Запись 10. Кровь для машин

Вернувшись на виллу Дитриха, я первым делом спустился в лабораторию, чтоб забрать оставшиеся записи, а заодно осмотреть машину Беббиджа. Уже внизу я почувствовал неладное. Беглого осмотра хватило понять, что в лаборатории кто-то был в моё отсутствие. К сожалению не было точной описи веществ, соединений и растворов хранившихся в лаборатории, но я мог определённо сказать что их количество изменилось, некоторые предметы изменили расположение, хотя неизвестный орудовавший в лаборатории и постарался сделать вид, что всё стояло как прежде. Однако поделиться подозрениями я не мог, ибо для неискушённого взгляда всё показалось бы оставшимся на своих местах. Предстояло составить каталог вещей в лаборатории и сделать снимки помещений, чтоб если вновь решат пошарить здесь в моё отсутствие, иметь тому доказательства. Вторую половину дня, я провёл изучая бумаги Дитриха. В основном это были скрупулёзные записи многочисленных опытов, только я никак не мог понять что за вещество он пытался создать. Моих скромных познаний в алхимии хватило только понять, что это был раствор способный переносить энергию от источника к месту совершения работы, забирая продукты распада и возвращая их к месту трансмутации, где они вновь восстанавливались до насыщенных частиц. В уме моментально возникла ассоциация с кровью, похоже Дитрих раз за разом, с присущей немцам дотошностью, пытался синтезировать формулу искусственной крови. Но даже мне было ясно что, даже увенчайся опыт успехом, то о переливании такой "крови" в человеческий организм не могло быть и речи. Отторжение и распад тканей неминуемы, но и Дитрих не мог сам этого не понимать, но если он готовил раствор не для человека, то для кого? Неожиданно мысль начала петлять. Фон Раух остался инвалидом и не мог ходить, всё своё время он посвящал всё более и более человекоподобным автоматонам, работал над искусственной кровью более подходящей механизмам, нежели живым существам - погибший работал над проектом симбиоза человека и машины! Вероятно его могучий ум не мог вынести заключения в скорбной оболочке и мечтал вырваться за её приделы. Очевидно, что Орден и Святой Престол не одобрили бы такого. Попрание своего удела, покушение на место Господа, грех гордыни вместо смирения перед ниспосланными испытаниями. Потому хранил всё в тайне, ограничив посещения и вёл жизнь отшельника. Это могло в конце концов объяснить как ему удалось убить напавших вампиров. Однако куда подевался тогда его механический костюм? Может кто-то упрятал его. Кто-то знавший о нападении, и живущий здесь на Сент-Бароломью. Демон в шкуре святоши предавший Орден, вступив в сговор с вурдалаками, а теперь ожидающий момента сбежать, если ещё не сбежал. Кровь забурлила в моих жилах и я не в силах оставаться на месте, выбежал в коридор, лихорадочно думая что предпринять, как вдруг едва не врезался в "Конкубину" стоящую в коридоре возле моей комнаты. Теперь же склонив голову, она рассматривала меня хитроватым взглядом своих немного раскосых глаз. Я невольно залюбовался красотой белой кожи и чёткими очертаниями скул на которые спадали светлые волосы. Повинуясь внезапному порыву я провёл ладонью по фарфоровому лицу. - А ведь ты всё знаешь. Ты была там. Ты всё видела. Если бы я мог прочитать то, что записано в твоей памяти, то легко разгадал бы загадки Дитриха, но увы..., - я осознал что смотрюсь смешно стоя в тёмном коридоре, освещённом лишь тусклым оранжевым светом ночных ламп и разговаривая с бездушным автоматоном. Возможно мне не хватает женской компании раз любезничаю с куклой. "Portez ce vieux whisky au juge blond qui fume", - ответила кукла делая подобие реверанса и отступая с моего пути. Рассмеявшись, я направился к телеграфной станции и запросил связь с Приоратом. Как ни странно они отозвались, несмотря на поздний час. В первую очередь я поинтересовался, кто покидал остров после смерти Дитриха. Аборигены меня не интересовали, предатель мог быть только из числа госпитальеров и служителей Ордена. Выяснилось, что как только обнаружили гибель Дитриха, то никто не покидал остров. Был объявлен карантин и связи поддерживались через соседние острова. Значит предатель и смертоносная машина Дитриха всё ещё здесь. Это было великолепно и опасно. Враг мог быть кем угодно и где угодно, но он здесь. Я опасался, что вероятный предатель мог иметь ещё вампиров в союзниках, но и здесь приор обогнал мои мысли - все жители острова за эти дни прошли тест Секеши-Вольфганга и никто не показал признаки заражения. Значит предатель один и он всё ещё человек. Это уравнивало шансы. Тогда я запросил на утро транспорт на Санта-Крус и информацию о сношениях Дитриха с внешним миром - история переписок и получений почтовых грузов. Своё оружие он мог сделать только из привозных элементов, а значит можно будет понять с чем предстоит иметь дело, как оно выглядит и где его могут прятать. Мне предложили уехать теплоходом, что регулярно курсировал между островами Трансмаринии и Пуэрто-Рико. Обычно Сент-Бартоломью он не посещал, но проходил недалеко и мог изменить курс, забрав меня утром возле гавани. Я с радостью согласился и закончив с делами, решил прогуляться перед сном и проветрить мозги в парке