Кто придумал Разведку-Онлайн

Первая Эпоха. Ангбанд. Приёмная у Моргота — мрачная, как бухгалтерия после ревизии. На чёрном столе — горы свитков, схем, карт и один особенно подозрительный чернильный пузырь, который шевелится сам по себе. Входит Саурон — ещё в приличном виде: плащ выглажен, корона поменьше, чем у начальства, лицо предельно важное. Разворачивает огромный свиток, который расползается по полу до самого порога. Саурон (торжественно): — Владыка Мелькор, Бауглир, Чёрный Враг Мира… представляю вашему величеству стратегический проект «Арда-Единая. Концепция тотального подчинения». Раскладывает свитки, указывает когтем: — Итак, по пунктам: 1) Подминаем под себя все свободные народы. Если не соглашаются добровольно — значит, они ещё не поняли выгоды сотрудничества. Объясним. Очень доходчиво. 2) Вводим единую систему управления: сверху — вы, снизу — все остальные. Беспорядок сразу резко уменьшается. 3) Организуем полный контроль: шпионы, слухачи, доносчики, видящие камни… ну или хоть дырка в стене, через которую подслушивать. 4) Строим инфраструктуру: башни, крепости, форты, подземелья, пыточные… эээ… центры допроса. 5) И всё, подчёркиваю, всё завязываем на одного Властителя. На вас, о Великий. Моргот (удовлетворённо урчит, глядя на схему): — Строго, жестоко, без надежды на милосердие. Мне нравится. Но… хм. А это что за нелепая башня с огромным глазом наверху, которую ты нарисовал сбоку? Она даже подписана: «концепт»… Саурон (вздрагивает, но тут же натягивает улыбку): — Это? Пустяки… М-маленький персональный проект. Так сказать, скромная летняя резиденция. Помявшись, добавляет: — Ну и… прототип системы удалённого наблюдения за подчинёнными. В реальном времени. Моргот (хмурится): — Зачем тебе удалённое наблюдение? Ты и так шпионов контролируешь, орков контролируешь, волков контролируешь, балрогов пугаешь отчётами… Всё и так под надзором. Саурон (глубоко вздыхает, как тот, кто слишком много видел): — Да, но… хуже всего поддаётся контролю высшее руководство. В зале на секунду становится настолько тихо, что даже огонь в факелах решает: «А ну его», — и горит тише. Моргот медленно поворачивает голову, глаза щурятся: — Это сейчас что было? Саурон (мгновенно перелистывая свиток так, будто там действительно что-то другое): — Ничего, Владыка, ошибки чертёжника! Вот, лучше взгляните на пункт шестой! Нагибается, торопливо диктует с важным видом: — «По итогам реформы за все провалы кампаний добровольно и с радостью отвечает исключительно младшее руководство». Улыбается очень натянуто: — Демонстрация высшей лояльности, Владыка. Моргот (одобрительно кивает): — Молодец, Гортаур. Вижу в тебе большой… упор на слово… потенциал. Кладёт тяжёлую руку ему на плечо: — Чую, карьера у тебя будет долгая. Очень долгая. Настолько долгая, что ты ещё устанешь от неё. Саурон слегка жмурится от тяжести этой оценки, но кланяется. Моргот (веселеет): — И вот что. Башню с глазом… оставь в разделе «дополнительные фантазии исполнителя». Может, когда-нибудь и построишь. Где-нибудь подальше. Например, где никого нет… в какой-нибудь унылой, безжизненной земле с вулканами и пеплом. Всё равно кому она понадобится? Саурон (почтительно): — Разумеется, Владыка. Только без вашего высочайшего одобрения ни один глаз не откроется. Моргот: — Вот и хорошо. А сейчас — марш. У нас впереди великие войны, а ты ещё не подготовил формуляры для списания неудачных операций за счёт «инициативы на местах». Саурон снова кланяется, свитки подмышкой, и выходит. Дверь за ним захлопывается. И только в коридоре, шагая прочь, он позволяет себе мысль: «Карьера, говорит… О да. Сначала — его войнушки, потом — мои, потом — чьи-то руины, мои башни, их страх… Владыки приходят и уходят, а хорошая система наблюдения вечна. Главное — не забыть идею с огромным оком. И сделать так, чтобы уже я смотрел на всех… а не на меня.»