болт в животе

Завод гудел, как разъярённый улей. Железо плавилось, пар стелился по бетонному полу, и в этом горячем аду Женя Янсонс чувствовал себя почти дома. Двадцатисемилетний латыш с корнями из белорусской деревни, он знал этот цех, как свои пять пальцев. Тёплый, выжженный запах раскалённого металла, ритм машины, даже трещины на стенах — всё было привычным, родным. Он поднял тяжёлый баллон, кивнул напарнику — Илмарсу — и двинулся вдоль печи, но вдруг его словно пронзило током. Где-то под рёбрами, с правой стороны, что-то сжалось, скрутилось, потом рвануло болью — жгучей, слепящей. — Блядь… — хрипло выдохнул Женя, уронив баллон с лязгом. Его скрючило, он схватился за бок, ноги подогнулись. — Женя?! — крикнул Илмарс, но звук ушёл в гул печей. Мир качнулся. Женя упал на колени, пытаясь выпрямиться, но не мог — будто в живот ввинтили раскалённый болт и крутили его изнутри. Дыхание сбилось, лицо побелело. Он пытался вдохнуть глубже, но тут же выгнулся от боли. «Это не просто спазм… не просто…» — мелькнуло в голове. — Эй! Кто-нибудь! — заорал Илмарс, бросившись к нему. — Врача! Быстро, блядь! Женя слышал голос напарника сквозь вату. Всё плыло. Пот стекал по вискам, сердце колотилось в горле, и только одна мысль барабанила в голове, как молот по стали: "Нельзя здесь помереть. Только не здесь. Не в сраном цеху."