Часть 5

Залтур Молот-В-Черепе думал, что его поглотит гнев. Это оказалось не так. После того как он увидел искалеченное тело своего старшего сына, его поглотило ледяное спокойствие. Когда сын с отрядом не вернулся вечером, Залтур начал переживать. С утра он выдвинулся ему навстречу. Нет, он не предполагал ничего особо ужасного. Он хорошо знал сына и верил в его благоразумие. Знал он, что и его отряд сможет за себя постоять. К тому же — что на заброшенной просёлочной дороге может стать угрозой для пятерых вооружённых хобгоблинов? Как же Залтур ошибался. Сына и его людей он нашёл вмороженными по плечи в лёд. Залтуур шёл четвёртый десяток. Он успел многое повидать в жизни, и ему сразу дошло, что его любимого сына прикончило колдовство. Причём не абы какое, а очень сильное. Если честно, то Залтур никогда заклинаний подобной мощи не видел. Чтобы вморозить целый отряд в лёд, да так быстро, что те не успели бы пошевелиться? Никогда. Свидетельницу расправы хобгоблины Залтура нашли к полудню. Это оказалась крестьянская девка, которую его сын намеревался продать в рабство. Её путаный рассказ Залтура не особо впечатлил, но самые важные детали он выяснил. Его любимого сына убил маг. Опытный и опасный маг. Который освободил пленниц, а сам отправился в сторону Вест-Бриджа. Рабыню хобгоблины прикончили на месте. Залтур не видел смысла с ней возиться. Да и не хотел он, чтобы свидетельница позора его рода осталась в живых. Хотел же он совсем другого. Он желал мести. Залтур в красках представлял, как будет пытать заблудшего наглеца и как тот будет умолять о пощаде, но получит только новую порцию боли. Эти мысли были единственным, что успокаивало вождя племени Кровавой Сечи. К деревне хобгоблины добрались ночью. Место, где остановился наглый маг, Залтур узнал быстро. Ему всего лишь потребовалось забраться с парнями в самый дальний дом и пообщаться с его обитателем. Там обитал старенький бобыль и по совместительству охотник, который, стоило ему пустить кровь, всё и рассказал. Маг остановился на постоялом дворе. Это всё, что Залтуру требовалось знать. Он вознаградил старика быстрой смертью и повёл отряд дальше. Постоялый двор? Это упрощало дело. Залтуру доводилось там бывать, и он примерно представлял его устройство. Гости обычно останавливались там на втором этаже. В комнатах. А значит, совсем скоро Залтур насладится местью. Единственное, что немного пугало Залтура, — это магия. Но лишь немного. Залтур вёл отряд в пятьдесят опытных воинов. Какой маг смог бы их остановить?

***

Из чёрного забытья сна меня вывело какое-то шевеление. Кто-то тормошил меня за плечо и всё никак не мог успокоиться. Я попытался отмахнуться, но это совершенно не помогло. Тогда я попытался промычать, чтобы меня оставили в покое. Это почти что сработало. Я замычал, трясти меня прекратили, но в следующую секунду заткнули рот. Я быстро осознал, что тут что-то не так. Я ведь последние три года жил один. Кто тогда мог меня будить? Бывшая? Нет, точно нет. А значит... Я резко распахнул глаза и попытался вскочить. Чья-то крепкая хватка удержала меня в постели. Вокруг стояла темнота, пахло свежей древесной стружкой, сеном и смолой. Где я... Сарай, Риссалия, Уотердип. Чёрт. Я всё вспомнил и выдохнул. Риссалия сидела рядом. Она приложила палец к губам и указала на вентиляционное окошко. — Тебе делать нечего? — шёпотом спросил я. — У нас гости, — прошипела она, — хобгоблины, много. На секунду мне стало страшно. Я ведь в прошлой жизни был абсолютно мирным человеком. Дрался ведь всего пару раз. И я совершенно не успел привыкнуть к тому, что толпа вооружённых уродцев будет меня искать и пытаться убить. Но делать нечего. Проблему нужно как-то решить. Я поднялся, натянул сапоги и подтянул к себе шпагу. На чердаке было холодно, пыльно и темно. Единственным источником света был неясный лунный свет, пробивающийся через круглое окошко. — Сколько их? — прошептал я. Риссалия ответить не успела. Двери в сарай скрипнули и распахнулись. Я услышал, как внутрь вошло несколько хобгоблинов. Они переговаривались шёпотом и пытались не шуметь, но я отчётливо слышал топот их шагов. Ситуация резко ухудшилась. А самое поганое — нам теперь и не сбежать. Значит, придётся воевать и желательно победить. Я подтянулся к окошку и аккуратно выглянул. Хобгоблинов во дворе было больше десятка. Все вооружены, половина — при кольчужных доспехах. Чёрт, а ведь это действительно воины, а не тот молодняк, что я прикончил раньше. Ещё больше хобгоблинов было в самом постоялом дворе. Двери туда были распахнуты, и в проёме часто мелькали какие-то фигуры. Я ухватился за деревянную раму, чтобы унять дрожь в руках. Что же делать? Понятно что. Нас найдут в течение пяти минут, а затем прикончат. Или мы прикончим их. Последний вариант мне нравился куда больше, и у меня сразу же родился план. Жестом я подозвал к себе Риссалию. — Расчисти нам выход, — я указал пальцем вниз, — только погоди. Сначала небольшая помощь. Я пробормотал заклинание невидимости, и через миг моя подручная пропала. Её присутствие выдавало только лёгкое колебание воздуха. — Это будет быстро, — прошептала она. Я же снова вернулся к окошку. Хобгоблины ещё не успели меня обнаружить, а значит, я могу их всех прикончить парой заклинаний. Например, парочкой огненных шаров. Усиленных метамагией, естественно. А что? Неплохой план. Я же снова вернулся к окошку. Хобгоблины ещё не успели меня обнаружить, а значит, я могу их всех прикончить парой заклинаний. Например, парочкой огненных шаров. Усиленных метамагией, естественно. А что? Неплохой план. Заклинание я постарался произнести как можно тише. И как только я произнёс последнее слово, над моей ладонью вспыхнул усиленный огненный шар. Сгусток огня и раскалённого воздуха, сжатый до размера яблока, осветил сарай. Внизу заголосили хобгоблины. Они ещё не поняли, что произошло, но уже заволновались. Я же прикинул траекторию и метнул огненный шар. Вспышка пламени поглотила внутренний двор, и меня окатило жаром. Я едва успел зажмурить глаза. Всё-таки наблюдать ночью подобное пожарище оказалось делом не из приятных и, наверное, не из очень полезных. Снизу донеслись удивлённые возгласы хобгоблинов. Затем — звуки скоротечного боя. Ну, надеюсь, Риссалии хватит умения и ума их прикончить. Не то чтобы я очень о ней переживал, но получить нож от хобгоблина в спину совсем не хотел. Пламя тем временем спало. Я оценил масштабы разрушений — они были впечатляющие. Усиленный метамагией файерболл по разрушительному воздействию оказался на уровне термобарического заряда, не меньше. Как будто из «Шмеля» в толпу пальнул. И что самое приятное — никаких тебе осколков. А так эффект — моё почтение. Множество догорающих трупов и охваченные пламенем флигели. Хобгоблинов же охватила паника. Видимо с серьёзным колдовством им особо сталкиваться не доводилось, так что теперь выжившие метались по внутреннему двору, пытались перелезть через забор и спешно сбежать. Только на этом бой никак не кончился. Хобгоблинов во дворе я уничтожил, но их отряд ещё залез в сам постоялый двор и сдаваться явно не собирались. Поэтому — новый огненный шар. Опять вспышка мягкого света. На этот раз заклинание я попытался направить в дверной проём. И, кажется, попал. По крайней мере, столпы пламени красиво вылетели из открытых окон. Здание же сразу вспыхнуло. Какой-то весьма везучий хобгоблин успел выпрыгнуть из окна и шмякнулся о землю. Я же подготовил новый файерболл, подождал секунду, прицелился и запустил его по второму этажу постоялого двора. На этот раз я чётко попал в окошко и потому не увидел взрыва. Но по огненным всполохам понял, что попал более чем хорошо. Ладно, усиленный файерболл у меня остался всего только один, а значит, нужно быть аккуратнее. И по крайней мере — не сдохнуть. Я зашептал новые и новые заклинания. Наложил на себя магический доспех, расплывчатость и невидимость. Такой себе джентльменский набор опытного мага. Опытным я себя, правда, не считал, но помнил главные защитные бафы ещё по настолке. Затем я спрыгнул вниз. Кажется, Риссалию я недооценил. Она без всяких проблем прикончила трёх хобгоблинов и теперь дожидалась меня. Разобрать её фигуру в темноте, ориентируясь лишь на отблески пламени, было сложно. Да и «фигура» — это громко сказано: после заклинания невидимости она больше всего напоминала размытое марево и дрожащий воздух. — Нужно убираться отсюда как можно скорее, — приказал я. — Сначала прикончим эту мразь, — прошипела она. Мне осталось только скептически вздохнуть. На самом деле уничтожение всяких хобгоблинов мне казалось делом совсем неблагородным. Толку с них ноль. Добычи тоже. Зато опасность они представляли весьма ощутимую. Всё-таки стрела в грудь любого мага успокоит, особенно с учётом того, что исцелять себя я не мог и никаких лечащих зелий не имел. — Я тебе прикончу, — зашипел я. — Уходим, пока невидимость действует. И я полез к выходу. Внутренний двор и сам постоялый двор задорно так пылали. Воняло гарью, горячий чёрный дым лез в глаза, а ночную тишину нарушал визгливый крик раненых. На миг мне даже захотелось остановиться и им помочь. Но я быстро передумал. Всё-таки эти хобгоблины пришли меня убивать, а не подарки дарить, так что никакого сочувствия к врагам. С этими мыслями я выбрался со двора. Деревенская улица встретила меня чёрной пустотой. Деревенские совсем не спешили тушить пожар, и я их понимаю. Усиленный огненный шар оказался настолько мощной штукой, что я бы сам под него лезть не захотел. Я же прикинул, как убраться из деревни. Мне нужно выйти к речке и продолжить спускаться по ней. Если повезёт, то и транспорт какой найду. Ну, типа лодку или кораблик какой. Но это всё потом. Я оглянулся. Риссалии нигде не было видно. И куда эта идиотка смогла потеряться, к тому же под заклинанием невидимости? Додумать мне не дала магия. Я впервые ощутил, что это такое — когда чужое заклинание влазит в твой разум. Ощущение, честно скажу, не из приятных. На моё сознание как будто опустилась тяжеленая плита, и оно всё спуталось. Тело отказалось мне подчиняться, и я замер. Пальцы свело судорогой. Лицо перекосило. Я попытался выдохнуть, но и это у меня получилось с трудом. Навстречу мне вышел отряд хобгоблинов. Их возглавлял скрюченный старенький уродец в накидке из перьев. Он настолько выделялся, что я сразу понял: это кто-то вроде шамана. И уж не знаю как, но он меня прекрасно видел и не отводил взгляд. Грубым гортанным выкриком он отдал приказ, вскинул руку — и в меня полетели стрелы. Стреляли хобгоблины не особо точно. Да и им было сложно меня увидеть. Но парочка стрел всё-таки прошла в опасной близости, а одна даже чиркнула по магическому доспеху и отскочила. Шаман тем временем начал читать новое заклинание. Тут-то я и понял, что хобгоблины меня переиграли и совсем скоро уничтожат. По крайней мере, шевельнуться я всё ещё не мог, стрелы в меня летели, а следующее заклинание обещало быть похоронным. Меня спасла Риссалия. Уж не знаю где, но она раздобыла лук и пустила несколько стрел в шамана. Особого урона это ему не нанесло. Одна стрела лишь воткнулась в ногу — и всё. Но этого хватило, чтобы сбить ему концентрацию. Шаман запнулся и перестал читать заклинание. Я же почувствовал, как наваждение схлынуло. Паралич прошёл, я снова смог вдохнуть полной грудью, а самое главное — мне снова подчинялись мои руки и ноги. Дальше всё было делом техники. Я почти прокричал заклинание. Огненный шар сорвался с моих пальцев и накрыл хобгоблина-шамана вместе с его стрелками. Опять полыхнуло, и я прищурился. Кажется, я никогда не привыкну к ярким вспышкам ночью. Лучше я бы этого не делал. Из засады на меня бросились трое хобгоблинов. Эти уродцы были на удивление рослыми, а вооружены и снаряжены — не в пример лучше предыдущих. И у них были бы все шансы открутить мне башку, если бы не рефлексы моего нового тела. Я автоматически выкрикнул заклинание, и из моей ладони вылетели три огненных луча. Два попали точно в цели — двое хобгоблинов оплавились и вспыхнули, а вот третий лишь прошёлся по касательной. Оставшийся хобгоблин, шипя от боли, начал меня обходить. Он был старым. Старше всех остальных и почти седым, но свой меч держал уверенно и явно умел им пользоваться. Единственное — он почти меня не видел. Хобгоблин попытался сделать несколько выпадов, но они совсем ушли в молоко. Смешно, но я мог прикончить этого опытного воина даже без всякой магии — просто ткнув в сочленение его доспеха рапирой. Ну а он не мог сделать мне ничего — только пятился, рубил воздух и бешено вращал глазами. — Есть предложения, как заставить его страдать? — вкрадчивый голос Риссалии раздался из-за спины хобгоблина. Тот аж подскочил и снова разрубил воздух. Затем, видимо оценив ситуацию, хобгоблин опустил оружие. — Не убивайте меня, — хобгоблин раскинул руки. — Сдаюсь. Я громко рассмеялся. Давно я не видел таких клоунов. — Назови хоть одну причину оставить тебя в живых? — потребовал я. — Без меня моему племени придёт конец, — залепетал хобгоблин. — Мне нужно передать опыт и знания новому поколению, а иначе Кровавая Сеча выродится, и её сожрут соседи. Я снова рассмеялся. Он что, шутит? Но нет — этот старый хобгоблин не шутил. Он откинул в сторону меч, поднял руки и изо всех сил демонстрировал своё миролюбие. Получалось это настолько карикатурно, что его хотелось только прирезать. Я и своей подружке-дроу не особо доверял, а тут ещё верить звероподобному хобгоблину-работорговцу. С другой стороны… С другой стороны, может, у него найдётся что-то ценное. Я ведь всё равно планировал плыть в Уотердип, а на этот богатый купеческий город никаких денег не напасёшься. — Неправильно, — ответил я. — Судьба твоего племени меня совсем не волнует. Так что предложи что-то ещё. Свои слова я подкрепил звуком вынутой из ножен шпаги. Хобгоблину всё сразу дошло, и он упал на колени. — Молю, — запричитал он, — я отдам вам сокровище. Мне много лет, и я многое награбил. Я спрятал сундук с личными вещами. Там золото. Драгоценные камни. Всё будет ваше, если сохраните жизнь. Это предложение уже меня заинтересовало. В прошлой жизни я больше всего и хотел наконец стать богатым, купить собственный дворец, завести гарем любовниц, а потом лежать на кушетке, плевать в потолок и ничего больше не делать. И в прошлой жизни это счастье прошло мимо меня. Зато в новой богатства сами в руки идут. — Вставай, — приказал я. — Покажешь дорогу. Хобгоблин послушно поднялся, но никуда не пошёл и остался стоять на месте. — Поклянись всеми богами, что отпустишь. Тут уже я задумался. Логика подсказывала, что подобные клятвы в этом мире имеют силу. Причём совсем не шуточную. А значит, к таким клятвам нужно относиться с опаской. С другой стороны… А какая мне разница? Ну отпущу я этого краснокожего уродца. И что мне с того плохого? Я ведь всё равно хочу перебраться в другой город и в другой регион, где он меня всё равно никогда не найдёт. Значит, решено. — Клянусь, — проговорил я. — Всеми богами? — Всеми богами. — Свяжи нашего пленного, — приказал я Риссалии. Она материализовалась немного позади меня. Её заклинание невидимости так раз спало и развеялось. Немного потрёпанная, она была вся перепачкана в крови. Зато с её лица никак не сходил кровожадный оскал. Похоже, уничтожение хобгоблинов принесло ей истинное наслаждение. — Зачем ты заключаешь соглашения с этой падалью? — прошипела она. — Я умею пытать. Оставь мне его на несколько часов, и он сам всё расскажет. Я даже немного опешил. Всё-таки я забыл, что моя спутница гораздо более кровожадная, чем среднестатистический человек. Зато хобгоблин всё отчётливо услышал и сразу вытянулся на траве, закинув руки за голову. Он заткнулся, даже дышать перестал и изо всех сил начал демонстрировать, что не представляет нам никакой угрозы и вообще является самым мирным обитателем этой деревни. В общем, прямая угроза дала прекрасный воспитательный эффект. Оставив Риссалию присматривать за пленным, я решил собрать трофеи. Светало, в угрюмом сером свете догорал постоялый двор, и по всей деревне тянуло тяжёлым дымом. Особого энтузиазма искать каждый обгоревший труп, как и рыться в опалённых потрохах, у меня не было. Но всё-таки несколько тел стоило проверить. Так что первым делом я занялся свитой вождя. Эти воины были вооружены и снаряжены гораздо лучше своих товарищей: на них были полноценные кольчуги, закрытые шлемы и что-то наподобие панцирей. В общем, их снаряжение выглядело солидно, и мне даже захотелось один доспех притарабанить себе, но я сразу отбросил эту идею. Мне ещё припасы на себе тащить — куда уж ещё двадцать кило железа? Так что я просто телохранителей обыскал, срезал кошельки и снял все ценные мелочи. Улов оказался не очень большим. Всего мне досталось несколько серебряных украшений, чуть меньше тридцати серебряных монет и всего парочка золотых. Явно дворец не купишь — причём даже игрушечный. Но хоть смогу припасы по дороге покупать да на постоялых дворах останавливаться. Затем я обыскал шамана. С ним уже всё было гораздо интереснее. Единственная проблема — его труп основательно успел подгореть, а вместе с ним оплавился и всякий скарб. Впрочем, мне повезло, и его металлические украшения оказались целы. По большей части это была всякая бесполезная бижутерия из серебра весьма грубой работы. Но одно кольцо меня заинтересовало. В нём явственно читались следы пусть примитивной, но магии. Само кольцо не слезало, так что трупу пришлось рубить палец. Странно, но эта процедура меня совсем не смутила. В прошлой жизни меня бы от этого ещё вырвало, а тут, гляди, и приноровился. Просто рабочий момент. Небольшой затык. Сняв кольцо, я протёр его от крови и покрутил в руках. Это был обычный дешёвый серебряный перстень с весьма уродливым янтарём, но он был зачарован, и я смог прочитать структуру заклинания. Это кольцо давало своему носителю защиту. Небольшую. Так, последний шанс — возможность, что в схватке повезёт. Но даже небольшая возможность отклонить смертельный удар была чертовски полезной. Мне ведь умирать уже пришлось, и этот опыт мне совсем не понравился. Так что я встал и направился к Риссалии. Она как раз уже связала пленного и надела ему на голову холщовый мешок. У меня же возникла дилемма: оставить кольцо себе или отдать моей новой, получается, телохранительнице? С одной стороны, своя шкура ближе к телу, но с другой — в ближний бой лезть ей, я же планирую пулять файерболлы метров с ста, причём желательно из невидимости. Ладно, решено. Я подозвал Риссалию к себе. — Держи, — я протянул ей немного запачканное в крови кольцо. — Надень и не снимай. На нём защитные чары. Она взяла подарок с таким видом, словно сделала мне одолжение. — Мне лестно, что ты пытаешься соблюдать традиции и отдаёшь всю самую ценную добычу самому сильному воину клана, — холодно произнесла она. Я чуть не закашлялся. И это она — самый ценный воин клана? Я ведь только что положил хобгоблинов сорок, а она только троих, да и то с моей помощью. Нет, всё-таки поразительная наглость и полное отсутствие такта. Даже начинаю понимать, почему дроу никто не любит. — Но я достойна большего, чем жалкие амулеты отсталых варваров, — добавила она с ещё большим холодом. Я хотел было ей сказать, что больше ничего она не получит, но пока я стоял с открытым ртом, она успела вернуться к пленному. Мне же осталось только захлопнуть рот. Мда, и на что я рассчитывал? Хотя ладно — в её дружбе и хорошем отношении я не то чтобы нуждался. Так что меня вполне устроит, если Риссалия просто будет за меня сражаться. К пленному я вернулся куда как более раздражённый и злой, и он это почувствовал. Всё-таки проницательности этому старому хобгоблину было не занимать. — Показывай дорогу, — отрезал я. — И постарайся, чтобы это твоё сокровище меня не разочаровало. Хобгоблин подчинился и с какой-то запредельной услужливой резвостью пошёл вперёд. Мы же поплелись за ним. Я же посмотрел на Риссалию. Она смотрела куда-то в даль и, кажется, улыбалась. Ладно. похоже подарок ей всё таки понравился.