Эпилог. Выжившие

Как бы мне хотелось

остаться в этом моменте

навсегда... Но тогда это

уже будет не момент.

      Первая ночь минула без последствий, но её холод пробирал до костей. Аляска и Дейл спали в своих спальных мешках, укрытые тонкими кофтами, которые мало спасали от пустынного ветра, проникающего сквозь щели их временного укрытия — старого навеса из потрескавшегося брезента, найденного среди песчаных дюн. Спичек в рюкзаках не оказалось, а сухие ветки или что-либо горючее в этой бескрайней пустыне Нью-Мексико были редкостью, словно мираж, ускользающий при приближении. Лишь редкие колючие кусты торчали из песка, но их было слишком мало, чтобы развести костёр. Ночь прошла в тревожном полусне, прерываемом шорохами ветра и далёким воем койотов.       Проснулся первым Дейл. Его волосы, всё ещё длинные и слегка растрёпанные, упали на лицо, когда он потёр глаза и сел, оглядывая их скромный лагерь. Утренний воздух был свежим, с лёгким привкусом пыли, а небо над пустыней уже начинало светлеть, окрашиваясь в бледно-розовые тона. Он потянулся к рюкзаку, вытащил свой спальник и аккуратно свернул его, затягивая шнурки с сосредоточенным выражением лица. Затем достал потёртую карту, сложенную вчетверо, и карандаш с обгрызенным кончиком, начав составлять маршрут. Его пальцы двигались по бумаге, оставляя лёгкие линии, а брови хмурились в задумчивости. Перед сном Аляска рассказала ему о своей телепортации — как она каждую ночь тренировалась, представляя улицы Хейвен-Пойнт и за его пределами, чтобы однажды покинуть это место. Теперь Дейл обдумывал детали: расстояние должно быть относительно небольшим, место назначения — чётко описанным, с визуальными ориентирами, добытыми из воспоминаний или фотографий, и, главное, без людей, чтобы их внезапное появление не вызвало панику.       — И доб-а-авь воду, реки или озёра, — сонно пробормотала Аляска, её голос был мягким и тягучим, как растаявший мёд. Она потянулась, лежа в своём спальнике, её руки вытянулись вверх, а пальцы растопырились, словно она пыталась поймать первые лучи солнца. — На-а-ам далеко? — Дейл улыбнулся, не отрываясь от карты, и быстро записал что-то в маленьком блокноте с потёртой обложкой. Затем повернулся к сестре, показывая ей свои записи.       — «У меня нету интернета, при помощи карты, линейки из батончика с вишней и карандаша сложновато посчитать». Он помахал ручкой в воздухе, словно дирижёр, и добавил: «Ты так чудно спала со Старлайт. Зачем вода?»       — Купаться, — ответила Аляска, уже окончательно просыпаясь. Она села, потирая глаза тыльной стороной ладони, и протянула руку к карте. — Можно посмотрю маршрут?       Дейл кивнул, передал ей карту и карандаш, а сам принялся собирать их скромные пожитки. Он сложил свой рюкзак, затянул ремни, затем наклонился к спальнику Аляски, аккуратно свернув его в плотный рулон. Пока он возился с вещами, его тень плясала на песке, удлиняясь с каждой минутой, как будто солнце спешило подняться выше. Аляска тем временем изучала карту, пытаясь в ней разобраться, водя пальцем по линиям, которые нарисовал Дейл. Его маршрут пролегал через загадочный Нью-Мексико, полный тайн и пустынных просторов, затем вёл в Оклахому с её горами, реками и редкими лесами, далее — в туристический и густо поросший деревьями Арканзас, жаркий Миссисипи, знаменитый своими песнями и широкими реками, «Сердце Дикси» — Алабаму, и, наконец, к финальной точке — яркой, прибрежной Флориде. Но в Нью-Мексико озёр было мало, и Аляска, задумчиво постукивая карандашом по подбородку, поправила маршрут. Она обвела кружком озеро Чейни в Канзасе, добавила крошечное озерцо Каддо в Оклахоме, решила пропустить купание в Арканзасе, отметила остановку на реке Миссисипи, а в Флориде выбрала Дафин-Айленд на берегу океана, планируя затем двигаться скачками вдоль побережья к Майами. Собрав рюкзаки, Дейл вернулся к сестре и показал ей новую запись в блокноте.       — «Ты точно сможешь по шестьдесят три мили вместе со мной прыгать?» — его взгляд был полон сомнения, но и надежды.       — Станет ясно после первого перемещения, — ответила Аляска, потирая шею, будто разминая её перед испытанием. — Но сначала мы переместимся в город, что в часе езды отсюда. Я запомнила заправку, на которой они останавливались. Нам нужно будет скачать фотографии, панорамы всех мест, куда мы хотим переместиться. Даже при таких возможностях, если всего раз в день перемещаться, на путь уйдёт месяц без ходьбы. Если сможем дважды в день — полмесяца. Прости Дейл, я не знаю сколько смогу выдержать, — брат её не осуждал, а понимающе кивнул, и они начали обсуждать детали. Аляска вытащила из кармана маленький камешек, который подобрала ночью, и принялась катать его между пальцами, помогая себе сосредоточиться. Дейл тем временем достал из рюкзака батончик с вишней, отломил кусочек и протянул сестре, а сам принялся жевать свой, задумчиво глядя на карту. Они решили, что первое перемещение будет пробным — коротким, но важным шагом к их свободе. Аляска поднялась, отряхнула песок с колен, и они встали рядом, плечом к плечу, готовясь к первому прыжку. Она закрыла глаза, представляя заправку — её потёртую вывеску с надписью «Gas & Go», жёлтые линии парковки, запах бензина и кофе из маленького магазинчика. Дейл сжал её руку, и мир вокруг них начал растворяться, уступая место новому началу их долгого пути.

***

      На вершине холма в государственном парке Чейни воздух был пропитан ароматом хвои и влажной земли. Густой лес окружал это место плотным кольцом, словно оберегая его от внешнего мира, а внизу, у подножия, раскинулось водохранилище Чейни — бирюзовое зеркало, в котором отражались звезды и тонкий серп луны. Леса, холмы и луга, теряющиеся в дымке горизонта, казались бесконечными, а тишина, нарушаемая лишь редким пением ночных птиц и слабым шелестом листвы, убаюкивала. Солнце давно село, оставив после себя лишь слабый отблеск алого на западе, и ночь вступила в свои права, окутав парк мягким серебристым светом. Именно в эту тишину, в сотнях метров от берега озера, ворвался внезапный шум — будто что-то тяжелое рухнуло на землю. Трава смялась под весом двух фигур, упавших с глухим стуком. Это были дети. Дейл первым пришел в себя и подполз к сестре, лежавшей на спине с рюкзаком, крепко сжатым в руках.       — Я переместила нас на улицу… люди увидели… пришлось ещё раз к озеру прыгнуть, — выдохнула Аляска, пытаясь подняться. Ее колени дрожали, и она тут же осела обратно, опершись на руки. Повернув голову к брату, она добавила почти шепотом: — Сил нет.       Мальчик торопливо вытащил из рюкзака маленький блокнот и карандаш, которые всегда носил с собой. В слабом свете луны он начал что-то царапать, но дрожащие от стресса руки мешали вывести буквы ровно. Наконец, он протянул записи:       — «Мы останемся у озера на ночь, ты выспишься, наберешься сил. Давай свой рюкзак, озеро в минутах пяти, сможешь дойти?» — Аляска слабо кивнула, но тут же покачала головой, потирая виски кончиками пальцев.       — Останемся… на пару часов. Отдохну, а потом пойдём купаться, хорошая идея.       Не дожидаясь возражений, она легла прямо на землю, подложив под голову руку, а Дейл прислонился к большому булыжнику, покрытому мхом. Его пальцы машинально теребили край рюкзака, пока глаза медленно закрывались. Через несколько минут оба погрузились в неглубокий, тревожный сон, а вокруг них ночь продолжала свой безмолвный танец — сверчки запели чуть громче, а легкий ветерок прошелся по верхушкам деревьев, заставляя листья шептаться друг с другом.       Проснулся Дейл ровно в час ночи — его разбудил будильника, который он предусмотрительно завел. Ни огонька вдали, ни шороха, кроме привычного гудения насекомых мальчик не увидел. Значит, можно было рискнуть и включить фонарик. Он достал его из бокового кармана рюкзака, щелкнул кнопкой, выбрав самый слабый режим, и направил луч на сестру. Аляска лежала, свернувшись калачиком, её дыхание стало ровнее. Дейл легонько потряс сестру за плечо, и она открыла глаза, щурясь от света.       — Спасибо что разбудил. Мне уже лучше. Можно идти купаться, — впервые за неделю пути у них появилась возможность немного расслабиться в настолько красивом месте, и они не собирались её упускать. Ночное озеро манило своей бескрайней гладью, переливающейся под лунным светом, словно расплавленное серебро. Сверчки гудели то тут, то там, создавая мягкий фон, а далекий крик совы добавлял ночи нотку таинственности.       — Нам нужно как-то идти в озеро, — начала она, задумчиво теребя край своей кофты. — У нас нет ни полотенец, ни чего… Буду надеяться, что ты не заболеешь. Идем прямо в одежде — нам не привыкать. Только кофту оставь.       Она развела руками с легкой улыбкой, а Дейл пожал плечами, соглашаясь. Они скинули кофты и обувь, оставив их аккуратной кучкой на берегу, и медленно побрели к воде. Холод обжег ступни, заставив Аляску тихо охнуть, а Дейла — поморщиться. Шаг за шагом они заходили глубже, и вскоре вода дошла до колен, затем до пояса. Они оба пытались привыкнуть к холоду.       — Это было глупо, да? — засмеялась она, глядя на брата. Дейл закатил глаза и кивнул, но через несколько минут его тело адаптировалось, и он погрузился в воду по шею. Аляска, заметив это, вдруг плеснула ему в лицо пригоршню воды, и её смех зазвенел над озером. Она брызгалась, дурачилась, и в этот момент лицо брата озарилось радостью — той самой, что Аляска не видела с их дней в Аркадия Бэй. Он прикрывался руками, пытаясь что-то сказать, но из горла вырывался только хриплый выдох. Аляска, заметив это, замерла, мягко покачиваясь на воде. — Красиво, правда? — сказала она, глядя на отражение луны. — Даже не видно другого конца озера. Тебе нравится? Кивни, если да, — Дейл кивнул, и она улыбнулась шире. — Каждый день бы ходила на пляж в Майами… или здесь когда будет теплее, — добавила она, а затем глубоко вдохнула и нырнула под воду. Её силуэт исчез в темной глубине, а Дейл остался стоять, глядя по сторонам. Он заметил, как легкая рябь побежала по поверхности, и слегка наклонил голову, пытаясь разглядеть сестру. Через пару десятков секунд она вынырнула, отфыркиваясь и смеясь. — Буду… ух… скоро задерживать дыхание долго! — выдохнула она, вытирая воду с лица.       Ещё минут пять они плавали, то ныряя, то просто болтая ногами в воде. Наконец, холод начал пробирать до костей, и Аляска первой направилась к берегу. Дейл последовал за ней, стряхивая капли с волос. Одежда, промокшая насквозь, липла к телу, и ветер, гулявший вдоль озера, заставил их обоих дрожать.       — Не так я себе представляла ночное купание, — пробормотала Аляска, обхватив себя руками. — В воде было теплее. Дважды глупая идея — купаться в одежде, — Дейл, стуча зубами, кивнул, отводя мокрые пряди со лба. Он присел на корточки, чтобы поднять фонарик, и в его тусклом свете заметил что-то странное на шее сестры. Аляска сидела к нему спиной, и чуть ниже воротника её футболки виднелся темный контур. Он нахмурился, легонько коснулся её плеча и показал жестами на воротник. — Что там? — спросила она. Дейл осторожно оттянул ткань и замер. На шее четко выделялся символ бесконечности — татуировка. Дейл провел пальцем по рисунку, но он не стерся. Быстро схватив блокнот, он нарисовал знак, после чего протянул сестре листок. Аляска взяла блокнот, внимательно всмотрелась в рисунок и нахмурилась. — Откуда у меня татуировка? — её голос дрогнул, а пальцы невольно потянулись к шее. Она потерла кожу, будто надеясь, что рисунок исчезнет, но ничего не изменилось. — Откуда?.. И зачем Амаранта это сделала, если это она? Никому не говори, ладно? Мне уже не хочется знать что это за рисунок, и откуда он, что я не помню его, — мальчик кивнул в ответ. — Ладно… Нужно забыть про этот символ. Давай спать, нам нужны силы утром. Мне все равно, что это значит. Моё прошлое — в прошлом. Только бы не замёрзнуть до утра…

***

      Спустя пару суток пути, как обычно ночью, ребята переместились в Рэй Трент Парк, Оклахома-Сити, чтобы ночью пойти в круглосуточный магазин для пополнения запасов батончиков, да воды, а также сделать новые скриншоты мест следующих прыжков и зарядить смартфон. На заправке, которую дети выбрали вместе магазина, где ночью сидело ещё пару ночных гостей, за столиками с персональными зеркалами у стены, да парой сотрудников, было весьма атмосферно из-за ночного освещения. Но сотрудников очень обеспокоили двое детей в это время суток. Парень с девушкой переговорили, и первый подошёл к их столу:       — У вас всё хорошо? — в ответ ребята кивнули. Однако их лица говорили противоположное, девочке было очень грустно. — Где ваши родители, что вы в первом часу ночи едите ягодные батончики на заправке?       — У нас машина… сломалась, — пока Дейл не мог ничего сделать, растерянно ответила Аляска, — мы ехали в Флориду… папа на СТО сейчас… а мы голодные, и он разрешил пойти на заправку.       — Кхм, — улыбнулся сотрудник, — в Оклахома-Сити рады всем гостям. Могу предложить выпечку, хот-дог, или слойка с черникой за мой счёт.       — С черникой две, — ответила девочка. Младший Уилсон лишь кивнул.       За едой дети обговорили как могли дальнейшие планы, хоть и были трудности из-за подавленного настроения. Снова рассмотрели бумажную карту, сверяя маршрут на карте с скриншотами местности. Только снимки местности были готовы, можно было отправляться в путь. Однако Аляска видела какой грустный её брат, от чего ей пришла одна идея в голову.       — Я сейчас увидела самого красивого мальчика в мире. Только не оборачивайся, — поговорила Аляска с улыбкой. Дейл немного повертелся смотря по сторонам на тех редких посетителей, одну сотрудницу да сотрудника, в поисках красавца.       — «Где?» — спросил Дейл записью.       — Слева, — тихо проговорила девочка, — только поворачивайся очень медленно, на него и так все здесь смотрят, — она смотрела на брата, а он лишь поглядывал в сторону. Медленно Дейл начал поворачивать голову левее. — Ещё чуть-чуть… чуть-чуть… — и его взгляд упёрся в зеркало. В зеркале он смотрел сам на себя. Секунд тридцать длился ступор. Аляска уже смотрела в зеркало с улыбкой. Наконец-то на лице Дейла так же появилась улыбка, он смотрел на себя уже с улыбкой. А видя и радостного младшего Уилсона в отражении, обоим стало приятнее, и теплее на душе.

***

      Майами — жемчужина Южной Флориды, где солнце светит круглый год, а воздух наполнен ароматами тропических цветов и латиноамериканской культуры. Город контрастов, где современные небоскребы соседствуют с красочной архитектурой арт-деко, а роскошные яхты причаливают рядом с простыми лодками рыбаков.       Город славится своими пляжами, которые простираются на многие километры вдоль Атлантического океана. Здесь можно насладиться мягким белым песком под ногами, теплой и прозрачной водой, которая играет всеми оттенками голубого и зеленого, и живописными видами на горизонте. На пляжах Майами всегда весело и оживленно: здесь можно заняться серфингом, плаванием, волейболом или просто загорать под лучами тропического солнца. Майами — это также город дорог, по которым можно путешествовать на автомобиле, автобусе или быстрее всего на метро-мувере. Здесь есть множество интересных мест для посещения: от исторических достопримечательностей, таких как Визкая Музей и Сады или Свободная Башня, до современных центров искусства и науки, таких как Перес Арт Музей Майами или Филлип и Патриция Фрост Музей Науки. А ещё можно отправиться в Маленькую Гавану — район, где живут и работают кубинцы и другие латиноамериканцы. Здесь можно попробовать настоящий кубинский сэндвич, послушать живую музыку или посмотреть на старинную карусель в парке Вирджиния Кей. И конечно легендарные лазурные воды пляжей Майами Бич. Город людей, которые приехали сюда со всего мира в поисках лучшей жизни. Здесь можно встретить представителей разных национальностей, рас и культур, которые живут в гармонии и уважении друг к другу. Город толерантности и разнообразия, где каждый может найти своё место и своё счастье. Однако местные жители и туристы предпочитают ночную жизнь города, с заходом солнца, спадает жара, и люди прогуливаются по набережной. Майами — это город детей на пляже, которые играют в песке, строят замки и башни, бегают по волнам и смеются от души. Здесь можно увидеть радость и невинность в глазах маленьких жителей этого удивительного города. И здесь, в городе будущего, которое начинается сегодня, своё будущее искали двое детей, чей путь окончился спустя двадцать три дня пути.       Дейл помнил где живут его бабушка и дедушка, в районе Аллапах, но Аляска его уговорила посмотреть закат на Майами Бич. Их первый закат.       Несмотря на оставшиеся семнадцать долларов в кармане, дети радовалось что автобус довёз из до Саус Бич, всего шесть минут пешком, и они на пляже. Глаза Аляски разбегались от радости, она сияла видя океан, волны. Пляж Майами был залит золотистым светом закатного солнца, которое медленно погружалось в океан, окрашивая небо в оттенки оранжевого, розового и пурпурного. Волны мягко накатывали на берег, оставляя за собой пенные следы на влажном песке. Воздух был пропитан солёным морским бризом, а крики чаек разносились над водой, создавая атмосферу безмятежности. Аляска, стоя на песке, достала из своего рюкзака куклу Старлайт, её верную спутницу, и подняла её вверх, словно показывая ей красоту окружающего мира.       — Ты должна это увидеть, Старлайт! — воскликнула она, её голос звенел от восторга. Девочка повернулась к брату, и её улыбка была настолько заразительной, что Дейл не смог удержаться и улыбнулся в ответ, его глаза светились радостью, когда он смотрел на закатное солнце. Внезапно его взгляд уловил что-то вдалеке — большой пешеходный пирс, выступающий в море, и он указал на него рукой, слегка наклонив голову в вопросительном жесте. — Идём туда? — спросила Аляска, и когда Дейл кивнул, её лицо озарилось ещё большей радостью. Она протянула ему куклу, доверяя нести Старлайт впервые за весь их долгий путь. Раньше она позволяла ему держать её лишь на короткое время, но сейчас, в этот момент полного доверия, она передала ему свою драгоценную игрушку. — Она тебя выслушает, хоть и мысленно, — сказала Аляска с тёплой улыбкой, и они вместе направились к пирсу, их шаги оставляли неглубокие следы на песке. — Это как твои лисы, с ними тоже можно поговорить. Фоуксу нужна компания.       Пока они шли, Аляска болтала о всяких мелочах, её голос сливался с шумом волн, а Дейл молча слушал, изредка кивая или улыбаясь. Вдруг из-за спины, со стороны воды, раздался подростковый голос, окликнувший девочку по имени:       — Аляска?! — голос был полон удивления и радости. — Эй, Аляска? Ты? — девочка резко обернулась, её сердце ёкнуло от неожиданности. К ним подбежала светлокожая девочка-подросток в ярком купальнике, её мокрые волосы прилипли к плечам, а на лице сияла широкая улыбка.       — Откуда вы знаете моё имя? — испуганно спросила Аляска, делая шаг назад и инстинктивно прижимая рюкзак к себе.       — Это я, Роуз, Роза, — девочка указала на себя, её глаза искрились от волнения. Но тут же она заметила, что спутник Аляски, Дейл, отвернулся, глядя в сторону, его щёки слегка покраснели. — Что с этим красавцем?       — Ты его смущаешь, — ответила Аляска, бросив быстрый взгляд на брата. — Накинь на себя что-то, — добавила она, и Роуз, поняв намёк, быстро обмоталась большим пляжным полотенцем, которое висело у неё на плече.       — Пляж же, и я в купальнике, не буду же купаться в одежде, — сказала она с лёгким смешком. — Да, когда мы виделись в последний раз, у меня не особо было, да, — она хихикнула, вспоминая прошлое, — вы и перепутали меня с парнем, а теперь, хах, — она улыбнулась, оглядывая себя, — не перепутаешь. И мне уже тринадцать. А во-о-т ты-ы-ы почему не выросла? Где рост? Всё остальное?! Розовые волосы? — она развела руками, её брови приподнялись в удивлении. — Я понимаю, я сейчас не с разукрашенным лицом, без фирменной кофты, она уже мала на меня, а новой нету пока что, — растерянный Дейл слегка подёргал сестру за руку, привлекая её внимание. — Классная кукла, — Роуз заметила Старлайт в руках Дейла.       — Её зовут Старлайт, — начала Аляска, её голос стал тише, — я не помню тебя, прости. Не нужно нам общаться.       — Как это не нужно? Ты за почти два года совершенно не изменилась! — эмоционально возразила Роуз, её глаза расширились от удивления. Она попыталась взять Аляску за руку, но та отступила назад. — Он умеет говорить? — подросток указала на Дейла, её любопытство было неподдельным.       — Не трогай его! — громче ответила Аляска, её тон стал защитным. — Я не помню тебя!       — Вот именно, я помню тебя, и ты не изменилась, — упрекнула Роуз, разводя руками, — ладно, Мия как говорила странно, так и говорит дальше, но её теперь не узнать, она выросла, ей уже пятнадцать, с мальчиками не особо общаюсь, только Себастьяну пару раз писала, а Эбби погибла вместе с семьёй. Что случилось?       — Да не помню я! — ещё громче повторила Аляска, её голос дрожал от злости. Внезапно потоки ветра усилились, обдувая её с такой силой, что песчинки начали подниматься в воздух, кружась вокруг неё. Дейл, наблюдавший за спором, почувствовал, как воздух напрягся, и понял, что происходит. Он быстро сделал пару шагов и встал между девочками. Аляска глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, и ветер постепенно стих, песчинки осели на землю.— У меня теперь новая жизнь, здесь в Майами, с братом, — сказала она, её голос стал твёрже.       — У тебя, — начала Роуз, её тон стал грубее, — не было, — она выделяла каждое слово, — брата, — закончила она, её брови нахмурились.       — Теперь есть, — уверенно ответила Аляска, смотря на Дейла с нежностью. — Та права, раньше не было, я была в детдоме, сама, без поддержки. Но не сейчас. Я не помню тебя, Роза, поэтому нам нужно идти домой. Прощай, — она развернулась, и они с Дейлом пошли прочь от пляжа.       — Он вообще умеет говорить?! — крикнула Роуз вслед, разводя руками, но ответа не последовало.       Взявшись за руки, Аляска и Дейл ушли с пляжа, направляясь к дому бабушки и дедушки Дейла. По пути они обсуждали произошедшее, их шаги были медленными, а голоса тихими, словно они боялись нарушить хрупкое спокойствие вечера. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и первые звёзды начали мерцать на тёмно-синем небе, а они продолжали свой путь, оставляя за собой следы на песке, которые вскоре смоет прилив.       Оставшаяся на пляже Роуз не отходя от шока позвонила своей подруге по видео-связи:       — Мия, у меня сейчас такое случилось! — эмоционально ответила подросток смотря в камеру.       — Ро-о-оза! — радостно прокричала кареглазая, загорелая обладательница радужных волос. — Я тибе гаварила что эта далжно было случиться, а ты не верела!       — Да не это, — испуганно возразила подросток, но не дав договорить Мия резко вклинилась в беседу:       — Есле ты такая шакированная и эта не эта, то у тебя парень! — непонятно для чего, но подросток сложила пальцы с символ пистолета, и наигранно выстрелила себе в висок упав на пол вместе с смартфоном.       — Аляска вернулась! — покричала Роуз так что аж прохожие на неё посмотрели, но она оперативно извинилась.       — Наша блудница патеряшка нашлась? — вернулась Мия в кадр. Роуз рассказала всё что ей удалось узнать, и Мия была в шоке, но поверила в историю, но больше всего подростка интересовало как Аляске удалось за два года не изменится, но ответила в своём стиле:       — Тибе пригадилось бы, — уже задумчиво продолжила девочка, — не баялась бы, на первай встрече ты была смелее.       — Уф-х-х, — недовольно вздохнула Роуз, — может и боюсь, но тогда… — она замялась, — мне было одиннадцать, и я просто хотела стать популярной, поэтому и снималась с вами. И что в итоге, вы поехали снимать клип на том острове, без меня! Мы думала что она умерла, и была похоронена на том острове, но нет, у неё есть брат который вообще не похож, и они здесь будут жить, — задумавшись, Роуз кое-что вспомнила и предложила: — Сможешь поискать её в сети? По тому-же тегу что и постила её мама. Помнишь его?       — Ага. Рейчел, думаешь ана тоже живая? Мы же праверяли квартиру, следили, туда некто не вазвращался после смерти Эбби. Мне преехать с отмычкой?       — Завтра, — после ответа Роуз подруги общались ещё минут пятнадцать строя самые безумные теории…

***

Район Аллапах. Майями

             Постучав в дверь обычного одноэтажного бежевого дома уже в ночи, женщина спросила кто это.       — Это ваш внук, — поговорила Аляска, — Дейл! И не только он, — дверь открылась, и женщина с седыми волосами, и весьма стройным телом как для пожилой леди с недовольным взглядом уставилась на Аляску.       — Ты… — грубо заявила бабушка.       — Я? — задумчиво ответила девочка смотря по сторонам.       — Я с самого начала была против тебя, отговаривала Дэнни, но нет, они приютили тебя.       — «Если ты не пустишь её» — начал Дейл показывая блокнот, — «не пустишь и меня.»       — Милая кто там? — престарелый мужчина вышел к дверям.       — Внук, который не говорит, — вздохнула женщина, — и девчонка.       — Я Аляска, а не девчонка! — здесь она задумалась, смотря на Дейла, и поспешила исправить себя: — В смысле… я-я-я… его сестра.       — У тебя, НЕТ, — она акцентировала на слове обращаясь к внуку, — сестры!       Аляска нахмурилась и сделала пару шагов назад, но брат остановил её взяв за руку. И продолжал отстаивать своё мнение записями. Дедушка вступился, и принял детей, начав знакомится с девочкой, и узнав немного о том как ребята пережили смерч, как и узнал почему Дейл не говорит, да и как он теперь общается.       — Прости мою жену, — обратился дедушка к Аляске, — она была против удочерения тебя. Я Фрэнк, а бабушка Матильда. Мы не видели твоё фото, но ты внучка красивая. Хорошо что вы добрались к нам с Аркадия-Бэй целыми и невредимыми. Дейл мы видели новости, — мужчина окликнул свою жену, и та принесла планшет. А мужчина начал искать сайт, и показал его детям.       — Шторм сравнял город Аркадия Бэй с землёй, — девочка начала в слух читать статью, — погибли сотни жителей. По данным полиции, катаклизм унёс жизнь от тысячи до двух тысяч жителей, включая сотни подростков академии Блэквелл, и сотни учеников школы, да десятки гостей городка. По данным властей, на странице в соц. сетях и статусе сим-карты была активность лишь на смартфонах семи человек: школьного охранника Дэвида М., студентов академии, Хлои П., Максин К., и Нейтана П., а так же трёх школьников Дейла У., Джоанны и Тины П. Мы сожалеем всем этим людям, они потеряли всё и всех… — дальше Аляска не стала читать.       — Дайте время бабушке привыкнуть к вам, только у нас нет места для вас двоих, лишь одна двухместная кровать.       — Они не будут спать не то что в одной комнате, но даже на диване! — повысила голос бабушка Матильда. — У нас нету даже вещей для неё.       — Матильда, пусть остаются, в комнате Дэнни есть кровать, да, она небольшая, но им место будет.       — НЕ БУДЕТ! Даже дивана у нас нету, на кресле пусть спит! Или на полу! Если увижу их на одном диване, получите все! — женщина хлопнула входной дверью и ушла из дома. А чувствующая себя виноватой девочка, лишь смотрела в пол. Дедушка лишь покачал головой.       — Сможете ужиться в одной комнате? — спросил Фрэнк.       — Думаю что да, — не уверенно ответила Аляска.       Дедушка провёл детей в старую комнату сына: серые стены, один простой стол без тумбочек, шкаф-купе с зеркальной дверью сероватый паркет, большое окно с видом на улицу и дорогу, да двухместная кровать у окна с подушкой на подоконнике. Скромно и не вычурно.       — Могу ещё принести подушек, чтобы вы поделили кровать на две части, конечно не рекомендуется спать вам даже в одной комнате, но не на кухне же одного из вас уложить.       — «Будешь спать на кровати?» — Дейл повернулся к сестре показывая запись. — «У меня спальный мешок есть. Могу без проблем на полу спать»       — Это твой дом, твои бабушка и дедушка, спи здесь, — она указала рукой на кровать, — я на полу буду, мешок тоже есть.       — «Нет, девочкам нужно уступать!»       — Это комната твоего папы, она твоя, я здесь гостья, — развела руками Аляска.       — Вы были созданы друг для друга, — улыбчиво и тихо ответил дедушка. — Часто у вас такие ситуации? — отрицательно кивнул мальчик. Но дедушка ещё спросил: — А как часто ссоры у вас случаются?       — Мы не ссоримся, — ответила и Аляска.       Фрэнк улыбнулся и ушёл из комнаты. Только он покинул комнату, как Аляска достала две игрушки из рюкзака, забралась на кровать, и держа её под руки начала показывать комнату, чтобы игрушки всё рассмотрели свысока. Дейл очень бы хотел напеть строчки песни из одного мультфильма, но слова не хотели появляться. К счастью, уже незаменимый блокнот был под руками и он принялся делать запись, которую показал сестре.       — «Спите на кровати. Вас двое. Мы с Фоуксом на полу будем», — всё-таки она кивнула согласившись с мыслями Дейла. Спать на кровати, так на кровати. Второй записью младший Уилсон попросил не рассказывать и не показывать Аляске свою силу, чтобы бабушка и дедушка не подумали что она ведьма. Обживали да осматривали комнату ребята аж до вечера…

***

      Когда пришло время ложится спать, бабушки ещё не было, Дейл уже уснул на полу обнимая свою игрушку, верного рыжего лиса в комбинезоне, а вот Аляска с грустью смотрела на него. Спать хотелось, но она обдувала насколько здорово было бы читать мысли Дейла. Не со злого умысла, нет, а чтобы понимать его без слов. Но больше всего, просила богов вернуть брату голос, и сделать всё возможное, чтобы он был в порядке. Даже бессмертие, она не хотела видеть как он вырастет, как возможно растеряет свою доброту… или с ним что-то случится. Страх остаться совсем одной в этой долгой жизни не давал покоя детскому сердечку. Но захочет ли Дейл такой жизни? Захочет ли он, остаться ребенком навсегда? На этот вопрос девочка не находила ответа.       Дети уже уснули, а Матильда вернулась домой около полуночи, только заглянув в комнату сына, увидела что Аляска спит на кровати, а Дейл в спальнике на полу, нахмурилась уходя к мужу.       — Ты зачем положил мерзавку в кровать нашего погибшего сына?! — злилась женщина тыча пальцем.       — Они сами решили так спать, — спокойно ответил мужчина.       — Я не хочу видеть её, готовить для неё! — экспрессивно отвечала бабушка. — Утром я пойду и напишу заявление, чтобы у нас забрали детей.       — Даже не думай Матильда!       — Тебе Фрэнк, ещё повезло что они не вместе спят!       Пока пенсионеры спорили, от этого проснулась Аляска, и через стену слышала что происходит, интерес на лице мигом сменился грустью, и растерянностью. Обрывки фраз долетали сквозь серую стену:       — …не место эй!.. быть… не буду ничего для этой мерзавки детдомовской делать! — последнее было особенно громкое. Аляску задели эти слова.       — Ему не нужно это слушать, — девочка подняла куклу в воздух, чтобы поговорить шепотом, — да, хорошо что у нас нет пижамы, а лишь футболка и шорты у Дейла, и леггинсы у меня… Да, задумала, только, где они… — она очень тихо поднялась, и посмотрела по сторонам, — ага, — выпрямив руку в сторону подоконника, две черные резинки для волос мигом прилетели в ладонь. Собрав волосы в причёску «рожки» на обеих сторонах макушки, она спросила пойдёт ли Старлайт с ними, но куда? Снова осмотревшись, на столе был смартфон Дейла, вытянув руку, тот мигом прилетел в цель. К счастью, блокировки экрана нет. — Нет Старлайт, это не мой смартфон, мне нужны только панорамы на картах, ничего более.       Рассмотрев карту Майами, девочка увидела панораму рядом с пирсом, к которому не успели дойти днём. Смотря она думала на пирс, или на камни. А ещё увидела сообщение от неизвесного номера: «Привет Дейл, это я, Сара-Ли. Надеюсь у тебя всё хорошо. Деньги что нам оставил Шон помогли мне выжить. Я бы умерла. Спасибо дружил со мной. Не буду о плохом, мне жаль Ру, она из-за меня могла погибнуть. Твоя сестра молодец, скажи ей спасибо от меня. Надеюсь у вас будет всё хорошо, и вы доберетёсь к океану. Джейкоб снял квартиру, нам есть где жить два месяца. Ты всегда можешь написать мне, поговорить. Мы друзья. Даниэль не пишет, мне, напиши хоть ты.» Прочитав текст, Аляска улыбнулась. Но не стала удалять сообщение, оставила его, пометив непрочитанным, чтобы брат сам прочитал послание ему.       Наклонившись к Дейлу, девочка слегка растормошила его.       — Дай руку, — мальчик лишь зевал, но из-за голосов ссорящихся взрослых, Аляска пришлось ускорится. — Дай руку, — не дожидаясь, девочка взяла брата за руку, и за мгновение они пропали из комнаты.

***

      Оказавшись среди ночи на пирсе, к счастью на нём никого не было, дети сели на крайнюю из двух лавочек под навесом. Дейл задавался вопросами, зачем они оказались здесь среди ночи, на что получил свой смартфон обратно.       — Я брала его чтобы посмотреть куда переместится, больше ничего не открывала, у Старлайт, — кукла парила рядом в воздухе, — спроси, — а сама девочка смотрела вниз, чувствуя вину. Дейл понимающе смотрел, однако вопросы ещё мучали его. Но как ответить? Блокнота не было. — Послушай, — Аляска провела рукой по щеке брату, убрав волосы с глаза, — чтобы не случилось в будущем, даже если меня заберут, если нас разлучат, пообещай что ты найдёшь меня. Дейл без слов удивился. — Я слышала как твои бабушка и дедушка ссорились из-за меня, я им не нравлюсь. Перенесла нас сюда, чтобы ты не слышал этих криков. Знай, я очень хочу чтобы ты был нормальным, чтобы мог говорить со мной. И даже если меня заберут, я найду тебя, — Дейл начал отрицательно кивать, он пытался что-то сказать, безуспешно. Аляска же с грустью продолжила: — Я практически каждую ночь прошу чтобы тебе вернулся голос. Мне очень жаль, что я испортила твою жизнь. После всего этого, мы с тобой всё ещё брат и сестра? — Дейл кивнул в ответ. — Ничто, и никогда, этого не изменит? — мальчик снова кивнул в ответ.       Шум моря успокаивал, Аляска улыбнулась, и положила руку на плечо Дейлу, обняла его. Вспомнила книги, что читал брат, и грустно начала, цитирую какую-то из них:       — Всё заканчивается, и всегда грустно, что всё начинается снова, — после она улыбалась, — и это всегда счастье — будь счастлив! Спустя год…       Майами утопал в густых серых тучах, что низко нависали над городом, словно тяжёлый занавес, готовый вот-вот разразиться дождём. Вагон метромувера, шумный, да тяжёлый плавно подкатил к станции Эллингтон Хайдс, его двери с шипением разъехались в стороны. На платформу двоица вышла да осмотрелась по сторонам, их шаги гулко отдавались по гладкому бетону. За долгое время Аляска впервые показалась с собранными в небрежный хвост волосами, поправила лямку рюкзака на плече да оглядывалась по сторонам, в надежде что сейчас туда приехали. Дейл уже подошёл к перилам и смотрел на небоскребы вдали, откинул чёлку с глаз да натянул капюшон, дабы скрыться от ветра.       За год мальчик заметно подрос и теперь возвышался над сестрой на пару сантиметров, хотя его худощавое телосложение всё ещё выдавало в нём мальчишку, не успевшего набрать вес. Его тёмные волосы с удлинённой чёлкой то и дело падая на карие глаза, и он привычным движением отбрасывал их назад, иногда помогая себе тыльной стороной ладони. Аляска же, с её сдержанно-розовыми волосами, которые ей наконец разрешили покрасить, выглядела как маленькая фея этого прибрежного мира. Её локоны слегка колыхались на ветру, и она то и дело заправляла их за уши, чтобы лучше видеть дорогу.       Они настолько сдружились за это время, что даже мелкие разногласия, которые могли бы вспыхнуть между другими детьми, обходили их стороной. Их связь была глубже слов — Дейл с его молчанием и Аляска с её умением понимать его беззвучные мысли составляли гармоничный дуэт, так словно они знали друга с рождения. Хоть иногда, Аляске и хотелось уметь читать мысли брата, но не со злого умысла, а только ради понимания.       Они спустились с платформы станции по узкой лестнице, где металлические перила были холодными на ощупь, а под ногами скрипели мелкие камешки, занесённые ветром. Улицы задворок Майами встретили их лабиринтом узких переулков, вдоль которых тянулись потрёпанные временем здания с облупившейся краской и редкие пальмы, чьи листья шелестели под порывами ветра. Аляска вытащила смартфон из нагрудного кармана комбинезона, начав изучать карту.       — Нам нужно найти Северо-западную 43-ю стрит. Кажется это туда. Идём? — сказала громче обычного, чтобы перекрыть шум уезжающего вагона метромувера. Она подняла взгляд на Дейла, и не дожидаясь ответа, взяла его за руку. Дети шагали по узким улочкам, где тротуары были покрыты трещинами, а вдоль обочин валялись смятые бумажные стаканчики и обрывки газет, подхваченные ветром. Аляска то и дело оглядывалась, сверяясь с картами. Небо над ними темнело с каждой минутой, а ветер усиливался, переменчивая погода города у океана давала о себе знать. Через пятнадцать минут они вышли к одноэтажному дому кремового цвета, его стены слегка выцвели под солнцем, а два небольших окна с белыми рамами смотрели на улицу, как любопытные глаза. Перед домом не было заборчика — лишь узкая полоска травы, заросшая сорняками, отделяла его от тротуара. У входа стояла женщина средних лет, её тёмные волосы были заплетены в аккуратную косу, среди которой выделялась седая прядь, словно серебряная нить в тёмной ткани. На ней было узковатое бежевое платье, подчёркивающее её стройную фигуру, а в руках смартфон. Увидев их, она шагнула вперёд, её каблуки тихо стукнули по асфальту, и протянула руку с мягкой улыбкой.       — Я вас заждалась. Вы не заблудились? Это, конечно, не центр города и офис «United Ways», но вам понравится здесь. И почему вы одни? — её голос был тёплым и мелодичным, как звук колокольчика в тихий вечер. Аляска слегка замялась, её пальцы сжали ремешок рюкзака, пока она отвечала:       — Здравствуйте, Антуанетта, — её голос был тихим, почти шепотом. — Мы случайно попали в Риверсайд, только когда дошли к «United Ways», я вспомнила, что нам на другой адрес. Но Матильда не хочет нас сопровождать в другую часть города, поэтому посадила на «рельсу» и отправила сюда, — женщина кивнула, её улыбка стала чуть шире, и она махнула рукой, приглашая их следовать за ней.       — Ничего страшного, что опоздали. Скоро вы привыкнете ездить в наши края. Пройдёмте в дом, — сказала она, открывая дверь, которая слегка скрипнула на петлях. Пока они шли по короткому коридору, Антуанетта продолжала говорить, её голос мягко заполнял пространство: — Большинство моих коллег работает из дома, а не из нашего офиса. Атмосфера домашнего уюта лучше, чем сидеть на шестом этаже и смотреть в соседнее здание.       Они вошли в комнату, где царила удивительно приятная обстановка. Стены были выкрашены в пастельные тона — нежный кремовый оттенок, который казался тёплым даже под серым светом пасмурного дня, льющимся через окно. На одной из стен красовался рисунок большого дерева, его ветви изящно изгибались, переходя с вертикальной поверхности на потолок, словно живая крона, усеянная нарисованными листьями. На полочке вдоль стены выстроились мягкие игрушки — плюшевый заяц с длинными ушами, медвежонок в синем шарфе, маленькая сова с вышитыми звёздами на крыльях — каждая из них выглядела так, будто ждала, чтобы её взяли в руки. Рядом лежали интересные мелочи: стеклянный шар с крошечным маяком внутри, деревянная шкатулка с резным узором, стопка разноцветных камешков, отполированных до блеска. На полу лежал пушистый ковёр с абстрактным узором, а в углу стоял небольшой столик с вазой, полной сухих цветов, от которых исходил тонкий аромат лаванды.       Антуанетта указала рукой на диван, обитый мягкой тканью цвета слоновой кости, и дети послушно направились к нему. Аляска скинула рюкзак с плеч, поставила его на пол рядом с диваном и села, подтянув колени к груди. Дейл опустился рядом, сняв с себя кофту. Антуанетта подошла к креслу, стоящему чуть правее от дивана, и опустилась в него с грацией, её платье слегка зашуршало. Она сложила руки на коленях, её взгляд был мягким, но внимательным, словно она пыталась прочитать мысли детей ещё до того, как они заговорят.       — Ну что ж, устраивайтесь поудобнее, — сказала она, её голос стал ещё теплее. — окном. — Напомню, что меня зовут Антуанетта Кристалл, и давайте познакомимся с вами лучше, — начала она, её голос был мягким, как шёпот ветра в листве, но с твёрдой ноткой уверенности. — У меня есть вот такая доска и несколько маркеров, — она передала доску Дейлу, её пальцы слегка коснулись его ладони, и он принял её, слегка повертев в руках, словно оценивая её вес. — Так ты сможешь общаться с нами. Можете представиться, сказав немного о себе и назвав по три свои положительные черты, эмоции или воспоминания. Я начну, а вы продолжите. Антуанетта откинулась в кресле, её руки сложились на коленях, а взгляд стал тёплым, почти материнским.       — Мне тридцать восемь лет, я приехала в Флориду из Калифорнии ещё студентом на практику и осталась здесь. Самое первое воспоминание о городе — это «E11EVEN» и выступление местного диджея Destiny's Angel. Я стояла в толпе, и музыка была такой громкой, что я чувствовала её в груди. Мне нравится старое кино восьмидесятых — они хороши своей атмосферой, этими зернистыми кадрами и синтезаторной музыкой. И у меня есть любимый муж и сын, — она улыбнулась, её пальцы слегка постучали по подлокотнику кресла, словно отбивая ритм какого-то старого хита. — Ваша очередь.       Аляска и Дейл переглянулись, их взгляды пересеклись в молчаливом согласии.       — Ум… я Аляска, и мне одиннадцать лет, — начала она, её пальцы нервно сжали край дивана. — Я очень люблю океан, он очень красивый, особенно здесь на закате, когда солнце тонет в воде, и всё становится оранжевым. Когда Дейл впервые показал мне тот маяк в Аркадия Бэй, это был первый, лучший день в том городе, — она повернула голову к брату, её глаза слегка заблестели от воспоминаний. — А я так и не сказала тебе об этом, — Дейл улыбнулся в ответ, его губы дрогнули в лёгкой, почти застенчивой улыбке, и он опустил взгляд на доску в руках, словно пряча свои эмоции. Антуанетта кивнула, её лицо озарилось одобрением. — А третье… я когда-то научусь рисовать, как брат, — добавила Аляска, её голос стал чуть тише, но в нём чувствовалась решимость. Она посмотрела на свои ладони, словно представляя карандаш в них, и слегка сжала пальцы.       — Очень хорошо, — сказала Антуанетта, её тон был ободряющим. Она перевела взгляд на Дейла, который всё ещё смотрел на игрушки, его пальцы слегка постукивали по краю доски. — Дейл, ты готов? — мальчик кивнул, его движения были медленными, почти нерешительными, он повернул доску к женщине, и она зачитала вслух: — Дейл. Мне одиннадцать лет. Люблю рисовать. Гулять. Угу, неплохо, — она улыбнулась, её глаза слегка прищурились от удовольствия. — Хотелось вам сказать, что вы оба очень стильно выглядите. Сегодня, конечно, не солнечная погода, но эта кофта с нашивкой лисы, — она кивнула на Дейла, — сами сделали, или бабушка с дедушкой?       Дейл взял маркер и снова принялся писать, его пальцы слегка сжали его, пока он выводил буквы. Закончив, он показал доску:       — «Мама», — Антуанетта кивнула, её брови слегка приподнялись в любопытстве.       — Угу. Почему именно лиса? — Дейл посмотрел на Аляску, его взгляд был мягким, почти просящим продолжить за него. Аляска тут же подхватила:       — Он большой фанат этих зверушек, — сказала она с лёгкой улыбкой, её пальцы, словно она вспоминала что-то приятное. — У него дома целая коллекция лисят, и он даже иногда спит с Фоуксом, хотя бабушка это не одобряет. И очень хорошо рисует, — Антуанетта рассмеялась, её смех был тихим, но искренним. Она наклонилась к столику рядом с креслом, выдвинула ящик и достала коробку с цветными карандашами, слегка потрясла её, чтобы проверить, все ли на месте. Затем взяла стопку бумаги и протянула всё это Дейлу, её движения были плавными и спокойными.       — У меня здесь есть цветные карандаши и лист бумаги, может, нарисуешь? — предложила она, её голос оставался таким же тёплым. — Где-то среди игрушек точно должен быть лис. Можешь поискать, ты так смотришь на них. Можете вместе поискать, если хотите. Дейл кивнул, его глаза загорелись от интереса, и он положил доску на колени, аккуратно выложив маркер рядом. Аляска вскочила с дивана, её кеды тихо стукнули по ковру, и она потянула брата за рукав.       — Давай найдём его! — сказала она, её голос стал чуть громче от энтузиазма.       Дейл поднялся, его кофта соскользнула с колен на диван, и он быстро подхватил её, сложив пополам. Они подошли к полке с игрушками, где Аляска тут же начала перебирать фигурки — она отодвинула зайца, потрепала медвежонка по голове и наконец заметила маленького плюшевого лиса с рыжей шерстью и белым кончиком хвоста.       — Вот он! — воскликнула она, протягивая игрушку Дейлу.       Мальчик взял лиса, его пальцы мягко сжали его, и он улыбнулся, слегка прижав игрушку к груди. Антуанетта положила рядом с ним коробку цветных карандашей, её пальцы слегка постучали по деревянной крышке, прежде чем она отодвинула её, открывая яркие цвета внутри.       — Можешь рисовать здесь, — сказала она, её голос был мягким, но с ноткой уверенности. Дейл кивнул, его чёлка упала на глаза, и он откинул её назад, прежде чем взять серый карандаш. — Аляска, поговорим? — она кивнула в ответ, и поправив розовый хвостик, сложила руки на коленях, ожидая. Антуанетта снова опустилась в кресло. — Розовые волосы очень стильные. Ты покрасилась ещё в Орегоне? Или по приезду в Майами?       — Ещё там, — ответила девочка, её взгляд скользнул к окну, где тучи всё плотнее сгущались над городом. — А потом и здесь разрешили. Раньше волосы были более розовые, чем сейчас, — она провела рукой по хвосту, словно проверяя, насколько цвет выцвел.       — Кем вы хотите стать, когда вырастете? Уже есть планы? — продолжила Антуанетта, её глаза блеснули любопытством. — Может, парой знаменитых художников?       — Я не знаю, кем хочу быть, — сказала она разводя руками, её голос был тихим, но искренним. Дейл, оторвавшись от рисунка, взял маркер и написал что-то на доске. Он повернул её к сестре, его движения были быстрыми, почти нетерпеливыми. Аляска прочитала и озвучила: — Он не против быть художником, — и взглянув на мальчика добавила: — У тебя, Дейл, есть шансы стать известным художником, когда… ты вырастешь.       Антуанетта заметила тень грусти в её тоне и слегка наклонила голову, её пальцы мягко постучали по подлокотнику кресла.       — Тебе грустно от того, что Дейл будет старше? — спросила она, её голос стал ещё мягче. — Но ты же тоже вырастешь. Для вас это грустно? Многие дети мечтают стать взрослыми. Это открывает новые высоты для каждого из вас. Но вы переживаете, что ваш путь разойдётся? — Аляска посмотрела по сторонам, её глаза избегали брата, который всё ещё рисовал, его карандаш теперь оставлял оранжевые штрихи на бумаге.       — Я боюсь, что Дейл вырастет и потеряет свою доброту, — сказала она, её голос дрогнул, и она сжала пальцы в кулаки, словно пытаясь удержать что-то невидимое. — Или... ум, ничего.       Дейл замер, его рука с карандашом остановилась. Он поднял голову, посмотрел на сестру и протянул ей готовый рисунок. На листе бумаги красовалась мордашка рыжей лисы — выразительные глаза, и острые уши. Аляска взяла лист, её пальцы слегка дрожали, и она улыбнулась, хотя в её глазах блестела влага.       — У тебя определённо есть талант, — сказала Антуанетта, её взгляд переместился к Дейлу, и она кивнула с одобрением. Затем она указала на стену. — Видишь это дерево? Это работа «Curved Brushes». Может, слышали про них или видели их работы. Они рисовали тот рисунок девушки-рокера на станции Санта Клара, в честь промо-тура какой-то инди-группы.       Дейл взял доску, его маркер заскрипел по поверхности, и он написал:       — «Он красивый».       — Ах, я пропустила его, смотрела в сторону города, а не станции.       — Вы будете возвращаться той же «рельсой», можете выйти на Санта Клара и посмотреть.       — Дейл, мы остановимся? — спросила Аляска, её голос был полон надежды. Мальчик кивнул, его движения были быстрыми и решительными, и он улыбнулся сестре, слегка прищурив глаза.       — Мы немного поговорили, как я предполагала, это психогенная афония. То, что вы пережили, очень ужасно, те воспоминания не дают говорить. Таблеток, которые помогут, нет, но ты очень хорошо рисуешь. Поэтому я хочу, чтобы к следующей нашей встрече ты нарисовал два рисунка. На одном изобрази причину, по которой ты не можешь говорить, а на втором — то, что тебя мотивирует снова разговаривать. И последнее на сегодня, — она наклонилась к столику, вытащила из ящика стопку маленьких листочков и раздала по три каждому из детей. — На каждом листочке напишите всего одно слово, которое характеризует конкретно вас, вашего лучшего друга и первое впечатление от Майами. Главное условие — всего одно слово, в мужском роде, чтобы вы сразу не догадались, кто был автор. Не показывайте листочки друг другу и постарайтесь не говорить, какие слова написали. Посмотрим на следующей нашей встрече.       Закончив с надписями, женщина собрала бумажки, сложив их в папку. А рисунок лисы отнесла на стол.       — Жду вас у себя через три дня, — сказала она, её голос стал чуть тише, но в нём чувствовалась тёплая уверенность. Она поднялась, её каблуки слегка стукнули по ковру, и направилась к двери, оставляя детей в комнате, где тишина снова начала мягко обволакивать их, словно одеяло. — Не забудьте кофту и рюкзак.

***

Вечер того же дня…       Тучи что весь день нависали над городом, наконец начали рассеиваться, открывая кусочки звёздного неба, а вдали мерцали огни небоскрёбов, словно маяки в бесконечной ночи. Комната детей была их маленьким убежищем, где стены, выкрашенные в бледно-голубой цвет, хранили следы их присутствия: на одной из них висел старый рисунок Дейла — кривоватый маяк, нарисованный ещё в Аркадия Бэй, а на другой Аляска приклеила вырезку из журнала с фотографией океана на закате. Пол устилал потёртый ковёр с узором из волн, а в углу стоял небольшой серый стол, заваленный карандашами, листами бумаги и парой пустых стаканов из-под дешёвого сока. Над столом висела полка, где среди книг и мелочей красовались игрушки — Старлайт, и Фоукс оба словно часовые, охраняющие их мир.       Дейл сидел за столом, его худощавые плечи были слегка сгорблены от долгого сидения. Перед ним лежал лист бумаги, на котором он старательно выводил рисунок, его рука с карандашом двигалась медленно, но уверенно. Он то и дело подносил ластик к губам, задумчиво постукивая им по нижней губе, прежде чем стереть неудачную линию. Его чёлка упала на глаза, и он откинул её назад тыльной стороной ладони, оставив на лбу лёгкий след графита. Единственный источник света в комнате, в виде настольной лампы тускло освещал комнату, стараясь не отвлекать художника. Аляска сидела на своей кровати, подтянув колени к груди и опершись спиной о подушку, прижатую к стене. Она лишь наблюдала за братом, взгляд скользил от его спины, а затем к окну где виднелись огни небоскрёбов вдали. Наконец, любопытство пересилило, и Аляска сползла с кровати. Тихо подошла к столу, и остановилась рядом с Дейлом, слегка наклонив голову.       — Можно посмотреть? — Дейл поднял взгляд, и одобрительно кивнул. Аляска наклонилась ближе, её волосы упали на лицо, и она быстро убрала их за ухо. А мальчик спешно потянулся за черной резинкой для волос, да протянул её сестре. Она ответно кивнула, да собрала прическу в хвост. На листе бумаги красовался рисунок: человечек в комбинезоне стоял спиной, его фигура была плохо прорисована, но образ узнаваем, собранные в высокий хвост волосы, выдают героя рисунка. В углу сцены возвышалась пальма, её листья слегка изгибались, будто колыхались на ветру. — Мотивация говорить? — Дейл кивнул, его рука замерла над рисунком, а затем он вздохнул, потянувшись к блокноту, лежащему на краю стола. Он взял карандаш, слегка постучал им по бумаге, словно собираясь с мыслями, и написал:       — «Это ты. Спиной. Я не смогу лицо прорисовать. Как мама.»       — Дейл… — Аляска улыбнулась, её глаза слегка заблестели, и она положила руку ему на плечо, слегка сжав его, — ты уже полтора часа рисуешь, сделай перерыв, и у тебя всё получится. Раз уж это я, то нарисуй мне светлые волосы, если будешь раскрашивать, — Дейл кивнул в ответ.       Она вернулась к кровати, да снова села, опершись спиной о стену. Её ладонь похлопала по месту рядом, приглашая брата. Дейл отложил карандаш, потёр глаза тыльной стороной ладони да подошёл к кровати, держа блокнот в одной руке, и сел рядом с сестрой, слегка наклонившись к ней. Аляска выставила руку вперёд, её пальцы слегка дрогнули, и тут же с полки, словно подчиняясь невидимой силе, к ней прилетела книга «Алиса в Стране Чудес». Она поймала её той же рукой, улыбаясь от маленькой победы.       — Вот тут кажется, — сказала она найдя магнитную закладку в книге. А вторую положила на плечо Дейла, словно обнимая его. Они начали читать, переживая истории чудесной страны… Спустя три дня…       Поезд метромувера отъезжал от станции Эллингтон Хайдс с низким гудением, его металлический корпус слегка дрожал, пока он набирал скорость, оставляя за собой слабый скрип рельсов и лёгкий ветерок, который подхватил обрывок газеты на платформе. Аляска и Дейл стояли на краю станции, наблюдая, как вагон исчезает вдалеке. Они спустились по лестнице, и вышли на солнечные улочки, где асфальт уже нагрелся под лучами солнца, а тени пальм ложились длинными полосами на тротуар. Вдалеке, возвышалась небоскрёбы центра города, их стеклянные фасады сверкали, отражая солнце, словно зеркала гигантского калейдоскопа, который уже не был закрыт тучами иль дымкой.       — Идём, сегодня не опоздаем, — сказала она, её голос был полон решимости, и они зашагали по узким улочкам, где вдоль тротуаров тянулись невысокие заборчики, а из открытых окон доносились звуки радио и запах жареной еды. Спокойной район вдали от суеты торговых квартиров. Миновали уличного торговца, который стоял за тележкой с хот догами за два доллара.       Через пятнадцать минут они подошли к одноэтажному дому кремового цвета, где Антуанетта уже ждала их у входа, её тёмные волосы с седой прядью были собраны в косу, а её блейзер цвета хаки немного развевался на ветру.       — Сегодня тучи разошлись, у нас снова солнечно да тепло. Рада видеть вас, проходите, — сказала она, её голос был мягким, как утренний бриз, и она махнула рукой, приглашая их войти. Дейл слегка кивнул, а Аляска улыбнулась в ответ, её шаги стали чуть быстрее, когда она первой вошла в дом. Дверь скрипнула на петлях, и они оказались в знакомой комнате, где пастельные стены и нарисованное дерево создавали ощущение уюта.       Троица устроилась в комнате, и Дейл тут же потянулся к рюкзаку, который Аляска поставила на пол. Его пальцы расстегнули молнию с лёгким щелчком, и он вытащил два рисунка, слегка смятые по краям от долгого пребывания внутри. Он протянул их Антуанетте, ожидая её реакции. Женщина взяла листы, её пальцы аккуратно разгладили их, и она начала изучать, её брови слегка приподнялись от интереса.       На первом рисунке был изображён разрушенный маяк, стоящий на вершине скалы. Серый и зеленоватый карандаши создавали мрачную атмосферу — трещины в камне, обломки у подножия, а над всем этим вились линии, изображающие ветер, словно он пытался унести последние остатки прошлого. Внизу, мелким почерком, было написано: «Мама и папа». Второй рисунок был ярче — Аляска стояла спиной, со светлыми волосами, а рядом возвышалось небольшое строение, напоминающее цилиндры, сложенные друг на друга, окружённое зеленью и песком.       — Маяк на первом рисунке, — спросила Антуанетта, её голос стал чуть тише, — это в Аркадия Бэй? — дети кивнули почти одновременно. Аляска слегка сжала пальцы на коленях, а Дейл опустил взгляд на свои руки, словно избегая воспоминаний. Антуанетта продолжила: — Рисунок серым и зеленоватым карандашом, грустная атмосфера. А на втором — это кажется маяк в Саус Пойнт Парк? И Аляска. Как вам этот парк?       — Там очень много людей, и очень красиво, — ответила Аляска, её голос был мягким, но в нём чувствовалась тень улыбки. Она наклонилась чуть вперёд, её волосы упали на лицо, и она быстро убрала их за ухо.       — Хорошая мотивация, Дейл, и хорошие рисунки, — сказала Антуанетта, её пальцы слегка постучали по листам, прежде чем она отложила их на столик рядом. — Давайте посмотрим на ваши слова, которые вы написали.       Она наклонилась к сумке, лежащей у кресла, и достала тонкую папку, её движения были плавными, почти ритуальными. Открыв её, она вытащила шесть маленьких листочков, положила их на стол перевёрнутыми и слегка разгладила их края пальцами. Затем протянула Дейлу доску для рисования, её маркер слегка звякнул о поверхность, когда она положила его рядом. — Они все перевёрнуты, тяните по одному листику и кладите в центр стола, — сказала она, её взгляд скользнул от одного ребёнка к другому.       Дейл потянулся первым, его рука замерла над стопкой листочков, и он слегка наклонил голову, выбирая. Его пальцы подцепили один из них, слегка смяв уголок, и он вытащил его с лёгким шорохом. Перевернув листок, он показал его всем — на нём было написано «Яркий», буквы были слегка кривоватыми, но чёткими. Он положил его в центр стола, его движения были медленными, почти торжественными, и посмотрел на Антуанетту, ожидая её реакции.       — Как думаете, кто это написал и про кого? — спросила она, её голос был мягким, но с ноткой любопытства. Она слегка наклонилась вперёд, её коса качнулась, и она поправила её за плечо. Дейл взял доску для рисования, лежащую на коленях, и быстро написал:       — «Аляска. Про город». Его маркер слегка скрипнул по поверхности, и он показал запись, слегка прищурив глаза. Аляска наклонилась ближе, её розовые волосы упали на лицо, и она быстро убрала их за ухо, прежде чем ответить:       — Я думаю, это про меня, — сказала она, её голос был полон лёгкой насмешки над собой, и она слегка хлопнула ладонью по колену.       — Хорошо, давайте дальше, — сказала Антуанетта, её улыбка стала чуть шире, и она кивнула Аляске, приглашая её выбрать следующий листок.       — Вот этот, — ответила девочка, её рука потянулась к стопке. Она выбрала листок, слегка потёрла его между пальцами, словно проверяя текстуру, и перевернула его. — Снова «Яркий», — задумчиво произнесла она, её брови приподнялись, а затем она рассмеялась, её смех был звонким и лёгким, как хлопок пузыря. — Кажется, это про город. Дейл кивнул, его пальцы сжали маркер, и он написал:       — «Точно!».       — Написано «Лучший», — сказала Аляска вытащив другой листик, её голос стал чуть громче от удивления. Она улыбнулась, её пальцы начали теребить край кофты, и продолжила: — А ещё раз может быть город? — Дейл быстро написал на доске:       — «Друг», — и показал ей, его глаза блестели от уверенности.       — Неплохо, Дейл, тяни новый лист, — сказала женщина, её тон был ободряющим. Мальчик потянулся к столу. Он вытащил листок, повертел его в пальцах, словно оценивая его вес, и перевернул. На нём было написано «Красивый». Дейл тут же начал писать на доске, его маркер заскрипел, оставляя чёткие буквы:       — «Это Аляска, про себя», — он показал запись, его взгляд скользнул к сестре, ожидая её реакции.       — Это про Дейла, — ответила Аляска, её голос был твёрдым, почти протестующим. Она слегка хлопнула ладонью по дивану, её глаза встретились с его, и она улыбнулась, показывая, что не собирается уступать.       — Давайте два последних посмотрим, — сказала Антуанетта, её пальцы аккуратно взяли оставшиеся листки. Она перевернула их одновременно, её движения были плавными, почти театральными, и зачитала: — «Радостный» и «Счастливый». Похоже, это синонимы, и вы снова написали одно и то же, — она положила листки в центр стола, слегка разгладила их края, и посмотрела на детей с лёгким удивлением. Аляска наклонилась вперёд, её волосы упали на лицо, и она быстро убрала их за ухо, задумчиво постукивая пальцем по колену.       — Я кажется снова заснула читая книгу, и была резинка для волос, держала хвостик, но возможно уже нету, где-то потярялась в комнате за ночь, никак они не могут собраться, — со смешком ответила девочка. — Это мы сами про себя написали?       Дейл улыбнулся в ответ, и принялся писать на доске:       — «Счастливый, это я написал про себя».       — Хах, — рассмеявшись она. — Вот это я писала: «Радостный» про себя, «Красивый» про друга, и «Яркий» про город, — Антуанетта кивнула, её пальцы слегка постучали по столу, и она откинулась в кресле, её коса упала на плечо.       — Как для не родных людей, вы вполне одинаково мыслите, — сказала она, её голос стал чуть глубже, словно она подводила итог. — Что же, перейдём от теории к практике. Выполним некоторые упражнения, чтобы мышцы не забыли, как это — разговаривать. Дейл, попробуй произнести что-то простое, вроде «угу» или «у-у». Не бойся, если не получится сразу. Аляска, ты можешь помочь ему, повторяя за мной. Начнём? Позже...       Вечером в Майами, когда солнце уже уступило место мягкому сумраку, двое одиннадцатилетних детей возвращались домой с вечерней прогулки. Аляска и Дейл шагали по пляжу, их утопали в ещё тёплом песке, который хранил дневное тепло, а лёгкий ветерок с моря обдувал лица, принося с собой солёный аромат океана. На небе начинали проступать звёзды, словно кто-то небрежно рассыпал горсть бриллиантов по тёмно-синему бархату, а на горизонте, там, где вода сливалась с небом, мерцали лишь редкие огоньки далёких кораблей. Шум волн сопровождал каждый их шаг, создавая ритм, под который ребята невольно подстраивались.       Когда они добрались до дома, их шаги замедлились у порога — старый домик с облупившейся белой краской встретил их тёплым светом, льющимся из окон. Дейл присел на крыльцо, чтобы развязать шнурки своих кед, аккуратно вытряхивая песчинки, застрявшие внутри.       Дверь распахнулась, и на пороге появилась Матильда, бабушка Дейла, строгая женщина с седыми волосами, собранными в тугой пучок, и проницательным взглядом, который мог заставить замолчать одним только прищуром. Её фартук был слегка присыпан мукой — она явно готовила что-то на кухне, — а в руках она держала деревянную ложку, которой постукивала по ладони, словно метроном, отмеряющий её терпение. Она окинула детей взглядом, поджала губы и указала им на старый диван в гостиной.       — Садитесь, — коротко бросила она, и её голос, твёрдый, как прибрежные скалы, не допускал возражений. Аляска плюхнулась на диван, подтянув колени к груди, а Дейл аккуратно присел на краешек, сложив руки на коленях. Матильда осталась стоять, скрестив руки на груди, и начала свою речь: — Кажется, вы забыли о правилах! Отбой в десять часов вечера, без всяких исключений. В школе учимся, а не просто сидим на уроках, особенно ты, — она сделала паузу, акцентируя имя, — Аляска. Каким-то чудом мой внук учится лучше, чем ты. Не ходим на пляж через день. Не тратим карманные деньги на бельгийские вафли, — она перевела взгляд на Дейла и указала на него пальцем, — это и к тебе относится. Наводим порядок в комнате, а так как вы живёте в одной, то и убирать должны вместе. Но если проведёте линию, чтобы разделить комнату, так уж и быть — каждый свою часть. И ещё раз: не ходить на пляж так часто. И Дейл, начинай уже ходить к психотерапевту регулярно. Мы зачем оплачиваем, чтобы голос тебе вернуть? Сколько нам можно повторять?       Дейл молча выслушал бабушкину тираду, его лицо оставалось спокойным, но пальцы слегка сжались в кулаки. Он потянулся к своему рюкзаку, лежащему у ног, вытащил потёртый блокнот и карандаш с обгрызенным кончиком и начал быстро писать. Его рука двигалась уверенно, хотя кончик карандаша иногда оставлял мелкие царапины на бумаге. Аляска, сидя рядом, наклонилась чуть ближе, чтобы видеть, что он пишет, её волосы упали на лицо, и она нетерпеливо откинула их назад. Закончив, Дейл оторвал листок и протянул его бабушке.       — «Мы ходим к нему, бабушка. И мы очень аккуратные, Аляска любит гулять на набережной и кушать бельгийские вафли, зачем ей это запрещать?». Его глаза, блестящие и выразительные, следили за реакцией бабушки, пока он ждал ответа. Матильда взяла листок, поднесла его к свету, слегка прищурившись, и прочитала вслух, её голос был строгим, но с ноткой усталости:       — Вот только она любит не только любоваться, но и купаться… — женщина вздохнула, её взгляд упал на Аляску, — в одежде, — она сделала паузу, вздохнула ещё раз, тяжелее и грустнее, — в океане. Спасибо хоть не каждый день.       Аляска сидя на диване продолжала слушать обвинения в свою сторону изредка поправляя волосы.       — Да, Матильда, в комнате убирай, на Майами Бич не ходи, бельгийские вафли не ешь, одевайся теплее даже когда на улице двадцать градусов. У тебя очень приятно жить, — её голос был полон сарказма, но тут же смягчился, когда она добавила, глядя на куклу, — уже вообще ничего нельзя.       — Можно учиться в школе, и хватит общаться с той куклой, ты уже взрослая! Что один игрушку не выпускает из рук, что вторая!       Дейл тут же схватил блокнот, его рука быстро заскользила по странице:       — «Это Старлайт», — он показал запись бабушке.       — И ты туда же, — вздохнула Матильда, её плечи слегка опустились, словно она устала бороться с их упрямством. — Я не запрещаю вам радоваться жизни, а хочу, чтобы вы были счастливыми и здоровыми. Так как мой внук умный, то следующее касается тебя, девчонка, — она посмотрела на Аляску, её палец указал прямо на неё, — ты тоже должна быть умной, — Дейл снова принялся писать, его движения были быстрыми, но точными. Он показал бабушке новую запись:       — «Хорошо, бабушка, мы поняли», — и слегка кивнул, подтверждая свои слова.       — А она? — Матильда скрестила руки на груди, её взгляд переместился на Аляску.       — Да, — натянуто ответила девочка, её голос был чуть выше обычного, а пальцы нервно теребили край футболки. Матильда кивнула, но не отступила, её тон стал ещё серьёзнее:       — И ещё одно правило: если хотите спать, общайтесь каждый на своём спальном месте. Кто три дня назад читал книгу на кровати и уснул? Причём вы спали сидя, положив головы на плечи друг друга. Даже так спать — это неприемлемо. Вам уже по одиннадцать лет, и вы должны понимать, что вы — мальчик и девочка, и вообще не должны спать в одной комнате, даже одна на кровати, второй на полу. Дед купил любимому внуку кровать для чего-то же. — Дейл развёл руками, его лицо выражало лёгкое недоумение. Он снова потянулся к блокноту, его карандаш заскользил по бумаге, оставляя ровные строчки. Закончив, он показал запись:       — «Мы просто уснули, читая «Алису». Мы же брат и сестра, а не какие-то чужие люди.», — он поднял взгляд на бабушку, его брови слегка приподнялись, как будто он ждал, что она согласится. Матильда выпрямилась, её голос стал резче, и она сделала ударение на каждом слове:       — Вы НЕ, — она выдержала паузу, — брат и сестра!       Аляска и Дейл переглянулись, их глаза встретились в молчаливом согласии. Не говоря ни слова, они одновременно протянули руки друг к другу и обнялись, их движения были такими естественными, словно этот жест был частью их общего дыхания. Аляска прижалась к плечу Дейла, а он обхватил её одной рукой, второй всё ещё держа блокнот. Матильда замерла, её губы сжались в тонкую линию, но она ничего не сказала сразу. Женщина осмотрела комнату, осмотрела рисунки Дейла — кривоватые наброски моря, животных и неба, сделанные карандашами. Осмотрела комнату в поисках иных недочётов, но ничего не нашла.       — Ладно, — начала она, её голос был твёрдым, но с оттенком усталости, — протест? — Аляска и Дейл не ответили, но их молчание было красноречивее слов. Они снова придвинулись друг к другу, их плечи слегка соприкоснулись, а взгляды встретились в тихом согласии. Матильда вздохнула, её брови нахмурились, и она продолжила. — Значит, протест. Вы уже подрастаете, и вам нужно знать о некоторых вещах. Вы, дети, разных полов, и одному из вас нужно будет не с куклой говорить, а взрослеть. Ты, — она указала пальцем на Аляску, её ноготь слегка дрожал от напряжения, — в своём детдоме хоть что-то знала... — но договорить она не успела, взглянула на внука, и попросила выйти из комнаты. Мальчик вопросительно поднял руки но таки пошел на кухню.       Спустя примерно минут пять Аляска вернулась на подоконник, дабы посмотреть в окно.       — Они все это делали? — растерянно спросила девочка смотря в сторону людей за окном. Она сложила руки на коленях, стараясь выглядеть спокойной, хотя её пальцы слегка теребили край футболки.       — Да, — ответила бабушка убирая игрушку с пола.       — Ужас, и зачем это нужно? — развела она руками.       — Вообще-то это прекрасно, — ответа не последовало. — В ином случае не было Аляски.       — Это нужно запретить, — тихо ответит девочка скривившись. — И второе тоже.       — Когда выростешь, ты изменишь своё мнение, — ответит бабушка уходя из комнаты. — И да, девочка, не говори об этом Дейлу, он слишком впечатлительный. Раз уж ты последний шанс моего внука снова разговаривать, пожалуйста, сделай всё что можешь. И в школе, присматривай за Дейлом, если его обижают, он слишком добрый чтобы дать отпор. А сейчас спать пора, не сидите до ночи за книгами. И читайте что-то более весёлое, ему нужны положительные эмоции.       Только Матильда закрыла дверь, как Дейл вернулся, и сразу же потянулся к блокноту.       — «Всё хорошо? О чем вы так долго говорили.»       — Могло быть лучше, — ответила Аляска спрыгивая с подоконника. — Можем куда-то пойти, я могу перенести нас куда скажешь. Или может... — внезапно в голову Дейла прилетела подушка, слегка его стукнув. — Бой подушками!       Мальчик подхватил упавшую подушку, которую Аляска бросила первой, сжал её в руках, словно оружие, и рванулся в контратаку. Аляска, уверенная в своём преимуществе, снова замахнулась, её подушка со свистом рассекла воздух, целясь в голову брата. Одновременно вторая подушка, подчинённая её воле, устремилась к нему с другой стороны, её звёзды мелькали в полёте. Но Дейл, кажется, разгадал её тактику. Он пригнулся, и первая подушка пролетела над ним, задев лишь кончики волос. Вторую он заметил краем глаза — она летела низко, к его ногам, — и резко выпрямившись, отбил её локтем, направив в стену. Подушка с глухим стуком ударилась о стену. Теперь настала его очередь. Дейл сжал свою подушку обеими руками, его пальцы впились в ткань, и с коротким выдохом замахнулся что было сил. Удар пришёлся точно в цель — подушка вылетела из рук Аляски, её пальцы разжались от неожиданности, а следующий удар, нацеленный в район живота, заставил девочку пошатнуться. Она рухнула на ковёр.       — Ладно, сдаюсь! — выдохнула она, её руки упёрлись в пол. — Ты победил! — отдышавсь девочка поднялась да упала на кровать. — Теперь можем куда-то сходить если хочешь. Выбирай.       Дейл взял карандаш, его движения были неспешными, но уверенными. Он написал на странице просьбу отправиться на конец пирса. Только они взялись за руки, как в тот же миг комната вокруг них начала растворяться — стены, кровать, свет лампы — всё исчезло в мягком вихре, оставив лишь ощущение невесомости. Они появились на конце пирса, где ночной ветер с океана обдувал их лица, а деревянные доски под ногами слегка поскрипывали от соли и времени. Волны бились о сваи внизу, их шум был ритмичным, как дыхание спящего гиганта. Аляска выпустила руку Дейла и шагнула вперёд, её босые ноги коснулись прохладного дерева.

***

      Ночь на пирсе Майами Бич окутывала ребят мягким сиянием полной луны, которая висела над горизонтом, словно огромный серебряный фонарь, освещая волны, лениво накатывающие на берег. Деревянные доски под ними были ещё тёплыми от дневного солнца, а солёный ветерок приносил с собой запах моря и далёкий гул ночного города. Они сидели рядом, их ноги болтались над водой, иногда касаясь друг друга пятками, а внизу, в тёмной глубине, отражались звёзды, будто кто-то разбросал по океану горсть сверкающих камней. Аляска обхватила колени руками, её розовые волосы слегка растрепались, и она то и дело убирала их за уши, чтобы лучше видеть брата. Дейл, с карандашом в руке, задумчиво постукивал им по краю пирса, оставляя мелкие чёрточки на древесине. Они общались, как могли — Аляска словами, а Дейл жестами, взглядами и записями в блокноте. Их разговор плавно перетекал от игр на пляже к шуму волн, от мерцающих огней города к воспоминаниям о Старлайт, которая сейчас сидела на подоконнике дома под бдительным взглядом Фоукса. В этот момент они чувствовали себя счастливыми и спокойными, словно весь мир сузился до этого пирса и их маленького круга доверия.       — Мне кажется, что Мэри часто смотрит на тебя, — Аляска скрестив руки, смотрела в океан. — Может она ещё не определилась, кто ей нравится — ты или Никлз, — мальчик лишь отрицательно покачал головой, его чёлка упала на глаза, и он привычным движением откинул её назад. Затем он взял блокнот, лежащий рядом, и быстро написал:       — «Мне кажется, ей Марк нравится.», — его карандаш слегка дрожал, пока он выводил буквы, и он показал запись сестре с лёгкой улыбкой.       — Хм, возможно, — натянуто улыбнулась она, слегла пнув брата в плечо. — Как в Аркадия Бэй, только тебе она не задирает. Вот только Мэри мне не очень нравится, — Аляска наклонила голову, посмотрела на брата из-под лба и тихо, почти застенчиво спросила: — Ты-ы-ы когда-то целовался? — Дейл отрицательно мотнул головой, его щёки слегка порозовели, и он опустил взгляд к воде. Аляска прищурилась, её улыбка стала шире, и она продолжила. — Может, нам нужно попробовать, как это? — Дейл пожал плечами, его жест был неоднозначным — смесь любопытства и смущения. Он потянулся к рюкзаку, лежащему у его ног, и вытащил блокнот, но Аляска мягко остановила его. — Закрой глаза.       — «Но тогда я ничего не увижу», — показал ей страницу, а его брови приподнялись в лёгком недоумении.       — Закрой, — всё так же улыбчиво попросила она, садясь ближе. Её пальцы слегка сжали край футболки, пока она ждала. Дейл вздохнул, положил блокнот на пирс и закрыл глаза, его ресницы дрогнули от ожидания. — На счёт три, — начала Аляска, её голос стал чуть ниже. — Один… Два… Два с половиной, — она прищурилась, её лицо озарила улыбка, и она медленно придвинулась к Дейлу. — Три, — прошептала она, и в следующее мгновение её губы коснулись его щёки — короткий, лёгкий поцелуй, полный детской невинности. Она тут же отпрянула назад, её щёки вспыхнули румянцем, а глаза забегали то по сторонам, то на брата.       Дейл открыл глаза, его взгляд был полон удивления, но не обиды. Он смотрел то на Аляску, то по сторонам слегка приоткрыв рот, пока она из-под лба наблюдала за его реакцией. Но ничего, они просто молчали неловко улыбаясь. Пока девочка вновь не задалась вопросом:       — Всё нормально? Скажи что-нибудь. Ты обиделся?       Дейл не ответил сразу — его пальцы мяли край ветровки, пока он смотрел куда-то в сторону, на тёмную воду. Аляска, заметив его молчание, пересела ближе, её колено слегка коснулось его ноги, и она дружески обняла его за плечи.       — Дейл, я всё равно люблю тебя как лучшего друга, или брата, — сказала она тихо, её голос стал теплее. Они оба знали, что между ними нет ничего большего, чем крепкая дружба, выкованная временем и общими тайнами. — И даже если тебя продолжат донимать в школе, я приду на помощь. Не лезь в драку. Дейл, вот чего мне не хватает… того, что было там, в Аркадия Бэй, в школе… А потом всё изменилось, — её тон стал грустнее, и она опустила взгляд на свою ладонь, рассматривая линии на коже. — Не хочу это вспоминать. Я бы очень хотела оказаться на каком-нибудь маленьком острове, где лазурная вода, белый песок и можно купаться целый день. Чтобы твоя бабушка не кричала за футболку шорты, или поганую оценку, — она усмехнулась, но затем её голос стал серьёзнее, и она посмотрела на брата, — и не била линейкой.       Дейл замер, его рука с карандашом дрогнула. Он быстро написал в блокноте:       — «Тебя бабушка била, когда? Почему ты молчала?», — и показал ей запись, его глаза расширились от волнения. Аляска вздохнула, её пальцы сжали край пирса.       — Матильда видела тату, когда мыла мне голову. За это, — она опустила глаза, её голос стал тише, — и ударила пару раз. Вас дома не было, вы ходили в «Севен», — Дейл сжал губы, его карандаш снова заскрипел по бумаге:       — «Почему ты молчала?!», — он повернул блокнот к ней, его взгляд был полон тревоги и упрёка. Аляска посмотрела на него, её брови слегка нахмурились.       — Дейл, ты дал мне пароль, сразу же как поставил. Когда ты последний раз заходил в «Фото»?       Он замер, его рука потянулась к карману джинсов. Вытащил смартфон, его пальцы слегка дрожали, пока он вводил пароль. Экран засветился, и он начал листать галерею: селфи с закатом, где он и Аляска строили рожицы, яркий цветок с соседского двора, кот соседей — рыжий, пушистый, в разных позах, то спящий на крыльце, то гоняющийся за бабочкой. Он пролистал дальше — ничего необычного, никаких следов того, о чём могла говорить Аляска. Он пожал плечами и показал ей экран, его брови приподнялись в вопросе.       — Библиотека, служебные, личная папка.       Мальчик поспешил проверить этот путь. Содержимое ему не особо понравилось: на руке был большой такой синяк. Он сразу начал понимать, почему Аляска ходила в футболке с длинным рукавом один день.       — Они не быстро проходили — как раны. Ещё было на животе, она ударила меня деревяшкой для одежды, за то что я не убирала комбинезон в шкаф, — в ответ Дейл принялся быстро черкать новый текст.       — «А почему ты молчала? Ты ведь можешь мне рассказать всё что угодно»       — Это точно последнее, что я утаила. Больше никаких секретов от тебя, кулачок? — в ответ брат тоже дал кулачок.       — Она сказала что вырежет татуировку, — трясущимися губами ответила девочка, — если ещё раз её увидит. Я ей говорила, что не помню, откуда она, но она мне не поверила. — Я думала сама вырезать, мне не будет больно, но быстро передумала.       — «Нет, нет, там нельзя оставаться. Работа в полиции не пошла бабушке на пользу», — показал он запись.       — Даже если и так, нам надо где-то жить. Лучше в доме, чем в детдоме, — ответила она вздохнув. — Дейл, давай домой, спать пора, сегодня без книг на ночь, а ты на кровать. Не хочу ещё раз слушать ту лекцию Матильды. Единственное что радует, она разрешила снова покрасить волосы в розовый. И всё, больше нету радости.       Когда Дейл, спрятав блокнот и карандаш в рюкзак, он протянул руку. В тот же миг, как их ладошки сомкнулись, мир вокруг них дрогнул — пирс, шум волн, огни города — всё растворилось в вихре света и тени, и через мгновение они оказались на безлюдном песчаном берегу. Дейл тут же вытащил блокнот и быстро написал:       — «Почему мы не дома?», — он огляделся, его чёлка упала на глаз, и он откинул её назад привычным движением. Темный песок под ногами был прохладным и слегка влажным, а шум прибоя звучал глубже и мощнее, чем в Майами. Вокруг простирался океан, чёрный и бесконечный, а за их спинами высились кустарники и пальмы, чьи листья шелестели под порывами ветра, словно шептались о тайнах этого места.       — Я запомнила этот островок, когда смотрела на карты. Мы недалеко от Майами, и у меня хватит силы на обратный прыжок, когда я немного отдохну. Иногда я не спала по ночам, а тренировалась, — её голос был полон гордости, но в нём скользнула нотка усталости. — Думаю, у меня получится, и никто не увидит, если что-то пойдёт не так. Хочу здесь построить что-то вроде укрытия, шалаша. Как твой домик дома. Но сейчас положи рюкзак и просто стой на месте, — Дейл кивнул, его губы слегка дрогнули в улыбке. Он снял рюкзак с плеч, аккуратно поставил его на песок и отряхнул руки, оставляя на ладонях мелкие песчинки. Затем он отошёл на несколько метров, его кеды оставляли неглубокие следы на берегу. Аляска подняла руку, её пальцы слегка сжались, и она посмотрела на брата с мягким укором: — Не нервничай, ладно?       Дейл кивнул, но его дыхание всё равно участилось, пока он ждал. Аляска закрыла глаза, её лицо стало сосредоточенным, и она выставила правую руку вперёд, словно указывая на невидимую цель. В тот же миг ветер усилился, его порывы начали кружить вокруг неё, поднимая песок в воздух. Ветви пальм затрепетали, их листья зашумели громче, а волосы Аляски взметнулись, как розовое пламя. Дейл почувствовал, как его ноги дрогнули — не от страха, а от странного ощущения, будто земля под ним стала мягче. Внезапно его тело утратило вес, и он начал подниматься вверх. Его руки замахали в воздухе, пытаясь найти опору, а дыхание стало прерывистым от испуга. Он завис в двух метрах над землёй, его кеды болтались, а глаза широко распахнулись.

***

      — Что я вам говорила!!! — утро началось с крика бабушки, которая ворвалась в комнату.       — Матильда-а-а, хоть утром не крич-и-и… — послышался голос дедушки, — голова и так болит, там словно, — он вздохнул, — словно дрелью сверлит кто-то. О-о-о… Та бутылка была лишней.       — А ты иди и посмотри, сидят перепуганные!       Дейл недовольно поднялся на лопатки, обнаружив, что Аляска сидит у себя на кровати поджав ноги, слушает, как снова из-за нее ведутся споры. Он бы и хотел возразить, но попытки ничего не дали.       — Почёму Дейл спал на полу, а она на кровати? Что у вас тут случилось?! — только бабушка хотела продолжать, как дед вступился за них.       — Идём, — Фрэнк с трудом оттащил свою жену от дверного прохода, — дети, собирайтесь, — как только злая бабушка ушла, дед тише добавил: — если будете ходить на пляж, так хоть купи купальник, Аляска, сама понимаешь, практически каждый день приходить в мокрой одежде — это бабушку не радует. И купайтесь осторожнее.       — Чтобы она утонула… — тише послышалось из кухни. Сами дети услышали эти слова и недовольно переглянулись, дедушка также услышал и пошёл к жене выяснять отношения. Аляска решила не задерживаться на завтрак и идти в школу раньше, из-за чего при выходе девочке снова досталось от бабушки, в этот раз — лишение карманных денег.       Уже в квартале от школы заботливый брат передал половину своих карманных денег сестре. Как обычно он нёс её рюкзак на своём плече. Испорченное утро изо всех сил пыталась исправить солнечная погода, и четверг, ещё немного — и долгожданные выходные, когда можно отдохнуть, исследуя бескрайний Майами… Спустя пол года…       — Дейл, я не могу! Не могу жить в том доме! — кричала девочка. — Она вообще не любит меня! И тебя тоже! Бандиты, откуда они взялись! — Аляска кричала, размахивая руками, пиная ногой песок. — Она никогда не примет меня! НИКОГДА!!! — закричала так громко, как только могла. Дейл заметил, что ветер появился в округе, и он с большой силой обдувал их. Песок поднимался с земли.       С осторожностью в глазах смотрел Дейл на назревающую проблему.       — Зря мы вернулись туда! Она не спросила, где мы пропали и всё ли хорошо с нами, сразу начала кричать. И снова я! Во всем виновата только я! И так всегда, что бы не случилось, у твоей бабушки только я виновата! И силу на людях применила!       Ветер разыгрался в полную силу, словно дирижёр оркестра стихий, взмахивая пальмами так, что кокосы обрушились на землю, как ноты с небес. Волны, подобно музыкантам, отбивали ритм от берега, создавая симфонию океана, где каждая волна уносила с собой частичку острова.       Взгляд Дейла, пронзительный и полный страха, без слов показывал все эмоции мальчика. Он вновь обратился к сестре, но её взгляд, исполненный злобы, был холоден и отталкивающим. Мальчик потерял равновесие и был сброшен ветром, словно лист, уносимый осенним порывом, и с ударом спиной о пальму упал лицом в песок! С трудом поднявшись, убрав с глаз песок да волосы, он увидел Аляску, стоящую неподвижно, сжимающую кулаки в безмолвном гневе, устремив взгляд в бескрайние глубины океана. Собравшись с силами, Дейл поднялся и медленно направился к ней, готовый противостоять буре эмоций, что разгоралась в его сердце. Тем временем ветер очень усилился, да так что даже пальмы начали раскачиваться с такой силой, что кокосы начали падать на песок. Небольшое укрытие также начало разлетаться, досточки и ветви уносило ветром в водную гладь. Волны стали отбиваться от берега и исходить уже от острова в океан. Шокированный мальчик с болью в спине и с трудом поднялся на одно колено, со страхом смотря, как Аляска сжала руки в кулаки и злобно смотрела в океан. Дейл поднялся на ноги и принялся идти к ней закрываясь от ветра и песка рукой!       — Не подходи! — девочка уже плакала в истерике, но не останавливалась, горе её заполонило полностью. Очередной сильный поток ветра сбил Дейла с ног, он упал на песок, но держался как мог, хватаясь за ствол пальмы. — Я МОНСТР! Не подходи, я же могу тебе навредить!       С усилием поднялся Дейл в попытке совладать с ветром. Мальчик делал шаг за шагом, пока не ухватился за пальму и смог удержаться от порыва сухого песка и ветра. Шаг, за шагом. Шаг, за шагом и он смог упереться спиной в стол дерева, чтобы противостоять стихии. Аляска злостно смотрела на брата, как тот вдруг почувствовал что неведомая сила сжимает его горло. Дышать с каждой секундой было всё тяжелее, и тяжелее!..

История шторма в Аркадия Бэй закончилась… но история выживания Аляски и Дейла продолжится.