Глава 13.

      Мы снова ворвались на фуд-корт, и воздух здесь показался тяжелым, пропитанным запахом страха. Майк ходил взад-вперед, крича в рацию: «Сладкоежки, повторяю, нам требуется срочная эвакуация, приём!» Лукас неподалеку тренировался с рогаткой, целясь в консервную банку на прилавке. Оди сидела на скамейке, бледная, наблюдая за ним. Нэнси подошла к охраннику, что лежал без сознания, деловато вытащила из его кобуры пистолет, вынула магазин, проверила патроны и щелкнула его обратно на место. — Ты убьешь его? — спросила Макс, глядя на пистолет в руке Нэнси. — Просто меры предосторожности, — ответила та.       А если Билли умрет? — пронеслось у меня в голове. Мы встречались. Я хотела его бросить, но все так сложилось. Он был грубым, эгоистичным, но иногда в его глазах я видела что-то другое. Что-то сломанное. И мне было его жалко. Убийство Билли — это не просто убийство монстра. Это будет конец того парня, которого я едва узнала. Это будет моей виной. — Это не лично для Билли, — сказал Уилл, словно читая мои мысли. — Если он знает где мы, то и Истязатель тоже. — Сладкоежки, повторяю, нам требуется срочная эвакуация, прием! — не унимался Майк.        Нэнси кивнула на разбитую рекламную машину. — Эта колымага точно не поедет? — А этого и не нужно, — сказал Джонатан. — Билли забрал кабель зажигания из машины. Достанем его из развалюхи.       Я, Лукас, Макс, Майк, Нэнси и Джонатан подошли к машине. Она лежала на боку, облокотившись на прилавок пиццерии, как мертвый зверь. Мы перелезли через нее, упираясь ногами в скользкий пол, и начали толкать. Напряглись все вместе. Машина лишь жалобно скрипнула и сдвинулась на пару сантиметров. Мы толкали, а я думала, какая же мы нелепая команда. Шесть подростков, пытающихся сдвинуть с места тонну металла, пока в подвале торгового центра русские пытаются уничтожить мир, а на улице за нами охотится мой бывший парень, ставший ходячим оружием.       К нам подошли Оди с Уиллом. — Давайте я попробую, — тихо сказала Оди. — Оди… — начал Майк. — Я смогу, — перебила она, и в ее голосе была сталь.        Мы отошли. Она направила руку на машину, сосредоточившись. Лицо ее исказилось от напряжения. Она протянула руку, пальцы дрожали. Но ничего не происходило. Машина не шелохнулась. Я видела, как в ее глазах мелькнул ужас. Сила, ее единственное оружие, предала ее в самый нужный момент. Оди опустила руку, ее плечи поникли.       И тут из рации донесся голос Дастина, полный помех: — Лысый орлан, как слышно? Это Сладкоежки!       В рации у Мюррея что-то зашипело, и он тихо пробормотал: — Я на связи, прием. — Позывной? — не расслышал Дастин.       Мюррей, очевидно, не очень гордый своим позывным, заорал в рацию так, что мы все подпрыгнули: — ЛЫСЫЙ ОРЛАН! ЭТО ЛЫСЫЙ ОРЛАН!       Я усмехнулась. Бедный Мюррей, наверное, «очень рад» своему новому имени. — Вас понял, Лысый Орлан. Режим радиомолчания. Отбой, — сказал Дастин.       Мы переглянулись и тихо рассмеялись. — Ладно, давайте дальше толкать, — сказала я.       Мы снова взялись за машину. Мы толкали, пинали, пытались раскачать. В отчаянии мы даже отвинтили ножки от стульев и пытались использовать их как рычаги. Наконец, с последним общим усилием, с громким скрежетом, машина подалась. Я стояла, положив руки на колени, и тяжело дышала. Мышцы горели. Я физически слаба. Нужно было начать заниматься спортом, а не сидеть вечерами за сигаретой. Но сейчас об этом думать было не время.       И тут я услышала звук. Тяжелый, ритмичный, как гигантские шаги. Медленно разогнулась, думая только одно: «только не он». Я подняла глаза вверх. Через стеклянный потолок фуд-корта я увидела его. Истязатель. Он был здесь. Он нашел нас. — Нэнси! — закричал Майк.       Я схватила Оди за руку и потащила за собой. Майк бежал рядом. Макс бросилась за нами. Мы спрятались за стойкой пиццерии, замирая в тени. И тут стекло на потолке с оглушительным треском разбилось, и с грохотом, сотрясая весь этаж, рухнул Истязатель. Я закрыла глаза и молилась. Молилась, чтобы он не нашел нас. Чтобы он не нашел Оди. Я чувствовала ее дрожь рядом, слышала ее прерывистое дыхание. Мы были крысами в ловушке, а в нашу клетку только что запустили тигра.       Истязатель ходил по фуд-корту, и его шаги отдавались гулким стуком по всему телу. Он ревел, и звук был похож на скрежет металла и крики тысяч мучимых душ. Из рации донесся панический, неразборчивый крик Дастина, а затем рация ударилась о стену и разбилась вдребезги. Все. Мы точно в ловушке. Нас не спасут. Связи нет.       Майк выглянул из-за стойки. Мы все тяжело дышали, пытаясь не издавать звуков. — Он отвернулся. Нужно проскочить на лестницу, — прошептал он. — Оди не может бежать, — сказала я. — Придётся, — отрезал Майк. — Есть другой способ выбраться, — тихо сказала Оди. — Через магазин. — Бежим! — скомандовал Майк, схватив Оди за руку.       Мы побежали в ближайший магазин одежды. Но Оди спотыкнулась, и ее нога подогнулась. Она сбила манекен, который с глухим стуком рухнул на пол. Истязатель тут же развернулся и начал идти к нам, его шаги становились все громче. — Вот чёрт… — прошептала я.       Мы спрятались за кассой. И тут прямо перед нашими ногами упал еще один манекен. В точно такой же одежде, в какой была Оди. Желтая рубашка, чёрные джинсы. Моя кровь застыла. Он знает, как она выглядит. Он охотится на нее.       И тут послышался тихий хлопок, словно лопнул воздушный шарик где-то в углу фуд-корта. Истязатель замер, затем развернулся и пошел на звук. Я встала и потянула Майка за руку. Он тащил Оди. Мы тихо, на цыпочках, забежали в запасной выход магазина. Оди еле шла, ее лицо было белым как мел. Мы с Майком взяли ее под руки, почти неся ее, и наконец добрались до двери, которая ведет на улицу.       Мы вышли. И там, под тусклым светом фонаря, стоял Билли. Он просто стоял, смотрел на нас. У меня перехватило дыхание. Он не дал нам уйти. Он загнал нас обратно в пасть монстра, чтобы мы не убежали. — Чёрт! Назад, бежим! — закричала я.       Мы развернулись и побежали обратно, в служебный вход. Мы добежали до лифта, и Майк начал судорожно жать на кнопку. — Ну давай же!       Послышались шаги за спиной. Мы обернулись. Билли шел к нам, его лицо было искажено злобой. Макс шагнула вперед, встав между ним и нами. — Билли, ты не должен это делать, — сказала она, голос ее дрожал. — Ты — Билли Харгроув. Ты живешь на Черри-Лейн, 4818. Билли, я — Макс. Твоя…       И тут Билли дал ей пощечину. Сильную, резкую. Макс отлетела назад, ее голова мотнулась, и она обмякла, падая на пол. Майк бросился на Билли, но тот с легкостью отбросил его в стену. Я выступила вперед, загораживая Оди. — Билли, не… — начала я, но он занес руку. И мир перед моими глазами стал темным.

***

       Я очнулась от боли. В ухе звенело, и я не знала, сколько так пролежала. Силы не было. Рядом лежали в отключке Майк и Макс. Оди не было. Билли тоже. Я попыталась собрать мысли, но они были разорваны, как лоскуты ткани. Что произошло? Где Оди? Где Билли? И почему я чувствую этот страх, этот ужас, который сжимает мне горло?       Я начала ползти. Силы идти не было. Я ползла к выходу на фуд-корт. Каждый сантиметр был борьбой. Тело болело, мышцы протестовали, но я продолжала. Я должна была найти Оди. Я должна была узнать, что произошло. Убедиться, что с ней все в порядке. Пол был скользким, и я чувствовала, как мои ладони скользят по чему-то липкому. Кровь? Масло? Я не знала. Я не хотела знать. Я просто ползла, пока не достигла двери. Она была приоткрыта, и через щель пробивался тусклый свет. Я толкнула ее плечом, и она с протяжным скрипом открылась.       Я уже попыталась встать и шла, облокачиваясь на стену. Вышла и увидела, что Оди лежала на полу. Над ней навис Билли. Сзади них стоял Истязатель. Его огромная тень падала на стены, создавая жуткие, искаженные тени. Я хотела побежать, но кто-то сильно схватил меня за руки и притянул к себе. Я обернулась и увидела, что это Стив. Его глаза были полны решимости и страха.       «Что происходит? Что Билли делает? Все ли в порядке с Оди?» — пронеслось у меня в голове. Я начала вырываться, но Стив еще ближе притянул меня к себе. Его рука была твердой, но в ней была нежность. Он не хотел меня отпускать. Он знал, что это опасно.       Билли встал и повернулся лицом к Истязателю. Тот зарычал, и звук был похож на скрежет металла и крики тысяч мучимых душ. Он выставил из пасти щупальце, которое блестело в тусклом свете. Билли вскинул руки, сдерживая его. Я дернулась, начала вырываться, но Стив еще крепче обнял меня. Билли кричал от боли. Его лицо было искажено мукой. Щупальца Истязателя впивались в его тело, поднимая его в воздух. Руки Билли опустились, и его тело обмякло в руках монстра. Я замерла, открывая рот. Слезы молча стекали по щекам. И тут Истязатель выставил щупальце прямо в грудь Билли. Макс крикнула истошно: —Билли!       И Истязатель опустил его на пол.       Я должна была остановить это. Я должна была сделать что-то. Но я не сделала ничего. Я просто стояла и смотрела, как он умирает. Истязатель заревел и завалился на бок. Майк побежал к Оди. Стив отпустил меня, и я побежала к Билли. Он лежал, не шевелился, с открытыми глазами. Из него сочилась черная жидкость, которая стекала на пол, создавая лужи. Он судорожно дышал. Я села на колени и взяла его за руку. Его кожа была холодной, липкой. — Билли, пожалуйста, не умирай. Пожалуйста, останься со мной. Я знаю, что ты не хотел этого. Ты не хотел быть таким. Пожалуйста, Билли, останься. Я не хочу, чтобы ты умирал. Я не могу потерять тебя. Не сейчас. Не так. — умоляла я, рыдая.       Медленно подошла Макс и села на пол рядом с нами. Она обняла Билли, плача. Билли очень тихо произнес: — Шарлотта… Макс… Простите…       И он перестал дергаться и дышать. Его глаза стали стеклянными.       Он умер. Билли умер. И это моя вина. Я должна была остановить это. Я должна была сделать что-то. Но я не сделала ничего. Я просто стояла и смотрела, как он умирает. И теперь он мертв. И я не знаю, как с этим жить. Я не знаю, как я буду жить без него. Он был частью моей жизни. Частью моего сердца. И теперь его нет. И это моя вина.       Я глянула на его безжизненную руку, на которой был браслет, который я подарила ему на день рождения. Я зарыдала. Я ничего не слышала. Макс рядом тоже плакала и что-то говорила, но я не могла понять слов. Я винила себя. Я винила всех вокруг. Я винила мир. Я винила судьбу. Я винила себя за то, что не смогла его спасти.       Сзади к Макс подошла Оди и обняла ее. Сзади ко мне подошел Стив и обнял меня. Я обняла его, зарылась носом в его футболку и рыдала. Я рыдала, как никогда раньше. Я кричала. Стив держал меня, гладил по спине, шептал что-то, но я не могла понять слов. Я была в трансе. Я была в шоке. Я была в отчаянии.

***

       Мы сидели на земле на улице. Шёл дождь. Стив сидел рядом и гладил меня по плечу. Он что-то говорил, но я не слышала. Старкорт начал гореть. Пламя лизало окна, создавая жуткие отражения на мокром асфальте. Я была будто в другом мире. Приехали пожарные, скорая, военные. Меня укутали в одеяло, но я не понимала, что происходит. И тут я увидела Джойс. Она была в русской военной форме. К ней подбежал Уилл, они обнялись. Я глянула в глаза Джойс. Она лишь заплакала. И тут я поняла, что отца больше нет.       Это невозможно. Это бред. Отец не умер. Он не мог. Он не мог бросить меня. Он не мог бросить Оди. Это невыносимо. Это невозможно. Это бред. Отец не умер. Он просто не мог. Он не мог бросить нас. Он не мог. Мысли крутились в голове, как карусель.       Стив рядом обнял меня, но мне было все равно. Слезы снова покатились по щекам, но сил кричать не было. Я молча достала из кармана пачку сигарет, достала одну и закурила. Закрыла глаза и курила. Дождь стекал по моему лицу, смешиваясь с слезами. Я была в шоке. Я была в отчаянии. Я была в бреду. Я была в аду. И я не знала, как выбраться отсюда.       Вокруг меня был хаос. Крики, плач, шум машин, треск пламени. Но все это было где-то далеко, как в другом измерении. Я была здесь, но не здесь. Я была жива, но мертва. Я была цела, но разбита. Я была в реальности, но в другом мире. И я не знала, как вернуться.