Глава 24. Зимний бал...

Прошло несколько месяцев. Незаметно пролетела осень, наступила зима, для кого-то являвшаяся долгожданной порой. Вероника любила это время лишь отчасти: родители хоть и позволяли ей прогуливаться в саду, но совсем немного, потому как опасались за её здоровье. В усадьбе активно велась подготовка к балу, который проводился семьёй Ланских каждый год. Но этот должен быть особенным. Девушка знала, почему. Обычное явление для дворянской семьи: устроить мероприятие с целью поиска подходящей партии для их дочери. Единственной дочери… Вероника сама не понимала, что ей делать: грустить или радоваться. И всё же она надеялась на лучшее. - Если он там будет, то это хорошо. А если Сергей придёт? Наверняка… И что же делать? - Доченька, к тебе гости! – в комнату вошла Елизавета Сергеевна. - Кто же, маменька? - Здравствуй, дорогая. - Анна Семёновна, приятно видеть. Вы как всегда красивы. - Благодарю, ты тоже. - Анна Семёновна, я пойду? За прислугой надо приглядеть. - Хорошо, - гостья подождала немного. Когда Елизавета Сергеевна удалилась, то обернулась к девушке. – Ника, я бы очень желала с тобой поговорить. Не возражаешь? - Конечно нет, Анна Семёновна. Что-то случилось? - Мои сыновья в последнее время очень изменились. Это видно по их письмам. Особенно Серж. Он и без того задумчив был, а нынче почти совсем закрылся. Ипполит был вспыльчив, а сейчас спокойнее. - Мне неизвестно, Анна Семёновна. - У меня есть некоторые подозрения. - Какие же? - Возможно, что моими сыновьями овладели sentiments tendres… - Как? - Сама не пойму. - Я сомневаюсь, что Сергей влюблён, - Вероника покачала головой. – Это не про него. - Всем нам свойственно ошибаться. Быть может, и мои догадки не совсем верны. Но ты что-то задумалась. Всё ли у тебя хорошо, ma cherie? - Да, всё… в порядке, - девушка вздохнула и отвернулась к окну. Её собеседница вскоре услышала всхлипы и заметила, как Ника поднесла ладонь к глазам. - Иди сюда, дорогая, - Анна Семёновна заботливо, по-матерински прижала к себе несчастную, которая крепко обняла её в ответ. – Расскажи, что тревожит твою душу? - Я… я влюблена… - Что же в этом плохого? И говорила ли ты с матерью? - С маменькой я не обсуждала сей вопрос. - Отчего же? - Она чересчур занята поисками моего будущего супруга. Ей не до меня. Боюсь, что я не смогу полюбить совершенно чужого мне человека. - Обязательно обговори с ней. Думаю, она пойдёт навстречу дочери. - Надеюсь. А насчёт моих чувств… Я влюблена в двоих людей, коими являются ваши сыновья. - Которые из них? - Сергей и Ипполит. - Понятно… - Анна Семёновна, я не знаю, что мне делать, - Вероника отстранилась. – Как мне быть с этими чувствами? - Милая, не нужно так сильно беспокоиться. Это нормально, - женщина провела ладонью по щеке девушки, утерев слезу. – Дам тебе petit conseil: прислушайся к сердцу, к душе. Они подскажут, что делать. Не изводи себя. Только хуже сделаешь. Скоро бал. Я надеюсь, что ты сумеешь разобраться. Ты очень умная, рассудительная. Найдёшь выход, - гостья встала и подошла к двери. – Je crois en toi. - Анна Семёновна, не знаю, как мне благодарить вас… - Просто доверяй. Более мне не нужно ничего, - тут она чуть заговорщически улыбнулась. - De toute façon, мне было бы приятно видеть тебя своей невесткой. - Благодарю. Оставшись в одиночестве, Вероника начала размышлять над ситуацией. Мысли путались. В голове возникал то один образ, то другой. Девушка, дабы отвлечься, погрузилась в воспоминания… *** - Задумалась? - Что? - Я спросил: задумалась? - Есть немного… - Тебе грустно? - Не знаю… - Расскажи, легче станет, - Михаил взял ладони подруги в свои. – Всё наладится. - Я не хотела уезжать. Здесь хорошо, свободно, спокойно. Рядом друзья. - Mon cheri, я же вижу всё. Между вами des sentiments forts. Это невозможно скрыть. Старшие могут не увидеть, но друзья… - Мишель, я не хочу пока об этом говорить. Устала. Расскажи мне лучше что-нибудь о себе. Как ты жил всё время, пока мы не виделись? - Plutôt bien. Выучился здесь, пару годов прожил во Франции. Rien d'interessant. Правда, однажды вышел презабавнейший случай… - Какой же? – глаза Вероники загорелись от любопытства, будто у ребёнка. - Было дельце одно… Мы с моими товарищами зашли потихоньку в кабинет нашего наставника. К слову, его никто не любил, потому как ни один из его уроков не обходился без прилюдного наказания. И мы решили ему отомстить: разлили стакан воды на свежие и очень важные записи. Затем скоренько ушли. На следующий день мы, как ни в чём не бывало, пришли в класс. Урок прошёл как обычно, после все вышли на улицу. По возвращении мы обнаружили, что в классе никого не было, а наши тетради были мокрыми от воды. Наставник же наш, Пётр Александрович, сидел за своим столом и встретил нас фразой: - La prochaine fois, messieurs, réfléchissez à qui devrait faire quoi. Но на испорченных тетрадях наше наказание не закончилось: мы были вынуждены начисто переписать половину толстого учебника, - тут Михаил усмехнулся. – Конечно, такой поступок постыден, однако с тех пор Пётр Александрович прекратил каждодневную порку. Так что моя совесть чиста. А с ним самим мы позже очень поладили. Он даже научил нас мастерить фигурки из бумаги. - И правда, интересный случай… *** - Доченька, готова? - Да, маменька! - Покажись-ка. - Нравится? – девушка покружилась, показывая своё одеяние. - Очень. Наряд, созданный для Вероники, действительно был хорош. Одна только ткань стоила больших денег. На сей раз платье сшили из тёмно-синего бархата. В дополнение к нему было изготовлено зимнее пальто, обрамлённое мехом белого песца по краям рукавов и воротнику. Как и в прошлый раз, подготовку наряда поручили Татьяне Юрьевне, которая с радостью согласилась. В тот момент, когда она отдавала платье и пальто Веронике, то сказала: - Отдохни, красавица, и так на твою долю много выпало. Во время танца не думай ни о чём, и решение само придёт в голову. Предложат авантюру – не отказывайся. Согласие поможет путь найти и внести ясность в мысли… - Вероника! Ступай, гости уже собираются, - голос отца прервал размышления. - Бегу, папенька! Мероприятие обещало быть торжественным. Гостей было не сильно много, но достаточно. В их числе находились братья Муравьёвы-Апостолы вместе с родителями, Михаил Бестужев-Рюмин, а также вся семья Пестелей. Правда, за исключением Павла Ивановича. Вероника вежливо поприветствовала всех, дружелюбно улыбнулась Анне Семёновне и Ивану Матвеевичу, пожала руки Софье и всем её братьям. - Вероника Павловна, просим вас не огорчаться, ибо нашего Павла сразила простуда. - Передайте ему от меня пожелания скорейшего выздоровления. - Обязательно. Стоит сказать, что сегодня вы весьма charmant. - Благодарю, Александр Иванович. Пройдёмте же в залу. В помещении заиграл полонез. Александр пригласил Веронику на танец. И для неё потянулись казавшиеся бесконечными минуты, а может, и часы… В один из моментов девушка краем глаза увидела Ипполита, который после танца с Софьей Ивановной решил немного отдохнуть и встал у стены, ведя какой-то разговор со своими братьями. Объявили небольшой перерыв, после которого должен был пройти вальс. Вероника пошла выпить лимонаду. К ней подошёл Ипполит. - Вероника, нам надо поговорить. - Что случилось? Вам что-то не понравилось, Ипполит Иванович? - Не здесь. Выйдем на улицу. - Ипполит, вы указываете мне в моём же доме? – правая бровь девушки чуть приподнялась. - Вероника, я прошу вас… - Нас хватятся. - Много гостей. - Я хозяйка вечера, мне так сказал papa. - Неужто вам удобнее в столь душном помещении, и вы не желаете подышать свежим воздухом? - Признаться честно, ненадолго всё же хочется выйти… - Тогда пройдёмте. Только от ваших parents придётся скрыть наши намерения. - Учтите, что я должна непременно вернуться к вальсу. - Хорошо. На улице, помимо лёгкого мороза, щипавшего нос и щёки, шёл снег. Сильный снег… - Запорошило, однако… Мы постоим тут совсем немного. - Конечно. Вы любите подобную атмосферу? - Какую? - Ночь, луна, звёзды, снегопад. Разве это не похоже на la magie? Сказку? - Не могу не согласиться, - тут из дома послышались звуки вальса. Девушка заторопилась. – Нам надо идти! - Вероника, подождите, - юноша схватил её за руку. - Я должна пойти! - Постойте. Я приглашаю вас на этот танец. На вальс. - Как? Сейчас? Здесь? - Именно. - Это idée folle, aventure. - Уверяю вас, вам понравится. Веронику притянули за талию. Она посмотрела в глаза своему партнёру, который, судя по всему, долго ждал этого момента… Они закружились в танце. Под ногами, в такт музыке и их движениям, хрустел снег, белые хлопья которого ещё и сыпались сверху. Это было необыкновенно, чудесно. Время будто остановилось специально для двух молодых людей, пожелавших недолгого уединения… Вскоре музыка смолкла. Они остановились. - Ипполит Иванович, благодарю вас за столь… необычный подарок. - Взаимно, Вероника Павловна. - Пройдёмте в дом. - Стойте. - Что-то ещё? - У вас снег. На волосах. - Где именно? - Тут, - юноша провёл ладонью по локонам девушки, заправив ей за ухо одну из прядей. Затем коснулся пальцами её щеки, которая тут же слегка заалела. - Вы… убрали снег? - Да, убрал. Позвольте сказать… - Что? - Ваши щёки… Они нежны, будто лепестки розы. А мороз сделал их только краше, - взгляд Ипполита с заинтересованно-искрящегося сменился на серьёзный. Вероника поняла его намерения: - Ипполит Иванович, не стоит. Нас увидят. - Кто? Мы здесь одни. - Не знаю… Любой. - Покажите мне этого человека, et je vais personnellement lui arracher les yeux, - последние слова немного напугали юную особу. Она вздрогнула. Ипполит почувствовал это. – Не бойтесь, вас я не трону. - Почему? - Я люблю вас… - серые глаза молодого человека стали смотреть с нежностью и тоской. В них светилось настоящее чувство. Вероника около минуты постояла молча, затем смущённо-взволнованно прошептала: - И я вас тоже… люблю… - Я ждал сего момента столько времени… - в его голосе послышались нотки пламени. Юноша незамедлительно припал к губам девушки. Обоим стало невероятно тепло. В том числе и от того чувства, которое вспыхнуло между ними тогда, летом, тёплым августовским днём и постепенно овладевало их сердцами, накрывая каждое плотным одеялом, согревавшего в моменты невзгод: погодных и жизненных. С каждым месяцем, с каждым днём, с каждым письмом и запиской чувство крепчало. Они стали друг другу родными… Неожиданно для Вероники Ипполит подхватил её на руки и закружил. Она удивилась: - Что вы делаете? - Делаю вас счастливой, - он светло улыбнулся, а после засмеялся. Девушка ответила тем же. Опустив своё сокровище на землю, юноша продолжил: - Вероника, я обещаю вам, я клянусь честью, что женюсь на вас и более ни на ком. Вы единственная, с кем я хочу связать свою жизнь. Моя ненаглядная… - он с нежной аккуратностью погладил её по голове. - Ипполит… Я согласна, - во взоре Вероники сияли две маленьких, но ярких звёздочки. – Вот только позволят ли родители? - Позволят, непременно позволят. Пройдёмте, вы наверняка замёрзли. - Да, верно. Нас точно не могли увидеть? - Точно. Влюблённые вернулись в залу, полагая, что их отсутствие никто не заметил и не видел их на улице. Так оно и было. Или не совсем?..