Запись 11. Кабинет фон Рауха

Выйдя подышать свежим воздухом я вновь и вновь прокручивал в голове известные мне факты. Неизвестное оружие, искусственная кровь, загадочный "ихор", всё это перемешивалось в голове, казалось что для полного понимания мне не хватает какого-то важного фрагмента. Взглянув на особняк, я застыл в оцепенении - в окне третьего этажа мелькали странные синие огоньки. Ещё секунда и я, охнув, схватился за револьвер - синие светлячки метались в окне моей собственной комнаты! Я метнулся в гостевой дом и обнаружил всех спутников на месте. Либо предатель не из их числа, либо у него всё же есть сообщник. С оружием в руках мы вошли в дом. Медленно поднялись на этаж и подошли к комнате. Один из наших оставшийся снаружи маякнул что незнакомец всё ещё в комнате. В доме было тихо, лишь нашим шагам аккомпанировал мерный гул круглосуточно работавших механизмов. Мы, кивнув друг другу, что готовы, выбили дверь и вломились в мою комнату. Пусто! Вещи не пропали, но лежат в беспорядке. Я заметил свои записи. Кто-то нашёл их, быстро перечитал и исчез без следов. Но куда. Я заметил что один из портретов словно сдвинут, начал осмотр и со смесью удивления и негодования обнаружил тайную дверь. Дитрих шпионил за гостями?? Однако, присмотревшись я понял, что это задекорированный под картину терминал к упоминавшейся ранее хитроумной системе доставки грузов или посланий, соединяющей весь дом. Можно было положить в специальный ящик любую вещь подходящую по габаритам, задать этаж и комнату и посылка доезжала точно по адресу. Системой некоторое время не пользовались и она покрылась пылью. Однако сейчас пыль была стёрта. Неизвестный через неё покинул мою комнату. Оставаться в доме было теперь небезопасно, здесь могли быть и другие не обнаруженные коммуникации или даже целые тайные комнаты. Вдруг я заметил что в мой дневник вложен лист, где уже привычным мне по кипе прочитанных бумаг был шифр, для программирования доставки посылок внутри дома. Я узнал почти все комнаты, кроме одной, и подземные лаборатории. Как вдруг меня осенило, сбросив туфли и сюртук, я с оружием в руках забрался целиком в посыльный ящик и велел отправить его в ту самую неизвестную комнату, вероятно это был тайный служебный кабинет Дитриха, отрезанный от остального дома. Вряд ли он сам попадал в него подобным способом, но если за целый день я сам это вход не нашёл, то надо будет ждать команду сыщиков, а это может затянуться на недели. Мои спутники усмотрели в моём решении сумасбродство, система могла быть сломана, кабинет перекрыт, а схемы маршрутов мы не имели. Любая мелочь могла привести меня не к разгадке, а к гибели. Но я стоял на своём. Я веду правое дело и послан Святым Орденом, наш небесный отец не оставит меня в такой час на верную смерть. В конце концов я переубедил их и закрывшись в ящике, провёл добрых пятнадцать минут, в темноте и неведении, пока механизм перемещал меня внутри замкнутой системы конвейеров и лифтов. Внутри было душно и жарко, пот лился ручьями, пропитав насквозь рубаху. Несколько раз механизм останавливался и я на долгие секунды оставался в кромешной тьме и тишине, нарушаемой только моим же прерывистым дыханием. В такие моменты накатывала паника с которой справлялся шепча слова молитвы и ощущая в руке тяжесть заряженного револьвера. Он давал надежду, что смогу вырваться из ловушки даже если механизм испортиться окончательно. Но каждый раз система вновь оживала и под монотонный звук работающих механизмов я вновь двигался то вверх, то вниз, то катился по пощелкивавшей, кое-где заедавшими шестерёнками, ленте катился навстречу неизвестности. В конце концов звуковой сигнал известил об окончании столь странного путешествия и я, выбив изнутри дверцы ящика с удовольствием вдохнул свежий воздух. Ну как свежий, застоявшийся и полный пыли, но после ящика для посылок он был слаще, чем морской бриз на Сицилии. Выходную дверь я нашёл без труда, но вот открыть её я не смог. С другой стороны я обнаружил телефон и позвонив, попал на своих спутников услышавших звук из комнаты, где размещалась прислуга. Я сообщил о своём положении и попросил прислать себе чаю и выпечки оставшейся после ужина. Выпечка здесь была восхитительна, даже не верилось, что её пекут самоходные машины. Кроме того я обнаружил в кабинете настоящий камин и выглянув в дымоход я услышал шум ветра доносившийся, с крыши. Теперь моим товарищам предстояло подняться на крышу и найти дымарь. Я надеялся, что он будет достаточной ширины чтоб я мог выбраться наружу, в противном случае пришлось бы жить в этой комнате до прибытия профессиональных взломщиков. Ещё можно было бы уехать назад в ящике, но, во-первых, как его запустить из пустой комнаты, а во-вторых я подумал что ещё раз ехать в нём не решусь даже под угрозой оружия. Но всё же я надеялся выбраться отсюда ещё до утра, меня же должен был ждать теплоход, чтоб отвести на Санта-Крус, где меня ожидал Верховный Приор Провинции, граф Лютений де Мелаваз и нарушать своё обещание прибыть в срок перед аудиенцией я был не намерен. Сейф внутри кабинета также был заперт и взломать его я даже не пытался. Мои аналитические способности не чета способностям Дитриха. Пришлось довольствоваться теми записями, что Дитрих оставил на столе. Развернув верхний лист я остолбенел, а холод пронёсся по спине. Поверх листов исписанных по-немецки мелким дробным почерком Дитриха, аналогичного тому, что был на записях из лаборатории, лежал лист вдоль которого была написана широким, каллиграфическим, легко читаемым почерком пара фраз на итальянском: "Вы правы в своих сомнениях, что убийц Дитриха убил не он сам, но ошибаетесь в том, что ищете предателя среди своих. За павшего рыцаря отомстил друг. Не старайтесь его найти, он скрытен и если обнаружится его личность, может раздумать быть другом вам и Ордену. Подтвердите выводы комиссии и уезжайте. Так будет лучше для всех" Ни подписи, ни даты, но письмо свежее, на листе нет признаков пыли и писавший обращался ко мне на родном языке, а знать что для расследования пришлют итальянца не мог никто. Раздался сигнал прибытия почтового ящика и от неожиданности, я едва не расстрелял его из револьвера. Опасаясь ловушки, я крайне осторожно открыл дверцу, внутри были чай и булки с шоколадом, и в добавок фляга с коньяком. Посмеявшись, я тем ее менее пригубил для крепости духа и пока наверху искали дымоход и прочную верёвку, я осматривался в кабинете. В основном чертежи, научные рассуждения, конспекты статей известных инженеров, в особенности Кнаусса и Беббиджа, которых фон Раух похоже считал за своих учителей. Была ещё одна фамилия, которую я слышал впервые - Аррадо, упомянутая несколько раз в различном контексте, отчего понять чем занимался Аррадо не было возможности. Дитрих то восхищался ним, то крыл непечатными словами. Ещё была странность, что я не нашёл никаких записей насчёт "Конкубины" кроме листа с выписанными на нём панграммами на всех языках мира. Похоже всё что связано с ней Дитрих запер в сейфе. Как только вернусь от Верховного Приора, сразу займусь её изучением, заодно всё же нужен мастер по взлому замков и шифров, не справится сам - в помощь собранная фон Раухом машина Беббиджа. Размышления прервал шорох в дымоходе и вниз упала верёвка с привязанным к концу металлическим грузом, которым были крюки, чтоб держаться на отвесной стене. Проверив её на прочность и обвязавшись как следует, я начал выбираться наверх. Грязный и чумазый я вскоре оказался в компании своих спутников. На востоке загорался рассвет, а потому я поспешил совершить гигиенические процедуры и переодевшись в свежий костюм, заодно собрав небольшой багаж отправился в порт. В дороге я думал над запиской. Кто её оставил и с какой целью. О записке я никому не сообщил, спрятав её в личных записях. Самое загадочное было в том, зачем неизвестному "благодетелю" скрывать свою личность. Ведь он совершил подвиг, расправился с упырями, чего он опасался? Может он не тот за кого себя выдаёт? Шпион одной из великих держав пробравшийся в лабораторию и случайно ставший свидетелем расправы, а теперь ждущий шанса покинуть остров? Или это тот самый Аррадо, таинственный друг Дитриха, которого он то хвалил, то костерил последними словами. Может этот человек тайком работал в лаборатории и до сих пор прячется где-то в доме в укромном уголке? Вопросы на которые я пока не знал ответа. Однако мои товарищи теперь оцепили дом и будут дежурить посменно. Незнакомец может скрываться сколько хочет, но в конце концов мы его поймаем!