Глава 2 Часть 1

Подпись

***

      Дни тянулись, проходя словно в замедленной съемке, мысли давили на сознание тяжелым прессом, а сердце трепыхалось в безумном желании совершись самоубийство, выскочив из груди на свободу. Стенли уже несколько дней бился в истерике, прыгая по квартире, словно бабочка, трепыхающаяся в банке. Он, то мастурбировал, словно умалишенный, то рвал когтями ни в чем неповинную мебель, то выл подобно раненому зверю. И все неустанно думал о том, кого бы сожрать, чтобы отпустило.       В то же время Екатерину бросало то в холод, то в жар. За прошедшие дни она приняла душ столько раз, что спустила по трубам месячную норму воды. И ей все никак было не совладать со своим взбунтовавшимся телом; стоило ей только вспомнить то чувство, которое она испытала, ударив демона по лицу, как в ее нижнем белье тут же становилось мокро. И вновь приходилось идти в душ. За все это время она не раз поймала себя на мысли, что такой способ борьбы с собственными страхами не так уж и плох. Желание побороться еще с каждым днем крепчало и усиливалось. В памяти постоянно сверкали его глаза: это был взгляд голодного хищника, жаждущего и ненасытного, предвкушающего и требующего. В них было столько дикой животной похоти и невинной детской влюбленности. Она никогда прежде не встречала ничего подобного; чего-то одновременно столь прекрасного и жуткого в своей противоречивости.       Из томительных размышлений Екатерину вырвал звонок ее мобильного телефона. Она взяла трубку, не глядя, и по привычке отчеканила что-то вроде "слушаю" или "у аппарата".       На другом конце было слышно тяжелое дыхание, вскоре прервавшееся ненавязчивым:       - Как жизнь?       Его голос заставил вздрогнуть и плотнее свести колени под столом. В голове тут же стало пусто, словно все мысли выключились, подобно перегоревшему телевизору.       - А... Нормально... Да, все хорошо, - чуть растерянно ответила девушка, свободной рукой непроизвольно натягивая юбку сильнее к коленям, будто пытаясь спрятать нечто постыдное. - Ты как?       - Тоже ничего, - отмахнулся Нортон, тут же переходя к сути звонка. - Слушай, как насчет того, чтобы встретиться сегодня вечером? Ты забыла у меня договор...       В этот момент Гамильтон вспомнила, как выбежала из его квартиры вся красная, забыв и про документы, и про цель визита, и про все прочее. Взгляд ее округлых глаз сузился, и она скривилась так, как обычно это делают люди, невзначай накосячившие и не желающие об этом говорить.       - Да-а-а... То-о-очно... - в некотором смысле стыдливо протянула она, потирая рукой взмокший от волнения лоб. И только девушка хотела добавить что-то еще, как ее прервало резко меняющее все:       - Я его подписал, так что...       - Подписал? Это же просто потрясающе! - Екатерина заметно оживилась, стоило прозвучать заветной фразе. Она засуетилась, совершенно забыв о том, что беспокоило ее пару мгновений назад. Ее, наконец-то, на какое-то время оставят в покое, позволив заниматься обычной бумажной волокитой. - Я зайду за бумагами в семь! Годится?       - Да, конечно. Только тебе придется его выменять, - ехидно посмеиваясь, согласился Стенли и спешно повесил трубку, нарочно создавая интригу.       - Что..? Нортон!!! - девушка возмущенно закричала в трубку, словно так он мог услышать ее возмущение. Но соответствующая надпись на дисплее говорила об обратном. - Чертов сукин сын!       Стенли старался быть осторожен, но и от своей натуры был не в силах отказаться. Одно смешивалось с другим и получалось то, что получалось. В общем-то, их это обоих устраивало. Даже если они сами не знали, что делать, случай делал это за них. Может быть, человек и вырос из своей дикой природы, но основные инстинкты все равно остались где-то в глубине и продолжили время от времени осторожно подергивать за ниточки, умело манипулируя человеческим поведением. И даже та половина инкуба, что принадлежала человеку, не становилась исключением.

***

      День скрипел и тянулся до омерзения медленно. От оглядывания на часы по прошествии каждых трех минут время, почему-то, не начинало в панике идти быстрее. Екатерина уже вся извелась в ожидании той чудесной минуты, когда можно будет уйти со своего рабочего места. И что самое мерзкое - сосредоточиться на своих должностных обязанностях тоже не получалось.       Повертевшись за столом так какое-то время, Гамильтон с тяжелым шумным вздохом обессилено на него рухнула, уткнувшись лбом в очередную "важную" бумагу и свесив руки вниз.       - Какой же ты все-таки придурок, Стенли Нортон... - обреченно пробубнила она и вновь приняла прежнее положение, закрывая лицо руками. Невзначай поймала себя на мысли, что этот придурок лучший из тех, что она встречала, от чего вновь раскраснелась и засветилась по-девичьи невинной улыбкой, переполненная совершенно противоположными фантазиями.       В конечном счете, она просто решила оставить все важные дела на потом и полностью отдаться легкой эйфории, охватившей ее тело и разум.