Часть 3

      Они договорились встретиться через несколько дней — Рою нужно было время, чтобы изучить программу и придумать, как именно можно отправить сообщение Каину. Так что спустя пару дней Помни сидела в маленьком кафе у окна, медленно помешивая ложечкой остывший капучино. За стеклом лениво тянулся осенний день, редкие прохожие спешили по своим делам, а внутри звучала тихая музыка, будто специально для раздумий.       Она снова и снова возвращалась мыслями к Цирку. К тем, кто остался там. К тем, кто не вернулся. И, конечно, к Кейну. «Если бы Рой тогда настоял на том, чтобы оставить Кейна на мое попечение, я бы, скорее всего, согласилась. Возможно, мне стало бы легче от осознания того, что мой мучитель теперь находится в моей власти. Но надолго ли хватило бы этого извращенного утешения? В конце концов, он никогда не был просто бездушной программой…»       Помни вспомнила, как Кейн стоял на арене — уверенный, блестящий, со взглядом, способным заставить забыть страх. А теперь… лишь цифровая тень, застрявшая в пустоте. Мысли перескочили к разговору с психологом. Помни рассказала о встрече с Роем, о Кейне, и о странной смеси страха и жалости, что не давала покоя. Доктор долго слушала, потом тихо сказала: — Не отказывайтесь от этого шанса. Иногда нужно держать свой страх рядом, чтобы перестать ему подчиняться. Если Кейн— источник ваших тревог, станьте его хозяйкой. Пусть теперь он зависит от вас. Тогда страх потеряет власть. С тех пор эти слова не выходили у неё из головы. Помни почти не заметила, как дверь кафе с грохотом распахнулась, впустив порыв холодного воздуха и знакомую фигуру. — Помни! —в кафе ввалился Рой, запыхавшийся, с растрёпанными кудрями и огромной сумкой через плечо. Сумка, судя по виду, могла вместить целый компьютерный сервер. — Надеюсь, не слишком опоздал? — Нет, — улыбнулась она, когда он рухнул на стул напротив. — Хотя ты выглядишь так, будто бежал марафон. — Почти, — усмехнулся он, вытирая лоб. — Честно, я думал, ты не придёшь. — Стоит расставить всё по местам, Рой, — мягко ответила Помни. — Я слишком долго от этого бегу. Он посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнула благодарность. Затем, не говоря больше ни слова, открыл сумку и достал ноутбук — старый, потёртый, но явно модифицированный до предела. — Ну, — протянул Рой, включая устройство, — я кое-что придумал. — И? — наклонилась она ближе, чувствуя, как в груди нарастает волнение. — Мы сможем отправить ему сообщение, — произнёс он, щёлкнув по клавиатуре. — Но только одно. Одно-единственное слово. Всё, на что хватает памяти. Помни моргнула. — Одно слово?.. — Да, — кивнул он. — И ты должна выбрать, какое. Он повернул экран к ней. На чёрном фоне — всего одно мигающее поле для ввода. Простое, холодное, будто окно в бездну. — Раз идея была твоя, — продолжил Рой, — тебе решать, что сказать Кейну. Помни молча смотрела на экран. Одно слово. И, возможно, единственный шанс достучаться до того, кто остался заперт в цифровой темноте. Что можно сказать душе, застрявшей между мирами, всего одним словом? — Может… написать «не сдавайся»? — осторожно предложила она, повернувшись к Рою. Он нахмурился, быстро перебирая в уме варианты. — Нет, слишком длинно. И пробел не пройдёт, система может «съесть» часть данных. Выйдет просто «несдавайся» или, хуже того, «сдавайся». Он может понять неправильно. — Верно… — кивнула Помни, задумчиво глядя в чашку с уже холодным кофе. — Тогда, может… «верь»? Рой слегка улыбнулся. — Неплохой вариант. Коротко, по существу. Но, — он пожал плечами, — давай ещё подумаем.       Они просидели в кафе больше двух часов, перелистывая десятки слов, перебирая их значение и возможные интерпретации. Но каждое казалось либо двусмысленным, либо слишком длинным. В какой-то момент Рой откинулся на спинку стула, устало потер переносицу и заговорил: — Помни, послушай… Мне нужно сказать тебе кое-что. Она подняла глаза, чувствуя, что в его голосе появилось что-то тяжёлое. — Мне уже делают намёки, — продолжил он, нервно крутя в руках ложку, — что скоро попросят уйти. Официально это «сокращение», неофициально, я слишком много знаю. В общем, дни мои там сочтены теперь уже точно. — Он вздохнул, уставившись в окно. — И я не смогу остаться в городе. Собираюсь в Норвегию, на родину. Но Кейна… я не могу взять с собой. В аэропорту — проверки, сканеры. Если заметят диск с зашифрованными данными проекта, мне не поздоровится. Да и перелёт может повредить носитель. Помни молча слушала. В его глазах стояла мольба, та самая, которую невозможно игнорировать. — Знаешь что, — наконец сказала она, спокойно, но уверенно, — я возьму его к себе. Рой замер. — Правда? — Да. У меня нет мощного компьютера, но ты поможешь выбрать что-то подходящее, верно? Лицо Роя засветилось. — Помни, спасибо тебе… Спасибо! Конечно, помогу! Ты даже не представляешь, что это значит для меня… и для него. — Он улыбнулся широко, почти по-детски. — Ты дала нам… надежду. Помни замерла на этом слове. Оно словно зазвучало в воздухе — просто, чисто, точно. — Надежда, — повторила она шёпотом. — Вот. То самое слово. Рой медленно кивнул, улыбка его стала мягче, теплее. — Да. Подходит идеально. Он достал переносной жёсткий диск, подключил его к ноутбуку и запустил программу. Экран ожил, привычно мигая системными строками, а затем появился Кейн — всё тот же: неподвижный, съёжившийся, окружённый тьмой. — Готово, — сказал Рой, поворачивая ноутбук к Помни. — Напечатай сама. Пусть он услышит это от тебя.       Руки Помни дрожали так, будто она держала не клавиатуру, а спусковой крючок. Ошибиться казалось страшнее, чем не сделать ничего. На экране уже сияло одно-единственное слово, простое и полное смысла — «Надежда». Помни сжала губы, стараясь успокоить дыхание, и кивнула Рою. Тот не стал тянуть, нажал клавишу «отправить», и слово исчезло, утонув в темноте кода.       Они затаили дыхание. Экран оставался безжизненным — черная пустота и неподвижная фигура Кейна, сидевшая, как прежде, с опущенной головой. Минуты тянулись нестерпимо медленно. В какой-то момент Помни уже почувствовала, как внутри всё остывает, как надежда, которую они сами же послали, начинает таять, превращаясь в тихое разочарование.       Но вдруг что-то изменилось. Едва заметное дрожание пробежало по фигуре Каина, словно он получил удар током. Его плечи напряглись, а затем медленно, с усилием, он поднял голову. В его глазах, раньше пустых и тусклых, теперь блеснуло что-то живое — слабая искра осознания. Помни не могла отвести взгляда. Он услышал. Он понял.       И когда в свете монитора блеснули две крошечные капли — слёзы… Помни не выдержала, прижала ладонь ко рту, чтобы не всхлипнуть. Кейн опустил голову обратно, словно испугавшись собственного порыва чувств, и всё снова погрузилось в тишину. Рой тихо пробормотал что-то вроде: — Невероятно… просто невероятно… это значит, канал откликнулся! Он реагирует на сигнал…       Он говорил быстро, взволнованно, вставляя технические термины, но Помни уже не слушала. Её мысли путались. Сердце билось тяжело и неровно. Она вдруг поняла, что снова видит Кейна— не того искусственного ведущего, каким он был, а живое, измученное существо. И вместе с этим — странное, щемящее чувство: жалость, вина и… желание помочь. — Пойдём, — сказала она резко, вставая. — Куда? — опешил Рой. — В магазин. Если я собираюсь взять его к себе, мне нужен компьютер. Или… — она замялась, — что-то лучше.