ГЛАВА 2

Второе утро в Лондоне началось мягко и непривычно спокойно. Эмерсон проснулась в комнате, где всё пахло домом — свежим бельём, полированным деревом и лёгкими отцовскими духами, которые неизменно витали на втором этаже. Свет пробивался сквозь тонкие шторы, и на несколько секунд она просто лежала, слушая город за окном. Больше не было криков, споров, разбитой посуды. Никто не пытался обвинить её в том, что она слишком холодная или слишком правильная. Здесь всё было… по-другому. Телефон мигнул сообщением от отца: «Завтрак готов. Не опоздай в академию.» Она улыбнулась краешком губ. Это было похоже на него — коротко, без лишних эмоций, но достаточно, чтобы почувствовать заботу. Эмерсон собрала волосы в небрежный пучок и подошла к гардеробной. Вчера она не могла нормально рассмотреть её, но теперь, входя в просторную комнату, освещённую тёплыми лампами, Эм поняла — отец сделал всё, чтобы ей было комфортно. Полки были пустыми, готовыми принять её вещи. А рядом — аккуратно развешанные новые комплекты одежды, о существовании которых она явно не знала. Но сегодня ей нужно было выбрать то, что говорило бы за неё. Никаких провокаций, никаких попыток бросить вызов академии, в которую она ещё не вошла. Только уверенность. Она выбрала чёрное платье, чуть выше колена, с чистой, ровной линией выреза, открывающей ключицы. Элегантное, утончённое, подчёркивающее талию и абсолютно не требующее украшений — лишь тонкие золотые серьги и лёгкие волны волос. Макияж — лёгкий, аккуратный, выделяющий глаза. Она выглядела взрослой. Спокойной. Собранной. Спустившись вниз, она услышала шорох газеты. Отец сидел за столом, в привычном тёмном костюме, и впервые за долгое время его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем обычно. — Ты… изменилась, — сказал он неуверенно. — В какую сторону? — Эмерсон склонила голову. — В хорошую, — он протянул ей чашку кофе. — Удачи в первый день. — Я справлюсь. — Не сомневаюсь. Они позавтракали в тишине, но это была хорошая тишина. Тепло от неё шло почти физически. После этого он вывел её на задний двор. Там стоял новый автомобиль — чёрный, гладкий, словно застеклённый ветер. Она остановилась. — Пап… Он протянул ключи. —С прошедшим днем рождения,солнце. Она взяла ключи, расплываясь в улыбке. Он улыбнулся — еле заметно, но по-настоящему. —— Вскоре она ехала по Лондону, слушая низкое, спокойное урчание мотора. Без музыки — просто город, шумный, строгий, будто оценивающий её. Но она ему не поддавалась. Эм держала руль одной рукой, глядя на дорогу уверенно и немного устало. Когда она подъехала к академии, перед воротами уже было многолюдно. Дорогие машины, дорогие лица, дорогие привычки. Всё это напоминало ей старую жизнь. Она припарковалась и вышла из машины, как будто так делала каждый день. — Боже мой, Эм?! — раздался знакомый голос. — Серьёзно?! Ты не придумала?! Эмерсон даже не успела повернуться, как на неё налетела Аделина — высокая, рыжеволосая, с сияющими карими глазами. Они обнимались так, будто не виделись годы, хотя Эм всего не было около 5 месяцев. Аделина всегда была одной из немногих, кому Эмерсон действительно доверяла. — Почему ты не сказала? — Аделина трясла её за плечи.  — У меня всё было в последний момент, — Эм чуть улыбнулась. — Я сама до конца не верила, что возвращаюсь. — Неважно! Пойдём, я тебя  напомню компании, — Аделина взяла её под руку. — Ты же знаешь, как тебя многие любят. Они подошли к группе ребят — уверенных, красивых, с фамилиями, которые висят на зданиях пол-Лондона. Среди них стоял Кэссиан. Он опирался на машину друга, держал телефон в одной руке. Тёмная футболка, кожаная куртка, цепочка на шее. Его взгляд был холодным, отрешённым. Ему явно было безразлично, что вокруг творится. Он даже не поднял головы, когда девушки подошли. И это был единственный правильный жест — без пафоса, без игры. Эмерсон тоже не смотрела на него. Она разговаривала с другими — спокойно, уверенно, вежливо, будто рядом не находился парень, о котором пол-Лондона рассказывало легенды. Он был частью города, частью шума, частью элиты… но не её частью. Однако на долю секунды она всё же повернула голову. И именно в этот момент Касс поднял глаза. Короткий взгляд. Обычный. Без интереса, без удивления. Как будто он смотрел на прохожую. Эм первой отвела взгляд. Не из смущения — просто потому что он ничего для неё не значил. И Кэссиан это заметил. Он чуть усмехнулся, тихо, и снова посмотрел в телефон. Когда прозвенел звонок, толпа двинулась внутрь. Аделина болтала о классах, о кураторе, о том, как все обсуждали приезд наследницы Хейл. Эмерсон слушала краем уха. Она чувствовала внимание на себе — тихие взгляды, шепотки за спиной — но это её не трогало. Она вошла в здание уверенно, с прямой спиной, будто этот мир всегда был её. —— Звонок на перемену прокатился по коридору, словно металл по стеклу, и ученики тотчас вылились из классов — шумные, уверенные, в дорогой форме, в обрамлении собственных фамилий. Эмерсон шла спокойно, будто вся эта суета не имела к ней никакого отношения. Она только привыкала к новым коридорам, и всё же чувствовала себя здесь странно знакомо: архитектура старая, строгая, запах полированного дерева, лёгкий аромат дорогих духов, смешанный с холодным утренним воздухом. Аделина нашла её моментально — была будто встроена в поток людей так же, как и умела выплывать из него. — Вот ты где.— Она схватила Эм под руку. — Пойдём. Это самая длинная перемена — все обычно выходят во двор. — Какой? — спросила Эм, поправляя ремешок сумки. — Задний, — ухмыльнулась Ада. — Там тусуется компания. Лекс, все дела. —Фин там будет? —Нет..Давай не будем вспоминать его.Он давно не появлялся на учебе.Не переживай. Она отчаянно посмотрела на Эмерсон. — Ладно, — спокойно ответила та. — Мне всё равно. Ада хмыкнула. — Так намного лучше. Они свернули за корпус, куда почти никто не ходил без причины. Там воздух был чище, холоднее, а солнце пробивалось через верхушки старых деревьев, создавая длинные тени на каменных ступенях. И именно там, на этих ступенях, сидела компания Кэссиана. Лекс заметил их первым — высокий, светловолосый, с самодовольной улыбкой человека, который привык, что ему рады. — Адель! — Он спрыгнул с верхней ступеньки и подошел к ней, обнимая одной рукой. — Ну наконец-то.Я думал уже не придешь. —  Не дождешься , — фыркнула она, но улыбнулась. Парни вокруг гулко засмеялись. Компания была разношёрстной, но одинаково дорогой: куртки с ручной вышивкой, часы за суммы, о которых обычные студенты не мечтают, уверенность в каждом движении. И среди них стоял он. Кэссиан. Он не сидел в стороне, не залипал в телефон, не изображал скуку. Он разговаривал с Ривом — тёмноволосым парнем с хищным взглядом — и при этом держал спину так, будто контролировал всё пространство вокруг. Он смеялся, но тихо; говорил уверенно, лениво, но в голосе чувствовался металл. И когда девушки подошли ближе, он поднял глаза. Не быстро. Не демонстративно. Просто поднял — как будто отмечал новое движение в поле зрения. Окинул взглядом Аделину, затем задержал его на Эмерсон. Не оценивая. Не впечатляясь. Просто отмечая для себя факт. Эмерсон ответила таким же спокойным, пустым взглядом. А потом отвернулась первой. Лекс, заметив это, усмехнулся — но промолчал. — Сегодня у Джета движ, — сказал он громко, обращаясь скорее к Аделине, но глядя на Эм. — Он вернулся,также как и Эм..так что дом опять превращается в разгром. — Вечеринка года, короче, — добавил Рив, закуривая. — Какой по счёту? — спросила Аделина.  — Тридцать первый, — поправил Лекс. — И мы гордимся этим уровнем стабильности. Аделина повернулась к Эм и схватила её за руку. — Пойдём? Ну пожалуйста. Ты же не будешь сидеть дома в первый же день! Тем более, ты знаешь всех этих людей. Половину точно. Эмерсон молчала секунду. А потом медленно расстегнула сумку. Тонкая пачка дорогих сигарет — чёрная, с золотой гравировкой — скользнула в её пальцы. Она открыла её, аккуратно достала одну сигариллу, отбила край о ладонь. Огонь зажигалки высветил тонкие черты лица. Эм затянулась и медленно выпустила дым в холодный воздух. Это выглядело не вызывающе — а безукоризненно спокойно. Рив присвистнул. — Можно? — спросил он, кивая на её пачку. Она протянула ему её, не глядя, будто это был обычный жест. Он взял сигариллу и прикурил, наблюдая за ней внимательно. — Вернулась из за Фина? — Упаси боже , — ответила она. — Нет,конечно. — Ну вот,прежняя Эмерсон, — усмехнулся Рив и вернул пачку. — Я вернулась из за матери. — Это было очевидно, — вмешалась Аделина. — Но, мы правда очень рады. Лекс, обнимая Аделину за талию, сказал: — Так ты идёшь сегодня? Она снова не ответила. Вдохнула дым, чуть наклонилась назад, чтобы ветер не затянул его в лицо Аделины. И только потом сказала: — Не знаю. — Чего,боишься? — хмыкнул кто-то сбоку. Ответить не пришлось — Кэссиан сделал это первым. — Она не боится, — сказал он ровно, даже не глядя на автора реплики. — Она просто выбирает, стоит ли ей тратить время. Несколько ребят засмеялись уже громче — но не над Эм, а над тем, как легко он поставил всё на места. Эмерсон бросила взгляд на него — короткий, ровный. А затем затушила сигариллу о каменную ступень. — Правильно Кэсс, — сказала она. Кэссиан улыбнулся краем губ. Не заинтересованно. Не с намёком. А так, словно оценил чужую выдержку. Первой отвела взгляд снова она. И это было правильно — сегодня никому не нужно было показывать лишнего. Аделина хлопнула в ладони: — Всё! Тогда решено. Мы идём. Я заеду за тобой вечером. И не вздумай выбрать что-то скучное. — Да-да, — спокойно ответила Эм. —— Дорога домой выдалась тихой. Вечерний Лондон уже густел в окнах машины, фонари растягивались в золотые линии, а шум улиц глухо пробивался сквозь стекло. Эмерсон сидела за рулем глядя на дорогу— не думая ни о Кэссиане, ни о компании, ни даже о вечеринке. Просто отдыхая после долгого дня, слишком насыщенного для первого дня в новой — старой — жизни. Когда припарковала машину в гараже, она впервые за день почувствовала усталость во всём теле — тяжёлую, вязкую, ту, что накатывает после длительного контроля над собой. — Как прошёл первый день? — спросил отец, обернувшись к ней. Она улыбнулась ему мягко. — Нормально. Я просто хочу прилечь. Он кивнул, будто понимал гораздо больше, чем она сказала. — Отдыхай. Об остальном позже. Она поднялась по лестнице, чувствуя, как с каждым шагом плечи опускаются чуть ниже. Дом был тёплым, тихим. Ни одного лишнего звука. Здесь никто не кричал, никто не устраивал сцен — ей этого достаточно. В комнате всё пахло свежим бельём и лёгкими цветочными нотами. Её вещи уже аккуратно разложили: чемоданы распакованы, косметика расставлена на туалетном столике, форма висит на специальном крючке, будто её ждали здесь давно. Эм молча сняла пальто, переоделась в мягкий чёрный топ и свободные спортивные шорты, собрала волосы в хвост. Кожа приятно расслабилась после тугой формы, а тело наконец почувствовало мягкость ткани. Она даже не стала убирать украшения — только положила телефон на зарядку и упала на широкую постель, которая поглотила её моментально. Не думая. Не анализируя. Она заснула так быстро, будто кто-то выключил в комнате свет. —— Эмерсон проснулась не от собственных мыслей, не от света, пробивающегося через шторы, а от резкого, настойчивого вибрационного сигнала. Телефон дрожал на тумбочке, подсвечивая комнату мягким голубоватым светом. Её веки были тяжёлыми, тело ещё не до конца поняло, что она уже не спит. Она вслепую потянулась рукой, нащупала телефон и щурясь посмотрела на экран. FaceTime. Аделина. Естественно. Эм выдохнула — больше устало, чем раздражённо — и приняла звонок. Экран тут же заполнил знакомый образ: Аделина, сидящая перед зеркалом, уже с идеально уложенными волосами, с бокалом чего-то явно игристого, и с видом человека, который жил вечеринками, как ритуалом. — НАКОНЕЦ-ТО! — прокричала она так громко, что Эм поморщилась. — Ты там что, умерла? Я тебе звоню уже пятый раз! Эмерсон перевернулась на спину, волосы рассыпались по подушке. Голос ещё был хриплым от сна: — Я спала. — Да ладно?! — Аделина сделала максимально драматичное удивлённое лицо. — Вечеринка через три часа, а ты спишь?! — Ты знала, что я буду спать, — спокойно ответила Эм. — Да, но я надеялась на чудо, — фыркнула Ада. — Ладно. Вставай. Покажи лицо. Эм устало поднесла камеру ближе. Аделина тут же закатила глаза: — Боже, ты ненормальная. Проснулась пять секунд назад, а выглядишь лучше, чем я после трёх часов подготовки. — Не льсти мне, — сухо ответила Эм, садясь и заправляя волосы за ухо. — Короче. — Аделина щёлкнула пальцами. — Вставай, умывайся, собирайся. Я заеду через два часа. И, пожалуйста, не надень что-то скучное. — Не дождешься . — Вот именно! — Аделина резко наклонилась ближе к экрану. — Тем более, если там будет он.Он должен видеть кого потерял. Эмерсон отводит взгляд, будто рассматривая что-то на стене. — Ада!Он причинил мне вред,а ты смеешь его упоминать?!Серьезно? — Прости..— протянула та. —Я просто немного выпила. — Все нормально. — Ладно…Идём дальше. Слушай внимательно. Тебе надо выглядеть… — Ада задумалась, прищурив глаза. — Эффектно. Спокойно. Опасно. Вот идеально для тебя. Эм просто вздохнула. — Я выберу что-то сама. — О, я даже не сомневалась. — Аделина улыбнулась шире. — Всё, тело, поднимаемся. Увидимся через два часа. Не заставляй меня ждать. Эм хотела было что-то ответить, но звонок уже завершился. Экран погас, оставив комнату снова в мягком полумраке. Но сна уже не было. Эмерсон поднялась с кровати, чувствуя, как остатки сна ещё держатся на плечах. В комнате было тихо, только слабый шум лондонского вечера проникал сквозь приоткрытое окно. Она прошла в ванную, стягивая с себя домашнюю одежду, и включила горячую воду. Пар заполнил помещение почти сразу. Горячие струи стекали по коже, смывая усталость, липкость дороги, и будто вымывали из головы лишние мысли. Эм закрыла глаза на пару секунд, позволяя себе немного передышки — вечером предстояло что-то вроде «выхода в свет», а значит нужно собраться. После душа она обмоталась полотенцем, прошла к зеркалу у туалетного столика. На влажную кожу нанесла лёгкий увлажняющий крем, потом праймер, равномерно растушевала тон, добавила каплю хайлайтера на скулы. Глаза окрасила тонким слоем туши — ресницы лишь подчёркнули тёмный взгляд. На губы нанесла прозрачный бальзам с едва уловимым розовым оттенком. Волосы она просто выпрямила — тёмные, гладкие, блестящие, они свободно легли по плечам. Простота ей шла куда лучше любых сложных укладок. Когда она открыла дверцу шкафа и увидела уже подготовленный заранее наряд, уголки губ чуть дрогнули. Даже не улыбка — скорее тихое удовлетворение. Образ был собран идеально. Она аккуратно надела короткое чёрное платье с прозрачной вставкой на талии и асимметричной драпировкой сбоку. Материал мягко облегал фигуру, подчёркивая каждую линию, но не переходя границы. Потом — чёрные лаковые босоножки на высоком каблуке, тонкий ремешок на щиколотке защёлкнулся с тихим щелчком. Украшения — золото, только золото: длинные цепочки, браслет, кольца, серьги. Всё подобранное так, будто образ родился сам собой. Чёрная сумка Hermes завершала картину. Именно в этот момент телефон завибрировал. На экране высветился FaceTime — Аделина. Конечно. Эмерсон вздохнула и приняла вызов. — Ну наконец-то! — подруга даже не скрывала восторга. — Покажи себя, живо. — Господи, я выгляжу нормально.— спокойно сказала Эм, но всё же отодвинула телефон, показывая полный образ. На экране Аделина театрально закатила глаза. — Нормально? Эмерсон, ты выглядишь так, будто идёшь разрушать чью-то жизнь. — Может, и так, — небрежно ответила Эм, поправляя цепочку. — Ладно, стой, не двигайся. Аделина сделала скриншот — громкий щелчок камеры выдал её. — И  я переодеваюсь тоже. Через двадцать минут заеду, хорошо? — Десять, — отрезала Эмерсон. — Ладно-ладно! — Аделина рассмеялась и отключилась. Эмерсон убрала телефон в сумку, бросила взгляд на своё отражение и медленно выдохнула. Стук в дверь раздался раньше сигнала домофона — Аделина всегда отличалась нетерпением. Эмерсон спустилась по лестнице, чуть покачивая сумкой на запястье. Каблуки негромко постукивали по деревянным ступеням. Она открыла дверь — и тут же услышала восторженный голос: — Эм,ты реально стерва. Аделина стояла на пороге в серебристом топе и чёрных брюках, волосы мягкими волнами спадали на плечи. Она буквально сияла от возбуждения. Эм рассмеялась — легко, по-настоящему. — Ты тоже ничего. Хотя… — она оценивающе прищурилась, — могла бы надеть что-то менее скромное. Вдруг сегодня кто-то упадёт к твоим ногам? — Он и так падает, — фыркнула Аделина, обняв её. — Но твой образ… Боже.. — Спасибо, — Эм улыбнулась краем губ. — Просто ты забываешь, что такое быть рядом со мной.Ты тоже очень красивая. — Самоуверенная зараза, — ласково выдала Аделина. — Ладно, пошли, пока твоё эго не заняло весь коридор. Они вышли на улицу. Лондонский вечер был прохладным, но в воздухе чувствовалась какая-то живая энергия. У обочины стоял чёрный автомобиль Аделины.Водительское окно опустилось, и Aделина кивнула туда: — Ну что, мадам совершенство, занимайте место справа от королевы. Эмерсон села в салон, аккуратно придерживая платье. — Ты правда уверена, что мы не опоздаем? — спросила она, пристёгиваясь. — Эм, расслабься, — Аделина включила громкую музыку и сорвалась с места. — На любую вечеринку лучше приходить тогда, когда уже все выпили. Эм тихо рассмеялась: — Ну раз уж ты так говоришь… Тогда давай чуть быстрее. —Знаешь что? — Аделина бросила короткий взгляд в её сторону. — Я скучала. Эмерсон улыбнулась — открыто и тёпло на этот раз. — Я тоже. Правда. —— Аделина эффектно вписала машину на стоянку между двумя чёрными спорткарами. Музыка из дома уже глухо пробивалась сквозь стены — басы отдавались в воздухе, будто лёгкая вибрация. — Они уже здесь, — сказала Ада, выключая двигатель. Она только открыла дверь, как услышала знакомый мужской голос: — Детка, ты как всегда опаздываешь. Аделина закатила глаза, но улыбнулась. К ним уверенной походкой шёл высокий парень — Рив, в черной футболке, серебряная цепочка блестела в свете уличных фонарей. Рядом стояли Лекс и Кэссиан. Лекс — расслабленный, с фирменной ухмылкой. Кэсс — руки в карманах, взгляд ленивый, скользящий по происходящему так, будто он и есть центр этой стоянки. Он увидел Эмерсон — и не отреагировал вообще. И она тоже. Рив же сразу пошёл прямо к ней. — Эмерсон Хейл. Лондон официально стал интереснее. Он говорил — лёгко, тепло, без лишних пауз. Эм ответила мягкой, игривой улыбкой: — Такой тёплый приём… Я здесь всего минуту, а ты уже льстишь. — Не льщу, — Рив поднял руки. — Просто рад видеть. — Хочешь выпить? У меня мини-бар с собой. — Кто же отказывается от приглашения, озвученного таким голосом? — она слегка наклонила голову. Рив рассмеялся и открыл багажник. Там действительно был бар уровня клуба — лёд, напитки, стаканы, лимон. — Что будешь, Хейл? — Что-то лёгкое. Если дашь водку — уйду сразу. — Боишься? — он игриво вскинул брови. — После неё я становлюсь слишком честной, — Эмерсон прикусила губу. — Это опасно. — Тогда честность отменяется, — Рив начал смешивать ей коктейль. Пока он работал, Аделина уже висела у своего парня на шее, Лекс шутил, что она слишком громкая. Кэссиан стоял поодаль. Не участвовал, но и не выпадал из картины — просто наблюдал. Его взгляд скользнул по Эмерсон — лениво, будто отметил деталь интерьера. И она в ответ просто продолжила разговор с Ривом. Ни попытки произвести впечатление. Ни интереса. Ни раздражения. Просто… ноль. Рив протянул ей коктейль: — За твоё возвращение, Хейл. — За моё возвращение, — она чокнулась стаканом. — И за то, чтобы сегодняшний вечер прошёл спокойно. — С тобой? — Рив чуть наклонился к ней. — Не уверен, что такое возможно. Эмерсон мягко рассмеялась. Улыбка — искренняя, теплая. Совсем не надменная, какой она была днём. —— Дом был забит людьми: музыка, смех, приглушённый свет. Как только компания вошла, дорогу им практически расступились — их знали все. И тут же к Кэссиану прилипла девушка — высокая, блондинка, в блестящем коротком топе. Та самая, с которой он время от времени исчезал на вечеринках. Она положила ему руку на грудь и промурлыкала: — Кэсс… наконец-то. Он даже не удивился. Только бросил короткое «мм» и позволил ей висеть на себе. Аделина наклонилась к Эм и тихо прошептала: — О боги,опять эта шлюха. Эмерсон хмыкнула, чуть усмехаясь. — Он не меняется. Подруги направились к барной стойке — подальше от шума и ближе к напиткам. Эм сняла пальто, и свет упал на её чёрное платье — фигура выделялась даже в полумраке. — Что берём? — спросила Ада. — Что-то покрепче, — ответила Эм, уже тянувшись к бутылке мартини. — Раз уж мы здесь. Через пару минут у них в руках были два крепких коктейля безо всяких украшений. Просто алкоголь и лёд. Рив оказался рядом почти сразу. — Девочки, вы могли бы хотя бы подождать бармена. — Могли бы,но мы слишком самостоятельные. Он улыбнулся. — Тогда… может, составишь мне компанию? Эм сделала глоток и покачала головой. — Нет. Мы просто друзья. Лекс рассмеялся, усаживаясь рядом с Аделиной на большой кожаный диван в центре комнаты. Кэсс уже устроился на другом краю — блондинка практически сидела у него на коленях, игнорируя всё вокруг. Он откинулся на спинку дивана, ленивый, уверенный. Рив явно рассчитывал, что Эм сядет рядом. Но она встала напротив — чуть в стороне, спиной к барной стойке, с коктейлем в руке. Рив вздохнул, будто разочарованно, но улыбнулся: — Знаю. И в этот момент Кэссиан впервые за весь вечер отвёл взгляд от своей блондинки. Он посмотрел на Эмерсон. Спокойно. Прицельно. Даже слишком. — Правильно делает, — сказал он, будто мимоходом, но достаточно громко, чтобы все услышали. — Держись подальше. Он сделал глоток из стакана. — В отличие от некоторых… тебе не стоит повторять чужие ошибки. Воздух чуть заметно изменился. Лекс поднял брови. Аделина резко повернула голову. Рив нахмурился. Эмерсон медленно подняла взгляд на Кэссиана. Ни злости. Ни обиды. Она знала о чем он. — Не переживай , — сказала она ровно. — Не оступлюсь. Она улыбнулась,а после подмигнула. —— Эмерсон допила коктейль, поставила пустой стакан, взяла перед собой стопку с виски и одним движением опрокинула её. Аделина тихо присвистнула. — Так, я поняла… сегодня ты — отдыхаешь. — Сегодня я отдыхаю, — Эм улыбнулась. — И я хочу на танцевать. Они протиснулись сквозь толпу к центру комнаты. Музыка била по полу, свет менялся, дым клубами поднимался вверх. Эм танцевала свободно, уверенно, но не вызывающе — её движения были мягкими, пластичными, притягивающими внимание. Аделина смеялась рядом — её парень Лекс, сидящий с ребятами у дивана, бросал на неё  взгляды. На диване сидели трое: Лекс — облокотившийся назад, наблюдающий за Аделиной; Рив — расслабленный, с лёгкой улыбкой, глядящий на Эм; и Кэссиан — с типичной девушкой-дополнением у себя на коленях. И именно Кэсс смотрел на Эмерсон чуть дольше, чем должен был. — Она просто секс,— усмехнулся Рив. — Красивая и…Даже не знаю,что сказать  — Только не говори, что собрался влюбиться, — буркнул Лекс, но без злости. — Я просто сказал, что она сексуальная, — Рив поднял руки. Кэсс закатил глаза на секунду, скрывая это глотком из стакана. Его девушка на коленях провела пальцем по его груди. — Кэсс, пойдём наверх? Тут шумно… Он не слушал. Он смотрел туда, где Эмерсон танцевала, а свет играл на её чёрном платье и тёмных волосах. — Она не будет такой простой, как кажется, — тихо бросил он, почти себе под нос. Рив удивлённо обернулся: — Ты вообще о чём? — О Хейл, — Кэсс чуть дернул уголком губ. — У таких никогда всё не бывает просто. Эмерсон, будто почувствовав взгляд, повернула голову через плечо. Их взгляды пересеклись на секунду. Но она была слегка пьяна.  А потом отвернулась и продолжила танцевать. Блондинка на коленях Кэсса раздражённо вздохнула. — Ты меня вообще слышишь? Кэсс перевёл на неё безразличный взгляд. — Позже.Не нравится,уйди. Эмерсон чувствовала, как алкоголь мягко разливается по телу, снимая последние грани усталости после перелёта. Музыка била в грудь, басы вибрировали в каждой косточке, и под светом неоновых ламп она и Аделина плавно двигались в ритм — смеялись, переглядывались, цепляли на себя взгляды. Рив стоял рядом с Лексом и наблюдал за ними. Наблюдал слишком внимательно. Он медленно отпил из своего стакана, покачал головой, будто чему-то невольно улыбаясь, и наконец решился подойти. — Эм, — он наклонился ближе, чтобы перекричать музыку. — Ты сейчас свалишься, если не подышишь воздухом. Она усмехнулась, притянула его за край футболки: — Это ты меня вытащить хочешь? Или сам устал смотреть? — И то, и другое, — честно ответил Рив и чуть приподнял брови. — Пойдём, сделаем перерыв. Эмерсон махнула Аделине, та в ответ подбодрила жестом: «Иди-иди, я тут». Они вдвоём прошли сквозь лабиринт из людей, музыки и смеха. На террасе было прохладно; влажный ночной воздух Лондона обнял их, как ледяная вата. Где-то вдалеке дул ветер, слышались приглушённые голоса других гостей. — Хочешь? — Рив уже доставал жестяную коробку с сигаретами. — У меня есть свои, — Эмерсон плавно вытянула из клатча свои тонкие, элегантные, словно под стиль её образа. Они почти синхронно зажгли огоньки зажигалок. Первый вдох был лёгким, сладким от ароматизированного табака Эмерсон. Она закрыла глаза, на секунду наслаждаясь тишиной, а потом прислонилась к перилам. Рив стоял рядом, смотрел на неё боковым зрением, будто пытаясь понять, что именно в ней цепляет. — Ты в порядке? — тихо спросил он. Уже без шуточек, по-настоящему. — Я? — Эм выпустила дым. — Сейчас лучше, чем за последние пару месяцев. — Тяжёлое возвращение? — Скорее… правильное, — она чуть повернула голову, глядя на город в огнях. — Я должна была вернуться. Он кивнул, не задавая лишних вопросов. И это странным образом ей понравилось. — Ты знаешь, — Рив опять затянулся, — тебя не хватало. — Это ты сейчас комплимент делаешь? — Ещё какой. Она рассмеялась — коротко, искренне. — А ты? — спросила она. — Ты давно такой… хороший? — Нет. Но с тобой почему-то хочется быть нормальным человеком. — Ох, — она выдохнула дым вверх, — ну всё, Рив, не начинай. — Я серьёзно. Она посмотрела на него. Он был честным — слишком честным. И непривычно мягким по сравнению с остальными, шумящими внутри дома. На секунду между ними установилась тишина. Не неловкая — теплая. — Эм? — Рив слегка наклонился к ней. — Я рад, что ты здесь. Она выдохнула и едва заметно улыбнулась: — Я тоже. И тут дверь террасы открылась, кого-то впуская..