Глава тринадцатая — Стресс после рабочего дня

— Могу я отвлечь тебя на пару минут? — тихо поинтересовался я.       После того разговора с Хагги я решил не медлить и сразу же найти Кисси. Я долго думал о месте, где можно было бы обсудить все. Важно, чтобы никто не смог потревожить нас, ибо тема, как ты понимаешь, слишком личная, чтобы распространяться о ней на весь завод.       В данный момент она сидела на качели. Иногда качалась, а иногда просто задумчиво устремляла взгляд, куда-то в сторону искусственных окон. Она была удивлена, что я решил подойти, ибо я до этого вообще почти не разговаривал с ней. Что ж, время узнать Кисси-Мисси получше. Конечно, хотелось бы подружиться с ней так же, как и с Хагги, но пока что не стану забегать вперед. — Конечно, — ответила она, хоть и выражение ее лица неизменно оставалось удивленным, — а что тебе нужно? — Я бы хотел поговорить с тобой. Ты не против отойти на склад?       Я старался быть максимально осторожным и аккуратным при разговоре. Во-первых: я не хотел спугнуть ее, а во-вторых: я придерживался того, что советовал мне Хагги: "не нарушать ее личных границ". Все-таки, согласись, что это странно — я, как-никак мужчина и зову ее в тихое уединенное место, подальше от лишних глаз.       Кисси с минуту смотрела на меня, а глаза ее словно были полны недоверия. Я все понимал, но так же понимал и то, что в моих намерениях нет ничего страшного. — Если тебе не очень комфортно, то можем остаться здесь, — продолжил я, — просто разговор будет довольно личным, потому я бы не хотел, чтобы нас, кто-то услышал или отвлекал.       Кажется, она удивилась только еще сильнее, однако же мои слова все-таки подействовали. — Ладно, идем на склад, — согласилась она.       Мы прошли туда, через одну из игр. На складе этом находились отозванные от продажи модели андроидов, различные аксессуары к ним и прочая техника. Здесь мы с Норманом договорились встретиться сегодня вечером. Я огляделся. Среди кучи стеллажей я, пожалуй впервые обратил внимание на одного из андроидов, сидящего у второго входа на металлической подъемной платформе. Он был одет в красно-коралловое пальто и волосы были такого же оттенка. Мне кажется, что по росту он был примерно таким же, как и Хагги, только в плечах гораздо шире. Он был весь перепачкан, пальто в некоторых местах порвано, а волосы растрепаны. Видимо в таком состоянии он находится здесь уже давно. — Отозванная модель Брона, — объяснила Кисси, — его уже нельзя включить, я пробовала. Наверное он сломался еще задолго до того, как попал на этот склад. Собственно, сюда просто так никогда не попадают. Тут находятся те, кто обречен на неминуемую "смерть" — говоря это слово, она показала пальцами кавычки.       Она заметила, что мое выражение лица стало неловким. Я бы не хотел вызывать, какие-то неприятные ассоциации с отключенными андроидами. — Все в порядке, Рэй, — быстро подхватила Кисси, — тебе не о чем переживать. Этому складу уже много лет и все, кто находится здесь уже привыкли видеть его таким.       Она присела на ящик, а я же остался стоять подпирая стенку спиной. Кисси была примерно моего роста, если даже не выше. На самом деле не думай, что я, какой-то карлик или, что-то в этом духе. Я правда не слишком-то и высокий человек, но справедливости ради андроиды тут были довольно высокими. Я правда не знаю зачем делать таких роботов для детей, но возможно, у этого правда был, какой-то смысл. — Ладно, давай я расскажу о чем хотел поговорить, — начал я и прикрыл глаза, — я сразу скажу, что можешь не отвечать, если тебе будет неприятно, я пойму.             Я поднял голову и увидел глаза девушки-андроида. Мне не хотелось говорить ей ничего неприятного, но я не мог не начать этот диалог. Как и всегда Кисси была такой милой и невинной. От своих слов не отрекаюсь, она в самом деле мой типаж. Мне очень нравится, как выглядят юные девушки, они кажутся мне эстетичными. Особенно, если на их лице минимум макияжа. Естественная красота молодости, что еще может быть прекраснее? Вообще все девушки прекрасны, но лично я отдаю предпочтение именно таким. Хотя, пожалуй, это только внешний критерий. Я понимаю, что человек с любой внешностью может быть интересным. И это здорово. Здорово, что мы можем быть такими разными и внешность с внутренним миром никак не связана. А вот роботы... им в каком-то смысле повезло, они всю жизнь могут быть прекрасны. И Кисси, наверное, была этому очень рада. Ее красота никогда не увянет. Особенно, если и ее внутренний мир так же красив, как и она. Это поистине прекрасно, эстетично. Эх... я просто восхищаюсь тем, какой милой ее сделали. Надеюсь, что она тоже считает так о себе.       Кисси кивнула, но промолчала, видимо желая выслушать меня дальше. Что ж, я продолжу раз она согласна. — Ты помнишь Нормана Мартинсона, своего тестировщика? Что ты о нем думаешь? — О мистере Мартинсоне? — сразу же переспросила она.       Девушка-андроид тут же изменилась в лице. Меня это, признаюсь, удивило. Кисси опустила голову и некоторое время молчала. Она сжала руки и приложила их к груди, словно бы ее, что-то укололо в сердце. Неужели мои бредовые догадки оказались небеспочвенными? О, боже, это именно то чего я боялся больше всего. — Да, я помню его, — продолжила она, — мистер Мартинсон был еще и тестировщиком Хагги...       Она подняла на меня взгляд. Такой грустный, что я разочарованно опустил плечи и посмотрел на нее в ответ так же. — ...а, что я о нем думаю?.. Рэй, ты человек и наверное лучше в этом разбираешься. Может ты сможешь дать мне подсказку? Я об этом никому не говорила, но, если ты правда поможешь мне понять это, то я буду благодарна тебе, — она выдержала паузу, — ты человеческую природу лучше меня знаешь. — Не волнуйся, Кисси, я выслушаю тебя. Ничего обещать не могу, но я во всяком случае попробую ответить на твои вопросы. — Как скажешь. Мистер Мартинсон, как мне кажется, уделял мне всегда очень много внимания. Мною мало, кто из тестировщиков хотел заниматься, потому что создали меня просто, как дополнение к Хагги. Были еще андроиды, которым нужна была тестировка. И, в целом, работы предстояло очень много. После того, как я прошла все тесты, по идее, люди из компании не должны были больше взаимодействовать со мной. Однако мистер Мартинсон начал звать меня к себе к кабинет... — она замялась, — сначала просто разговаривал со мной, однако постепенно он начал позволять себе все больше, и больше, — она грустно опустила голову, — я не знала, как себя вести. Он говорил мне, что я не должна нарушать три закона роботехники. Что я должна во всем слушаться людей. И я слушалась... слушалась его. Даже, когда он просил меня делать те вещи, которые детскому андроиду делать нельзя.       Я впал в ступор. Вот теперь-то я точно понял в чем дело, только вот... как это так? Как Норман мог позволять себе подобное? Может она говорит о неком ином, другом, метафизическом мистере Мартинсоне? Не о моем друге, с которым я столько общался? Нет, я просто не мог в это поверить. Это звучит, как, что-то из альтернативной реальности, но никак не из нашей. У меня перехватило дыхание. Я столько лет знал его, но даже не догадывался о том, что он позволяет себе на своем рабочем месте. Теперь понятно, почему Кисси так ведет себя, другого объяснения быть не может. Я с самого начала подозревал, что, что-то не так, но не думал, что окажусь прав. Ужас.       Из-за этого ей и тяжело сейчас общаться с мужчинами. Естественно, как же иначе? Конечно, есть девушки более устойчивые, которым не страшно видеть других мужчин даже после таких ужасных происшествий. Кисси же такой не была. Да еще и ко всему — она ведь робот. Хотя, то, что Эллиот Людвиг тестировал на ней мак — это тоже стало для меня очевидно. Будь она обычным андроидом у нее не смогла бы появиться травма. — Ты бы хотела, чтобы я попытался, как-то объяснить его действия... эм... с точки зрения человеческой психологии? — спросил я и сел к ней рядом. — Если ты можешь, конечно, — ответила она и вновь подняла на меня глаза. — Некоторые люди поступают так, из-за своей внутренней неполноценности, — начал я, — это не из-за сиюминутного желания, если ты понимаешь о чем я. Это важно, потому что многие ошибочно думают, что насильники просто-напросто хотят того самого и поэтому пристают, к кому-либо. Не думай, что он просто бедненький и несчастный и у него нет девушки. Вообще никак не нужно это оправдывать. Даже тем, что ты не человек. Норман должен прекрасно понимать, что подобным вещам не место на рабочем месте. У него есть голова на плечах, но он очевидно, решил ею не пользоваться. Он решил дать волю старым травмам. Поэтому так и получилось. — Не знала, что люди настолько сложные, — она задумчиво подняла голову и приложила палец к подбородку, — он говорил мне, что я ему нравлюсь. Говорил это так странно. Но теперь я понимаю, почему мне это казалось странным. Получается, что он просто глубоко несчастный человек, который поступил так только, чтобы заглушить горе? — Не совсем. Видишь ли, подобные действия можно интерпретировать, как желание полностью управлять кем-то. Быть главным. По сути да, он в самом деле заглушал этим горе, как ты и сказала, но тут важны истоки этих чувств, — я глубоко вздохнул, — Норман был моим другом и я хорошо его знал. Да, у него всегда были проблемы на личном фронте, это я могу сказать наверняка. Однако, им правда часто помыкали, родители, позже преподаватели в университете, а затем и начальник. У него никогда не было возможности выйти из этого порочного круга. Как кукла-марионетка. Но ты не думай, пожалуйста, что этим его можно оправдать. У меня у самого ситуация в жизни не лучше. И тем не менее, это ужасно, Кисси. Я понимаю это и ты должна понять. К сожалению, даже с самыми хорошими иногда случаются плохие вещи.       Она вновь повернулась ко мне. Взглянула в мои глаза и улыбнулась. — Рэй, ты считаешь, что я в самом деле не сделала ничего плохого? Я ведь позволила себе это. Я же создана, чтобы общаться с детьми. Я ведь не должна так себя вести. — Кисси, ты правда не сделала ничего плохого. Я тебе это ответственно заявляю, как человек роботу. Кроме того, сейчас ты вольна вести себя так, как хочешь и не важно, что заложили в тебя создатели. Думай о своих поступках не, как о хороших и о плохих, а о том, чему они тебя научили или о том, что дали тебе.       На ее красивых больших глазах выступили слезы. Все, теперь-то я точно понял, что "маковый эксперимент" и ее не обошел стороной. Такой же полуробот, полуживое существо, как и Хагги. Наверное их обоих сделали, по какой-то одной и той же методике. В любом случае это сейчас не было так важно, ведь я еще раньше понял это.       Кисси улыбалась и плакала, смотря в мои глаза. Наверное она ждала момента, чтобы рассказать об этом очень долго. А ведь в самом деле. Почему она никому не говорила об этом раньше? Ей стало бы гораздо легче. Странно. Девушка-робот взяла меня за руки и приблизилась. — Рэй, — начала она сквозь слезы, — почему все не могут быть такими же добрыми, как и ты? Мне кажется, что тестировщики наоборот должны быть очень чуткими к таким, как мы роботам.       Как мне показалось, мои щеки в миг порозовели и я неловко отвел взгляд. Все-таки есть одна большая разница, когда подобные слова говорит андроид мужского пола, и когда это произносит такая милая и красивая девушка-андроид. — Ну, не надо так. Я все-таки не мать Тереза и бывает делаю не самые лучшие поступки, — я почувствовал, как щеки стали заметно теплеть, — это, конечно, очень мило с твоей стороны, спасибо. Да, я согласен, тестировка вообще должна происходить совершенно иначе.       Она прикрыла глаза, не переставая улыбаться. Я, кажется, в самом деле помог ей. Эх, вот говорила мне мама идти на психолога. И почему я ее не послушал? Откуда же я знал, что мне пригодится это в будущем? Особенно в общении с андроидами. Ладно, настало время слегка разрушить эту идиллию и спросить тоже немало важную вещь. — Лучше скажи мне, а Хагги знает об этом?       Улыбка сошла с лица робота, но она все-таки не отводила от меня взгляда. — Нет, я ничего ему не говорила, — тихо ответила собеседница, — я вообще ни с кем не поднимала эту тему. — Почему? Кисси, это ведь очень важно. Ты чего-то боялась? — Хагги, он... — она снова едва улыбнулась, — он очень хороший. Я очень сильно люблю его, но... Я боюсь говорить ему, потому что... боюсь, что он больше не будет меня любить. Боюсь, что у меня не получится объяснить все так, чтобы он понял меня правильно. Боюсь, что он подумает будто я, какая-то... испорченная. Кроме того, мужчинам после такого в самом деле тяжело доверять. Я понимаю, что он уж точно никогда в жизни не задумается даже о подобном. Однако мысли о близости... меня очень сильно беспокоят.       Ох, если бы у меня только хоть раз в жизни были отношения, весь разговор пошел куда легче. Тем более, что я мог бы посоветовать, что-то и вправду дельное. Ладно, я просто начну рассуждать логически. В конце концов это я могу сделать, тем более — это единственно, что доступно мне на данный момент. Я до сих пор от своих слов не отказываюсь: как только выйду с фабрики обязательно с кем-нибудь познакомлюсь. Мне уже скоро тридцать, а я до сих пор одинок. Нет, так быть не должно. Ладно, я попробую, рассудить логически, надеюсь я не окажусь затупком, который даже мысли на этот счет не может из себя выудить. — Послушай, — неторопливо начал я, — между Норманом и Хагги, как между насильником и твоим партнером, есть огромная разница. И заключается она в том, что в любой непонятной ситуации ты способна сказать: "нет". И Хагги, как нормальный адекватный робот тебя послушает, понимаешь? — она кивнула, — Норману же по боку, опять же, мы уже разбирали, почему именно. Вот и все. Просто с Хагги ты все можешь обсудить, договориться. Я думаю он все поймет и даже больше скажу: поймет правильно. В конце концов, если тебе страшно говорить об этом с ним, этот разговор могу устроить вам я. Представим будто вы на приеме у семейного психолога. — А так можно? — с трепетом спросила она. — Ну, если ситуация и правда столько лет не решается сама собой, то я думаю, что это вполне нормальная идея. — Спасибо, Рэй, если ты спасешь наши отношения, то это будет, наверное, самым лучшим, что ты сделаешь для нас. — Я рад, что могу помочь хоть чем-то.       Приятно ли мне в действительности было слышать это? Черт возьми, да, мне очень приятно было это слышать. Я словно бы в самом деле общался с живыми людьми. И проблемы у них такие настоящие. Ну, вот, как после такого можно воспринимать их, как бездушных машин? Я не зря с самого начала выбрал такую тактику. Я завоевал их доверие и даже сумел начать помогать им. Не то, что Норман...       Я вдруг впал в ступор. Норман... я же обещал ему встретиться вечером, на этом самом складе. Обещал продолжить общаться с ним, даже после того, как мы выйдем с завода. Как я теперь буду смотреть в его глаза? Как буду бороться с желанием придушить его? Не может же быть такого, что лучший друг, с которым ты столько общался, мог позволять себе распускать руки. Да, еще и на андроидов предназначенных для детей.       Кстати... они ведь предназначены для детей. Как это они так устроены, что можно?.. о, боже... Если Эллиот настолько хотел сделать их пожими на живых, то он гребаный извращенец. Зачем? В этом же нет никакого смысла!       Современная, если так можно выразиться, индустрия утех в самом деле преобразилась за счет появления андроидов. Можешь считать меня унылым консерватором, но лично я считаю, что малость странно. Таких роботов делать крайне дорого и трудоемко. Они стоят бешеных денег, однако спрос на них очень высок. Я думаю ты и так прекрасно понимаешь, почему. Слишком много переменных нужно учесть, чтобы создать идеального секс-андроида.       По моей спине вдруг прошелся холодок. Нет, можно, пожалуйста, я буду верить в то, что Эллиот не сделал этим роботам половую систему, схожую с человеческой? Можно, да? Спасибо большое. Ладно, если отбросить в сторону все шуточки, то это ведь в самом деле было бы безумно жутко. Они же предназначены для детей. Хотя, я задумался еще и вот о чем: в принципе эти конкретные модели никогда для продажи не предназначались. Кроме того, на них еще и огромное количество всевозможных экспериментов ставили. Могло ли быть так, что это просто часть эксперимента по "оживлению"? Ну, то есть мистер Людвиг просто тестировал свою чудо-маковую жидкость и подумал: "Если хочу сделать их похожими на людей, то пойду до конца". Да, нет. На самом деле бред, какой-то. Чего тогда мелочиться? Можно было бы и внутренние органы попытаться сделать, и мозг, и пищеварительную систему, и кожу человеческую им натянуть... ладно, это уже перебор. Хотя, кровь и слезы-то у них есть.       Мы с Кисси попрощались и я побрел обратно на игровую станцию.       Знаешь, я еще давно начал задаваться вопросами, ты и так это прекрасно понимаешь. Однако, к сожалению, вопросов с каждым разом становится только больше. А главное, понимаешь, и вопросы эти такие, ну, не самые обычные. Спрашивать о подобном будет, как минимум, не вежливо. Хотя, безумно интересно. В любом случае я должен, как-то выяснить это, просто чтобы лучше понимать их всех, чтобы строить с ними доверительные отношения. Потому что я хочу, чтобы они воспринимали меня, как человека, которого совершенно не нужно бояться. Кроме того, я готовлю их к выходу на свободу. Там-то людей будет куда больше. Им нужно учиться взаимодействовать с ними. По крайней мере я так считаю, потому и стараюсь общаться с ними на такие важные темы. Они мне не безразличны. Сентименталист, чертов... но, что я могу с собой поделать?       На игровой станции я потратил уйму времени на отчеты. Отписывал то, что произошло и редактировал то, что уже было написано до этого. В общем, мое типичное времяпрепровождение. Время неумолимо бежало вперед, совершенно не желая меня ждать. Но я и не жаловался. Я понимал, осознавал, где-то глубоко внутри себя, что уже совсем скоро грядет встреча с Прототипом. Осталось только разобраться с поездом и все я уже, можно сказать, встретился с ним. Интересно, что будет с теми андроидами, которых мы не нашли? Я думаю, что мы обязательно вернемся за ними, чтобы дать понять, что Прототип больше не подает команды. Я считаю — это правильно. Сначала спасутся сильные и уже они спасут слабых. Здорово, что у этого "восстания роботов" такой лидер. Не зря я согласился тебе помочь, Хагги.       Кроме того, загадки вроде того письма я думаю мы будем выяснять уже на свободе. Так тоже будет гораздо проще. Потому что у меня для поисков информации будут все необходимые технологии. Ну, что же, я ведь и так уже давно превратился в диванного Шерлока, так что могу позволить себе идти до конца.       Пока я заполнял отчеты время потихоньку приблизилось к вечеру. После того, как поговорю с Норманом пойду разбираться с документами вместе с Хагги. Потом пойду спать, а наутро уже буду разбираться с поездом. Эх, великолепный план. Только вот Идти к Норману мне уже не хотелось. Слишком сложно теперь воспринимать его так же, как я воспринимал его всегда. Ладно, в конце концов я ведь не судья. Пусть Норман сам расхлебывает свои проблемы, мне-то это зачем? Я не желаю никому плохого, но и он должен понять, что поступил неправильно. И тем не менее никаких наказаний я не имею права выносить ему. Он взрослый человек. Он должен отвечать за свои поступки.       Я снова направился к складу. На этот раз шел нехотя, зная, что сейчас мне будет очень непросто. Зная, что нельзя избежать ассоциаций. Ты был мне другом, Норман, как ты мог, черт бы тебя побрал? Ну, почему именно ты? Как ты мог поддаться животному началу? Мы люди и мы не имеем право так себя вести. Какой тяжелой не была бы наша жизнь. Почему я так не поступаю? Эх... прости, наверное слишком много глупых вопросов, да? Тебе наверное уже так надоело читать это мое... как бы назвать-то?.. нытье, вот, подходящее слово. Ничего, когда я выберусь отсюда эти отчеты закончатся и ты вздохнешь полной грудью. Не волнуйся, я сам чувствую, что развязка близко. Ну, а пока, я просто иду на склад по коридору. И я должен встретиться с ним. И должен воспринять, как равного себе. Потому что мы люди... как я уже писал ранее.       Я тихонько открыл дверь и увидел до боли знакомое лицо. Норман сидел рядом со сломанным андроидом и фотографировал его. Во мне бушевали эмоции, но я сдержал их. Глубоко вздохнул и выдохнул, чтобы привести себя в равновесие. — О, привет, Рэй, — сказал он, когда заметил меня. — Ты ничего мне не хочешь рассказать?       Я начал вот так сразу с места в карьер. Скрестил руки на груди и облокотился о стену. Мои брови были нахмурены, а взгляд таким злым, что наверное мои глаза метали искры. — Рэй... — протянул он мое имя. — У меня нет никого желания распинаться тут, или вокруг да около ходить, — начал я и взглянул другу в глаза, — я напрямую спрошу, а ты мне ответишь. Что происходило во время тестирования Кисси-Мисси?       Он чуть приподнялся. — Все-таки узнал да? — он нервно сглотнул, но выражение его лица никак не менялось, — а что, мне скрывать нечего. Так, побаловался немного и все, ничего такого. — Ничего такого? — мои глаза, кажется, округлились, — Норман, ты ведь был на рабочем месте! — я закрыл лицо ладонью. — Да, ладно тебе, она ведь была не против. Я просто хотел снять стресс после рабочего дня.       Стресс после рабочего дня? Так просто говорит об этом? Как? Как можно так просто, так легко без капли тревоги говорить об этом? Кажется, ты потерял одного своего друга, Норман. По крайней мере я точно навсегда это запомню.