Часть 6

«ЧЕРТОВСКИЙ РУКА». — проворчал Граббер, вытаскивая Финни из фургона и унося его в подвал. «Я должен сломать тебе шею за то, что ты сделал с моей рукой», — прорычал Граббер, бросая Финни на матрас и уходя за другой жертвой из фургона. Зрение Финни было нарушено. Все было размыто. Несколько секунд он просто лежал, ожидая, пока зрение вернется в норму. Однако через несколько мгновений Граббер вернулся, неся на руках кого-то еще. Финни сел и попытался опознать человека, которого он нес, и когда ему это удалось, его наполнили гнев и печаль. Граббер нес Эйвери, Эйвери Браун. Эйвери была похищена вместе с Финни Блейком. Граббер подошел ближе матрасу, в отличие от Финни, вместо того, чтобы бросить ее, осторожно положил ее на кровать. Сделав это, он повернулся, чтобы посмотреть на Финни. «Она красивая, правда?» — сказал Граббер, глядя на девушку, лежащую на матрасе. Эйвери все еще была без сознания, вероятно, потому что Граббер впрыснул ей в рот больше химикатов, чем Финни. Финн не осмелился ответить на вопрос, а только пристально посмотрел мужчине в глаза. Сказать, что Финн был в ярости, — это ничего не сказать. «Она твоя девушка?» — спросил Граббер, откидывая прядь волос Эйвери за ухо. Финни с каждой секундой злился все больше, Граббер не имел права прикасаться к ней. Финни снова не ответил на вопрос, не желая подпитывать его иллюзии и давать ему власть над ответом. Граббер теперь смотрел на Финни и поднял локоть, показывая порез, который подросток нанес ему своей игрушкой. «Боже», — он прикоснулся к ране. «Она вся в крови. Как будто я кого-то убил, видишь?» — сказал он, указывая на рану, но затем начал махать рукой перед лицом Финни, понимая, что его зрение, вероятно, ужасно. «Ты же ничего не видишь». Граббер перестал махать руками перед лицом Финни и просто посмотрел на него. «Я знаю, что ты напуган, но я больше не буду тебя трогать. То, что я сказал о том, что сломаю тебе шею, — это я просто злился», — сказал он и рассмеялся. «Ты мне руку порезал. Но я не буду на тебя злиться. Думаю, теперь мы квиты», — сказал он, поглаживая Финни по волосам. «Тебе не нужно бояться, потому что ни с тобой, ни с этой милой девушкой ничего плохого не случится. Я даю тебе слово, Джонни ». Он поднял палец, как будто давал обещание, и время от времени поглядывал на Эйвери, которая все еще спала. «Ты любишь газировку? А она любит газировку?» — спросил он, указывая на Эйвери. «Знаешь что, я принесу тебе газировки, а потом...» Не успел он закончить фразу, как зазвонил телефон. «Это телефон? Ты слышишь, как звонит телефон?» Мужчина оглянулся на дверь, а затем снова повернулся к Финни и положил руку ему на плечо. «Я пойду посмотрю, кто это, а потом принесу тебе газировки. Потом я вернусь и все объясню. Хорошо?» — сказал он, погладив Финни по щеке, и ушел. Финни взглянул на спящею Эйвери на матрасе, а затем встал, держа в руке окровавленную игрушку, которой он порезал Граббера. Финни подошел к двери и попытался открыть ее, но она не поддалась. Он прошел через комнату в ванную, надеясь, что там найдется какой-нибудь выход. Но, к его разочарованию, там был только туалет и несколько ковриков. Мальчик вернулся в комнату и увидел на стене черный телефон. Он быстро подошел к нему и попытался набрать любой номер, который пришел ему в голову, но телефон не работал. Кабель телефона был перерезан, и никто не мог позвонить. Финни потерял надежду, он не знал, что делать. Он сел на матрас рядом с Эйвери. Когда Эйвери начала приходить в сознание, она почувствовала, что кто-то сел рядом с ней на кровать, медленно открыла глаза и поняла, что она больше не в фургоне, а в каком-то подвале. Она быстро села, заставив Финни посмотреть на нее, а себя — посмотреть на него. Она огляделась по сторонам, ее зрение все еще было довольно размытым. «Эй, Финн. Где мы?» — спросила она, пытаясь сфокусировать зрение. Финни почувствовал, как его лицо побледнело, он испытывал сильное чувство вины. Он не смог спасти ее от похищения и не смог спасти себя. Он посмотрел на свои колени, в голове крутились мысли, он думал о том, как он мог бы спасти их, прежде чем их схватили, он все думал о том, что ему следовало знать, что нельзя доверять человеку, который попросил их о помощи. «Финни?» Финни вернулся в реальность и увидел очень красивую девушку, смотрящую на него с надеждой и грустью на лице, ожидающую ответа на свой вопрос, хотя она, скорее всего, уже знала, где они находятся и что с ними произошло. «Я... я не знаю, Эйвс», — запнулся Финни, чувствуя, как вина постепенно съедает его заживо. Сердце Эйвери остановилось, когда она поняла, где они находятся, и, исходя из прошлого опыта, она знала, что умрет в этом месте. «Нас похитили, да?» Она спросила Финни, глаза наполнились слезами, хотя она не позволяла им течь, они угрожали вылиться. Она не могла поверить, что у Похитителя появилась еще одна жертва, и что это была она. Что это были она и Финни. Она хотела плакать, но не плакала, пока не плакала. Мысли в ее голове бегали как сумасшедшие, она думала о том, как Граббер собирается их мучить. Она хотела выбраться, ей нужно было выбраться. Она подошла к двери и отчаянно пыталась открыть ее, используя всю свою силу, но дверь снова не сдвинулась ни на сантиметр. Финн просто смотрел на ее действия с грустным, безнадежным выражением лица. «Не получается. Я пробовал. Я пробовал в ванной, там ничего не было, я пробовал телефон, но розетки отключены. Мы застряли здесь». Эйвери резко повернула голову в сторону Финни. Телефон? Она не видела никаких телефонов, но теперь увидела. Прямо рядом с мальчиком. Она быстро подошла к нему. «Ты уверен? Я... я имею в виду, может, мы могли бы попробовать починить его, я не знаю». Эйвери попыталась соединить обрывки провода, хотя она ничего не знала об этом, но она должна была попробовать. Девушка никогда в жизни не была так отчаянна. Она хотела выбраться, ей нужно было выбраться. После нескольких попыток починить сломанные провода телефона она сдалась. Вздохнув, она снова села на кровать рядом с Финни, прислонившись головой и спиной к стене, от чего слегка застонала от ушибов, полученных ранее в тот же день. Если бы обстоятельства были другими, Финни бы испугался того, как близко они оказались друг к другу. Но сейчас он не мог думать ни о чем, кроме того, что они застряли в этом подвале. Финни задался вопросом, волнуется ли его отец. Он никогда не волновался, но, возможно, теперь, когда его сын пропал, он будет. Он также подумал о Гвен, он скучал по ней и очень любил ее. Он хотел вернуться домой, ради нее. Затем Финни посмотрел на Эйвери, другую девушку, которая ему была небезразлична. Он заметил, что она снова заснула. Он посмотрел на нее несколько секунд, любуясь чертами ее лица. Несмотря на то, что они застряли, он все еще был влюблен в нее и с каждой минутой влюблялся в нее все сильнее. В конце концов Финни тоже заснул, голова Эйвери упала ему на плечо, а его голова упала на ее. ... Как и во все другие разы, весь город был занят поиском этих пропавших детей. Но на этот раз было хуже, потому что пропали не один ребенок, а двое. Они отчаянно обыскивали каждый сантиметр города в надежде найти их или хотя бы какие-нибудь улики, которые помогли бы полиции выяснить, что с ними случилось и куда они делись. Полицейские машины и вертолеты снова кружили над районом, все еще надеялись, но эта надежда скоро начала угасать, как и в случае с другими пропавшими детьми. Родителей Финни и Эйвери допрашивали вместе, оба родителя были потрясены и безутешно опечалены тем, что их детей похитили. Родители Эйвери Браун проливали много слез, желая, чтобы она вернулась домой, где бы она ни была. Гвен сидела на полу рядом с ними, укутавшись в одеяло, чтобы защититься от холода. Она плакала, молясь, чтобы ее брат и ее новая подруга были еще живы и чтобы они вернулись домой. Когда все вернулись в свои дома, Гвен осталась. В доме Блейков Гвен молилась. Со слезами на глазах она просила Бога помочь ее брату, просила Бога помочь ей с ее снами, помочь ей увидеть что-то, что могло бы спасти его. Спасти их. ... Эйвери и Финни быстро проснулись от звука звонка телефона. Он зазвонил один раз. Но потом замолк. Один из них был более сбит с толку, чем другой. Они оба посмотрели друг на друга, а затем снова на телефон. Финни встал и медленно направился к телефону, а Эйвери села прямо. Может быть, телефон все-таки не сломан, может быть, кто-то звонит, и их спасут. Финни взял трубку и приложил ее к уху, не говоря ни слова, однако звука не было. Никто ничего не говорил, там абсолютно никого не было. «Он не работает», — раздался голос. Финни не осмелился посмотреть, поскольку знал, кто это был. Эйвери не знала, кто это был, поэтому она быстро посмотрела в сторону, откуда донесся голос, и сразу же пожалела о своем решении. Девушка увидела тень, стоящую у двери, она могла разглядеть маску на лице мужчины и поняла, кто это. Это был печально известный Граббер. Эйвери Браун никогда в жизни не испытывала такой ярости. Она хотела причинить боль этому сукину сыну. И она хотела причинить ему сильную боль. Это он похитил ее и Финни, и, вероятно, это он похитил и убил других. «С детских лет». Он включил свет и повернулся, чтобы посмотреть на Эйвери. Ее нос был сморщен, брови сдвинуты, она была злая. Злая на него. «Посмотрите, кто наконец решил присоединиться к нам», — объявил мужчина, не отрывая глаз от Эйвери, а Эйвери не отрывала глаз от него. «Я знаю, что ты напугана. Я скоро отвезу вас домой». Он наконец отвлек взгляд от Эйвери, чтобы посмотреть на другого мальчика в подвале. «Просто, — он стонал и вздыхал, — все испорчено. Мне нужно на время подняться наверх. Что-то произошло». «Что?» — спросили Финни и Эйвери в унисон. «Неважно, что». «Кто-то что-то видел? Полиция едет? Если ты отпустишь нас до их приезда, я обещаю, что мы никому не расскажем», — умолял мальчик в подвале. Похититель просто рассмеялся. «Это не полиция». «Но кто-то есть. Кто-то идет». Теперь настала очередь Эйвери высказаться, и она сказала, глядя на мужчину: «Я буду кричать. Мы будем кричать. Если кто-то наверху, он нас услышит», — продолжил Финни. «Нет, он не услышит. Не с закрытой дверью». Похититель и не подозревал, что упустил одну маленькую деталь. «Он?» — спросила Эйвери, внутренне ухмыляясь, зная, что наверху кто-то есть. Мужчина. «Когда дверь закрыта, никто ничего не слышит, я сам сделал звукоизоляцию. Так что кричите, если хотите, но вы никому не помешаете». У Эйвери в голове была только одна мысль, и хотя она, скорее всего, знала ответ, ей нужно было спросить у мужчины, стоящего перед ней, кое-что. «Это ты убил остальных. Ты убил их, да?» — спросила Эйвери, чувствуя, как в ней нарастает гнев. «Это был не я. Это был кто-то другой». «Ты лжешь». Мужчина проигнорировал девушку и подошел к ней ближе. «Я никогда не заставлю тебя делать то, что тебе не... нравится», — сказал он, подбирая подходящее слово. Это слово, которое он выбрал, вызвало у Эйвери рвотные позывы. Никогда в жизни она не испытывала такого отвращения к кому-либо. «Если ты попробуешь ее тронуть, я поцарапаю тебе лицо». Финни было достаточно. Он не позволил бы ему прикоснуться к девушке. Он сделал бы все, что в его силах, чтобы защитить ее, поскольку в первый раз он потерпел неудачу. Эйвери посмотрела на Финни с изумлением и шоком на лице, потрясенная тем, как он только что угрожал мужчине. Ей нравилось, как он пытался ее защитить, и это заставило ее немного улыбнуться ему, даже в таких обстоятельствах. «Тот, кто придет, увидит и спросит, почему». «Это лицо?» — сказал Граббер, указывая на маску на своем лице. «Положи трубку». Финни все это время держал телефон в руке. Эйвери повернулась, чтобы посмотреть на него, и он посмотрел на нее. Она кивнула ему, чтобы он положил трубку, и он медленно это сделал. Она не хотела ввязываться в какие-либо неприятности с Граббером, потому что не имела представления, что он с ними сделает, если они это сделают. «Я был здесь, когда он зазвонил». «Что?» — спросила Эйвери, не проявляя никаких эмоций. «Телефон. Чертовски жуткая штука. Думаю, это статическое электричество. Он зазвонил, когда я был рядом, и я бездумно поднял трубку. Чтобы посмотреть, есть ли кто-нибудь на другом конце». «А был кто-нибудь?» — спросил Финни. На его лице не было выражения недоумения. Скорее, это был взгляд, полный тайной надежды. Хвататель покачал головой и ответил: «Нет». За маской было слышно, как он улыбается, понимая, что ему доставляет удовольствие мучить этих детей. С этими словами он ушел, снова закрыв за собой дверь. Эйвери и Финни снова остались в подвале без еды и без возможности сбежать. Эйвери просто сидела в тишине, обнимая себя от холода и страха. Она не знала, что делать, но, вероятно, и так не могла сделать ничего особенного. «ПОМОГИТЕ!» — закричал Финни, заставив Эйвери вздрогнуть. Она повернулась, чтобы посмотреть на него. Эйвери знала, что это не сработает. Граббер только что сказал им, что стены звукоизолированы. Она знала, что нет смысла пытаться. Она посмотрела на Финни с мольбой в глазах, но он не хотел смотреть на нее. Вместо этого он продолжал кричать. «ПОМОГИТЕ! ПОЖАЛУЙСТА!» «Финн... перестань», — попыталась Эйвери. «КТО-НИБУДЬ, ПОЖАЛУЙСТА!» Финни проигнорировал девушку. Она просто вздохнула, но решила попробовать еще раз. «Финн, это не сработает». «ПОМОГИТЕ!!» Эйвери потеряла терпение, ее друг просто зря тратил голос, крича. «Финни, перестань! Ты слышал его, эти стены звукоизолированные! Твои крики нам не помогут», — сказала она, немного громче, чем раньше. Финни перестал кричать, посмотрел на нее, а затем на пол. Он знал, что она права. Эйвери огляделась по комнате, мысленно благодаря Финни за то, что он перестал кричать. Оглядываясь по комнате, она заметила окно. Ее взгляд застыл на окне — может быть, это и был их выход. «Финн, смотри», — позвала Эйвери, подойдя к окну. Она указала на окно, а затем посмотрела на него, и Финни поспешил к ней. Финни начал прыгать, пытаясь залезть на окно. Эйвери тоже попробовала, но они не могли дотянуться, как ни старались, они были недостаточно высокими. Тогда Эйвери пришла в голову идея пододвинуть кровать к окну, чтобы они могли дотянуться. Она быстро позвала Финна на помощь. Они толкали и тянули. Они пробовали все, но обнаружили, что кровать прибита к полу и не сдвигается с места. «Эйвс, хватит. Если бы кто-то мог разбить или выбраться через это окно, он бы это сделал», — сказал он, заставляя девушку прекратить попытки сдвинуть кровать и повернуться к нему. «Робин бы это сделал». Эти слова заставили Эйвери остановиться и погрузиться в нежелательные воспоминания о нем, а также в воспоминания о том, как она узнала о его исчезновении. Ее глаза затуманились, слезы навернулись на глаза, когда она вспомнила своего друга. Финни сел на кровать в знак поражения, а Эйвери последовала за ним. «Мы отсюда не выберемся», — вздохнула Эйвери, повернувшись к нему и почувствовав к нему сильную жалость, его лицо разбивало ей сердце. Она хотела обнять его и сказать, что все будет хорошо. Но правда была в том, что это не так. Ничего не будет хорошо. «Мы не выберемся отсюда», — повторил он. «Я знаю». Она посмотрела на него, а он посмотрел на нее. Они смотрели друг другу в глаза, когда вдруг зазвонил телефон. Оба подняли головы и быстро вскочили на ноги, отходя от телефона. «Ты должна ответить», — проглотил слюну Финни, не отрывая глаз от звонящего телефона. «Ни за что. Ответь ты», — ответила Эйвери, тоже глядя на телефон. Эйвери действительно не хотела отвечать на телефон, у которого не было провода и который каким-то волшебным образом в данный момент звонил. «Ладно. Давай ответим вместе», — снова предложил Финни, но теперь, глядя на Эйвери и ожидая ее ответа. Она скоро перестала смотреть на телефон и посмотрела на него, кивнув головой в знак согласия. Они оба подошли к телефону, и Финни взял трубку и приложил ее к уху. Сначала все было тихо. С обеих сторон линии. «Алло?» — нерешительно спросил Финни в трубку. Ответа не последовало. Мальчик посмотрел на Эйвери, а Эйвери посмотрела на Финни. Оба были нервно натянуты. Финн уже собирался убрать телефон, когда Эйвери услышала что-то на другом конце линии, что-то похожее на шум или статику. Она быстро и осторожно схватила Финни за руку и прижала трубку к уху. Руки Эйвери все еще держали руку Финни, от чего тот слегка покраснел. «Алло?» На этот раз спросила Эйвери. Через несколько секунд, не дождавшись ответа, Эйвери отпустила руку Финни и вздохнула. Он убрал телефон, и они оба плюхнулись на кровать, бок о бок. «Мы застряли», — сказала Эйвери. «Да». «Мы здесь умрем».