(Вторая часть)

— Какие таблетки? — глухо спросил Рико. Это был первый раз, когда он заговорил с братом после того инцидента. Голос его звучал хрипло, будто он не спал уже несколько ночей. Ичиро посмотрел на младшего странным, нечитаемым взглядом и тяжело вздохнул. — Ладно, поговорим об этом позже, — сказал брат, повернувшись с такой стремительностью, заметив что на плите подгорел блин. — Видимо, сегодня будем питаться хлопьями, — улыбнулся он через силу. Рико до сих пор не понимал, где он, чёрт возьми, находится и почему Ичиро так странно себя ведёт. Верить ему он ни в коем случае не собирался. Но поесть и правда хотелось. А вдруг брат отравил еду? Впрочем, какая разница, если Рико снова умрёт? В этом странном доме его ничего не держало. Ни экси, ни будущее, ни матчи, ни похвала отца или брата. Ничего. Тяжело вздохнув, он сел за стол, выбрав место в конце, чтобы быть подальше от Ичиро. Страх перед ним всё ещё был осязаем. Старший насыпал в миску каких-то простых хлопьев, залил их тёплым молоком и, закончив, куда-то ушёл, оставив Рико наедине с едой. Морияма остался без ложки, так что, кривясь, он всё же решился её поискать. Просить у Ичиро о такой мелочи он не собирался, даже если понятия не имел, где что лежит на этой кухне. Да и в этом доме вообще. И в этом мире. Открыв очередной ящик, он наткнулся на отделение с кухонными приборами. Ложки, вилки, ножи — всё лежало идеально. Даже палочки для еды. Всё было на своих местах. Но вместо того чтобы найти ложку, которую искал, Рико заметил нечто куда более интересное. Нож. Он был простым и не слишком острым, но если постараться, можно убить и таким. Рико это знал. Аккуратно положив прибор в карман пижамы, он взял ложку и приступил к уже почти остывшему завтраку. *** Наконец-то закончив с едой и выйдя из кухни, Рико принялся внимательно изучать коридор. Дом был довольно милым: светлые оттенки, ремонт в стиле минимализма. Никаких давящих цветов, вроде чёрного, который был частым явлением в Гнезде, здесь не было. Скорее, всё было наоборот. Окна — большие и широкие — позволяли лучам дневного света свободно проникать в здание. Рико скучал по солнцу. Продолжая осматриваться, он не заметил, как врезался в кого-то. Подняв голову, он увидел женщину. Она была чуть выше его. Длинные чёрные прямые волосы были аккуратно собраны в пучок. Черты её лица — мягкие и доброжелательные, с лёгкими носогубными складками, говорящими о том, что она часто улыбается. Почему-то женщина показалась Рико до боли знакомой. Она смотрела на него с такой нежностью в глазах, что мальчик невольно отступил шаг назад, стараясь сохранить дистанцию. — Ты уже проснулся? Позавтракал? — с теплотой в голосе спросила женщина. Кто она? Почему находится в этом доме? И почему обращается к нему так, словно знает его? У него не было ни малейшей догадки. Рико лишь молча кивнул и быстро прошел вглубь коридора. Дойдя до уже знакомой двери, он открыл её и оказался в той самой комнате, где проснулся. Лихорадочно захлопнув дверь на ключ, он опустился на колени. Пальцы впились в его собственные жёсткие волосы, а в голове крутилась лишь одна мысль, распадающаяся на части: «Кто они все? Почему он здесь? Он что, сошёл с ума?» Его панические размышления прервал стук в дверь. С другой стороны послышался знакомый голос. — Рико! Ты собрался в школу? — произнёс Ичиро за дверью и, помедлив, добавил: — У нас есть десять минут, чтобы выехать. Сказав это, он отошёл в сторону других комнат. Рико застыл. Какая ещё школа? Неужели здесь ему придётся ходить в школу? «Ладно, это просто сон», — попытался он успокоить себя, вдруг ему и правда удастся в это поверить? Других разумных объяснений происходящему не было. Либо это сон, либо он окончательно съехал с катушек. Второй вариант он старался не рассматривать, хотя именно он упрямо всплывал в сознании снова и снова. Подняв голову, он заметил у рабочего стола кресло, а на нем — рюкзак. Простой, черный и распахнутый. Вздохнув, Рико подошел ближе. Он даже не знал расписания. Махнув на это рукой, он хотел застегнуть ранец, но взгляд упал на тетрадь. На обложке аккуратным почерком было выведено его имя, а ниже — класс. Первый класс средней школы. В этой реальности ему, видимо, тоже одиннадцать. В углу комнаты, возле учебного стола, стоял небольшой практичный белый шкаф. Открыв его, он сразу увидел простую черную толстовку и серые джинсы. Напялив их и взяв сумку, он вышел из комнаты. Его взгляд сразу же привлекло зеркало в конце коридора. До этих мест в своем сне он еще не добирался. В отражении он увидел себя, но… Этот Рико выглядел более уставшим? И его скула — на ней не было привычной цифры «1», ни следа маркера или татуировки. Ничего. Чистая кожа. Других заметных отличий почти не было, разве что его тело здесь было менее спортивным, отчего казалось более хилым. В этот момент его заметил Ичиро. Младший Морияма инстинктивно ссутулился при виде старшего брата. Тот лишь показал ключи от машины и кивком указал на входную дверь. Сглотнув, Рико обулся и вышел. Он очутился в том самом маленьком дворике, который рассматривал вчера во сне. Солнечный свет упал ему на лицо, и он от непривычки прищурился. Это было так необычно. Солнце всегда казалось ему чем-то редким и труднодоступным, живя в стенах Гнезда, видеть его было настоящей редкостью. Пока он пытался впитать в себя каждый лучик, Ичиро уже направился к черному Ford Taurus — машине чистой и на вид не слишком старой. Заставив себя двигаться, Рико наконец сел на заднее сиденье. Старший Морияма бросил на него через плечо странный взгляд, устроившись за рулем. Заведя двигатель, он полностью сосредоточился на дороге. Поездка прошла в тишине, и эта тишина давила. Рико то и дело поглядывал, не появится ли в руке у Ичиро тот самый пистолет. Нож в кармане джинс успокаивал и возвращал к реальности — он положил его туда перед выходом. На всякий случай. Вскоре они подъехали к огромному зданию, окруженному людьми, и вышли. Ичиро, видимо, тоже еще учился в школе, хотя выглядел старше обычного школьника. Наверное, старшеклассник, раз уж водит машину, — подумал Рико. — Больше шестнадцати, точно. Не прощаясь, он направился вглубь коридора. Едва он вошел внутрь, как его окружила толпа. Но внимание? Никакого внимания к его персоне никто не проявлял. Ичиро уже растворился в толпе, и это было хорошо — его присутствие не давило. И одновременно плохо, потому что теперь он был вне поля зрения Рико. В Университете Эдгара Аллана, куда он попал, став старше, на него сразу же обращали взгляды. Все хотели с ним познакомиться. А здесь? Ничего. Он слился с толпой и стал просто… человеком? Обычным учеником? Это было ново и непривычно. Это раздражало: куда подевалась его слава? И в то же время было… спокойно? Ему всегда нравилось внимание, но порой оно становилось навязчивым и даже слегка опасным. А здесь, в данный момент, он был наравне со всеми. Поняв что он совсем один он задумался. Куда идти? Это же всего лишь сон, а значит, его течение само должно вести мальчика. Так и вышло. Не успел он ничего как следует осознать, как кто-то сзади хлопнул его по плечу. Морияма вздрогнул, и рука сама потянулась к карману джинс, где лежал нож. Он резко обернулся и увидел… Кевина? Тот выглядел иначе. Растрёпанные волосы, зелёные глаза — вроде бы всё как обычно. Но взгляд… Он был таким счастливым и радостным, будто он и правда был рад видеть Рико. В настоящей жизни Кевин сутулился и съёживался, едва Морияма бросал на него взгляд. А тут сам подбежал к нему. Улыбка ярко светилась на его лице, выражая неподдельную радость от встречи. Ещё одним отличием был загар и простая, практичная одежда. Сглотнув, Рико убрал руку в карман и ещё раз оценивающе посмотрел на мальчика. Что за бред здесь творится? Кажется, его уже ничем не удивить. — Рико! Пошли скорее, у нас сейчас английский! Кстати, Жана сегодня не будет, он приболел, — без умолку тараторил Кевин. — Я звонил мисс Клоэ, можем после уроков его навестить. Фрукты ещё обязательно купим, и персиков тоже, — серьёзно кивнул он. Рико лишь уставился на него в полном недоумении, не зная, что ответить на этот словесный поток. Ничего подобного он от этого человека ещё не слышал. Кевин же, воспользовавшись моментом, схватил Морияму за руку и потащил за собой вглубь коридора. Почувствовав прикосновение, Рико машинально выдернул ладонь. Дэй же ничуть не смутился и продолжил идти вперёд, по-видимому, к их кабинету. Зайдя в класс, он увидел толпу детей. Да, именно детей. Они были такими раздражающими: шумными, но при этом простыми. Вот девочка со светлыми волосами рассказывает подружке о новом купленном комиксе. Такая ерундовая тема, но почему-то соседке справа было искренне интересно её слушать. Морияме не оставалось ничего другого, кроме как последовать за Кевином к одной из парт. Видимо, его собственной. Ни Рико, ни Кевин за всю свою жизнь не видели нормальной школы и уж тем более — обычных детей. Максимум — в детской лиге по экси, но и там все были куда более развиты, чем здесь. По-настоящему Морияма вышел в социум лишь в университете. Сейчас, стоя у парты Кевина, Рико не мог расслабиться ни на секунду. А мальчик рядом будто вовсе не замечал его напряжённости, продолжая болтать о чём-то своём. — Как ты думаешь, когда мы сможем навестить Жана? И долго ли он ещё проболеет? — спросил Кевин у Рико так, будто тот точно знал ответ. Жан… Значит, он и здесь существует, и они, видимо, познакомились с ним еще раньше чем в Гнезде. Вздохнув, Рико устало бросил: — Мне откуда знать? — Ну… Ты же биологию знаешь, — сказал Дэй, неловко улыбнувшись и почесав затылок. — Биологию? — фыркнул Морияма. — И при чём тут она вообще? — Он не мог даже предположить, к чему Кевин вёл. — Ну, Жан ведь болеет, — произнёс Кевин, словно это было самое очевидное и логичное объяснение. — А ты биологию знаешь. И врачи знают биологию. — Врачи знают биологию, но не могут же они точно сказать, когда он выздоровеет! И вообще, я даже не учусь на врача! — вспылил Рико, хмурясь. Какую фигню он вообще обсуждает? В обычное время мальчик рядом бы отпрянул, испугался, начал извиняться. Да даже не спросил бы о такой бессмыслице! А этот… просто рассмеялся? Так легко и непринуждённо, будто смеётся каждый день. Рико в недоумении посмотрел на Кевина, слегка нахмурившись. Что он такого сказал? Он что, насмехается над ним? Но Дэй лишь смеялся — не похоже, чтобы в его смехе было злорадство. — Ой, извини, — сквозь смех проговорил мальчик, пытаясь прийти в себя. — У тебя такое смешное лицо, когда ты злишься из-за такой ерунды. Рико опешил. Смешное лицо? У него — смешное лицо? Но он не успел и слова возразить, как прозвенел отрезвляющий звонок. Все дети мгновенно разошлись по своим местам. А куда сесть Рико? В класс вошла учительница и строго посмотрела прямо на него. — Морияма, а ты что не на своём месте? — сурово спросила женщина и взглядом указала на пустое место у стены. Рико дошёл до него за два шага, переступив через полкласса, и опустился на своё место. За соседней партой сидела та самая блондинка, которая недавно рассказывала подружке о комиксах. Она наклонилась чуть ближе к его парте и опустила голос до шёпота. Светлые локоны упали ей на лицо, что выглядело нелепо. Морияма скривился от такого вторжения. А девочка прошептала: — Рико, — начала она, — у тебя не найдётся ручки? Моя закончилась, — беззаботно поинтересовалась она. Мальчик лишь нахмурился. Пусть сама свои ручки носит, а не у других одалживает. Он покачал головой, и она, огорчённо вздохнув, потянулась к соседу слева. Рико же вдруг вспомнил, что у него с собой вообще ничего нет — точнее, он даже не знал, что лежит у него в сумке. *** Уроки прошли на удивление спокойно. Простые темы, которые Рико щёлкал как орешки. Они были даже легче, чем в Гнезде с его репетиторами. Так что мальчик со всеми заданиями справился без проблем, хоть и был молчалив. Перемены прошли... неприятно. Он сидел за партой, когда вокруг него собрались Кевин и Сара. Сара - та самая девчонка со светлыми волосами, просившая у него на первом уроке ручку. Он даже не спрашивал ее имени - она сама назвала его, поняв, что тот не помнит. А Морияма случайно запомнил в этом потоке информации. Она решила, что раз Рико постоянно молчит, значит, ему интересно слушать её болтовню. А Кевин — то ли ревновал, то ли ещё что — Морияма не хотел в этом разбираться. Так они и стояли рядом, тараторя без умолку. В конце концов, не выдержав этой пытки на большой перемене, Рико просто встал и ушёл. Дэй, как он и предполагал, тут же его догнал. — Эй! — окликнул Кевин, подбегая ближе и хватая Рико за плечо. — Ты сегодня не в себе, всё в порядке? — с беспокойством спросил он. Рико грубо сбросил ладонь Кевина с себя, поворачиваясь к нему лицом. На лице Мориямы читались раздражение и злость. — Нет, не в порядке! Сколько можно за мной бегать?! — злобно процедил он. Кевин нахмурился и убрал руку. — Извини, — неловко отведя взгляд, пробормотал Дэй, почёсывая затылок. Рико это взбесило. Он значит ему угрожает, а в ответ получает простое «извини»?! Настоящий Кевин уже бы дрожал от страха, а не вот это всё! Но это же не настоящий Кевин Дэй. Это странный, до тошноты идеальный мальчик, чьи главные проблемы — это болезнь друга и плохая оценка. Рико тяжело выдохнул, пытаясь сохранить самообладание, и прошёл мимо Кевина, нарочно толкнув того плечом. После уроков он вышел из школы, наслаждаясь солнечными лучами — он до сих пор не мог ими насытиться. Однако покой его был недолгим. Дэй, будто ничего и не произошло, подошёл к Рико с той самой идеальной улыбкой, от которой у Мориямы подкатывала тошнота. Всё здесь уже бесило и раздражало его до чёртиков. — Нам нужно зайти в магазин, — сказал мальчик, загибая палец. — Купим персиков и сока! — загнул второй палец он. — А после... после пойдём к Жану! Ичиро же тебе разрешил? — поинтересовался он. Рико это детское поведение раздражало настолько, что ему хотелось либо задушить эту тощую шею, либо уже себя. Настолько невыносимым казалось ему здесь пребывание. — Я никуда не пойду, — отрезал Рико. Дэй посмотрел на него большими, полными недоумения глазами. — Как не пойдёшь?.. — скорчил Кевин жалобное лицо. Морияма же уже направился прочь. Главное — не в школу, не в этот чужой дом, не к Кевину, не к Ичиро и не к этой странной женщине. Он шёл минут пятнадцать, отбрасывая от себя оковы этого странного мира. Рико зашёл в какой-то лес, оставив позади школу, бесячую Сару и Кевина. Лес, как и всё вокруг, был до тошноты идеален: приятные песни птиц, высокие деревья, скрывавшие его от внешних раздражителей. Сев на пенёк у небольшого ручья, он наконец смог вздохнуть полной грудью. Но что делать теперь? Будто в ответ на его мысли, веки сомкнулись, а открылись они уже в тёмном помещении. Жёсткая кровать, тихое посапывание рядом, комната без окон. Гнездо. Догадка пришла мгновенно, без тени сомнения, пронзив сознание быстрым осознанием. Рико не знал, что чувствует: радость или разочарование? Здесь нет ни солнца, ни навязчивого дружелюбия. Зато никто не действует на нервы, подумал он. Потянувшись, он с трудом поднял тяжёлое тело с кровати. Морияма взглянул на будильник, стоявший на тумбочке между его кроватью и Кевина. 04:42. До подъёма оставалось ещё целых восемнадцать минут. Подавленный, он встал, зашёл в ванную и обрызгал уставшее лицо холодной водой. Посмотрев в зеркало, он нахмурился. Что за несостыковка? Лицо выглядело так, будто он выспался — даже синяков под глазами почти не было! Но при этом он чувствовал себя так, словно проспал от силы минут тридцать, а то и вовсе нисколько. Вздохнув, Рико подошёл к кровати Кевина и устало принялся его будить. Ни на крики, ни на избиения, ни на что-либо подобное у него совершенно не было сил. Слабо потрясши Кевина за плечо, Морияма отошёл и начал быстро собирать сумку. Дэй же с недоумением посмотрел на него, и Рико уже пожалел о своей внезапной добродушности. — Шевелись быстрее, — бросил он, и тут же услышал сонное шуршание с кровати Кевина. *** Тренировка прошла вяло. Рико пытался отдаться работе целиком, уйти в привычную физическую активность с головой, но выходило откровенно плохо. Проклятые воспоминания о том сне — такие яркие и навязчивые — снова и снова вспыхивали в сознании. Его мысли возвращались к анализу двух Ичиро: Ичиро-убийцы из Восточной башни и того, до тошноты доброго Ичиро из кошмара. Сравнение было невыносимым. — Рико! Ты что там, спишь, что ли?! — рявкнул Тэцудзи, впиваясь в него взглядом через ограждение корта. Его взгляд не сулил ничего хорошего. — Куда ты целишься вообще?! По спине пробежали мурашки. Он совсем забылся. И пусть сейчас замечания дяди не вызывали прежнего страха, унижение от собственной неспособности сосредоточиться было неприятным. Он капитан воронов вообще-то! Ну точнее будущий. Сглотнув, мальчик принялся отрабатывать пасы, целясь в ворота. Он уже прекрасно знал, что его ждет сегодня — отработка или разговор с тренером, а может, и то и другое. Сейчас было не время думать об этом. Морияма ловил себя на том, что все чаще чувствует на себе чужие глаза. Две пары. Одни — тяжелые, пристальные — он ощущал на корте и в людных местах почти постоянно. Взгляд Тэцудзи. Второй взгляд был напряженнее, пытливее. Стоило Рико обернуться, как Дэй тут же отводил глаза, делая вид, что поглощен тренировкой. Это бесило. После изматывающей тренировки он побрел в раздевалку. Снимая потную, липкую форму, мальчик думал лишь о том, как она мерзко пахнет — запахом проигрыша лисам. Его поражением. Зайдя в душ, он выкрутил кран с холодной водой до упора. Ледяные струи обрушились на него, и он подставил голову, пытаясь заглушить и физическую боль, и хаос в мыслях. Старые ссадины от трости дяди покалывали под сильным напором воды. Череп будто готов был взорваться. Он был выспавшийся, насколько это возможно в гнезде, но голова весь день была неестественно забита. Мысли неслись бешеным потоком, не давая сосредоточиться, и в то же время создавали ощущение белого шума, заглушающего саму способность мыслить. Лишь обрывки воспоминаний о сне прорывались сквозь него: странные таблетки, добрый Ичиро, невыносимо оживленный Кевин, надоедливая Сара, незнакомая женщина в том доме. Женщина в его доме. Японка. Схожие черты. Мама? Мысль ударила, как током. Как он сразу не догадался? Это же было очевидно! Собственную мать он почти не помнил. Знал лишь, что ее убили вскоре после его рождения. Причины он не знал, да ему и не сказали бы, он ведь побочная ветвь. Скорее всего, его мать была нужна Кенго, лишь для рождения наследников. Он даже имени ее не знал. А в погоне за вниманием отца и брата мысль о матери и вовсе стерлась из памяти. В последний раз он вспоминал о ней давным-давно, когда Кевин только появился в Гнезде. *** В те дни он часто раздражался, слушая, как Дэй ноет из-за потери матери. Маленький Рико никак не мог понять — из-за чего столько шума? Он же всю жизнь прожил без матери! А Кевин-нытик целых восемь лет провел с любящей родительницей, он знал ее ласку! Да, ее не стало. Но что с того? Он хотя бы получил эту любовь. А Рико — нет. В первые недели после прибытия в Гнездо Кевин часто плакал, тоскуя по матери. Морияма поначалу пытался терпеть. Кевин ведь вроде как был его… другом? Рико плохо понимал значение этого слова. Он слышал, как старшекурсники называли так друг друга, и сам мечтал о друге. Для него имение друга было чем-то нереальным и невозможным. Когда появился Дэй, Рико изо всех сил старался показать себя с лучшей стороны, чтобы тот захотел с ним дружить. И он даже терпел эти слезы. Пару раз даже сидел рядом, слушая раздражающие всхлипывания. И оставался спать на ночь в кровати Кевина. Это длилось месяц. Его терпение лопнуло. Он либо приказывал Дэю заткнуться, либо швырял в него чем попало. Оказалось, что дружба требует каких-то непонятных усилий. Рико не собирался тратить на это время. *** Кожа под ледяной водой покраснела. Челюсть Мориямы уже дрожала от холода, но он, снова провалившись в пучину мыслей, почти не замечал этого. Черт, он задержался здесь дольше чем следовало. Резко выключив воду, он накинул полотенце и вышел из душевой. Эти его витания в облаках ни к чему хорошему не приведут. Приведя себя в порядок, он вышел в темный коридор Гнезда. Все было как обычно. Если не считать тяжелого, упорного взгляда, впившегося ему в спину. Обернувшись, он встретился взглядом с тёмными, не сулящими ничего хорошего глазами дяди. — Рико, почему халтуришь? — строго начал с важной темы Тэцудзи, опираясь на ствол трость обеими руками. Возражать тому было запрещено. Он понимал это всегда. Всю жизнь. Но оказалось, что самым страшным кошмаром был даже не Хозяин. Мальчик по привычке опустил голову перед ним. Уставившись в темный пол - такой же мрачный, как и все остальное Гнездо. — Это больше не повторится, — он попытался вложить в голос уверенность. — Я верю. Но пройдём, поговорим об этом подробнее. В моём кабинете, — расчётливо прозвучал голос старшего. Рико сглотнул и едва заметно кивнул, но дяде и этого было достаточно. Тот развернулся и направился вглубь тёмного коридора, всем видом показывая, что мальчик должен следовать за ним. А что ему ещё оставалось делать? Он сам добился этого. *** Рико открыл дверь комнаты. Его спина была одной сплошной болью. Боль и отрезвляла, и заставляла двигаться медленнее. А также, морально ощущая полное унижение. Тяжело вздохнув, он снова почувствовал острую вспышку боли. Он постарался заглушить это чувство, садясь на край жесткой кровати и уставившись в тёмную стену напротив. В комнате был единственный звук — тяжёлое дыхание Кевина, сидевшего за столом и делавшего уроки. И как Морияма понял - математику. Она в детстве у Дэя никогда не получалась, и тот обращался за помощью к Рико. Ну а тот пользовался этим, чтобы потешить своё эго. В будущем Кевин старался делать всё сам, не ища помощи у названого брата. Он даже иногда не выполнял задания, которые не понял. За что его наказывали, но к Рико не шёл за помощью. Того, конечно, это бесило. Сейчас, слушая раздражающие звуки зачёркивания чего-то в тетради, он вздохнул и подозвал Кевина рукой, даже не смотря на него. — Дай сюда тетрадь. Задолбал черкать, — грубо отозвался он. Сейчас ему не хотелось как-либо утверждаться за счет низкого интеллекта Кевина. Он просто устал. И хотел спать. А звуки Дэя мешали ему расслабиться. Хотя как тут вообще можно расслабиться? Всё же иногда Рико мог быть спокойным — правда, лишь когда был усталым. В комнате послышался тяжёлый вздох со стороны стола, а затем медленными шагами подошёл мальчик, протягивая тетрадь соседу по комнате. Морияма посмотрел прямо в глаза Кевина. Сейчас в них читались опаска и страх. Это было куда лучше той назойливости во сне, подумал он. Пробежавшись глазами по примерам, Рико начал вписывать готовое решение в тетрадь Кевина. С математикой у него всегда было всё в порядке; возможно, он даже любил её? Нет, скорее, она была просто более терпима, чем другие предметы. Он даже ничего не объяснял, просто вернул тетрадь её хозяину. Его почерк всегда был идеально ровным и разборчивым. Нахмурившись, Дэй пробежался глазами по ответу; даже если он чего-то не понял, он не решился спрашивать у Рико. Когда свет наконец погас, Морияма смог хоть немного расслабиться. Боль жгла спину, и ему пришлось лечь на живот. Но даже сквозь эту боль, как только его голова коснулась подушки, глаза закрылись, погружая его в тёмную пустоту. *** Счастье без снов длилось недолго. Он ожидал, что проснётся в гнезде либо на той самой мягкой кровати. Но каково же было его удивление, когда, открыв глаза, он увидел тот самый школьный двор. Те же самые крики детей. Тот самый Кевин, говорящий то… что Рико уже слышал. — Купим персиков и сока! — донёсся тот самый возглас мальчика, который он слышал только вчера во сне. — Ичиро же тебе разрешил? Рико замер. Он снова здесь? Этот момент уже был. Он ведь прошёл дальше, в лес. Он слышал, те самые звуки птиц. Он отчетливо помнил все это. И даже как заснул, на том самом пеньке у ручейка. Засунув руку в правый карман, он почувствовал холодный металл ручки ножа. Он смог наконец нормально выдохнуть. Главная его защита была с ним. Но поможет ли она ему? Он уже сомневался. — Рико? — Голос Кевина заставил его обратить на него внимание. Его рука сжимала металл, чтобы хоть как-то успокоиться или хотя бы сделать вид. В горле стоял ком, — Всё нормально? После того как азиат прокашлялся, ему наконец удалось что-то сказать. — Да, — прозвучал почти незнакомый ему хриплый голос.