Часть 1

– Ну, что там происходит? – Наши играют французскую жизнь... – Да, искусство в большом долгу... (с)

– Я тебя правильно понял, вы не только никуда не уезжаете, но и хотите остаться именно здесь? – сил удивляться у Люциуса Малфоя уже не было. Снейп медленно кивнул. – Но зачем?! Почему? – Мы можем переехать в другой дом, если захочешь. Но только с тобой, – примирительно заметил Снейп и улыбнулся. – Я-то вам зачем? – наконец изумился Малфой. – Какая в этом радость? – Будешь все время на глазах, – ответил старинный друг. Подумав, добавил: – Так спокойней. – О, Мерлин! – Он тоже так считает. – Ты с ума сошел? – Это ты у нас с ума сошел, жениться на Рите Скитер. А Мерлин – почтенный потусторонний, с большим авторитетом, дух. Полагаю, что он бы на ней ни за что не женился. – Сумасшедшие, – Малфой прикрыл глаза. – Сказано быть на виду – будешь на виду. Цисса извелась, совсем места себе не находит, – Снейп нахмурился. Малфой усмехнулся. – Мэгги узнает – в обморок хлопнется. Дьявол, – с досадой заметил он, потому что любимое кресло казалось ему сегодня особенно жестким. – Ох! Он достал из-за спины волшебную палочку. – Когда ты перестанешь кругом разбрасывать служебные вещи? Вот зачем тебе в моем кресле волшебная палочка? Очень странная к тому же. – Она недоделанная, – Снейп отобрал из сопротивляющихся рук Малфоя артефакт.– По сути это еще футляр, а не волшебная палочка. И тебе бы в руки я ее не давал. А вдруг взорвется? – Ты полагаешь? – Малфой задумчиво закусил губу. – Это конец, как ты думаешь? – По-моему, это начало чего-то нового. Как всегда, – пожал плечами Снейп и спрятал футляр в карман. – А что думает Цисса? – Готовится к свадьбе, о чем она еще может думать? – равнодушно ответил Северус, как будто свадьба не имела к нему никакого отношения. Люциус мрачно проворчал: – Еще не износив башмаков мужа… – Каких башмаков? Она же в твоих ботинках утонет. Это какая-то аристократическая традиция? Хотелось бы быть в курсе. – Да так. На ночь читаю глупые маггловские книжки. Последние два дня – просто ужасы какие-то, – Люц вздрогнул. – И откуда ты их только берешь? – Мэгги меня просвещает. – Ах, Мэгги… – Что значит «ах»? Просвещает и все. Был недавно на одной лекции по магическому стихосложению в качестве мецената. Заснул с открытыми глазами. Мэгги страдала. Пришлось купить ей бриллиантовое ожерелье. Кажется, успокоилась. Кстати, она сейчас о тебе пишет. Люциус расцвел, Снейп помрачнел на глазах. – То есть как это пишет? – Просто. Вдохновенно! – развеселился хозяин дома. – Кстати, я тут подумал, раз вы остаетесь, то пусть и Мэгги здесь поживет. Заодно ей будет легче писать о тебе книгу. – Что?! – А что? Будешь все время на глазах. Человек, который выжил, не каждый день встречается на улице. Заодно подкорректируешь ее творчество. Я почитал немного – волосы дыбом встали. А ведь это было только оглавление. Малфой довольный сидел в кресле и покачивал ногой в ботинке. – Хм, оглавление, говоришь?.. А как же Цисса? – Я не буду мешать готовиться к свадьбе, буду у тебя на глазах, а творчество Мэгги будет создаваться у тебя на глазах. Соглашайся. Тебе понравится. Мерлин подтвердит! – Что это ты так ухмыляешься? – Может получиться что-нибудь очень забавное, ты так не считаешь, Сев? – О, Мерлин! – Снейп выскочил из комнаты. – Привет передавай от меня авторитетному духу!

~**~**~

– О, добрый вечер, мистер Снейп, – Рита Скитер весьма любезно улыбнулась. Снейп тут же скривился, как от зубной боли. – Можно просто Северус, – «Вот до сих пор не могу понять, где были глаза у Люциуса, когда он позарился на этого тарантула в юбке». – Окей, Сев! Снейп вздрогнул. – Я очень рада была узнать, что ты согласился на это интервью. Всего пара ничего не значащих вопросов и все. Это не больно, я уверяю, можешь спросить у Люциуса. Как случилось, что вы с Циссой теперь вместе? – Рита-Мэгги подмигнула довольно фамильярно. – И на это я должен отвечать? – Снейп приготовился к круговой обороне молчанием. – Мы же договорились, – Рита вздохнула. – Если бы каждый говорил все как есть, мне не пришлось бы додумывать пикантные факты. Это же так просто! Сев, в твоих интересах рассказать мне все. – Как тебе теперь известно, Люциус после Азкабана стал почти сквибом. Мэгги кивнула, но тут же ткнула пером в сторону Снейпа. – Временно стал сквибом, мой дорогой! И, к сожалению, я об этом раньше ничего не знала. – Хорошо, если тебя это успокоит, временно – лет на восемьдесят. Рита нахмурилась: – Но-но! Бедняжка. Снейп вздрогнул, потому что не ожидал услышать такого искреннего всхлипа. Рита промокнула платком глаза, сделала пару дыхательных упражнений. – Впрочем, во всем остальном он в полном порядке, – бодро закончила она. – Особенно в том, что касается его денег, – тихо проворчал Снейп, ухмыляясь. – А кому они могут помешать? – она деланно захлопала глазами. – Нас с Люци всё устраивает. А это главное. – Тебя устраивает, – Снейп внимательно рассматривал свои пальцы. – Не вижу причин обижаться. Ты сам к его жене клеился. И успешно доклеился до половины состояния Люци! Как жаль, что меня не было при разводе. – Глаза Риты воинственно загорелись. – Мы еще бы повоевали! Это Цисса всю жизнь платила бы алименты Люци, как инвалиду магической войны. – Не хватила ли ты через край, дорогая? – за спиной собеседников стоял обиженный Люциус Малфой. – Что ты, котеночек! Мы просто обсуждаем прошлое Сева! «Котеночек! Точно идиот!»

~**~**~

Люциус Малфой замер в неудобной позе у столика с графином и испепелял его взглядом: «Ну?!» Графин гордо молчал. – Тварь, – прошипел он и налил из графина в бокал. – Вода? Ну что это за жизнь? И он с тоской взглянул на закрытый на все замки старинный буфет.

~**~**~

– …певчие будут, а также… – Нарцисса Малфой делала аккуратные пометки в списке гостей, приглашенных на свадьбу. – Цисса, а зачем вам певчие? Твоему Северусу это не понравится, – убежденно заявила Мэгги. – Ты думаешь? – Цисса засомневалась. – А Люциусу бы понравилось. Рита нахмурилась: – При чем тут Люци? Ты же не за него замуж собралась выходить или?.. Или я чего-то не знаю? – Мэг, да ну тебя, нет, конечно. Я так волнуюсь, так волнуюсь! В последнее время он такой нервный и постоянно в плохом настроении, – Цисса отложила список в сторону. – Ну, ему это по характеру положено, – ехидно добавила Скитер. – Люци? – удивилась Нарцисса. – Вот Мерлин! Да при чем тут Люциус? – вскипела наконец собеседница. – Но он же переживает, волнуется. Я надеюсь, – Нарцисса улыбнулась. – Хм. – Ой, когда ты хмуришься, ты так на него становишься похожа, – умилилась будущая миссис Снейп. Скитер осторожно уточнила: – На Люца? – Да на Северуса, конечно, – обиделась Нарцисса. – С вами не соскучишься, как я вижу… – Ну вылитая!

~**~**~

Они оба удобно расположились у камина. Рядом с воздушной прической Риты порхало самопишущее перо, бриллиантовая нить на ее стройной шее мерцала в свете камина. Собеседник сидел, вытянув ноги, утопая в широком кресле. «И ведь нарочно так сел, чтобы лица не было видно, против света!» – Ну что ж, начнем? Собеседник промолчал. Вероятно, он вздернул бровь вверх или скривил губы, но разглядеть все это не было никакой возможности. – Как же у вас с Циссой дошло до всего этого? – Э-э, Маргарет… – Мэгги. – Мэгги, это так необходимо? – голос был грустным и глухим. – Глава шестая по моему плану, – Рита сверилась с блокнотом. – Пардон, уже девятая. Твои рассказы о жутком детстве украсили три главы. Читатели непременно обольются слезами, я тебя уверяю! Из глубин кресла раздался вздох. – Началось все это, когда Люциус попал в Азкабан. Чтоб его черти защекотали, – проворчало кресло. Рита сделала стойку. – Да? – До этого я, э-ээ, долгое время присматривал за Люциусом и поэтому решил, что теперь смогу немного отдохнуть. Но не тут-то было. Оказалось, что приглядеть за его сыном совершенно некому. Идея привлечь к этой проблеме меня была подана сестрой Нарциссы. И я даже знаю, с какой целью. Она думала, что я откажусь. Каково же было ее разочарование, когда я согласился. При этом Белл все равно осталась в выигрыше, потому что могла поливать меня грязью перед сестрой в любое время суток. А я даже ответить не мог. Такая была склочная баба… Ее бы таланты да на укрощение драконов. – Белл – это Беллатрикс Лестранг? – Ты знаешь другую Белл? – кресло ехидно хмыкнуло. – А Цисса говорила, что это была ее идея. – Общий план идеи был ее. А исполнение – в редакции ее сестрицы, – кресло каменно замолчало. – То есть? – Скитер замерла в предвкушении сенсации. – Родовое заклятие. Вариаций много, а исход один. По-моему, моего честного слова было достаточно, – слегка обиженно заявило кресло. – Так ведь нет, Обет им подавай. Рита заерзала в кресле. «Вот дают!» – И в этом была «редакция» Белл? Странная особа, она не знала, что Обет неснимаем? И имеет определенные последствия? – Знала, конечно. Не смеши меня. Именно того она и добивалась. Скитер нахмурилась. Все очень просто объяснялось. И никакой сенсации. Кресло, помолчав, наконец-то сообщило кое-что интересное: – А еще мы выпили. Много. В общем, этого точно не нужно было делать. – А! – Что ты радуешься? Расскажешь всем – убью. Лорд когда-то Поттеру всё растрепал. Мало ли что у меня в голове вертится, когда он показания снимает с подчиненных? Может, я вру нагло… – кресло впало в меланхолию. – И ты после этого? Ну?.. Кресло рассмеялось неприятным смехом: – После этого я должен был жениться, как честный человек. Беда в том, что обе уже были замужем. Поэтому от честного поступка я решил воздержаться. Слава Мерлину. Рита сияла, ожерелье тоже. Кресло впало в благодушное настроение. – Подробности ты мне расскажешь позже, а пока объясни, Сев, пожалуйста, а зачем ты приглядывал за Люциусом до Азкабана? Кресло поперхнулось кашлем.

~**~**~

Люциус Малфой сидел в кабинете в обществе бутылки вина, разговаривая с отцом. – A не хлопнуть ли нам по рюмашке? – Люциус показал взглядом на бутылку. – Заметь, не я это предложил. Но ты же знаешь, что я не могу? Впрочем, пододвинь ближе, просто полюбуюсь, – ответил приятный низкий голос. Портрет Абраксаса Малфоя усмехнулся. Сын усмехнулся в той же манере. Они рассмеялись. – Кстати, я придумал! Никуда не уходи, я сейчас вернусь. – Куда ж я отсюда денусь, – сварливо заметил портрет, провожая взглядом выбегающего из кабинета легкомысленного сына.

~**~**~

В гостиную влетел Люциус Малфой и, не обращая внимания на застывших в креслах людей, остановился у галереи портретов. Полсекунды подумав, он выбежал из комнаты, вернулся со стулом в руках и полез за самой верхней картиной, рискуя упасть в любую минуту. – Сев… – Тссс, – кресло зашипело. – У. – Дьявол! Кто ж эти рамы так делает? И сразу не снимешь …– и Малфой вылетел из гостиной. – Сев, а может, мне следом пойти, посмотреть, что с ним? – Рита заметно растерялась. В кресле пожали плечами. – Не думаю, мне кажется, ему нужно побыть одному. Зачем ему картина – не знаю, но так, видимо, задумано. Рита кивнула.

~**~**~

– Ну вот. Тебе нравится? – Люциус наблюдал, как портрет отца разгуливает в фамильном натюрморте, написанном когда-то его прапрабабкой, знаменитой в семействе своим мезальянсом с каким-то проезжим рыцарем. Веселая была женщина. И выпить хорошего вина тоже любила. – Вкусное, – одобрил выбор сына отец. – Я и не сомневался.

~**~**~

Нарцисса заглянула в кабинет мужа и застала идиллическую картину – он дремал в кресле, закинув ноги на стол. Хмыкнув, она удалилась.

~**~**~

– …когда Люциус вернулся из Азкабана, Лорд с Упивающимися поселился в Малфой-мэнор. Нарцисса из сил выбивалась, пытаясь эту ораву приструнить, хоть и не без успеха. Но тяжелей всего ей было с Люциусом: палочки нет, от любой тени шарахается, если думает, что его никто не видит, из рук у него все валится. Лорд на нервы капает, сын бледный, плохо ест, сестра с ума сходит быстрыми темпами, и все худеют прямо на глазах. Одно время Люци пытался пользоваться беспалочковой магией. Меня постоянно по камину вызывали: он ломает, я чиню; он ломает, я чиню. На Циссу без слез смотреть было невозможно: такая женщина из сил выбивается. В конце концов она взяла себя в руки и сказала: «Вот что, Северус, оставайтесь». – А ты? – И я остался. Рита еле сдержала смех и зашуршала листочками блокнота. Перо зависло в воздухе. Кресло молчало.

~**~**~

– Я теперь колдовать по-настоящему не могу, палочки нет. Но не до смеха было, когда мы сыну невесту сватали. Это был номер, – Люциус захихикал. – Никогда еще себя таким глупым и несчастным не чувствовал. Гринграссы эти, хоть и мелкая сошка, а чистокровней их еще поискать нужно. А если бы им сказали, что их будущий свояк – почти что сквиб настоящий, их бы удар хватил. – Ай-ай-ай. – Не смейся. – Тебя бы раньше от такого тоже удар хватил. Так что не зарывайся. – Отец, ну не начинай сначала. Там была одна проблема: договор о помолвке скреплялся магическим способом родителями с обеих сторон. Я, как ты понимаешь, тогда этого сделать не мог. – Вы подделали договор? – Ну почему же сразу подделали? – Люциус взмахнул руками, бокал чуть не соскользнул со стола. – Модифицировали. Портрет пристально посмотрел на краснеющего сына и покачал головой: – Прости, но что-то я не очень верю. – Ладно, угадал. Тогда мы смухлевали. Но сейчас мы этот факт исправляем. Я надеюсь. Портрет посмотрел вверх, потом в сторону: – Я так понимаю, без Северуса тут не обошлось? Малфой-младший кивнул. – И тебе не стыдно? Малфой машинально кивнул головой: – Нет, то есть да! Стыдно! Почти. – Как был поросенком, так и остался. Ты хоть понимаешь, что Северус тебе просто отказать не мог? – Понимаю. – Ты никогда не задумывался, почему он всегда за тобой ходил, помогал, из всяких неприятностей вытаскивал? – Я обаятельный, – без всякой задней мысли брякнул Люциус. Затем усомнился: – А может, он дурак? – А может, ты? – Папа! – Сын!

~**~**~

– Значит, на тебе было сразу два обета? – Что значит сразу? Постепенно, и не два, а три. Или четыре, я уже не помню. – Какая прелесть! – Один Поттеров – его папаша имел наглость спасти мне жизнь. – Действительно наглость! – ехидно заметила Рита Скитер. – Я его не просил, – процедило кресло сквозь зубы. – Один я сам дал по глупости и до сих пор жалею. – А кому дал? – Малфою. Люциус тогда жениться собрался. Вот я Малфою и подвернулся в недобрый час под руку. – А третий? – Цисса с Беллатрикс довели до обета помогать Драко и быть с ним рядом. – И все обеты вечные? – Да. – А если ты их не сдержишь? – То я умру. – И до сих пор не умер? – удивилась Рита, самопишущее перо замерло над блокнотом. – А с чего умирать? Я их все выполняю, – раздраженно бросил Снейп и встал из кресла. – На сегодня сеанс закончен. Прошу прощения. И он вышел.

~**~**~

– Цисса, как ты с ним живешь! С ним же невозможно разговаривать! Все из него нужно вытаскивать клещами, – Рита Скитер недовольно стучала пером о журнальный столик. – Да что ты говоришь, за Люци я такого не замечала. По-моему, ему нужно иногда хоть немного помолчать. – Да какой Люци! Северус. – Он еще и разговаривает? Ну, ты меня удивляешь! – Лучше расскажи, как вы Драко женили. Нарцисса расплылась в улыбке: – Вот с этого и нужно было начинать. Пришел однажды к нам нотариус от Гринграссов, подписать одну пустяковую бумагу – договор о помолвке. Ну, Люци договор взял, прочитал и побледнел. А нотариуса под благовидным предлогом домой отправил. Отравился он чем-то там, точно не помню. Пошел Люциус на мою половину Северуса искать. А его дома нет, он на работе в поте лица волшебные палочки творит. Золотые руки оказались! – Да что ты говоришь, ну надо же, – скептически заметила Рита. – Чистая правда. Олливандер не нарадуется. Северус недавно экзамены на лицензию сдал, теперь может сам дело открывать. Но пока в долю к Олливандеру вошел. И что его на этих старых магов тянет? Ностальгия? Хочу, говорит, такую палочку сделать, чтобы последний сквиб ею пользоваться мог. – Маньяк какой-то. – Не без этого. Тебе про договор рассказывать или про маньяков поговорим? – Цисса, конечно, про договор! – Вызвали Северуса с работы, стали совет держать. Скитер представила себе эту картину и рассмеялась. Цисса усмирила ее взглядом. – Ну? – Да я ничего! Продолжай. – Подумали мы, подумали. Позвали нотариуса снова. И Гринграссов этих. Подписали бумаги, и все остались довольны. – Не поняла. – Подписали бумаги. И все довольны, – значительно протянула Цисса и прикрыла глаза. – То есть… вы что ж это, оборотным зельем воспользовались? – ахнула Рита. – Так ведь… Так ведь тогда по закону брачный контракт Драко будет недействителен? А… А как же? – Ну, – Цисса задумчиво закусила губу. – Если бы у Драко не родился ребенок, то мы со спокойной совестью могли бы этот контракт опротестовать. В беспамятстве были, захлопотались, у аристократов свои маленькие странности. Да мало ли что? А так – внук у нас уже есть. Поэтому все довольны. – Но контракт недействителен? – Когда мы с Севом поженимся, станет действительным дальше не куда. В каком-то смысле он станет официально отцом Драко. Хотя до этого он им уже был по данному обету. – Это который вы с Белл придумали? – Конечно. Ведь смысл обета именно в том, что бы кто-то занял родительское место. Рита с сомнением взглянула на Нарциссу Малфой. В благоразумии этого семейства у нее возникали все большие сомнения.