XXX под прицелом ясных глаз XXX

Успели к самому сну, рассредоточившись рядом с домиком, и ещё до прибытия в эти дальние дали грамотно разбились на несколько групп, занявших самые выгодные места на выходе из леса, сиречь заповедника. Успели связаться с местными полицейскими силами, которые застолбили для них эти самые места и промониторили камеры наблюдения - пусть последние могло бы и оказаться более-менее бесполезным. Успели даже связаться с коллегами из Неопорта, на случай если преступнику придёт в голову идти пешком несколько дней, если не добрую неделю плутать по лесу и выбраться уже там, в Другом Городе. Рассредоточившись, выяснили - через второй округ преступник города не покидал, в соседних с заповедником пятнадцатом, третьем и округе "Маяк" преступник не появлялся, вообще новых лиц, которые выбрались бы из леса, независимо от того, какое оборудование на них было бы, не появлялось. То же и во втором - ни одной стремительной точки, вынырнувшей из леса, нет, зато есть три, нырнувшие в лес и что-то вроде мерцательного сигнала рядом - этот сигнал очень заинтересовал компьютерные службы и они полезли с пол пинка в справочную литературу, чтобы выяснить, чем такое быть обязано. Прения шли. Всё успелось стремительно, а до этого - тот самый полицейский чин, который первым прибыл по паническому вызову Гретхен, пересёкся с ещё одним местным офицером, которого независимо от коллеги умудрилась, сквозь мандраж, вытянуть из города Белка. Коллеги потоптались и, получив из девятого округа распоряжение не мозолить глаза в избушке, жребием решили, кому провожать в хостел Белку. А Белку в хостел провожать пришлось, потому что раньше всех успела скорая. Машина на гибком шаровом ходу втиснулась в тропинку, порядком, видимо, перепугав местную фауну и подавив флору, добралась до ямки, в которой дремал хорошо уже проветренный сквозняком домишко, и скорая оперативно Алину забрала. Врач хотел и Белку увезти с собой, оставшийся этот самый офицер, наблюдая за Белкой, скорее соглашался, но в порядке диетических решений принял у неё первые, ранние свидетельские показания и рыжую отправили ждать прибытия основных сил из девятого в аффилированный с полицией гостиничный комплекс. Ну как, комплекс - несколько коттеджей с видом на сад, куда, если надо, селили охраняемых, передерживаемых, командированных офицеров и прочая, прочая... Белка краем глаза успела, увозимая в незнакомые края и без Алины, заметить, как появляется отряд спецназа или группа захвата - те брали штурмом пустующий домик и рассредотачивались по тем самым щуплым улочкам, где только что Алина с Белкой преследовали пешего бегуна, изрядно напугав спящих в окрестных личных домах людей. Успели же, как уже отметила про себя Ринго, ко сну. Вот вам развлечение на ночь глядя. Кошка смахнула со стола, ловким движением хвоста, часть отданных оперативниками бумаг, включая показания Белки, а затем, сделав "Кругом!" по его поверхности, наподдала лапой по ручке, свергнув её на пол. За ручкой хищница не погналась, а с довольным видом легла на стол, пощурившись на Ринго и старого её коллегу. На столе рядом с полицейскими она, наверное, чувствовала себя полноправной частью следствия и, видимо, было кошке интересно; пушистой шваброй кошка осела на стол, подняла собой ветерок, рядом оставалось ещё немного важных бумаг, в которые она и уставилась, словно проверяя за следствием его действия. - Так что там он ещё, - ехидничал старший товарищ, потрепав по основанию хвоста другую кошачью особь, которая забралась ему на колени и требовала себя погладить. Котик мурчал, старый оперативник довольно и успокоенно продолжал: - Бегает по лесу, выглядывает себе подходящий зазор. - Выглядывает шоссе. Дворами не пойдёт - заметно. Так что из леса выход один только - через въезд в лес. У нас такие наперечёт, - говорила Ринго. - Пусть себе ждёт, время тикает, время за нас... - Набегается - выйдет, - пожимала плечами коллега из девятого, постукивая каблуком по паркету и чуть раздражённо роясь в копне светлых волос пальцем. - Сколько можно протянуть в лесу вообще, без потерь для организма? Идиот! - Смотря что считать потерями, - улыбнулась Ринго. - В зависимости от того, какой модели браслет и сколько он уже работал, от часа до десяти без подзарядки браслет-то вытянет. Сетка может, подпитываясь телесной кинетикой работать очень долго, но у бегуна - браслет, так что без разницы. Чтобы было не мокро, не сыро, не холодно... обратили внимание, как тут студёно было утром?.. Получается, на вскидку часов пять. То есть уже скоро бегун останется без одежды, в одной обуви. В этих своих кроссовках... Ринго тряхнула бумагой, которую кошка сбрасывала со стола - на ней как раз результаты сличения следов в подвале и следов, оставленных на сырой земле, например, возле домишки, или на пыльном паркете внутри. Всё, включая трещины в протекторах, всё на месте. Обувь та самая, следовательно, с Тайны подозрение, считай, снято. Что и не удивительно - тогда в конструкцию пришлось бы включать и Белку с подругами и вся преступная деятельность стала бы выглядеть уж очень перегруженной ненужной конспирацией. Очень хорошо! - Если, конечно, никому не пришло в лесу установить подзарядку, - говорила коллега. - Но в заповеднике не дозволяется, портативную мы бы засекли. Голый он, уже небось сияет щёчками... - Прекрати, - засмеялась Ринго. - Холодно человеку, но ведь он в неадекватном состоянии. Кто его знает, чувствует он холод или нет в таком виде. А вот жажда... - Без воды долго не протянешь, - как будто со знанием дела уверяла коллега. - Ну, допустим, полакает он из лужи или припадёт, так сказать, к ручью. Я уже мысленным взором это вижу. А вот еда - не повезло преступнику с сезоном. - Ага, ни тебе ягодок, ни грибочков, - потянулся старый рингин коллега на стуле. Кот заелозил, недовольный тем, то его беспокоят. Но с колен не спрыгнул. - Оголодает, захочет поймать, я не знаю, крысочку какую-нибудь. Одичает наш преступник на подножном корме! Но не поймает никого. Я говорю - ждать от силы осталось пару часов, потом - привет. Смысл был прятаться в лес - что там делать-то? Запускать туда отряд, мне кажется, можно бы. Но лучше будет, если он выдет сам. - Будет щипать траву, - протянула Ринго. - Задом вверх. Чем не повод посветить себя в герои... Но на таком корме долго не протянет. - Бедняжку раком жизнь поставила! - Обрадовалась коллега. - Необычный, лесной загар обеспечен. Я как раз читала, что у всех этих дикарей была ужасная кожа... - Запускаем людей или нет? - Сухо спрашивал старший коллега. - Те, что в последний раз сообщали, говорят - готовы прочесать заповедник. Они-то готовы, а вот в суматохе... решай - ждём, что выйдет? - Решаю - ждём. У нас второй есть персонаж - может, и он проявится? А этот выйдет, и с повинной, - задумчиво говорила Ринго. - Сейчас не важно, что у него на уме. Нам нужна его преступная тушка, а ставить мозги ему на место будем уже перед судом. Взглянет на свою деятельность более трезвым взглядом и будет ему что говорить на процессе. Меня смущает другое - сообщник мог заготовить в лесу запасы еды, хотя зачем - прятаться там они с самого начала не планировали. Пусть и не невозможно, но... Мало вероятно... - О-о-о, не скажи! - Запротестовал старый соратник. - Люди бывают ушлые. В былые времена и не такое устраивали, я мог бы и порассказать! Не удивился бы даже, если бы у них в лесу была бы транспортная ветка неучтённая, до Неопорта. - Мы бы засекли... - Я об этом тоже уже подумала, - собралась разом Ринго. - Но окружение на это не указывает. Вообще, воображение, конечно, нарисовало мне уже этого типа в кедах и на ржавой дрезине, но это просто развитие событий такое, по экстремуме. Нет со стороны Неопорта неучтённых узлов вхождения. Я попросила коллег там проверить, с той стороны заповедника. Посмеялись, но говорят, посмотрят. Нет у них транспорта. И, наверное, нет тайника. Тайником был сам домишка, внутри - ничего, что говорило бы о партизанской борьбе. И характер их деятельности... - ...говорит как раз о том, что эти гаврики готовились отъединяться от основной массы людей, - проговорил старший офицер. - И для начала хорошенько запаслись литературой... - И воду, и пищу, заготовить заранее могли бы, но - тут засада, чувствуешь, какая? Когда у тебя перед глазами только выход из леса, у тебя один вариант развития событий, тот что прямо накануне, и всё тебе на него указывает. А когда у тебя есть мнимая стратегия отступления - время медленно, но верно тает на глазах. Пусть пять часов превратится в двадцать пять - потом, когда ресурс иссякнет, станет только хуже. С обычными преступниками это работает, и работает очень хорошо. Осаду мы вели один раз тридцать часов... - Да шут с ними, с часами! Ты пойми - я сильно сомневаюсь, что у преступника этого есть навыки выживания в такой среде. Это приобретается с опытом. Чтобы нажить опыт, надо потратить время. Потратил время - попал в сеть. Видишь? Такие нырки мы бы сразу заметили. Любой, кто пытается начать партизанить в, кхех, государственном заповеднике, будет регулярно попадаться на глаза и представителямм лесного хозяйства, и сетевикам, у которых вот такие скачки в одинокие места как на ладони. Нет у них, действительно, тайника. А есть неправильный выбор, - говорила коллега. Так это или нет, Ринго сейчас выяснять не стала. Как-то в домик он, тем не менее, этот, пешком уходил время от времени и, пусть даже точно зная, где камеры плохо работают, где неучтёнка или заброшка, где висит слепым глазом массивный такой городской муляж... Сам факт того, что на границе города завелись вот такие вот явления говорит о том, что органы расслабились. И инцидент с фальшивомонетчиками, и эта история - окулист сказал бы, у вас ленивый глаз! В другой комнате послышался характерный скрип - это кошечка точила когти о старый ковер, и даже долетел запах пыли, которую она подняла интенсивными рывками. А на окне не разморило бетонным солнышком другую ещё мелкую хищницу - и она наблюдала, будучи одним только абрисом, за чем-то на улице. Невинный городской шум, гудит шоссе, гудит всё. А они ждут, не сидеть же в обыскиваемой до сих пор избушке. - А какой был бы правильный ( "О!" - веско поднял палец старый оперативник ), - спрашивала Ринго. - Вот в этом самом месте, какой вариант для них был бы самым удачным? Уйти в город? И вернуться в девятый, ныкаться по знакомым, светя им этими самыми своими глазами? Отсюда - какой вариант развития событий для них был бы подходящим? Никакой ( "Никакой!" - Поддакнула коллега ). Поэтому мне и интересно. Где и когда у них что-то поломалось и почему, не смотря на поломку, нет в их действиях ощутимых перемен? - Не понимаешь? - Обрадовалась коллега. - Когда поломалось - когда Белка эта за ним погналась! Вот когда. Он её за одну из наших оперативниц принял. И я не знаю уж, как он оправдывал перед другим преступником свои действия, но начиная с этого момента они на осадном положении. Они сами так это видели, мы даже не делали ничего. - Её? А-а-а! - Поняла Ринго. - Наши данные в сети появляются сразу после того, как она за ним погналась. И это повторялось несколько раз: эпизод с преследованием - новые данные - мы апдейтим кейс. Вывод? Белка - полицейский, внештатник. Преступник прочитал новости и решил - точно, не ошибся и чутьё не подводит. А тот, второй - он, быть может, ещё осторожней. И отругал бегуна за то, что бросил тот книжки, считай, отдал врагу. - Не сходится, если считать, что оба товарища считают себя борцами с криминалом, - рассуждала Ринго. - Почему они к нам не обратились, с самого начала? Преступники? Почему дистанционно скормили нам Каменюкских? Чтобы оставаться героями? И какая, собственно, связь у молодых с существовашим тут когда-то сообществом? Эти-то тут как оказались? Ринго вытянула один ещё лист - скрипнула дверь, не закрытая до конца, а на щёлочку, и в проём просунулся молодой оперативник, из числа тех, кто мотался между импровизированным штабом и активным следствием. - Будете пока здесь ждать? Из лесу новостей нет. Там на изготовке. - Пусть ждут, иногда самый верный способ заставить противника совершать ошибки, не делать ничего, - серьёзно говорила Ринго. - Классная квартирка, - с издёвкой говорила коллега. Котики как-то разом чуть проснулись, хотя до этого один, самый лабильный, раскинулся на пыльном и довольно вонючем местном диване и давал коллеге себя всего осмотреть - та радостно улыбаясь мяла большими пальцами чёрные кошачьи лапки с белым хохолком и вибриссами на запястьях, а котик откровенно дрых и что-то глотал во сне. - Начальству будете жаловаться? - Просто спросил оперативник. - Начальство само котов разводит, - доверительно сообщила Ринго ( "Мы всё в этом деле уже намертво завязаны, мяу!" сообщил пожилой офицер хриплым голосом ), оперативник нашёл её глазами и чуть покраснел. А котаны, чуть встревоженные перспективой быть заложенными высшим чинам, подозрительно зыркнули на отметившегося в присутствии начальства парня - воздействовать на потенциального врага морально! Квартирка, превращённая в штаб, примерно то же, что и хостел в котором успела побывать Белка, но в многоквартирном здании и исключительно для следственных же нужд, если таковые сложатся. По логике здесь должен был поддерживаться идеальный порядок и специальная служба должна была, очевидно, следить за порядком в таких пустышках. Это по логике, а фактически же местная полиция использовала пустышки как кому в голову взбредёт и в этой, в частности, содержали приблудившихся к полиции кошачьих, которых в другие места уже никак не возможно было деть. Котики тут и жили - не брезговали и подъездом, хотя в подъезде обитал жирный подъездный кот, который никогда не покушался на квартирку эту и вселиться сюда не пытался. - Видимо, остро стоит проблема мышей во втором округе, - смеялась коллега. - Как и в нашем, поверь, - говорила Ринго. - Вы мне скажите лучше, что вы будете вменять бегуну, когда тот выйдет из чащобы? - как в мешок, проговорил старый оперативник. - Насколько я знаю, с поличным схватить его пока не удалось. Сам факт того, что преступник прячется, конечно, но... отравление? Или сразу дело об убийстве? Дело об отравлении так и не открыли официально и с чем нам тащить к прокурору это пугало? Он скажет - меня, бедняжку, в больницу, а не в тюрьму. У меня неизвестный симптом. Ринго положила обратно на стол список, который хотела уже зачитать коллегам - вдруг у них сработает, если не опыт, то чутьё. Или хоть эрудиция. Список - ладно, на список у Ринго уже были готовые планы. - А он обязан об этом знать? - Серьёзно спросила Ринго. - О том, что дело не открыто? В новостях про отравление было много, картинку с собой в качестве разыскиваемого преступника он, как я понимаю, сам уже сложил. Берём мерзавца и пусть он нам рассказывает, что и где он вытворял. Не мы ему! В идеале, конечно, я рассчитываю увидеть его с окровавленным кирпичом наперевес. Ну а если нет... - Скажем - назад в лес иди! И без кирпича не возвращайся! - Хихикнула коллега. - Он сам и сдастся от такой жизни. Интересно, он сериалы смотрит? А музыку слушает? - Ещё одно упущение! - Серьёзно посмотрела на коллегу Ринго. - Выясним. Нет, ну а что - медийный портрет убийцы... если это он... всё равно будет в сети - все кому не лень начнут ломать его аккаунты. Переписка, списки песен, которыми бегун понтуется... понтавался - в колонии, думаю, репертуарчик-то ограничен будет. Между тем, а что у нас с дорожниками? Что-то давно они нам ничего не сообщали по своему почину. Иди-ка, поторопи их! - Есть, вашество! - Козырнула коллега и бойко протопала на выход. Бойко или нет, но котика подвинула предельно аккуратно - тот растёкся на оставленном коллегой кресле, отчего-то головой вниз. И не спал, а дурашливо поглядывал на оставшихся двоих. Мордочка такая, будто улыбается. Улыбаются, кошачьи губки! Едва коллега вышла Ринго, тем не менее, чуть мрачнее говорила старшему товарищу: - Хиханьки хаханьками, а ведь в который раз мы одного убийцу ловим невероятно огромными группами. Сначала в Неопорте, теперь у нас. О чем это говорит? Мне не нравится - нечего лепить из атавизма культ, мы ж не стадо коровок на которых из лесу волк нападает. Я считаю, на дела об убийстве, буде такие ещё в будущем, нужно надеть протокол от какого-то другого преступления. И действовать по протоколу! Знать бы, какой. Есть мысли? По параметрам, подходит разбой. Имеется нападение - не важно, чем оно закончилось, но факт нападения схож. - Сама ж столько народу нагнала! - Удивлялся опытный офицер, - я ещё удивился - картина, как на парад. Будто в осаду брать хотим целую ПА, а то и группу ПАшек. Между прочим, не я один так решил - у этих, из столицы, были же виновные... кооператоры. Там закрыли и перераспределили несколько контор, обанкротили вдогонку следствия. По рядам пожилых оперативников, среди старых зубров и ходили слухи, что и у нас будут банкротить кого-то. - И в обоих случаях Алина, да? Нет, - решительно говорила Ринго. - Что-то не ловят мух зубры - тут другое. Тут группа из вигилянтистов с диагнозом. У них материальное обеспечение на нуле, это было понятно с самого начала, и по поведению бегуна заметно: такой тип, как у бегуна, не обращает внимания на расходы, пока не прижмёт - люди, с ПАшным бэкграундом ведут себя иначе... Скорее права качать будут, чем лепить из себя героя всех времён и народов. А тут ещё избушка эта. Был у меня милый опыт общения с такими партизанами. Опыт, про который Ринго упомянула, собственно, уже и так барахтался в сознании у детектива, стоило только оказаться тут, на опушке. Принесло на память с запахом зелени и сырости. Ничего такого, оперативного - это было ещё тогда, когда они с мамой жили рядом с Калмой, а там - на отшибе, на бывших каких-то графских землях оставались дети цветов из тех, кто продолжал ( может, по инерции? ) существовать по одним им понятным канонам, принесённым с воспоминаниями о другом мире, их мире. Жизнью, имитирующей жизнь дворца. Графство давно рассыпалось и местный аристократ давно почил, не заведя детей. А земли так и оставались ещё долго в качестве чуть ли не в качестве резервации, и положено было делать вид, что не знаешь о деревеньке, и не лазить к детям цветов, даже если любопытно очень. Сами они, впрочем, время от времени появлялись в округах неподалёку от Калмы, часть так и оставалась потом в городе, настоящем городе, а не том, в лесу... и искала работу. Ринго всё-таки побывала у них - видела, что, оказывается, рядом фабрика, на которой изготавливали чехлы для мебели - текстиль для подушек и промышленных мешков для транспортировки там перешивали на одежду, так как дети цветов бойкотировали браслеты. Ходить в чехле, прямо скажем, только со стороны кажется забавным - текстиль, как Ринго в итоге поняла, на таких предприятиях частично отдавали в графства, и там, так же закрыв глаза на происхождение покровов, текстиль принимали. Как, наверное, принимают еду, когда случается беда, или как принимают обязанность быть накормленными домашние животные. Разница, правда, в том, что на фабрике около Калмы работали сами дети цветов и там же проектировали свои наряды, и частично шили их, даже и вручную. Это было мило. С девушкой из графства Ринго познакомилась постольку, поскольку её семья обосновалась по соседству. Девочка была красивой, пожалуй, очень, и что гораздо любопытнее, начитанной и умной. Ринго по началу деликатно не расспрашивала, откуда бы у Ханом такие знания о внешнем мире, которые та содержала в себе аккуратно и структурировано, будто боялась расплескать. Или брякнуть что-то и показать пробел в осведомлённости. При этом сама Ханом, когда речь не шла о знаниях, вела себя с пугающей смесью паники и самодовольства, стыда и чуть надменной интроверсии. Иногда, как сиротка, иногда как в кафе... Кафешкой их знакомство и продолжилось - при том Ринго сама объявляла тогда маме, что "пойдёт накормить несчастную сиротку", кем Ханом и выглядела большую часть времени. Идея была заставить жить девушку социальной жизнью, живой жизнью, так, как другие живут. У неё этого не было и, хоть и пугало, конвенцианально решено было, что пробел надо восполнять. В кафе Ханом вела себя весьма и весьма смущенно, делась куда-то парадная её лучезарная улыбка, явно не знала как себя вести и куда приложить, и вообще съезжала куда-то вниз, возвышаясь над столиком по плечи, и только. Почувствовав, видимо, что со стороны выглядит как-то уж слишком пришибленно, вырастала над всеми этими продуктами пищепрома и мечтательно и навскидку смотрела на них, выбирая, с чего начать, явно придавая совместному приёму пищи "В ресторане" ( Ну, хорошо, это был ресторан, просто далеко не из самых замороченных - Ринго специально выбрала такой, чтобы не грузить девушку и не грузиться самой ) куда как большее значение, чем стоило. Да и самой пище тоже. Так или иначе, свидание оказалось свиданием и решено было его продолжить, перейдя к более интимной части. Для оной в данный момент времени подходила квартира Ханом и родителей - последних та стеснялась безмерно, а их-то как раз и не было дома, так что - туда! Накормленная сиротка привела подругу домой и там, прямо у входной двери уже более-менее раздетая Ринго принялась освобождать от ( опять по инерции, наверное ) носимый текстильной одежды Ханом, та сносила посягательства на своё тело с интересом и скорее пассивно, ну и ладно, так даже лучше. Ринго с интересом же проникла в пуховик, толстый-толстый пуховик ( была холодная весна ) развязала тясёмочки и пуговки разгадала, как с ними быть, и первым делом, проев в теле жертвы такую же тёплую ямку, которую проделывает хищник в теле убиенной им дичи, добралась до трусов. Трусы хоть не из мешка сделаны - и на том спасибо. Трусы в Океане объект цифровой манипуляции, вещь напоказ. Трусы же эти, тоненькие-тоненькие, следовало стягивать через ноги, иначе никак. Вообще, одежда впивалась в носимый ею организм так, будто покидать его не хотела. С каждым предметом свои заморочки. Неудобно! Но внутри тепло - факт. Едва Ринго начала аккуратно труселя скатывать, как сворачивают в мультиках и играх свиток с тайным знанием, Ханом явно начала протестовать. Потом и вовсе выдала - смотри на меня, когда я без трусов, только спереди. Сзади - ни-ни! Сзади ей не нравится. Ринго не совсем понимала, как Ханом представляет себе её дальнейшие действия и через некоторое время умудрилась развернуть подругу ягодицами к себе - на правой ягодице сияло себе родимое, наверное, пятно. Или какое-то раздражение, а может, вообще экзема? При том здоровая! Не удивительно, от такой-то жизни. Но подумаешь, пятно! Ринго доступно объяснила подруге, что стесняться такого незачем и девушки прошествовали в комнату Ханом, продолжить погружение в прогресс. Комнаты своей, как и квартиры в целом ( родители не особо любили технику и таковой дома почти не было ), Ханом тоже явно стеснялась, и Ринго поняла, почему: перед ними предстала маленькая, не развернёшься, скорее детская, кроватка, в которой Ханом, обычно в одиночестве, изволила почевать. Другой не было! У кроватки, сколоченной из дерева, была решётка ( чтоб девочка не вывалилась! ) и её, как Ринго поняла, подругина семья умудрилась притащить из графства. Неудобство, неудобство сплошное! Девчонки, впрочем, поместились. - Жизнь в таких условиях, даже если у тебя есть ресурс, это когда ты уходишь дуться на весь мир, а у тебя в подсознании остаётся - лучше бы ты действительно, она права, сериал сейчас смотрел. Гулял, я не знаю, как все... Океан притянет обратно. Океан уже действует. Не знаю, кто кого заборет - "Прыщ" цивилизацию, или цивилизация уничтожит пузырь этот. Лично я считаю - Океан победит и, следовательно, наевшись самого себя, бегун не просто выйдет наружу - зная, что его ждёт он принесёт нам всё своё нутро, у него его одиночество сейчас - это комок проблем, который гудит в груди. Это внутренний конфликт - он дозревает. Мне нужно, чтобы он выдал сообщника. Сам! А его явку с повинной... я предвижу. - Не скажи, - улыбался старый оперативник. - Случаются очень устойчивые изолированные сообщества. Всякие деликвенты, например, наши клиенты по жизни! Помнишь, тебе дали самое первое задание? То самое - чем дело кончилось? - Свадьбой! - Откинулась в кресле Ринго. - В том-то и дело - свадьбой! Правда, насколько я знаю, потом она его бросила и даже сожалела о своём выборе, ну, немножко. А так - сейчас те, кто вышел или даже не сел, это пухляши, вроде нашей второй жертвы, и на вид и не скажешь, что банда. Промылись, с хлорочкой отчистились! А ты не знал? Я расскажу, как всё было на самом деле. Самое первое задание, которое Ринго получила ещё посередине обучения в академии, где-то в скучном для других экваторе, заключалось в том, чтобы приехать в один, тоже весьма отдалённый уголок Океана, и там просто ждать. По наводкам, которыми располагала полиция, в этом местечке мог ( уверяли - должен был ) объявиться один долго разыскиваемый преступник, занимавшийся преимущественно стиркой грязных денег через муниципальные службы. Старый и матёрый преступник, и здоровяк к тому же. В случае, если он объявится, от Ринго требовалось просто сообщить об этом, чуть ли не по банальной связи, и не делать больше ничего. Ринго ждала. Преступника не было. Чутьё Ринго, которым она поделилась тогда со старшими товарищами ( в числе которых был и сегодняшний опытный оперативник, тогда, конечно, менее скучненький и более молодой ), говорило что не появится он там. Он и не являлся. Зато Ринго оказалась буквально в области внимания не одной, а целых двух локальных банд. Молодёжные банды, натурально, не занимались больше ничем, кроме как быковали друг дружку и пытались поделить между собой отдалённый этот уголок, где даже не было ни одной дельной ПА и некого, в общем, было бы осчастливить рэкетом. Тем не менее, молодая и привлекательная ( объективно! ) девушка, которой тут раньше не было, живущая в гостинице, куда никто вообще не въезжает никогда, вызывала у обеих группировок живой интерес. Через некоторое время с ней связались оба лидера. Одна - девушка со смуглой грязноватой кожей и маленькими чёрными глазками, то расспросами выясняла у неё, кто она такая и чего тут забыла, то звала к себе в банду. Ринго деликатно отказывалась, а самой лидерше предлагала, при этом, отказаться глупостей с бандами и жить более ванильной жизнью. Обещала, что уж у такой-то девушки приемлемая обыкновенная жизнь быть просто обязана. Чтобы как в сериалах. Пересказала несколько ( в этих краях молодёжь медиа не доверяла, а доверяла свежему ветерку и прогулкам по ночам ), журналы показала. Вызвала, в общем, видимую заинтересованность у неё. Хорошо! Явно на лицо понимание и отклик. Но не бросать же банду - инерция, и вообще, о чём, конечно, лидерша не говорила, и так понятно. Со вторым лидером хуже. Этот, мягко говоря, странный тип, уж не известно какой харизмой удерживал около себя группу таких же немытых пацанов, прилип к ней как репей, пытался впечатлить её своей доморощенной философией, облечь которую в словесную форму толком не мог. Тоже длинный был и, между прочим, лупоглазенький чуть-чуть. Ходил за ней хвостиком, буквально пройти не давал. Если сейчас появился бы объект, то заметил бы волнения в рядах местной шпаны и ретировался бы. Всё первое задание насмарку! Ко всему прочему, этот, второй лидер тоже тот ещё был фрукт - книжек не читал, кино не смотрел. Про игры, понятно, и говорить было нечего - тот просто смеялся над тем, что ему казалось зелёной незрелостью. Вот шляться по канава - это вещь! Чтобы канализировать внимание явно не очень вменяемого подонка Ринго, превосходя брезгливость, развлекалась тем, что пересказывала ему ( и нескольким пацанам из его свиты ) сюжеты последних блокбастеров и мультиков. Пацаны слушали. Пацаны оказались очень любопытными и очень, кхм, эмоциональными слушателями, а Ринго, как оказалось, умела рассказывать. Тем не менее, время шло, цель не появлялась, контактом из академии её пока не отзывали, а между двумя бандами начались волнения и явно готовилась сбивка. Ко всему прочему, у длинного явно крепко начала ехать крыша и в один прекрасный день тот кинулся на Ринго ( у него была привычка выбегать из подъезда, а не выходить, как люди, а тут и вовсе сиганул на неё откуда-то из-за двора и с этой целью совершил, значит, угрожающего вида пробежку в её сторону ), словом, напал, заявляя о вражеском к ней отношении. Вся группа выжидала, чтобы присоединиться. Чем уж не угодила ему, Ринго только догадывалась - видимо, содержание одного или нескольких фильмов шла вразрез с невыразимой внутренней философией второго лидера и, соответственно, вызвала ментальную перегрузку. Неправду лидер бросился с кулаками забарывать и оказался на асфальте сам. А что было делать?! Ложиться под него, чтобы продолжать бесплодно ждать отмывателя? Банда легла сочувственно вместе с поверженным лидером, и тут на них кинулись первые, возглавляемые девчонкой - её бойцы явно были пободрее, даже действовали с признаками хоть какого-то интеллекта. И получилось, что Ринго случайно привела к локальной власти ( на пустыре, считай ) одну банду, а другую низринула. А она - считай уже, офицер полиции! Ринго прилетело за это, когда в итоге раздражённые местные полицейские повязали часть триумфаторов и часть поверженных, а её саму, наконец, вызвали назад, домой. - И эти двое, длинный и лидерша, на самом деле буквально поженились потом. Меня на свадьбу звали даже. Я, конечно, не пошла, но мы немножко пообщались с ними. А объективно - оба не в своём уме, каждый по своему. Это медвежий угол был, понимаешь? Там только бои и свадьбы, так что как только цивилизации начала вести себя активнее, объединённая банда рассыпалась и преобразилась в кучу мелких, средниньких ПА. Мелочь всякая - ремонт автомашин и гостиницы на пару номеров, где можно перекантаваться на часок другой, дельцы ещё тоже аховые. В основе любой такой банды лежит, получается, мелкий предприниматель. Отключаешь от него цивилизацию, получаешь неандертальца. Подключаешь к нему цивилизацию - в лучшем случае имеешь мотель. Мрак. Старший офицер только махнул рукой - дела давно минувших дней, так или иначе. Ринго соглашалась, а впрочем... К делам таким явно принадлежал список. Список этот нашли при обыске, который начали, очевидно, с библиотеки. Имена и клички, преимущественно клички, архивовцы, которые когда-то, сто лет назад, обитали тут, оставили в одной из книжек - а может наоборот, хранили с трепетом ( в томике скверной и полной пафоса поэзии ). Имена совпадали, кроме двух, затесавшихся в список, персонажей, с именами подсудимых по делу о том старом этом обществе, их Ринго запомнила, спасибо королеве. И ей же, как теперь решила Ринго, стоило первой показать его. А всё остальное уж потом. Пусть она посмотрит, раз занимается этим лично - зачем, сейчас Ринго сказать толком не могла. Копия всё равно попадёт на сервер, но в во всём массиве выуженных данных, а вот оригинал... Пусть.. да... и скажет, с чем в её понимании это соотносится. Как она, кстати? Ринго потянулась к планшету, который погрёб под собой котище и нагрел своим телом. Тёплый пластик, и живое тепло кругом.