Diseased

С того самого мгновения, когда Айзек впервые увидел сестру — крошечную, с теми же тёмными глазами, что и у него, — он понял: вот она, его причина, его вторая половина, созданная для того, чтобы удерживать мир от распада. Всё остальное — школа, книги, даже родительские голоса — было где-то на краю восприятия, тусклое и постороннее. Он любил её так, как любят не человека, а собственное отражение в стекле, боясь, что одно неверное движение — и хрупкое зеркало треснет, обнажив истинную сущность.