть в её полные нежности глаза, и отошёл. — Я разорвал нашу связь, чтобы ты была в безопасности. Подальше от меня. Но судьба распорядилась иначе.       — Почему бы нам не попробовать вновь? — Тисс глядела на него с надеждой. — Не просто так мы получили второй шанс.       Принц отвернулся. До этого момента было проще терпеть её неприязнь. А сейчас он едва сдерживался, чтобы не броситься обратно к ней, сжать в крепких объятиях и зарыться лицом в волосы, мечтая хоть немного унять агонию, порождённую внутренними разногласиями. Жажда крови ничто по сравнению с желанием обладать ею.       Ему пришлось приложить немалые усилия в попытке спокойно, даже равнодушно сказать:       — Возвращайтесь в свои покои, леди. И не забывайте, что этот брак — лишь формальность.       Он сбежал от неё. Снова.       Она же, совершенно растерянная, не могла сдвинуться с места, беспомощно наблюдая, как он покидает спальню. Наверное, отправился в сад, где любил гулять по ночам, вдыхая аромат роз. Но потом на замену смятению пришёл протест.       Тисс не была бы собой, если бы с лёгкостью отказалась от него. Поэтому отправилась следом за ним. Спустилась по каменным ступенькам и очутилась в саду. Только она не успела позвать своего принца по имени. В лунном свете сверкнул клинок, который незнакомец вонзил ей в грудь, смертельно ранил и убежал.       Она лишь вскрикнула и вскоре почувствовала ужасную боль чуть ниже сердца. Горячая кровь пропитала ночную рубашку, а затем и накидку. Ноги подкосились, рассудок затуманился. Позже чьи-то руки подхватили её, бережно прижали к сильному телу, пальцы же скользили по щеке, ласково поглаживая и требуя оставаться в сознании. Но веки казались такими тяжёлыми.       — Больше я не потеряю тебя… — сказал тот, кто обнимал её.       Он всё твердил, что не отпустит её. Что должен спасти, даже если это означало, что подобное решение навсегда изменит её жизнь. После чего, склонившись над ней, вонзил свои клыки ей в шею. И она окончательно погрузилась в темноту.       Когда Тисс очнулась в своей комнате, окружающее пространство показалось ей более ярким, чётким, чем прежде. Она ощутила в себе огромную силу, которой раньше не было. Рядом сидел принц, его глаза неотрывно следили за ней.       — Ты в порядке? — поинтересовался он.       — Я… чувствую себя иначе. — Она задумалась, прислушиваясь к своим ощущениям. Язык задел непривычно острые кончики клыков. – Что произошло?       — Кто-то хотел твоей смерти… Мне пришлось обратить тебя. — Тай оставался неподвижным, сдержанным в своих эмоциях, как и всегда. – Я не мог позволить тебе умереть. Это был единственный выход.       Ей хотелось думать, что он сделал это не только для того, чтобы спасти её из-за перемирия, которое оказалось под угрозой, а и потому, что сам не мог жить без неё. Принц добавил, что ей нужно получить ещё немного крови, и собирался выйти, но Тисс удержала его, успела схватить за руку.       — Меня терзает жажда иного рода. — Она смотрела на него прямо, ни намёка на смущение. — Останься со мной.       Тисс затаила дыхание. Казалось, и время замерло.       Тай всё же сдался, последовал за притяжением. Он склонился над ней. Не отводил потемневшего от желания, пристального взгляда, пока стягивал шёлковую простыню, под которой она оказалась полностью обнажённой. Нежными прикосновениями он исследовал её тело, пальцы порхали по груди, животу и бёдрам, доставляли ни с чем несравнимое удовольствие, вынуждая дрожать, извиваться, умоляя о большем.       Когда его одежда была сброшена, он устроился между её ног, прижался к ней восхитительно тесно, давая ей почувствовать, насколько сильным было его влечение к ней. Шёпот принца коснулся шеи Тисс, а затем и губ, которые она приоткрыла, испуская стон.       — Прекрасна…       Он и сам казался совершенством. Идеально подходил ей. И всецело завладел её сердцем.       — Твоя. Навечно.       Тисс произнесла то самое слово, что написано на кольце, которое Тай надел ей на палец. Теперь оно приобретало другой смысл, более подходящий для их новой реальности. С того дня будто в самом деле прошла целая вечность. Столь резко всё переменилось в её жизни.       Он плавно качнулся и заполнил её собой. Мазнул губами по подбородку, когда Тисс чуть запрокинула голову и вновь застонала. Его ритм был размеренным, чтобы вдоволь насытиться происходящим. Вместе с ним она изучала новые глубины ощущений, которые захлестнули её. И в какой-то момент стала нетерпеливой, обхватила его бёдра ногами.       — Быстрее, — настаивала Тисс. — Ну же… Хватит меня мучить.       Уголок губ принца дрогнул, намекая на ухмылку. Но он повиновался. Его толчки сделались более настойчивыми, сильными. Темп ускорился. Дыхание сбилось, стало тяжёлым. Трение обжигало. Пока не принесло чистое наслаждение.       Тай наклонился, нашёл её губы своими и ворвался языком в рот, пробуя на вкус, жадно поглощая. Тисс задрожала под ним, переживая сладкие мгновения нахлынувшего волной оргазма. И он тотчас последовал за ней, издавая полный удовлетворения звук.       Они не спешили выбираться из постели, так и лежали сплетённые руками и ногами — в стремлении стать одним целым.       Принц нежно поцеловал её в лоб и вполголоса произнёс:       — Теперь у нас есть целая вечность… Чтобы любить и беречь мир.