Эпилог

      Новый мир был фальшивым.       Предметы не имели веса, поверхности сверкали от лучей ненастоящего огня, а цвета померкли. Даже звуки здесь были совершенно иные, какие-то пустые и натужные. Астрид сидела за серым холодным столом в комнате с серыми стенами, куда ее приводили день за днем, задавая одни и те же вопросы, получая в ответ одно и то же молчание. Она перестала разговаривать, не вымолвила ни слова с тех пор, как ее увели из разрушенной деревни. Она не протестовала, когда у нее отобрали одежду, когда люди в белом поливали ее загноившиеся раны жгучими отварами. Она больше не смела в своих мыслях называть себя жреческим именем, она не была его достойна.       Дверь тихо открылась, и в комнату вошла женщина средних лет с мягкими чертами лица. Ее волосы были аккуратно собраны в пучок, а в руках она держала папку. Она закрыла за собой дверь, поставила папку на стол и осторожно села напротив Астрид, не сводя с нее глаз.       — Добрый день, — она слабо улыбнулась. — Я доктор Мельдаль, психолог. Мы с вами не встречались раньше, но я знакома с вашим делом.       Астрид не оторвала взгляд от собственных рук, закованных в наручники. Это новое слово она успела усвоить очень быстро.       — Вы не обязаны говорить со мной, — продолжила доктор, открывая папку. — Я лишь хочу помочь вам понять, что произошло. Понять саму себя.       Послышался шелест бумаги. Астрид закрыла глаза, пытаясь представить, что так шуршат осенние листья. Но не смогла.       — Вы сильная, Астрид. Очень сильная. Вы выжили в условиях, которые сломали бы большинство людей. Я знаю, что в вашей деревне было многое, что казалось правильным. Лес, боги, жрецы… Это было вашей жизнью, вашей правдой, — ее голос звучал ласково. — Но знаете, что я хочу вам рассказать? Все это было частью системы, которую мы называем сектой.       С губ Астрид сорвался смешок. Это новое слово она тоже успела выучить.       — Секты всегда создают иллюзию семьи, — продолжила она. — Они говорят своим последователям, что мир за пределами опасен, что только внутри можно найти спасение. Они используют ритуалы, символы, чтобы создать ощущение принадлежности.       Доктор Мельдаль сделала паузу, внимательно вглядываясь в лицо девушки.       — Я изучила, как жили вы и другие жители деревни. Знаете, что я нашла? Запреты на выход за пределы леса. Жесткую иерархию, где жрецы обладали абсолютной властью. Вас не учили читать, чтобы вы не знали, что руны — это обычные буквы. И, конечно же, проводили ритуалы с кровью. Они использовали страх и неведение для контроля.       Астрид еле заметно покачала головой.       — Астрид… — доктор прикрыла папку. — Все так. Боги, в которых вы верили… они были частью этой системы. Они не настоящие.       — Они настоящие! — голос осип от долгого молчания. — Я видела их…       — Это тоже часть механизма, — спокойно ответила доктор. — Ритуалы, отвары с психотропными веществами и дальнейшие «видения». Это все не магия. Это психология. Манипуляция.       Астрид отвернулась, ее дыхание стало неровным.       — Знаете, что еще я узнала? — продолжила доктор, ее голос стал еще мягче, почти доверительным. — Все жрецы сдались. Они рассказали, что вы были довольно близки с… — она заглянула в папку. — С Рейвенном. Так он себя называл, да?       Кулаки сильнее сжались, но Астрид сдержалась, хоть глаза неистово жгло.       — Урожденный Джонатан Магнуссон. Сбежал из Осло после жестокого убийства своего соседа в приюте… Мы все еще пытаемся выяснить, встречался он со Стейном Линдбергом до убийства или они познакомились уже после.       Доктор уловила тень непонимания на лице Астрид и склонила голову набок.       — Мистер Линдберг представлялся вам как Отар. Насколько нам известно, он узнал о готовящейся операции за день до прихода отряда в деревню. Мы считаем, что именно поэтому он заставил вас убить его…       Астрид резко отодвинула стул, цепь от наручников затрещала, кандалы впились в запястья. Доктор слегка вздрогнула, но быстро натянула вежливую улыбку.       — Вы не обязаны верить мне сейчас, — добавила доктор. — Но вы должны понять: вы не одна. И если вы захотите говорить, я буду здесь.       Доктор поднялась, закрыла папку и медленно направилась к двери.       — Подумайте об этом, Астрид, — сказала она, прежде чем выйти. — Быть может, вы сможете помочь тем, кто еще не смог выбраться из клетки.

***

      Колени болели, но Астрид не поднималась. Она шептала молитвы солеными от слез губами. Он делала это каждую свободную секунду, пока голос не охрип, пока ноги не покрылись фиолетовыми синяками.       Но боги молчали.