1

В доме на Гриммо был чердак, а на чердаке жил-был боггарт. Не подумайте чего плохого про этот замечательный чердак! Он был не из тех, которые убирают дважды в день, а по выходным ещё и пылесосят. И не из тех, которые давным-давно прохудились, в них завелась плесень, и теперь только лень хозяев стоит между чердаком и капитальным ремонтом. Нет-нет, чердак, на котором жил боггарт, был самым замечательным на свете волшебным чердаком: пропылённым; с колониями пауков по углам, причём каждый паук мог рассказать свою родословную за семьсот лет; со всяким хламом, громоздящимся беспорядочно и образующим запутанные коридоры. Со стен глядели свадебные колдографии четы Лестранжей: им не нашлось места в доме, а у эльфа по имени Кричер не поднялась лапа выбросить изображение хозяюшки Беллы. Да и муж её был прекрасным молодым человеком, чего уж там. Когда Кричер наведывался на чердак, боггарт пугал его, это уж как водится: заполнял пространство грязнокровками, делящими наследство славного рода Блэков. Кричер злобно ругался и убегал. И всё у боггарта было хорошо до тех пор, пока он не проснулся и не подумал: «Сто тысяч, двести тысяч, все баллы с Сами-Знаете-Кого!». Второй мыслью было: «Нет, нельзя, он слизеринец. Со слизеринцев я баллы не снимаю». Кто такой «я», и почему он снимает с людей баллы, а не, к примеру, наручные часы и серьги с бриллиантами (но не со слизеринцев, с этих никак нельзя!), боггарт решил выяснить потом. Как существо крайне практичное (почему он считал себя практичным, боггарт тоже не знал, но позже, всё позже), он для начала попытался разобраться, что он умеет. Выяснилось, что умел он многое: например, развеиваться ошмётками пыли и собираться вновь в трёх ипостасях по собственному выбору — как нечто мохнатое, красноглазое и зубастое; как гигантская летучая мышь с огромными ушами и как человек — унылый, черноглазый длинноносый, с волосами, немытыми грязными сосульками свисающими до плеч. Все три образа оказались на диво неприятными; боггарт долго думал, какой из них выбрать, чтобы кому-нибудь показаться. Затем хмыкнул: а зачем кому бы то ни было показываться? Достаточно наслать обычный боггартский морок! Почему-то совершенно не хотелось показываться на глаза кому бы то ни было. И ещё в человеческом обличье страшно саднило горло. Помимо естественной боггартской магии этот конкретный экземпляр также мог колдовать, как обычный волшебник... наверное. Если бы у него имелась волшебная палочка. Когда-то он определённо держал такую в руках и, похоже, неплохо с нею управлялся. А ещё он, кажется, умеет залезать в человеческие головы и читать мысли. Не просто как нормальный боггарт — вытаскивая страхи и воплощая их в образах. По-настоящему, выясняя всю подноготную тех бедолаг, которым не повезло оказаться на его пути. Так кто же он такой, Мерлин всё раздери? Отмахнувшись от вьющейся в голове мысли, точно от назойливой мухи, он прислушался к голосам внизу — там кто-то ругался, кто-то коротко огрызался в ответ, а третий пытался всех примирить. Два голоса из трёх были боггарту знакомы. Братцы Блэки, забодай их кентавр! Нет, против младшенького боггарт ничего не имел (хотя и твёрдо был убеждён, что тот умер), а вот старший вызывал ярость и рвотные позывы вперемешку. Хотя тоже был мёртв. Минуточку, боггарта что, на площадь Гриммо занесло? Тогда женщина, напоминающая гарпию и явно брызгающая слюной — это Вальбурга. Которая тоже мертва. Проклятая человеческая семейка, ненормальная, как и большинство людских скопищ. Вот только, в отличие от прочих, поголовно мёртвая. Но при этом живая. Мертвецы так яростно и живо ругаться обычно не склонны. Если бы боггарт был человеком, он бы начал сейчас разбираться, кто он сам такой и жив ли вообще. Но боггарт был боггартом, поэтому инстинкты на несколько мгновений взяли над разумом верх: он просочился через потолок и начал всех пугать. Вальбурге предъявили мёртвых детей (причём обоих... хм, интересненько!), Регулусу — мёртвого Сириуса, а Сириусу — мёртвого Джеймса Поттера. Странно: Сириус выглядел совсем не как в их последнюю встречу (у них была встреча? Когда? Где? А, неважно!). Молодой человек, совсем мальчишка, чёрные кудри ещё не побиты сединой, на лице — ни единой морщинки... Какой вообще год на дворе? Куда он попал? Насладившись всеобщим ужасом и дождавшись момента, когда все уже более-менее осознали, что происходит, но ещё не схватились за палочки, боггарт воплотился (в человеческом обличье — так проще общаться с идиотами) и прошипел: — А между прочим, это всё правда. Из-за ваших поступков, настолько безумных и бессмысленных, что слово «кретинизм» не отражает и слабой доли моего возмущения. — Бля, говорящий боггарт, — предсказуемо выдохнул быстро пришедший в себя Сириус Блэк, разумеется, тут же получив выговор от Вальбурги: — В нашем доме не ругаются вульгарными маггловскими словечками! — Матушка, — быстро вмешался Регулус (вот кто выглядел точно так, как во время их последней встречи... да какой, к драклам, встречи?), — относительно площадной брани я с вами всецело согласен, однако если по сути... Это боггарт. И он разговаривает. — Он ещё и думает, — ядовито отозвался боггарт. — В отличие от всей вашей семейки. Ты как, уже откопал сведения о медальоне? Поздравляю, ты кретин. И скоро помрёшь. Регулус побледнел, но держался: — Боггарт-предсказатель... Любопытно. — То есть, по сути тебе возразить нечего, я верно понял? Поздравляю ещё раз, ты всё-таки кретин. Значит, и остальное не за горами — У нас в доме не ругаются площадной маггловской бранью, — автоматически отреагировала Вальбурга, а Сириус задумчиво вопросил: — Слушай, а почему ты так сильно напоминаешь мне одного моего знакомого говнюка, Сопливуса Снейпа? Ты, конечно, постарше будешь, но всё-таки... Вы родня? — Ой, бля... — внезапно осенило боггарта. Ну да, он Северус Снейп. И он тоже мёртв. — У нас в доме не... эй, что с тобой? — Регулус оторопело глядел на боггарта, схватившегося за голову и раскачивающегося взад-вперёд. — Ничего, — глухо откликнулся тот. — Совершенно ничего. Просто я тоже мёртв, как и все вы. И да, к слову, как всё семейство Поттеров за исключением младшенького — на момент моей смерти, Сириус, Гарри шёл героически самоубиваться Сам-Знаешь-Об-Кого, но получилось ли — не знаю. Пацан простейшего зелья сварить не в состоянии, может, и Лорда по ошибке взорвёт. Вместо котла. Он подслеповатый, знаешь ли, крестничек твой, вполне способен котёл Сам-Понимаешь-С-Кем перепутать. А может и не способен. Ой, бля... На сей раз побледнел и Сириус. Замечательно. Вот сейчас они все тут попадают с инфарктом, а затем восстанут. Боггартами. Или кем там восстают Блэки, они ж чокнутые, они могут кем угодно... А могут и вообще не восстать, специально назло ему. — Так, — Вальбурга отложила палочку. Смерть обоих сыновей, показанная в красках и мельчайших подробностях, её явно впечатлила. — Сейчас мы все... да, Сириус, и ты тоже... и да, кхм, Северус, и ты тоже... успокоимся, присядем и попьём чаю. Во время чаепития неприятной темы смертей касаться не будем. И сколько можно говорить — у нас в доме, бля, не ругаются... ой.