Часть 4

Глава 4. Доехав до детского дома, Паша проводил парнишку до дверей и помахал ему вслед. Когда Тимофей ушел, Рыков осмотрелся во дворе и увидел как та самая шайка парней подходила к воротам. Рыков перегородил им проход. — Тебе чего, папаша? — надменно спросил один из компании, которому на вид лет 16. — Ещё раз тронете маленьких, ноги вам повыдергиваю. — строго сказал Павел. — Чего? — протянул парень. — Хах, да это тот, который подкидыша у нас увёл тогда на Чехова. — вмешался второй. — Так ты, дядя, за подкидыша топишь что ли? — Я вам сказал, будете трогать маленьких, а особенно Тимофея, я не посмотрю, что несовершеннолетние, мозги на место вставлю через печень. — пригрозил Паша и прошел в ворота,задев плечом их главного. Парни были в недоумении, — С чего вдруг взрослому дяде с улицы впрягаться за бездомную соплю? Они не придали этому разговору особого значения и пошли по своим делам. Конечно же курить за зданием, иначе чем ещё заняться подростку у котрого нет розовых щечек, беззаботного детского личика и миловидных глазок. Они просто были обиженны на всех за то, что были не нужны. Будущие родители смотрели лишь на деток до 12 лет, а после уже были не дети, это были буд-то не люди. Арефьева прекрасно знала всю эту систему и ничего сделать не могла, как бы не старалась. Все знали, что сделать ничего нельзя и даже не пытались, но только не она. Перевоспитывать было бесполезным, оставалось ждать, когда подростку исполнится 18 и он сможет выйти из приюта во взрослую жизнь, а до тех пор, Оля старалась вносить разнообразие в их жизнь, иногда отпуская за пределы детского дома. Весь вечер Паша думал о Тимохе. Ему показалось, что он как-то прикипел к нему и так же понимал, что пустых надежд мальчишке давать не стоит, если не решил что-то конкретно. Ложась спать, Оля вновь думала о Тимошке и была готова на всё, только бы он был её сыном. Эта материнская любовь зародилась в ней не сразу, но была настолько сильной, что закрывала глаза на реальность. Ольга посмотрела на своего мужа, лежащего рядом, и вновь решила завести разговор: — Вадим, — начала она строго и уверенно. — Если ты любишь меня, если я ещё хоть что-нибудь значу для тебя, то ты перешагнешь через себя и усыновишь вместе со мной того мальчика, — твёрдо заявила женщина, буд-то все уже решила. Мужчина тяжело вздохнул. — Делай, что хочешь — ответил он. Чувствуя решительный настрой жены, он понимал, что может потерять жену, чего не хотел. Но и становится отцом приемного мальчика, Вадим тоже не желал. Поэтому надеялся, что и Ольга быстро наиграется и вернёт ребенка обратно. Женщина лишь довольно улыбнулась и отвернулась на другую строну, спиной к мужчине. Утро было по-настоящему добрым. Оля светилась от счастья и буквально летала в облаках, представляя как будет проводить время с Тимофеем дома. С самого утра она решила рассказать эту новость мальчишке и пока остальные играли в футбол, Оля пришла в комнату к Тиму и после одобрения мальчика, зашла. — Ну как ты, родной? — спросила с порога, приближаясь к ребёнку. — Чего с другими не играешь? — Хорошо.. — грустно ответил Тимоха. — Это со мной теперь никто не играет — вздохнул он. Оля присела на кровать и обняла ребёнка, прижав к своей груди. Она приложилась щекой к макушке головы и стала гладить по плечу и руке. — Однажды ты сказал, что хочешь, чтоб я была твоей мамой. Ты всё ещё хочешь этого? — спросила Оля, в надежде на то, что это были не пустые слова. Мальчик так боялся поверить в это, что запрещал себе сильно радоваться. — Да, очень — робко ответил он и в глазах его накатились слезы. — Мы с моим мужем решили принять тебя в нашу семью. Сегодня начнём сбор документов, — с улыбкой и слезами сказала Оля, все ещё трепетно лаская мальчика ладонями. Она нежно поцеловала его макушку, бережно разглаживая вздыбленные волоски от пробежавших по детской коже мурашек. Спустя некоторое время в детский дом приехал Рыков. На входе охранник спросил к кому и показал кабинет директора. Паша постучал в дверь и не дожидаясь ответа зашел. — Я хочу усыновить Тимоху. Какие там документы нужны? — с порога заявил мужчина, так как всю ночь об этом думал. — И вам добрый день, — сказала Оля, не очень то радуясь этой новости. Обычно она охотно предоставляла всю необходимую информацию для усыновления, но в этом случае не желала что либо делать. — Присядьте и мы всё с вами обсудим, — сказала Оля, сквозь наигранную улыбку, указывая на свободный стул напротив неё. Рыков нехотя сел и пытался не показывать свою неприязнь. — Я вас внимательно слушаю. — посмотрел он на женщину. — Давайте познакомимся для начала, — сказала она, ведь до сих пор не знала имени мужчины. — Ольга Кирилловна Арефьева, — в этот раз женщина не протянула ему руку и лишь перебирала шариковую между пальцами. — Рыков Павел Дмитриевич, 1983 года рождения, место рождения Ленинградская область, город Зеленогорск. Паспортные данные называть? — не сдержался Паша и начал язвить, так как ему натерпелось забрать мальчика, а не заниматься бюрократией. Оля усмехнулась и пересела в более удобное положение. Она решила поиграть с мужчиной, прежде чем скажет, что он уже на оформлении в другую семью и начала оглашать список: — От вас нужно: документ, удостоверяющий личность, свидетельство о заключении брака и согласие супруги на усыновление. Где кстати жена ваша, какого она года рождения и где родилась? — с издевательской улыбкой спросила Ольга. Павел открыл ежедневник и начал записывать список необходимых документов. — Я не женат, — бегло ответил он и приготовился слушать дальнейший перечень документов. — Тогда будьте добры снять лыжи, на которых вы залетели ко мне в кабинет и покинуть территорию детского дома. Ребёнок без жены вам не светит, — хладнокровно произнесла она. — Это ещё в честь чего? — нахмурился Паша и встал со стула, уперевшись руками об стол Арефьевой. — Где прописан хотя бы один закон что неженатому мужчине нельзя усыновить ребенка?! Нет такого закона! А значит я обращусь в суд и всю эту вашу богадельню проверят! Конечно — заходил он по кабинету жестикулируя. — Вы наверно мальчишку держите для клиентов, которые вам денежку в конверте принесут? Так у вас здесь все происходит? Так вы, Ольга Кирилловна, не стесняйтесь, скажите сколько? Я занесу. — В ярости говорил мужчина. — У вас всё? — спокойно спросила она, придерживаясь нейтрального состояния. Она посмотрела на разъяренного мужчину и улыбнулась, наблюдая за тем, как он бессмысленно бесится. Усыновление Оля приняла как гонку за сокровищем. Этим сокровищем был ребёнок, котрого они оба так полюбили. — Да кто вас только сюда поставил? — спокойно спросил он, посмотрев на Ольгу с полным разочарованием. — Вас к детям допускать нельзя! Вам бы в колонии работать с таким то отношением к детским судьбам. Его слова всё сильнее и сильнее добивали её, но своих чувств Оля не показывала. — Уйдите пожалуйста и не мешайте мне работать. Меня ваше мнение не волнует в данной теме бессмысленного разговора, — на этом Арефьева поставила точку, ткнув в стол шариковой ручкой, поднялась с кресла и указала рукой на выход, жестом приглашая за дверь. — До свидания! — До скорого, Ольга Кирилловна! — процедил Паша и вышел за дверь. Ярости его не было предела. Идя по коридору он позвонил своей секретарше: — Немедленно узнай мне все что связано с усыновлением того мальчика, о котором я тебе говорил и кто в городе этим занимается, я буду через два часа. — строго сказал Павел и направился искать Тимоху. Ребята подсказали где он и Паша зашел к нему в комнату. — Привет. — с улыбкой сказал мужчина. — Здравствуйте, — с той же улыбкой ответил мальчик, отложив планшет. Он сел на кровати и подвинулся, чтоб Павлу было место присесть. Рыков сел рядом и его переполняли эмоции, ему так захотелось обнять парнишку, что он и сделал. — Ты знаешь, я весь вечер дума о тебе. Я понял, что хочу такого сына как ты. — немного неуверенно проговорил Паша. — Что ты на это скажешь? — Я хочу такого же папу как ты, — ответил он и вздохнул. — Но у меня уже скоро будет другой папа…