14 глава. Нимфолепты и их любовь к нимфеткам.

Вернувшись в квартиру, Сандроне кое-как пришла в себя. Шоком было охвачено её тело до сих пор, если бы она могла, то часто бы дышала. — О, Куколка, Феофан, проходите, я уже заждалась вас. — Феофан? — А, да, Куколка, это настоящее имя нашего молчаливого мужичка. — Перуэр пропускала их в квартиру, забирая банки. Панталоне разразился смехом, снимая и вешая свой чёрный плащ. — Как-как ты меня назвала, Арлекиша? — Молчаливый мужичок, и между прочим это прозвище тебе дала не я, а наша Куколка. Взгляд Феофана спустился на маленькое механическое тельце, как-будто дрожащее после этого случая. «Об этом нужно будет рассказать Перуэр, но не сейчас.» думал он с жалостью смотря вслед уходящей на кухню девушке. Ему никогда не было кого-то так же жаль.

***

Через какое-то время, к ним втроём присоединилась Коломбина. Девушка наконец-то смогла отбиться от своих поклонников в театре, так и мечтающих пообщаться с примадонной. С собой она привезла несколько букетов цветов. Коломбина была как обычно неотразима, в своём достаточно простом, блестящем серебряном платье и лёгкой куртке. Волосы остались завиты после долгой игры в спектакле (как обычно в главной роли), макияж был не в её привычном стиле, но тем не менее безупречно ей шел. Феофан успел рассказать Перуэр о том случае около гаражей. Несколько секунд, она, казалось, была на другой планете. Её накрыли воспоминания с дочкой Линетт. Перуэр пообещала Панталоне что со всем разберется. Каким способом правда не сообщила... Началось уже такое привычное для Сандроне застолье. Единственное чем оно отличалось, так это тем, что сегодня она молчала и смотрела в окно по другой причине. Перуэр и Феофан пытались как отвлечь её от мыслей о том случае. Она и правда была как кукла. Такой же невинной, чистой, и от того как будто наивной... Психологи бы сказали что этот случай травмировал её. Но компания ими не была, и это суждение было лишь их предположением. Они так и не узнают почему, разум, казалось бы далёкий от таких глубоких душевных детских травм людей получил удар, хоть Марионетка и не испытала то, для чего всё и затевалось. Но ответ был достаточно простым для тех кому была известна Мари-Анн, а именно её конец.

***

Под чоканья бокалов, друзья смеялись, обсуждая то что произошло за это время у каждого. По сравнению с прошлым застольем, Панталоне был куда общительнее. Коломбина же, видела напряжение за столом, не понимая всего случившегося. Ведь она и вовсе была без понятия что произошло сегодня вечером. Но когда Сандроне ушла на балкон, Голубка поняла, что обязана действовать. — Луна сегодня красивая... — А? Что? — Встрепянувшись, Марионетка повернулась к Коломбине. Она неожиданно появилась стоя за её спиной. — Говорю, луна сегодня красивая. Как и ты. — А...да, красиво. Взгляд Сандроне оказался на ночном небе. Быстро и неожиданно темнота спустилась на землю, проявляя яркие звёздные тела. Медленно и спокойно мерцали звёзды далёкие своим холодным отстранённым светом, так напоминая снежинки. Марионетка не понимала почему именно снежинки, ей просто так показалось. Полная луна горела блином в небе, немного бы присмотреться, и кажется что можно увидеть её кратеры. — Как прошел твой день сегодня? Ты как обычно много молчала, но как-будто сегодня что-то поменялось. — Спросила Коломбина садясь рядом с девушкой. — День?... Нормально... Молчала?... Просто так... — Сандроне. — Рука Голубки легла на тыльную сторону ладони Марионетки. — Ты можешь довериться мне. Я готова тебя выслушать, если тебе это как-то поможет. — Она сильнее сжала руку. Вторая встреча с Коломбиной для девушки стала необычной. Актриса определенно порожала её своей неожиданным желанием теплого дружеского общения. — ... Долго, Куколка молчала, собираясь с мыслями. Ей не хотелось это говорить вслух, но и при этом она нуждалась в возможности выговориться. Тем временем Коломбина крепче сжимала руку, начав чуть поглаживать её. Она готова была ждать слов хоть целую вечность. Выдохнув, на одном дыхании она рассказала всю историю. Как её отправила Перуэр за банками, как она встретила их, и как весь день размышляла над этой ситуацией. Коломбина молчала какое-то время. У неё отразилось воспоминание с Линетт. Как к ней на протяжении какого-то времени приставал богатенький мужчина лет сорока. Как он приглаживал её волосы, брал за талию, шептал Линетт как они поженятся после её совершеннолетия. И какой была беззащитной девушка. Только когда Голубка всё это увидела, она рассказала Перуэр обо всём. Линетт же, боялась рассказывать, так-как ей угрожал тот мужчина. После того случая, в голову Коломбины вбилась навсегда эта история. Она до сих пор помнила как тот мужчина, хоть и не ей, но шептал слащаво «Кис-кис~», и рассказывал свои мечты о детях от Линетт. Но к счастью, когда Голубка обо всём рассказала, Перуэр разобралась со всем. Но каким образом опять-таки не рассказала... — Хорошо что пришел Панталоне... Чудо, я бы сказала... — Говорила больше самой себе девушка, положив ладонь на плечо Сандроне. — Теперь я понимаю почему сегодня все сидели такие... Такие. Как уже понятно, такие случаи в районе где жила Перуэр были не редкостью. Не раз мамочки обращались в милицию, но вытравить всех людей которым бы нравились помладше было очень тяжело. Так, например кроме случаев приставания к детям, некоторые из домохозяек невольно становились свидетелями того как мужчины уже с залысинами, и с седыми копнами усов ничего не стесняясь, сидели достав своё скромное "достоинство" на скамейках в тени, рядом с площадками, и ничего не стыдясь занимались его "полированием". Перуэр и Коломбина сами замечали такого индивидуума. Кое-как собравшись с мыслями, девушки наконец-то поднялись и вернулись в гостиную с балкона, застав картину того как Перуэр и Феофан достаточно громко разговаривали по поводу Сандроне и того что сегодня произошло, но когда девушки показались, сразу сменили тему.