Эпилог. «Я назову тебя Алан»

— Я назову тебя Алан, — задумчиво мурлыкала Сэм себе под нос, теребя воротник куртки, пропахшей порохом и дизелем. — Ещё раз. Пусть в именах больше нет смысла... — Что ты там шепчешь? — Джефф придвинулся поближе, открыл и протянул запотевшую банку, кладя подбородок ей на плечо. — Я же обещал пиво, если мы выберемся.       Саманта улыбалась. Она сделала большой глоток, и горький, солодовый вкус показался ей лучшим напитком в мире.       Однажды она хотела просто покататься на лодке. С ним. Обыкновенная человеческая потребность, которой они были лишены: быть вместе прилюдно. Не бояться, что его узнают и заберут у неё, вернув в ту проклятую систему, которая считала его чудовищем.       Огромный город, который не смог их погубить — ни тогда, ни сейчас, — остовами разгромленных зданий возвышался на берегах. Разрушенный, сломленный и такой далёкий. Его агония уже не имела над ними власти.       Катер шёл тихо, тролинговым ходом. На привязи за ними полоскались грязные вещи, постепенно очищаясь. На удочку села уже четвёртая рыба. Небольшая, но и не маленькая — на ужин пожарить хватит. На борту была каюта с кухней, туалетом и широким спальным местом.       Через час, убедившись, что вокруг никого нет, они остановились. Прыгнули в тёплую речную воду, мылись с мылом, брызгались, смеялись, будто ничего вокруг не произошло. Будто весь этот мир был соткан только для них двоих.       Высушенные, переодетые в чистую одежду, они сидели на палубе. Закат окрашивал речную воду в цвет старой меди.       Джефф не спал — он просто смотрел на медленное, тяжёлое течение. Влажные волосы, когда-то неровно обрезанные, трепало ветром. В них уже поблёскивали одиночные седые нити. Слишком много стресса свалилось на его бренную голову в последнее время. Дыхание Джеффа было ровным, почти механическим, благодаря только что принятой дозе лекарства. Он был свободен от своих демонов, но эта свобода была куплена слишком дорого, и он знал, как скоро её придётся оплачивать снова.       Его Империю не суждено было назвать великой. Она не простиралась от одного побережья до другого. Один лишь катер, полный бак дизеля и пачка нейролептиков.       Он перевел взгляд на Сэм, которая, прислонившись к его плечу, наконец уснула. В её лице, свободном от напряжения, он увидел то, что ему было нужно: полную, абсолютную тишину. Они мелкими шагами отвоёвывали у жизни обратно то, что по праву принадлежало им.       Его империя ограничилась двумя живыми душами на маленьком катере, посреди огромной, мёртвой реки.       Его Империя, возведённая на пепле была небольшой, но очень славной...