Глава 7: Запретное крыло и психоделический пес

Ночные вылазки в Хогвартсе, как я быстро понял, были не столько вопросом смелости, сколько вопросом планирования и знания расписания миссис Норрис и Филча. К счастью, у меня был природный талант к стратегии, достойный тактика в компьютерной игре, а у Рона и Гермионы – врожденная склонность попадать в неприятности, что делало их идеальными компаньонами для рейда. Повод нашелся быстро. На следующее утро после моего маленького эксперимента с камином Невилл получил по почте от своей бабушки «Запоминающий шар» – хрустальный шар, который краснел, если ты что-то забыл. Шар Невилла пылал, как новогодняя елка, практически постоянно. Этим вечером, возвращаясь с ужина, он в панике вспомнил, что оставил шар в общей гостиной. – Это подарок от бабушки! Она убьет меня! – хныкал он, цепляясь за рукав Перси. – Правила существуют для того, чтобы их соблюдать, Невилл, – отрезал Перси, надув щеки. – После отбоя никто не покидает башню. Именно в этот момент я и вмешался, почувствовав возможность для небольшого оперативного эксперимента. – Невилл, успокойся. Я схожу. У меня как раз есть... гм... книга в гостиной. Для внеклассного чтения. Гермиона посмотрела на меня с подозрением. Рон – с восхищением. Невилл – с надеждой, как на мессию. – Гарри, нельзя! – прошипела Гермиона. – Тебя поймают! Тебя исключат! – Гермиона, – сказал я терпеливо. – Исключают за неуспеваемость и особо тяжкие преступления. А за несанкционированное перемещение по месту учебы, скорее всего, дадут пару ночных дежурств. Я считаю, риск приемлемый. К тому же, – я понизил голос, – я хочу проверить одну теорию о системе безопасности. План был прост. Использовать Невилла как приманку для отвлечения внимания, пока я пройду к гостиной. Но судьба, как это часто бывает, внесла свои коррективы в лице Поттеровской удачи, которая в моей интерпретации была удачей сапера на минном поле. Когда я уже крался по коридору третьего этажа, намереваясь просто сделать крюк и проверить ту самую дверь, я услышал топот и всхлипывания. Это были Рон и Гермиона, несущиеся на всех парах, а за ними – рычащая миссис Норрис. – В чем дело? – спросил я, выскакивая им навстречу. – Вы же должны были отвлекать Филча у кабинета! – Он был не в кабинете! Он чистил рыцарские доспехи прямо на нашем пути! – задыхаясь, выпалил Рон. В этот момент из-за угла показался сам Филч с метлой в руках, с лицом, перекошенным от злорадства. – Нарушители! Ага! Попались! Мы рванули в противоположную сторону. План рухнул. Оставался план «Б» – импровизация. – Сюда! – скомандовал я, сворачивая в темный боковой коридор. Я помнил карту замка, которую мельком видел в книге по истории. В конце этого коридора должна была быть... Массивная дубовая дверь. Та самая. Запертая. И от нее исходило... странное ощущение. Не зло. Не опасность. А мощная, древняя магия. Как будто за дверью билось огромное сердце. – Заперто! – в отчаянии прошептала Гермиона. Филч приближался, его голос доносился все явственнее. Я приложил ладонь к замку. Он был холодным и инертным. Стандартное магическое запирание. Но моя палочка – перо Рух – дрогнула в кармане. Она чувствовала что-то. Не саму дверь, а что-то за ней. – Отойти, – сказал я. Я не стал пытаться взломать замок заклинанием. Вместо этого я закрыл глаза и сосредоточился на своем дыхании, как делал это в чулане у Дурслей. Я представил себе не взлом, а... диалог. Я мысленно коснулся магии двери, не пытаясь ее сломать, а пытаясь понять ее структуру. Это было похоже на сканирование кода. И я нашел «бэкдор» – слабое место, не в самой защите, а в ее взаимодействии с окружающим пространством. Дверь была защищена. А вот дверная коробка и стена вокруг нее – нет. – Алохомора... минима, – прошептал я, совершая палочкой не широкий взмах, а крошечное, точное движение, направленное не в замочную скважину, а в щель между дверью и косяком. Раздался тихий щелчок. Не громкий хлопок открывающегося замка, а звук, будто сдвинулась какая-то маленькая, незначительная защелка. Дверь отъехала на сантиметр. – Как ты... – начала Гермиона. – Не сейчас, – я распахнул дверь и втолкнул их внутрь. – Быстро! Мы ввалились в темноту и захлопнули дверь за секунду до того, как в коридоре появился Филч. – Я знаю, что вы здесь! – просипел он снаружи. – Покажись, миссис Норрис, найди их! Мы затаили дыхание, прижавшись к двери. Я почувствовал, как что-то большое, теплое и мокрое ткнулось мне в руку. Я чуть не вскрикнул. Потом я услышал тяжелое, сопящее дыхание и... храп. – Люмос, – прошептал я, и кончик моей палочки озарил слабым светом комнату. И мы его увидели. Огромный, трехголовый пес. Цербер. Он занимал почти всю комнату, упираясь головами в потолок. Из трех пастей капала слюна, образующая на каменном полу липкие лужицы. Он спал. Громко. Каждая из его голов издавала свой уникальный звук: одна храпела, как трактор, другая посапывала, третья что-то бормотала во сне. Но самое главное было не в нем. Моя палочка вибрировала, указывая на пространство под лапами пса. Там, в полу, был люк. И оттуда шел тот самый мощный магический импульс. – Боже правый... – выдохнул Рон, побледнев как полотно. – Это... это... – Гермиона была в ступоре. – Психоделический пес, – закончил я, оглядывая монстра. – Интересно, он дружелюбный, если его почесать за ухом? Или всеми тремя сразу? В этот момент одна из голов – та, что бормотала, – приоткрыла глаз. Желтый, с вертикальным зрачком, как у змеи. Он уставился на нас. Мы замерли. Я медленно, очень медленно поднял руку (ту, в которую он не тыкался) ладонью вперед, демонстрируя отсутствие угрозы. Я не чувствовал от него злобы. Чувствовалось лишь одно – сонливость и какое-то древнее, простое любопытство. – Хороший пес, – прошептал я. – Спокойно. Мы просто... туристы. Заблудились. Пес негромко вздохнул, его пасть с клыками размером с моё предплечье растянулась в широком зевке, от которого пахнуло на нас ветчиной и чем-то гнилым, и снова закрыл глаз, укладывая голову на лапы. Снаружи голос Филча стал удаляться. – Никого... Наверное, побежали дальше... Мы просидели в темноте еще минут десять, пока не убедились, что он ушел. Затем я снова применил свое модифицированное заклинание, чтобы открыть дверь, и мы выскользнули наружу, как тени. Обратный путь в башню Гриффиндора был пройден в гробовом молчании. Только когда портрет Толстой Дамы захлопнулся за нами, Рон рухнул в кресло. – Трехголовый пес! В школе! Что он там охраняет? – Очевидно, то, что спрятано под люком, – сказал я, размышляя. – И судя по силе магического резонанса, что-то очень мощное. И очень ценное. – Но зачем ему люк в полу? – спросила Гермиона, все еще дрожа. – Чтобы в него провалиться? – Скорее всего, это не просто люк, – предположил я. – Это ловушка. Первая линия обороны. Пес – вторая. Дальше, вероятно, последуют другие испытания. Классическая многоуровневая защита. – Мы должны сообщить Дамблдору! – заявила Гермиона. – И сказать что? – поднял я бровь. – Что мы нарушили правило, пробрались в запретную зону и нашли там то, что, скорее всего, и должно было там быть? Нас не похвалят за бдительность, Гермиона. Нас исключат за несанкционированный доступ к охраняемому объекту. Она замолчала, поняв правоту моих слов. – Значит, этот Пушок... – начал Рон. – Пушок? – я посмотрел на него с недоумением. – Ну, трехголовый пес... у Хагрида. Он говорил, что достал его у «одного грека». Я думаю, это он его и поставил охранять... это самое. – Пушок... – я покачал головой. – Назвать трехтонного людоеда «Пушком» – это по-хагридовски. Ладно. Значит, Хагрид в курсе. А раз Хагрид в курсе, то и Дамблдор в курсе. Значит, это не несанкционированная деятельность. Это нечто санкционированное на самом верху. Я подошел к окну и посмотрел на темные очертания замка. Так вот оно что. В Хогвартсе, под носом у всех, прячут некий артефакт. И охраняют его силами, достойными Форта Нокс. Интересно, очень интересно. – Ладно, команда, – сказал я, оборачиваясь к ним. – Первая разведка боем завершена. Мы получили ценные данные. Теперь мы знаем, что в этом замке есть не только скучные уроки и привидения. Здесь есть тайна. И, похоже, она ждет, чтобы ее раскрыли. – Ты хочешь сказать... – Рон сглотнул. – Я хочу сказать, что наше образование только что стало гораздо более практическим, – улыбнулся я. – Но сначала – спать. А завтра начнем собирать информацию. Аккуратно. И, желательно, не попадаясь Филчу. В ту ночь я долго не мог уснуть. Я лежал и смотрел на балдахин своей кровати. Трехголовый пес. Мощный артефакт. Ловушки. Это было уже не похоже на детскую сказку. Это напоминало сюжет из Подземелий и Драконов (Dungeons & Dragons) или какого-нибудь темного аниме. И самое главное – я почувствовал азарт. Не страх. Не ужас. А чистейший, незамутненный азарт исследователя, стоящего на пороге великой тайны. «Ладно, Дамблдор, – подумал я. – Ты спрятал здесь свою игрушку. Что ж, посмотрим, насколько хорошо она защищена от парня, который знает, что такое баг-трекинг и SQL-инъекции. Игра началась».