Часть I. Глава 5. Мрак над холмами

      — Не будем смотреть друг на друга волками, а сядем и поговорим, — предложил Хал.       — Что тут обсуждать? — произнёс Ворон. — Нам с Ягой нужно побыстрей добраться до Алонмара. Может, хоть там отсидимся, раз уж всё пропало. Так что пойдём на восток.       — Успеется, — сказала Яга. — Белый и пушистый прав — думается, есть нам о чём потолковать. Да и ночь на дворе. Айда в избу.       Миойи уже успела забежать в дом. Остальные зашли следом.       Ведьма щёлкнула языком, и на столе зажглись свечи.       — Тесновато у меня, но можно сесть и снаружи, тепло. Лиса вон уже там.       Айн вышел через заднюю дверь к Миа, которая возле перил террасы смотрела на чёрную гладь. Айну озеро напомнило бездонную пропасть.       Минуты две стояли молча. Друид с досадой вспоминал бой в таверне и гадал, почему он так испугался, получив не слишком сильный пинок в живот. Неужели всё из-за той детской травмы, когда его избили палкой? Давно всё забылось, и чёрт с ним. В этот же раз вся драка была крайне странной. Хорошо, что Миа справилась.       — Чего-то я запутался, — сказал он. — Ворон хочет тебя убить, Ведьяга с ним заодно, а теперь мы у неё в гостях? В этом есть смысл… наверное. Или нет?       — Ага, есть. Я тоже хочу разобраться. Но ещё больше я хочу спать. А мягкая кровать осталась в городе.       — И горячая баня, — вздохнул Айн. — Интересно, опять придётся пробираться через Иллюзорную? Ведь нам нужно на Северную дорогу, а мы у Блуждающего озера.       — Нет, — сказала Яга, высунув нос из-за двери. — Выйдем туда, откуда зашли. А коль не выйдем, озеро само улизнёт не сегодня-завтра, опять же выставив вас к югу от города. Что до потерянных удобств — извиняйте, не до того было. Кровать у меня одна, а вот баня есть. Но сегодня не просите: поздно уже. В следующий раз. Сейчас поесть сготовлю — и спать.       — Пошли, — обернулась Миойи, — помогу.       Яга вздрогнула, но кивнула.       Через полчаса пятеро сели за поздний ужин: Ведьяга во главе стола, рядом с ней — Ворон, напротив сидел Айн, по обе руки от него расположились лиса и волк. В кресле возле печки удобно устроился большой филин и читал книгу, придерживая страницы крыльями.       — Извиняйте, только блины и чай, — сказала Яга. — На скору руку. Но блины вкусные, так что спасибо мне. И лисе. Хоть она и выводит меня из равновесия.       — Вот как! Каким образом? — спросил Хал.       — Не знаю толком. Предупреждали нас с Вороном, что не стоит к ней приближаться. И вот меня клинит, уже целый день.       Айн нахмурился. Яга взглянула на него и сказала:       — А в молодом человеке явно что-то скрыто. Айн зовут, да? Так вот, сперва я было подумала, что это из-за рога у тебя на поясе. Интересная побрякушка. Но не в ней дело.       — Я ему говорила, но он не слушает, — сказала Миойи и отправила целый блин в пасть.       — А поконкретнее? — спросил Хал.       — Да кто ж его знает, Белый, — ответила Яга. — Я думаю, что Айн связан с одним из главных Источников Дароны. И, быть может, даже Неины. Да, — тут она ненадолго задумалась. — Если в Потерянный мир всё ещё существует дверь, то Айн вполне может оказаться одним из ключей.       — Странно слышать басни про Неину от тебя, колдунья, — сказал волк.       — Много ты знаешь, волосатый, — отмахнулась Яга. — Пущай будет басни, недосуг спорить. Так вот, способностей Айна может хватить, чтобы эльфы перестали поджигать и крушить всё подряд.       — А не водила ли ты сама с ними дружбы?       — Много знаешь, Белохвостый! — повторила Яга. — Аль догадливый такой? Признаю, я увлекалась магией, в том числе и Хаоса. Но с проклятыми эльфами не водилась. И давно хочу всё это бросить, надоело. Пожалуй, самое время. Не знаю, что на меня нашло, но начни я сейчас всерьёз колдовать — наломаю дров.       — Его хотят убить, пытались несколько раз, — сказала Миа.       — И ещё попробуют. Присматривают за тобой, Айн. Не помешал бы тебе хороший магический колпак.       — Может, ты с ним и пойдёшь, защитишь его? — насмешливо спросил Ворон. — И заодно его серебристую подругу, от которой у тебя мутнеет разум?       — Пойду, — тихо сказала Ведьяга.       На полминуты все замолчали. Слышно было лишь, как Айн мешает сахар в стакане с чаем.       — Не понял, — наконец сказал Ворон. — Тебя не смущает то, что нам рассказывали? И какого…       — А такого. Лисе моей защиты не надо. Но — я не знаю, как объяснить. В общем, растолкую, как сама разберусь. Я иду с ней. Есть ли в лисе зло? А в ком из нас его нет! Возможно, всё к лучшему. А вот Айну я правда могу пригодиться.       — Я правильно понял, — подал голос Айн, — что ты можешь путешествовать и время от времени заглядывать сюда, в избушку у озера, чтобы поесть блинов и выспаться в кровати? И чтоб баню растопить?       — А ну-ка! — Яга прикрикнула так, что филин на кресле подпрыгнул. — Будь серьёзней, друид. На кону нечто больше, чем блины и баня. А что до твоего вопроса — да, мы можем путешествовать и время от времени заглядывать сюда.       — Чёрт возьми! — вдруг воскликнул Ворон и добавил больше себе под нос: — Только что дошло: вот про кого говорил Лон! Поскорей бы он вернулся.       — Простите, но я не понимаю всего этого, — сказал Айн. — И нет у меня никаких способностей. Я просто хочу домой. Туда, собственно, и иду, к себе в Рэа. Если хотите, я вас всех приглашаю. Но уже поздно, я совсем не соображаю, можно я посплю?       — Тебя не оставят в покое, — покрутила головой колдунья. — Я иду с тобой. И зря не хочешь, как ты ляпнул, спасать мир. Разобраться с ужасными эльфами — разве это не здорово? Даже если рухнет Кристалия, какой мы её знаем.       — Вот как! — оживился Ворон. — Интересное дополнение! Умеешь заинтриговать, Яга. Но детали послушаем завтра: в том, что на сегодня хватит, я согласен с Айном. Я хочу полную историю. И поэтому пока присоединюсь к вам. Кто знает, может, пригожусь.       — А я иду в Миру, — промолвил Белый. — В столицу, по делам. И тебе, Айн, советую пойти со мной. Там точно помогут разобраться с твоим даром, и лучшего оплота для борьбы с эльфами не найти.       — Пока что нам в любом случае по пути, — сказал Айн. — В столицу пешком иначе, как вдоль Северной дороги, не пройдёшь. Много дней можем путешествовать вместе.       

* * *

      Миа залезла в палатку на берегу озера. Айн успел задремать, но проснулся, когда лиса прошлась по его груди.       — Как остальные? Устроились? — сонно спросил друид.       — Ага, вполне. Яга постелила Ворону коврик возле печи. Впрочем, у него есть своя палатка, если захочет, пригодится. Белый остался спать на террасе.       — Может, стоило его позвать сюда к нам?       — Хм? Ну нет. И так едва тебе место нашлось.       — Да, да, помню. Повторяешься в своих шуточках… Хватит уже вертеться, лиса!       — И тебе спокойной ночи, Райн.       Айн с досадой обнаружил, что сон пропал. Произошедшее за вечер крутилось в голове. За пять минут он вдоволь назевался и весь изъёрзался.       — Спишь, Миа?       — Сплю. Хватит уже вертеться, человек.       — Что ты думаешь о наших новых спутниках? Зачем они хотят идти с нами?       — Ты же сам позвал их в гости. Ворон похож на авантюриста, а Яга, мне кажется, боится оставаться одна.       — А если они опять попробуют тебя убить?       — Ерунда. Ты меня защитишь, Райн.       — Конечно! Кстати, не находишь…       — Ох! Ну, что тебе не спится?       — …Не находишь странным, что кто-то хочет уничтожить нас обоих?       — Нет.       — Ну ладно тогда.       

* * *

      Яга вгляделась в зеркало, и домик колдуньи побледнел, подёрнулся дымкой и исчез. Поборов приступ головокружения, Айн понял, что оказался в поле, где уже собрали рожь. Четверо его спутников озирались рядом.       Городские ворота остались далеко позади. Широкая тропа вела в сторону скалистых холмов, которые правее переходили в Восточный хребет Издола. Айн знал, что дорога потом свернёт налево, где соединится с древним Северным путём, по которому разумные путники преодолевали каменистую возвышенность, отделявшую их от Междуречья. Впрочем, Айн не был уверен, что им стоит идти по самому тракту, обычно слишком людному.       На неяркое, но тёплое солнце наползло одинокое облако. Айн поёжился и с подозрением оглядел свою компанию. У Яги был усталый вид и синяки под глазами. Ворон беспечно насвистывал фальшивую мелодию. Белый и Миа стояли спиной к нему и смотрели вдаль. Они первыми тронулись в путь.       Часа через два возделываемые земли кончились. Впереди было широкое жёлто-зелёное поле отцветших васильков, люцерны и зверобоя. Дорогу то и дело перелетала здоровенная саранча, Миойи сшибала её лапой на лету. Вдруг лиса навострила уши и прыгнула в заросли. Белый остановился.       — Привал, — сказал он. — Давайте немного отдохнём.       Айн сел на рюкзак. Он отогнал странный приступ головокружения и с удовлетворением заметил, что не чувствует усталости, видимо, начинает привыкать. Только вот дырки на ремне скоро закончатся.       К Айну подошёл Хал и показал лапой на серый рог, что висел у друида на поясе.       — Умеешь пользоваться?       — Ну, это рог, — ответил Айн. — В него, как правило, дуют. Конкретно этот мне показался интересным, но ещё не было времени изучить его подробней.       — Откуда он вообще у тебя?       Айн подумал про Оленевода и прикусил язык. Он вспомнил, как Хал, будучи ещё лесником, грозился разобраться со всеми, кто имеет дело с бандитами. Впрочем, теперь всё изменилось. Друид решился рассказать про последнюю встречу с Оленеводом и про медведя.       Белый выслушал и медленно кивнул.       — Туда этому Оленеводу и дорога, на обед к медвежатам. А рог может пригодиться. Не потеряй только. Как обращаться с магическими предметами, друида, думаю, учить не надо.       Тут на дорогу выпрыгнула Миойи, держа в пасти вырывающегося сурка. Она положила его перед Айном и прижала лапой к земле.       — На обед? — поинтересовался Айн.       — Нет, у малютки сломана лапка. Сможешь вылечить?       — Попробую.       Пока друид сосредотачивался на заклинаниях, к Миа подошёл Ворон.       — Быстро бегаешь, — сказал он. — У меня появилась одна мысль. Что, если мы посидим в домике у Яги, а ты пока побежишь к Северному тракту со всех ног? Возьмёшь зеркальце, по которому она перемещается туда-сюда. Потом вернёшься к Блуждающему озеру за нами. Мы тебя только задерживаем. Можешь даже бежать посменно с Белым.       — Не растолстеешь от лени? — хихикнула Миойи. — Мне скакать галопом, а ты будешь чаи распивать и шишки пинать?       Яга очнулась от раздумий и покачала головой.       — Лиса права. Потопаешь своими ножками, старый хитрюга, — сказала она. — Моё зеркало настроено только на меня, работает лишь на чистой равнине, да и то не всегда. И не советовала бы я разделяться. Озеро не зря названо Блуждающим, оно может выкинуть вас когда не надо и в плохое место.       — Плохое место уже недалеко, — добавил Хал, указав на приблизившиеся холмы.       — А что там такого? — удивился Ворон. — Горки как горки. Или ты вспомнил нелепые слухи про привидений?       Яга вздрогнула.       — У тебя, мисс ведьма, — сказал Ворон, — такой вид, будто с привидениями ты всю ночь дралась.       — Ты недалёк от истины, Воронюга. Второй раз кошмары мучали. Только ещё сильней. Видения аж наяву в избе. Ты ни шиша не видел, ведь спал как сурок… как вот этот, которого наш Айн долечил, кажись.       Действительно, Айн удовлетворённо кивнул и сделал лисе знак отпустить зверька. Сурок совсем не выглядел сонным, но вырываться перестал. Он сжался и внимательно посмотрел в глаза Айну, потом на свою уже здоровую лапу. Попятился, наткнулся на Миа и зашипел на неё, аж шерсть встала дыбом. Затем отбежал дальше по дороге метров на десять и сел, сложив лапки.       — Вот и проводник по плохим местам, — проворчал Ворон.       — Тебе, старый, лишь бы чушь ляпнуть! — сказала Яга. — Вот умора, если прав окажешься. Ладно, кажись, пора двигать дальше.       Сурок, будто послушав Ворона, засеменил перед путешественниками, не думая скрываться. Иногда он останавливался и поджидал Айна. Вскоре зверёк подбежал и залез по штанам и куртке друида на плечо. Откуда ещё раз прошипел на Миа и подчёркнуто отвернулся. Айн крякнул, но прогонять пассажира не стал.       Долгое время шли молча. Айн вдруг осознал, что у него с самого утра постепенно портится настроение. Раздражал шелест травы, солнце пекло слишком уж по-летнему, а от холмов веяло дурнотой. Порой кружилась голова. Айн считал шаги и с нетерпением ждал ночи, когда они смогут пусть ненадолго вернуться на озеро.       Дорога плавно повернула к востоку; холмы ещё приблизились, теперь они были справа. Пообедали хлебом и солониной, угостив зверька. Костра едва хватило, чтобы согреть воду на кофе: деревьев и хвороста вокруг было мало.       Солнце постепенно опускалось. Сурок на последней стоянке убежал в заросли, но появился, когда стали поговаривать, что неплохо бы устраиваться на ночлег, пока светло.       — Еле-еле работает, — сказала Яга, пристально глядя в старое зеркальце. — Поле заканчивается. Завтра, боюсь, уже будем ночевать где придётся. Ты, зубастик, с нами идёшь? нет? Ну, пока.       

* * *

      Айн порадовался Мир-Аилле, Блуждающему озеру, как старому знакомому. Напряжение, скопившееся с утра, исчезло. Миа, которая почти весь день шла впереди с Белым, прыгнула к Айну и от души потянулась.       — После такой дороги даже я хочу в баню! — сказала она.       — Не сегодня, — пробормотала Яга, чуть ли не стуча зубами.       Айн удивлённо посмотрел на неё. Яга добавила:       — Не по себе мне. Скоро ночь, а дурные сны и видения с каждым разом страшней.       — Тогда тебе сегодня лучше лечь здесь, с нами. Айн сейчас сделает костёр, — сказала Миа.       Уже в сумерках возле палатки Айна развели хороший огонь, и пятеро удобно устроились вокруг. Вторую палатку, Ворона, поставили рядом.       — Продолжим разговор, — сказал Ворон.       Тут у него заблестели глаза: он увидел, как Айн достал из рюкзака флягу. Друид отхлебнул, поморщился и протянул её воину.       — Эликсир из редких трав. Сам делал, — скромно сказал Айн. — Последние запасы.       — Отличный самогон, — подтвердил Ворон, сделав большой глоток. — Яга, будешь? Лиса?       — Да ну, — сказала Миа. — Мне в Залесье пива хватило. Я устала медленно идти, лучше бы лапы размяла.       — Прекрасная мысль! — ответил Белый, поднимаясь. — Весь день еле тащились. Пойдём побегаем по лесу перед сном.       Айн с лёгким неудовольствием проследил взглядом за Халом и Миа, которые обежали озеро и скрылись в соснах.       — Ну и ладно, посидим втроём, — сказала Яга. — Давайте сюда ваше пойло. Может, полегчает.       — Что мы ждём ночью? — спросил Айн. — Твои видения придут?       — Боюсь, что так.       — Хорош вам, — сказал Ворон. — Давайте обсудим что-нибудь более позитивное. Прошлый раз у тебя, Яга, мы остановились на том, что Кристалия может развалиться, когда сгинут эльфы.       — Не уверена, точно ли это позитив. Но да, такое возможно. Кристалия — как бы другой полюс Хаоса, оплот порядка. Вместе долго балансировали как единое целое.       — Навроде диполя? — вставил Айн.       — Ишь, умный! — буркнула Яга. — Диполю какую-то выдумал.       — Нет, я настаиваю, что это хорошая новость, — сказал Ворон. — Вы оба привыкли жить в уединении, вдали от шумных городов. А я, постоянный посетитель культурных мест…       — Кабаков и притонов, — дополнила Яга.       — …Скажу вам, что под предлогом эльфов всё больше нас сжимают тиски контроля. Уже не попутешествуешь свободно от Алларна до На́льфии, как бывало лет двести назад, когда мои волосы были чёрными. Сейчас патруль остановит скорей, чем минуешь километровый столб. Набирают в милицию добровольных идиотов. Проверки по всем направлениям. Как король контролирует эту чёртову махину, не пойму. Я уж не говорю о том, чтобы по-тихому открыть незаконный портал, это пресекут в первую очередь.       — Зато, мне кажется, полный порядок, беспокойств и войн нет. За исключением эльфов, — сказал Айн. — А почему вдруг они активизировались? Что в них такого сильного стало?       — Каменные рыцари, — сказал Ворон. — Если за целое десятилетие было два-три, их успешно связали, перевезли на грифонах и скинули в море, то теперь их полно.       — Каменные рыцари, — задумчиво повторил Айн. — Я привык думать, что это сказка. И как они, страшные на вид?       — С виду самые обычные эльфы, только их не берёт ни оружие, ни магия. Идеальные машины разрушения.       — Тогда странно, что до сих пор они не выкинули в море всех людей.       — Наш король, как бы я его не мог терпеть, — ответил Ворон, — отнюдь не лыком шит. Придумал, как усилить своё войско. Новая броня, которую хрен пробьёшь даже эльфийским луком. Говорят, научился создавать искусственных солдат. Но я того не видел. А каменных рыцарей хватают и связывают намертво. Ну и попробуй что скрой от короля, он предвидит каждый удар.       — Диполя, — вставила Яга. — Равновесие, мать его.       На небе зажглись и разгорелись звёзды. Костёр уютно потрескивал. Возле пенька неподалёку застрекотал сверчок.       Ворон вернул Айну пустую флягу и поднялся:       — Пожалуй, я спать. Яга, пойдём?       — Угу, — неохотно сказала Яга. — Чему быть, того не миновать.       — Будь здоров, друид. Долго не сиди.       Вскоре из палатки Ворона раздался храп. Друид подумал о призраках, которых боялась ведьма, и поёжился: в одиночестве безобидные днём страшилки казались пугающе возможными.       Айн решил дождаться Миа. Он взглянул на линию сосен на противоположном берегу и с досадой прикинул, сколько же можно бегать вдвоём по лесу.       Похолодало. «Маловато хвороста осталось», — подумал Айн, отправляя очередную охапку в костёр. Взметнулись искры, взлетели и погасли… все, кроме двух огоньков напротив.       Айн похлопал глазами. Две оранжевых точки поморгали тоже. Друид вмиг понял, что с той стороны кто-то есть. Волосы на голове зашевелились. Внезапно он различил силуэт то ли большой птицы с длинным хвостом, то ли крокодилёнка из детской книжки, сидящего на пне. От туловища отделилась тень крыла и подсказала друиду, что это, скорее всего, птица. Он с усилием разжал руку, стискивавшую хворост.       — Привет, — сказала птица негромко и ворчливо. — Есть закурить?       — Нету, — ответил Айн.       — Жаль!       — А ты видение Ведьяги? — спросил Айн, осмелев.       — Сам ты видение Ведьяги! Кто вообще такая эта твоя Ведьяга?       — Наша ведьма.       — Вот как! Ладно, я её знаю на самом деле.       Птица спорхнула с пенька, подошла к костру и протянула к теплу крылья. Она походила на огромного попугая, только клюв был как у хищника. Огонь осветил синие перья.       — А не было ли с ведьмой вместе… — попугай не договорил и осмотрелся по сторонам.       — Кого?       — Неважно, — сказал странный собеседник. — Кажется, к тебе действительно направляется видение Ведьяги. Хотя по мне оно больше похоже на нового солдата короля. Продолжим разговор после. Пока!       Сделав лёгкий, но высокий прыжок, попугай расправил крылья и бесшумно упорхал в ночь. Айн остался сидеть с раскрытым ртом. «Что он сказал, кто там идёт, где?» Друид обернулся, но ничего не увидел.       Тишину теперь не нарушал даже сверчок. Постепенно Айн чуть расслабился. Ему было неуютно, он то и дело оглядывался и всё ждал, всматриваясь в темноту и вслушиваясь, когда, наконец, вернётся Миа.       — Знаешь, — раздалось возле его уха. — Я опять думаю…       — О-ой! — Айн подскочил и лихорадочно обернулся. Сзади стояла Миойи. Она кивнула.       — Так вот, — продолжила она, — опять думаю о Неине. Как-то повеяло тамошним духом, стоило мне подойти к костру.       Айн попытался успокоить дыхание и дёргающийся глаз.       — Можно, эм, аккуратней приближаться или предупреждать?       — М? Ой, извини. Я шла не таясь, мне казалось, что уж ты точно слышишь.       Внезапное появление лисы вывело Айна из себя, заставив забыть про призрачную птицу, но он придвинулся поближе к серебристому боку, когда Миойи присела у костра.       Айн почти успокоился и уже собирался спросить, что именно Миа думала о Неине, как вдруг услышал лёгкий треск, будто кто-то шёл по лесу. Лиса принюхалась и покачала головой.       — Идёт, — сказала она. — Какое-то поделие без запаха. Кажется, из камня.       Вскоре разглядел и Айн: к костру приближалась странная фигура. Руки, ноги и голова, будто собранные небрежным ваятелем из булыжников, присоединялись к гранитной глыбе тела. В квадратной кисти монстр держал короткое копьё.       — У нас на такой случай есть воин, — сказала лиса. — Пусть разбирается; зря, что ли, его взяли.       Она залезла в палатку Ворона. Послышался её голос:       — Проснись! Враги!       Раздался шорох, и через миг наружу выскочил сонный Ворон. Не отвлекаясь, чтобы протереть глаза и стряхнуть опьянение, он бросил взгляд по сторонам, заметил гранитного голема и рассмеялся.       — Вот это чудо-юдо! Однако, у него оружие.       Ворон протянул руку, и в ней появилась сабля, которая тут же выпала на землю. Ворон торопливо нагнулся и подобрал её.       Голем неуклюже подошёл и неожиданно сделал молниеносный выпад копьём. Ворон небрежно парировал и рубанул голема по голове. Сабля раскололась на три части.       — Черт тебя дери, выкидыш каменоломни! — рассердился Ворон. — Это была моя любимица. У меня остался меч, но, сдаётся мне, сталью эту чертяку не взять. Пойду разбужу Ягу.       — Погоди, — сказала лиса. — Дай я.       Она подошла к голему, увернулась от выпада, приподнялась и двинула лапой по гранитной голове. Глыба отделилась от тела и отлетела к лесу, безголовое тело сделало ещё шаг и рассыпалось на камни.       — Вот и всё!       — Тебе всегда так легко с твоими врагами? — проворчал Ворон.       — Нет, конечно. Но этот и правда слишком быстро развалился.       — Для ночного видения монстр был чересчур твёрдым, — сказал Айн. — Если б я не знал, что каменный рыцарь выглядит как эльф, я бы решил, что это он. Что ему от нас было надо? Крови?       — Проверить документы хотел, не иначе, — сказал Ворон. — Это же чёртов королевский голем! Я почти уверен. Все невредимы? Где, кстати, Белый?       — Остался в лесу, — ответила Миойи. — Обещал вернуться утром.       — Пойду дальше спать, — сказал Ворон. — И вам того же советую. Вон какое небо тёмное, будто на звёзды наползла большая клякса… Погодите, какая, к чёрту, клякса!       — Ого! — воскликнула Миа.       Айн посмотрел на небо. Неровная туча, чёрная на чёрном небе, медленно вытянулась вдоль небосвода плоской изогнутой полосой и начала спускаться, разделяясь, как корни. Щупальца одно за одним погрузились в землю между озером и палаткой причудливым шалашом, нарушая законы перспективы, не подчиняясь логике света, будто чёрные трещины в восприятии мира, щель в чуждую реальность.       Айн подавил стремление вскочить и бежать без оглядки, крича на всё озеро.       От «шалаша» отделились несколько чёрных лент и потянулись к друиду, Ворону и Миойи.       Друид почему-то подумал о Рэа. Вспомнил, как на высоченном синем небе возле строгой отвесной горы парят орланы-белохвосты, как пахнут цветущие яблони весенним утром, а на берегу заповедного потока ностальгично шелестит нетронутая яркая трава…       До Айна щупальце дотянулось первым — и тут же отпрянуло, посерело и растаяло, а следом за ним погасло и остальное чудовище, от кончиков «корней» до самого неба.       — Какая бяка, — произнесла Миа после недолгого молчания. — Хочется отмыться под ярким солнцем.       Сон у всех пропал. Миойи пробежалась вокруг и собрала немного хвороста и одного ёжика. Снова разожгли костёр, заварили чай и сели втроём. Ёж, недолго думая, убежал.       Миойи кончиком когтя строгала небольшую палочку. Айн только сейчас с удивлением заметил, что когти у лисы голубые. Ворон тоже с любопытством подсел поближе. Миа показала ему лапу.       — Осторожней, — попросила она. — Легко порезаться.       — Хорошо тебя природа вооружила, — восхитился Ворон.       — Ага. Очень полезная вещь — карандаши точить и лазить по деревьям за мёдом.       — А чем ты питалась, когда была одна? — спросил Айн.       — Как ушла из Синее́ли — чем придётся, — ответила лиса. — Старалась найти что повкуснее, конечно.       Она вытянула лапу вперёд, потягиваясь, и продолжила строгать.       — Сегодня ещё будут привидения? — спросил друид.       — Не думаю, Райн. Но я бы не стала держать пари даже вот на эту палочку.       Айн окинул её взглядом.       — Тебе бы сейчас подошли очки и вязание крючком, — пошутил он.       — Ага! Люблю вязать, и крючков хватает.       — А я давно не вырезал из дерева, — сказал Ворон. — Раньше нравилось. При случае попробую вспомнить, как это делается. Сейчас и правда пора на боковую. У тебя, Аррайн, остался самогон? Нет? Ну ладно.       Ворон исчез в палатке, и через минуту послышался его храп. Миа вскоре выбросила палочку, положила голову Айну на плечо и прикрыла глаза.       С полчаса друид продолжал сидеть, неподвижно глядя в костёр. Вдруг он понял, что лиса уснула. Айн с трудом, но бережно поднял её, кое-как открыл свою палатку и затащил Миа внутрь, беззвучно ругая себя за неуклюжесть. Скинул сапоги, залез следом, накрыл Миойи одеялом и прилёг рядом.       

* * *

      Когда наступило туманное утро, Белый уже вернулся из леса. После завтрака и недолгих сборов компания покинула озеро с помощью зеркала Яги и вновь очутилась на дороге среди полей.       Волк и лиса возглавили отряд. Айн хмуро разглядывал холмы справа. Ему было не по себе, вернулись приступы головокружения, хотелось оказаться где угодно, но подальше отсюда. Но именно к перевалу через скалистую возвышенность и вела дорога.       Вскоре объявился вчерашний суслик и побежал впереди Миойи и Белого, явно думая, что все следуют именно за ним.       Постоянно грозил пойти дождь, но за день упало лишь несколько капель. Идти было легко, хоть и скучновато. Путники за девять часов сделали три небольших привала.       К вечеру вдали показалась серая лента Северного тракта, пересекающая холмы. Белый вдруг остановился.       — Не нравится мне здесь, — сказал он. — Тракт слишком пустой и безлюдный. Стойте тут, я сбегаю на разведку.       Перепрыгнув через суслика, волк умчался к тракту. Суслик же нетерпеливо засуетился, будто пытаясь убедить всех, что нужно идти дальше. Айн попробовал его успокоить, посадить на плечо, но зверёк не дался, лишь сердито свистнул.       Белый вернулся через полчаса.       — На дороге были эльфы, — сказал он. — По тракту не пойдём. Холмы стали ниже, вполне сможем пересечь их прямо отсюда. Предлагаю тотчас же свернуть к югу.       Миа не колеблясь пошла за Белым в заросли отцветшей люцерны, за ними — мрачный Айн и угрюмая Ведьяга. Последним дорогу покинул беззаботный Ворон.       Вдруг перед путниками среди травы вновь возник суслик и принялся сердито шипеть и свистеть.       — Он хочет, чтобы мы шли к тракту, — сказал Айн.       — Глупый зверёк! Сейчас бы все на сложном пути подчинялись сусликам, — сказал Белый. — Уйди, мелочь!       Суслик и не думал отходить и, по-видимому, собрался укусить Белого за ногу. Волк поддел зверька лапой, мягко, но сильно, и тот улетел в сторону шагов на десять. Айн хотел что-то возразить, но промолчал.       — За мной! — сказал Белый.       Начинало смеркаться. На склоне заросли стали ниже. Впереди лежала холмистая местность, поросшая пожелтевшей травой. Попадались камни, чем дальше, тем крупнее.       Путники миновали вершину первого холма и пошли под уклон. Вокруг было уже множество серых скал.       — А что не так с этим местом? — спросил Ворон. — Вроде холмы как холмы. Кто там говорил про привидений?       — Наверняка выдумки, — повернул голову Белый. — Здесь часто задерживаются туманы, а среди плотной пелены легко принять один из этих камней за призрака. Да вот и сегодня ночью, похоже, будет туман. Зеркало твоё здесь работает, Яга?       — Не-а, — сказала колдунья. — Только на равнине.       — Придётся ночевать среди скал, — сказал Белый. — Но чтобы не терять времени, пойдём дальше, сократим путь завтра. Тем более пока ещё светло. Держитесь ближе.       Быстро темнело. Небо из синего стало чёрным, зажглись звёзды, но через полчаса погасли, затянутые облаками, которые вскоре легли на вершины холмов и продолжили опускаться.       Айн задремал на ходу и не заметил, как лиса и волк впереди исчезли в серой пелене. В нескольких шагах уже ничего не было видно. Айн протёр глаза и обернулся, высматривая Ворона и Ягу, но и они пропали.       — Эй! Вы где? — крикнул друид, но голос его потонул в липком тумане.       Стояла полная тишина. Айн на минуту совсем растерялся и уже собрался бежать сломя голову вперёд, в надежде догнать Миойи, но взял себя в руки.       — А точно ли «вперёд» — это именно туда? — подумал он вслух, пытаясь согреть озябшие руки. — Подожду-ка я, пока туман рассеется. Попью лучше чаю.       Напускным было хладнокровие друида или нет, но он полностью успокоился, достал из рюкзака бутыль с уже холодным чаем и краюху хлеба и присел на камень, что поменьше.       Туман рассеялся быстрей, чем предполагал Айн. Замерцали и ярко зажглись звёзды, в их слабом свете обозначились контуры близлежащих холмов. Друида окружало каменное редколесье скал различного размера и формы.       Вдруг на скале появились красные глаза, от неё отделилась серая тень, похожая на человеческую, и устремилась к Айну. Призрак оставался неподвижным, не перебирал ногами, но приближался.       Спина друида на миг онемела. Он был совсем один в этом затерянном месте, где скалы в звёздном свете походили на уродливых серых карликов. Единственным спутником Айна оказалось привидение, до ужаса настоящее и в то же время кошмарно-нереальное. Айн ущипнул себя, почувствовал боль. Призрак немигающими красными глазами пригвоздил друида к земле. Айн с трудом отвёл взгляд и внезапно рассердился. Друзья его непонятно где; куда идти — неизвестно; суслика, в которого Айн верил как в провожатого, грубо прогнали; Миойи весь день не обращала на него внимания, всё время общаясь только с Белым… Хотя последнее сейчас было не так важно. Айн вспомнил, как он расправился с призрачной тенью прошлой ночью. Он постарался расслабиться, отрешиться от красных глаз и сосредоточиться на Рэа, своём заповедном уголке.       Сразу же накатила волна умиротворения. Айн спокойно взглянул прямо на призрака, который был от него уже в двух шагах. Красные глаза мигнули и тут же погасли, следом растаяла и сама серая тень.       Айн удовлетворённо кивнул, поднялся с камня и осмотрелся. Вдалеке справа он увидел ещё троих таких же призраков, спускающихся к нему по склону холма. Вдруг друида осенила мысль:       — А что, если здесь не обошлось без кошмаров Яги? Тогда нужно идти прямо к этим уродливым теням, туда, откуда они появляются. Возможно, хоть колдунью найду.       Айн поспешил навстречу призракам, уже абсолютно спокойный, он знал, как легко можно с ними разделаться. С улыбкой он послал образ сокровенного, чистейшего уголка природы в трёх красноглазых нечистей, и в телах их зазияли дыры и полностью их поглотили.       Айн поднялся на возвышенность, увидел вдалеке ещё двоих привидений, зашагал чуть левее и вскоре уничтожил и их. Взошёл на очередной скалистый холм и услышал внизу знакомые голоса.       — Райн стал увереннее в последнее время, — разобрал друид невнятный голос, показавшийся ему до боли родным. — Думаю, если твои призраки нашли его, он сообразит, как добраться сюда. Ага, вот и он, смотри, Яга.       Миойи в несколько неловких прыжков достигла Айна и уткнулась ему носом в живот. Айн расплылся в улыбке.       — А где Ворон и Белый? — спросил он и тут заметил, что с лисой что-то не так. — Миа, что с тобой? Ты выглядишь нездорово! И вокруг тебя чёрная аура.       — Угу. Угу. Голова как в тумане. Что поделаешь, не все могут противостоять нечисти, как ты.       Лиса покачнулась. Айн обеспокоенно поддержал её и вместе с ней спустился к Яге. Колдунья выглядела не лучше: затуманенные глаза, бессмысленный взгляд и жуткое свечение вокруг головы, чёрное в ночи.       — А, Ворон, — сонно сказала Яга, — вон он, тоже тащится сюда.       Действительно, к ним, пошатываясь, приблизился Ворон. Не говоря ни слова, он опустился на ближайший камень и взялся за голову.       — Всё бессмысленно, — сказал он. — Мы почти умерли.       Айн с тревогой посмотрел поочерёдно на лису, колдунью и воина. Неожиданно он почувствовал, что нужно сделать. Не думая больше, он положил руку на голову лисы и легко впитал чёрную тень, одолевшую Миойи. Потом подошёл к Яге, прикоснулся к спине и мигом всосал в себя черноту из колдуньи. Затем настала очередь Ворона. После этого голова Айна закружилась, и он присел на землю, с трудом разбирая, что говорит ведьма.       — Что ж ты натворил, друид! Нам-то полегчало, а ты сам теперь как? И вон, смотри, идёт ещё одна нечисть, крупнее всех прочих!       Айн тупо уставился, куда указала Яга. Призрак, хоть с виду явно внушительней и материальнее остальных, не потребовал бы труда больше, чем предыдущие, но Айн не мог сосредоточиться ни на чём, кроме мерцающей черноты перед глазами.       — Мне надо поспать, — сказал Айн. — Попросите привидение прийти завтра.       Мелькнула светлая тень. Неведомо откуда появился белый волк, обрушился на призрака и полностью растворил его. Айн с трудом поднял голову и увидел, как Миойи с восхищением смотрит на Белого.       — Как ты вовремя, Хал! — сказала она.       Айн чуть слышно вздохнул и стал засыпать. Последней мыслью было, как глупо он поступил, впустив в себя добровольно поганую черноту, с которой так легко можно разделаться на расстоянии. Вот только…       Темнота.       Айн очнулся и понял, что его кто-то тащит. Он зашевелился, и тут же его поставил на землю Ворон.       — Пришёл в себя, друидище, молодец!       Айн осмотрелся. Холмы впереди заканчивались, чуть дальше во тьме виднелась обширная равнина.       — Да, — кивнул Ворон. — Мы почти перешли через эти дурные горки. Ещё немного. Ты вообще как? На ногах стоишь? Белый чуток тебя подлечил, но выглядишь ты хреновато.       — Спать хочу. Но идти смогу.       Друид побрёл следом за лисой и волком. Под руку его придерживал Ворон. Последний холм, спустились на равнину. Ведьяга достала зеркальце, и через несколько неловких шагов Айн увидел чёрную гладь Блуждающего озера. Кто-то проводил Айна до палатки и помог снять обувь.       Друид уснул моментально.       

* * *

      Айн проснулся в темноте оттого, что ему было трудно дышать. В лёгких не хватало места, и при выдохе внутри ощущалось, будто лопается мыльная пена. Он сел, попробовал отдышаться и тут же схватился за край палатки: резко закружилась голова.       — Паршиво, — пробормотал друид.       — Ты как, Райн? — прозвучал неожиданно рядом голос Миойи. — Можешь не отвечать, вижу, что плохо.       Айн не нашёл в себе сил даже вздрогнуть. Он с трудом повернул голову и различил серебристый облик лисы.       — Что произошло? Где все? Они в порядке?       — Думаю, да. Ведьяга пробовала тебя подлечить, пока ты спал. Сильно утомилась, и Ворон отнёс её в избушку. Там он задержался: судя по всему, нашёл бутыль с самогоном. После чего схватил ржавый топор со стены и побрёл в лес зигзагами. Белый отправился за ним, посмотреть, как бы чего не натворил. Кстати, от Белого, по-моему, было больше толку, чем от колдуньи. Он лишь прикоснулся к твоей груди, и ты задышал ровнее.       Айн поморщился, в том числе от пульсирующей боли в голове.       — Ты нас спас, — продолжала Миа. — Всех, за исключением, может, Хала, он сам о себе позаботился. Теперь главное тебе поправиться поскорее.       — А ты чем занималась? Тоже пробовала меня лечить?.. Мне дышать тяжело, не знаю, что делать.       — Я пока что знаю. Я занималась очень полезным делом: растопила баню. Сама, раз уж Ведьяга крепко уснула. И предлагаю пойти погреться. Будет лучше. Не спорь, всё равно сил у тебя нету. Обопрись мне о спину… Вот так.       Айн мысленно пожал плечами, кое-как выкарабкался из палатки, встал на ноги и пошатнулся. Он вцепился в серебристую шерсть. В голове чуть прояснилось. Сидя, а тем более стоя, дышалось свободней.       С помощью лисы друид доковылял до небольшой бревенчатой бани позади избушки колдуньи.       — Спасибо. Дальше я сам. Мне уже полегче. Голова меньше болит.       — Уверен? Точно? Ну ладно.       Айн вовсе не чувствовал себя лучше, но не идти же в баню с Миа! Он кое-как разделся в предбаннике и отворил липовую дверь: из полумрака пахнуло паром.       Новенькая парилка манила расслабиться. Под потолком висел пучок полыни и мяты, в дальних от чугунной печи углах, на высоких полках стояли свечи. В жёлтом тазике предусмотрительно была налита тёплая вода, рядом лежал тёмный небрежно кованный ковшик.       Айн действительно почувствовал себя лучше. Он посидел на полке, поддал пару, полежал, прикрыв лицо полотенцем, потом хорошенько помылся и снова уселся на полок. Из приятной жары не хотелось выходить. Голова почти прошла, лишь дышать всё ещё было тяжело, особенно лёжа.       Тут распахнулась дверь, и в парилку завалилась Миа.       — Привет, Райн.       Она запрыгнула на соседний полок и разлеглась, свесив хвост.       — Не дождалась своей очереди? — проворчал Айн, прикрываясь полотенцем.       — Очереди? — удивилась Миа, приподняв голову. — Тебе места мало? И кто бы тебя попарил, если не я?       — Да я как бы стесняюсь, — сказал Айн. — И я помылся уже.       Серебристая лиса внимательно на него посмотрела и довольно зевнула.       — Немного полегчало? А Ведьяга говорила, что жить тебе осталось максимум часов пять. И половина из них уже прошли.       — Что-о?!       Айн соскочил с полка, полотенце упало на пол. Лиса кивнула и в свою очередь поднялась на ноги.       — Я думаю, худшее позади, — сказала она. — Но нужно кое-что сделать.       С деловым видом она набрала в опустевший тазик тёплую воду. В лапе её материализовалась голубая губка-мочалка и следом небольшой белый пузырёк, содержимое которого Миа нанесла на губку. Айн наблюдал, скрестив руки на груди. Лиса покосилась на него.       — Уже не стесняешься? Расслабься немного.       Она вспорхнула на полок позади Айна и принялась намыливать ему шею.       — Пахнет астрами, — вырвалось у друида. — Но мне бы хотелось понять…       — А то! — перебила лиса. — Не вертись, пожалуйста.       Она продолжила тщательно тереть Айну спину.       — Ты впитал чёрную гадость, что мы понабрали от призраков с того холма, — сказала Миойи, не дав Айну заговорить в очередной раз. — Она всё ещё внутри тебя. Мне пришло на ум, что и я на что-то сгожусь.       — Пришло на ум! — воскликнул Айн. — Я думал, ты точно знаешь, что делаешь.       — В чём можно быть уверенной наверняка?.. Подними-ка лапу.       — Щекотно! И ты думаешь всерьёз, что простое мытьё простой мочалкой поможет? И я же сказал, что только что помылся сам.       — Не сердись… Да, поможет, правда, наверняка будут и побочные эффекты.       — Какие?       — Позже. Мне нужно сосредоточиться.       — Но…       — Раз ты так кстати открыл рот, то… — Тут Миа ловко сунула мочалку Айну между зубов и несколько раз провела, перед тем как он начал отплёвываться.       — Тьфу! Горько.       Не добавив ни слова, Миойи продолжила тщательно орудовать мочалкой, не пропуская ни сантиметра раскрасневшегося тела друида.       — Зачем ты так долго трёшь мне поясницу?       — У тебя, извини, там чуть больше жира, чем тебе самому нравится.       — Хочешь сказать, это поможет?       — Ну… немного. Незначительно, но явно тело станет подтянутей.       Айн продолжил ворчать про себя, больше для порядка, но вскоре понял, что тело наполняет бодрость, в голове яснеет и дышится удивительно легко.       Миойи отложила мочалку, оглядела Айна с макушки до пят, удовлетворённо кивнула и вылила ведро холодной воды ему на голову.       — Бр-р! — сказал Айн, отфыркиваясь. — Теперь моя очередь. Давай я намылю тебе спину.       — Не нужно! — запротестовала Миойи. — Я мыла её в прошлом году, летом. И я стесняюсь.       — Вот как!       — А вообще, — сказала Миа, — теперь стоит попариться. Вот веник, а ты можешь лечь на полок.       — Не логичней ли было сначала париться, а потом мыться мочалкой?       — Гм. Возможно, ты прав. Я не сильно в этом разбираюсь. — Миойи хорошенько поддала кипяток на камни.       Через десять минут друид и лиса сидели в предбаннике и пили чай из липового цвета и кипрея, который Миа захватила с собой.       Лицо Айна окончательно прояснилось, но на нём читался вопрос. Миойи подмигнула Айну.       — Ты хотел посмотреть на лисью магию, будем считать, что это она и была!       — А побочные эффекты? — напомнил Айн.       Лиса пожала плечами.       — Во-первых, тебе теперь можно не мыться как минимум год. Чистить зубы тоже не обязательно. И носки не менять! Хотя ты и так забывал.       — Ого!       — Далее, не исключено такое… между тобой и мной. Можем мысли чувствовать на расстоянии и посылать друг другу образы. И очень сложно что-то друг от друга скрыть. Кстати, я попрошу никому не говорить об этом. Нет никакого желания работать банщиком и лечить так кого-то ещё.       — Даже Белого? — вырвалось у Айна.       Миойи внимательно посмотрела на него и фыркнула.       — Да, даже Хала. Но я вижу недоумение и досаду на твоей красной физиономии. Я не знаю, как к нему отношусь. Он… странный. Не такой. И я его боюсь. Ну, немного. — Лиса замолчала и уткнулась в кружку.       Айн мысленно выругал себя за несдержанность и сменил тему:       — Что-то я не вижу, что стал стройнее или мышцы выросли.       — А ты утром посмотри. Пока рановато… Погоди, не одевайся, осталось ещё кое-что.       Миа подошла к двери и высунула нос на улицу.       — Никого, — сказала она. — Только Яга посапывает у себя в кровати. Предлагаю окунуться в озере. Сейчас на пользу будет особенно.       Айн замотался полотенцем и вышел вслед за лисой на берег в прохладную ночь.       — А вдруг увидит кто? — с сомнением проворчал Айн.       Миа хихикнула, лапой сорвала с него полотенце и несильно, но ощутимо цапнула острыми клыками пониже спины, так что Айн подскочил — а Миойи уже запрыгнула в воду с лёгким всплеском.       — Уши откручу! Догоню только! — прошипел друид и нырнул следом за ней.