Глава 9. Демоническая любовь

«Если ты меня не любишь,

то я тоже нет.

Если ты меня забудешь,

то и я в ответ»

POV: Вики

— Это не любовь, — вынесла свой вердикт Мелисса.  — Тогда что это? — спросила я, уставившись на ковер.  — Это похоже на любовь, — добавила она.  — Тогда почему их тянет друг к другу? — спросила Лесли, откусывая яблоко.  — Мы привыкли тянуться к тем, кто вызывает сильные эмоции. Это не всегда про любовь, — выдохнула Мелисса.  — Философствует она, — возмутилась Мими, доделывая свой маникюр. — Сильные эмоции... чем это не любовь, Мел? — добавила она. — Любовь – это когда вместе хорошо, — спокойно ответила Мелисса.  — Но им хорошо вместе, — парировала Мими.  — В том то и дело, что им не хорошо вместе, — буркнула Мелисса. — Ты хочешь сказать, что им было плохо, когда они были вместе? — раздраженно спросила Мими.  — Я не говорю, что им было плохо. Но и этого «хорошо» у них тоже не было. «Хорошо» – это когда действительно хорошо во всех смыслах, — выдохнула Мелисса.  — Да они с ума сходили по друг другу. Что это, если не любовь? — перешла на крик Мими. — Это не любовь, а эмоциональная зависимость, Мими, — выдохнула Мелисса. — Именно это и делает отношения мучительными, — добавила она. — А что если это все-таки любовь? Только демоническая... — задумчиво протянула Лесли. — Не путай любовь со страстью. Страсть – не значит любовь. Пусть и демоническая... — ответила Мелисса. — Но ведь демоническая любовь разрушительна. А они... разрушают друг-друга, — воодушевилась Лесли. — Значит, они любят друг-друга. Только по-демонически, — протянула она. — Ура, это любовь, Мими! — А я о чем? Конечно, это любовь! — ответила Мими. — Вот именно – разрушительная. И, не всем нужна эта самая демоническая любовь, — грустно ответила Мелисса. — Ведь можно обойтись и без него. Найти себе сексуального красавчика и наслаждаться всеми прелестями жизни. Зато без вот этих разрушений. — Вообще-то, чтобы ощутить во всей красе демоническую любовь, она должна быть настоящей. Но, к сожалению, или к счастью, не всем демоном суждено найти свою настоящую любовь... — грустно выдохнула Ости. — Вот именно. Кто нашел, тот нашел. Но искать его... зачем? Чтобы страдать? — сказала Мелисса. — Возможно я и буду страдать, но зато почувствую вкус настоящей любви, — протянула Ости. — А пока не найду, буду веселиться. — Жизнь итак сложная штука, чтобы ее усложнять еще больше такой любовью. Для счастья ведь хватает друзей и классного секса, — улыбнулась Мелисса. — Классный секс... — задумалась Лесли. — Если так посмотреть, у Вики был классный секс, — подмигнула она. — Это, наверное, единственное хорошее в их отношениях. — Да уж. А в остальное время они разрушали друг-друга. Разрушали до секса и после секса, — усмехнулась Ости. — Секс был чем-то вроде передышки. — Об этом я и говорю, — оживилась Мелисса. — Вот о чем я! — протянула Лесли. — Если из хорошего только секс, зачем терять его? Тем более, такого как Люцифер. Пускай занимаются своим сексом и наслаждаются, — заговорщически улыбнулась она. Я подняла взгляд с ковра на нее. Она сейчас серьезно? — В том то и дело, что секс с Люцифером – это не просто секс. Это мы уже давно выяснили. С каждым сексом они сближаются, а перейти на следующий уровень никак не могут. Именно это и убивает ее, — Мелисса ласково погладила меня по голове. — От их секса проблем больше, чем наслаждения. Люцифер сначала дарит это наслаждение и заново отбирает. — Да уж, они застряли где-то между сексуальными партнерами и возлюбленными, — протянула Ости. — Слишком много проблем для обычных сексуальных партнеров, но и чего-то не хватает, чтобы стать возлюбленными, — лениво высказалась она. — Я просто не могу поверить, что сейчас сижу в одной комнате с демонами, — цокая, Мими презрительно осмотрела всех. — Вы, случайно, не бывшие Непризнанные? — Давайте не забывать, что Вики провела всю свою сознательную жизнь на Земле. Несмотря на свою истинную сущность, она жила среди людей. Соответственно в ней больше человеческих ценностей, чем наших, демонических, — ответила Мелисса.  — И как раз-таки по этой причине у них были постоянные недопонимания с ним. Вики хотела от него любви, а его это душило, — ответила Ости. — А душило потому, что ему не нравились все эти рамки и ограничения. Он просто не привык к такому, — протянула Мелисса. — Мне кажется, он не умеет любить, раз он считает «любовь» каким-то ограничением или какой-то рамкой, — добавила Ости. — А может он и любил, но боялся признаться в этом себе и всячески избегал. От этого и все эти его... — запнулась Лесли, — как это... а, эмоциональные качели. Вот. — Вы хотите сказать, что демоны не способны на любовь? — подала голос я, гипнотизируя ковер.  — Нет, конечно. Любовь существует везде. Даже в Аду. Но, она у нас своеобразная. Взять только моих родителей... — мечтательно улыбнулась Мими. — Любовь существует. Вот только не все способны найти ее, — ответила Лесли. — Взять только Сатану и Лилит... Я оживилась и наконец подняла голову. — Кстати, Сатана... — задумалась Лесли. — Хм... може-е-ет, Люцифер боится любви потому, что не хочет повторить судьбу отца? — оживилась она. — Да! Точно! — Про какую судьбу ты? — спросила я. — Про их любовь столько разных легенд, — Лесли понизила голос так, будто собиралась раскрыть государственную тайну. — Говорят, Сатана любил ее так, что сама тьма становилась тише, когда он смотрел на нее. Будто ночь затаивала дыхание, чтобы не спугнуть их связь. Но... — в ее глазах мелькнул хитрый огонек, — как сказала Мими, любовь у демонов редко бывает тем, что люди называют «любовью». Демоническая любовь – она другая. Это смесь власти, притяжения, гордости, страсти. Иногда даже разрушения. А иногда самой больной зависимости, от которой не спастись. Лесли наклонилась ближе к нам, будто рассказывала страшилку: — Так вот... говорят, что Лилит была первой и единственной, кто смог сломать Сатану. Во всех смыслах. Он уважал ее. Буквально обожествлял. Говорят, она никогда не прогибалась перед ним. Ни перед Создателем, ни перед кем-то еще. У нее очень буйный характер. А еще… — Лесли подмигнула, — говорят, она умела любить так страстно, что Сатана становился мягче воска, — добавила она, улыбнувшись. — А кто-то говорит, что они оба были слишком сильными, чтобы принадлежать друг другу. Их любовь сжигала все вокруг, включая их самих. Представляете? Два существа, которые способны разрушить Миры, не смогли сохранить свои отношения. Лекси усмехнулась, откидываясь на спинку кровати:  — Короче, у демонов любовь не как в ваших романах, Вики. Поэтому, тебе так сложно. Ты запуталась. Ты хочешь, как ты говоришь... — она щелкнула пальцами, — точно, адекватные отношения. Но глупо ждать от Люцифера такую любовь и страдать. Все, что он может дать тебе – это демоническая любовь. На другое он просто не способен. Он сын Сатаны, Вики. Прими его любовь такой, какая она есть. Потому что, другой любви он тебе дать не сможет. Демоническая любовь – сложная, но вытерпеть все сложности можно только благодаря настоящей любви. Поэтому, как сказала Ости, в нашем случае, настоящая любовь – и есть демоническая, — усмехнулась она. — Я же вижу, какой ты становишься рядом с ним. И как меняется он рядом с тобой. Вы буквально являетесь воздухом друг для друга. Перестаньте уже мучать себя, — мягко улыбнулась она. — Ты просто должна понять, что любовь демона всегда идет рука об руку с разрушением. Всегда. Сатана и Лилит – ярчайший пример.  Она наклонилась ко мне еще ближе:  — Даже у самой тьмы есть кто-то, перед кем она снимает корону. Даже если это выглядит как очередная война. Вот такова эта «демоническая любовь». Ты готова к такой любви, Вики?  Я застыла.  — Ты... ты сейчас мне весь мозг перепрошила, девочка, — восхищенно выдохнула Мими, хлопая глазами. — То есть, ты хочешь сказать, что это любовь? — подняла бровь Мелисса. — Демоническая, — усмехнулась Лесли. — Я хоть и демон, но не уверена, нужна ли мне такая любовь. Она... уничтожает, — нахмурилась Мелисса. — Я... я бы не хотела всю жизнь страдать. — Кто сказал, что будешь страдать всю жизнь? Я говорю, что это будет не-лег-ко. Но если любовь настоящая, то можно вынести все. А если все же сломались, то любовь и не была настоящей, — протянула Лесли. — Ну, я так считаю. Мне кажется, в этом и сладость нашей любви. Один раз, по-настоящему и навсегда, — мечтательно протянула она. — Мы сейчас спокойно рассуждаем о любви только потому, что никогда ее не чувствовали. Но как только почувствуем – ой, как будет нелегко, — усмехнулась Ости. — И не говори. Представьте только, полюбить кого-то, не имея ни малейшего шанса что-то изменить, — проговорила Лесли. — Да уж, мы, демоны, однолюбы. Влюбляемся лишь один единственный раз и всю оставшуюся жизнь носим с собой эту любовь в сердце. Даже если он окажется полным мудаком, — сказала Мими и девочки засмеялись. — Ну правда, почему у нас только один шанс? А если я захочу выбрать другого? — пробубнила Лесли. — Поверь, не захочешь. Когда влюбляешься, пусть даже и в мудака, ты даже думать о других не захочешь, — грустно улыбнулась Мелисса. — На то она и демоническая. — Так, так, так. Мне кажется, или кто-то уже успел попробовать любовь на вкус? — поинтересовалась Лесли. Мими что-то говорила, но я уже их не слышала. То, что сказала Лесли... то, как она описала любовь Сатаны... то, как они с Лилит любили друг-друга. Этот рассказ так похож на нашу историю. У нас была эта смесь притяжения, страсти, гордости и больной зависимости. Мы сжигали все вокруг, включая нас самих. Нежных и ласковых моментов было критически мало. Да их почти и не было. У нас была всепоглощающая буря. Но мы по-своему были счастливы... были же?  Мими права. Мне будто перепрошили мозг. Я все это время тупо мечтала услышать те самые заветные слова от Люцифера. Была лишь в ожидании его признания. Но так ли оно было важно? Ведь любовь не в словах, а в действиях. Любить.  Значит ли это, что все это время он любил меня? Пусть и по-своему. Своей демонической любовью. Так ли это? Прошло столько времени с тех пор. Тогда я бы, наверное, сошла с ума от этой информации и была бы безумно счастлива. Ведь тогда я смотрела на мир через розовые очки и думала, что смогу изменить его. Думала, что я не такая как все и у меня получится. Я таяла лишь от одного его взгляда, сходила с ума от одной лишь улыбки и теряла сознание от одного лишь касания. Вот такая больная любовь у меня была.  Странно, все-таки любовь была?  Но хотела ли я этого теперь? Была ли я готова снова отдаться ему? Была ли я готова всему тому снова, что было когда-то? Была ли я готова снова закрывать глаза на его выходки? Была ли я готова снова кататься на его эмоциональных качелях? Или пора избавиться от этой больной зависимости, которая высасывает все силы – раз и навсегда? Я думала об этом, пока выполняла поручение Сатаны. Однажды вечером, сидя в своей квартире на Земле, поняла, насколько, оказывается, я устала от него. От наших отношений.  Вот уж не думала, что сегодня будет вечер осознаний. Честно, я не знаю, хочу я этого или нет. Безусловно, я чувствую к нему что-то, но не болею им, как раньше. Хочу ли я снова начинать эти отношения?  В тот раз меня спасло земное задание. Я просто спустилась на Землю, зная, что пока не выполню задание, я не смогу вернуться обратно. Я четко знала, что ближайшие годы я не увижу ни его, ни близких. Ни-ко-го. И это мне помогло. У меня было достаточно времени, чтобы прийти в себя. Чтобы вновь обрести себя. И это было нелегко, я вам скажу. По началу у меня была жесткая ломка по нему. Я выла от того, насколько мне было больно. Я как безумная скучала по нему: по его запаху, по его касаниям, по его глазам и красивой улыбке. Я хотела вернуться и больше никогда не отпускать.  Но время шло. И оно, оказывается, лечит. Я прошла через все стадии принятия. Он больше не заполнял каждую клетку моего тела. Я могла спокойно заниматься своими делами. Лишь время от времени я думала, анализировала и делала выводы.  Пока он был рядом, я этого не осознавала. Он был моим настоящим наркотиком. Я питалась всем, что он давал мне. В какой-то момент я стала зависимой даже от наших бесконечных ссор, споров, конфликтов. Наши отношения будто держались на этом адреналине. Иногда в порыве злости мы разрывали отношения, но на утро просыпались в одной постели. Любые выяснения отношений заканчивались умопомрачительным оргазмом. Я была готова на все, лишь бы снова и снова теряться в его ласках.  Он проявлял свои чувства по-своему. А я по-своему. Для меня было критично важно обозначить наши отношения. Однако он считал это ограничением. Он никогда не хотел разговаривать про наши отношения. Он называл это рамкой, которую придумали люди.  Но он противоречил своим же словам. Ревновал и сам же устанавливал для меня те самые рамки, которых он избегал. Но я принимала его. Его ревность. Делала все то, что он просил. Я не считала это чем-то страшным. Я считала это любовью. И он давал мне все поводы, чтобы я считала именно так.  А когда ревновала я, он лишь усмехался и начинал целовать. Это разбивало мне сердце. Он умело переводил тему в безопасное русло. Шептал те слова, от которых у меня сносило крышу, и я забывала обо всем на свете. Мне уже не хотелось выяснять никакие отношения, лишь бы он продолжил. А на утро не решалась снова начинать разговор. Я знала, что ему это не нравится. Я не хотела портить себе настроение.  Однако его метод работал недолго. В один из таких вечеров мы сильно поругались и в итоге я поставила ему ультиматум:  — Люцифер, либо ты перестанешь трахаться со всеми подряд, либо больше не прикоснешься ко мне. У меня больше нет сил терпеть твои выходки.  После этого мы не разговаривали неделю. На седьмой день он пришел ко мне ночью и сказал то, что я хотела услышать. Это было лучше, чем признание в любви: — Если для тебя это важно… я... я могу вычеркнуть всех остальных. Только... только ты не отворачивайся. Я... — он вдохнул мой запах, припав к шее, — я не могу существовать без твоего запаха, Вики.  Шепфа... опять я ушла в себя. Что мне делать? Почему мне так сложно? Почему я вдруг вспомнила об этом? Я будто снова вернулась в те времена, когда чувствовала себя наркоманкой. Что за порыв, черт возьми? Меня сейчас переполняют такие сильные эмоции, что я готова забыть про нашу игру и перечеркнуть линию.  — В отличие от тебя, я умею держать дистанцию, Люцифер.  — Держать дистанцию? Хм, интересно… попробуем проверить, насколько ты сильна в этом деле.  — Ты уверен, что готов к такой игре?   — А ты?  Нет, я не сильна в этом деле, Люцифер. Я проиграла. Меня разрывает. Я безумно хочу тебя.  — Ты готова к такой любви, Вики?  Я готова к такой любви? К демонической.  К черту эти термины. Я готова ко всему, что меня ожидает? Я готова вновь отдаться ему? Я готова рискнуть? Я готова вновь собирать себя по кусочкам, в случае провала?  К черту эти вопросы.  Сейчас я не хочу разбираться в этом. Единственное, что я хочу сейчас – это вдохнуть его запах. Родной запах. Со всем остальным разберемся потом. А сейчас... а сейчас я тоскую по нему.  — Девочки... — выдохнула я. Они посмотрели на меня. — Ты вернулась? — усмехнулась Мими. — Что? А, да...  — Мы звали тебя, ты не отвечала, и решили оставить в покое. Мы уже привыкли к твоей особенности, — рассмеялась Лесли. — Девочки, я... — О, нет. Подожди... — перебила меня Мелисса. — Нет, Вики. Я знаю этот взгляд. Только не говори, что ты... — растерянно продолжила она.  — Да, Мел. Я хочу к нему... — выдохнула я и посмотрела на них. Они застыли.  — Что-о-о? — крикнула Лесли. — Вики... — сказала Мими и начала подходить ко мне.  — Нет, подождите. Я не хочу сейчас разбираться в этом. Я просто хочу сейчас к нему, — протестовала я. — Вики... — снова подала голос Мими и взяла меня ладошками за щеки, — ты не представляешь, как осчастливила меня, — прослезилась она.  — Давай, Вики, беги к нему! — подбежала ко мне Лесли и обняла.  — Ты промыла ей все мозги, Лесли! — возмутилась Мелисса. — Вот именно! Ты не слушай ее, Вики, — сказала Лесли. — Мы вообще уверены, что ты демон, Мел? Ладно, Вики. Она у нас выросла среди людей. А ты-то? — пролепетала Мими. — Я не признаю ее. Она точно не демон. Это не любовь, видите ли, — буркнула Лесли. — Это эмоциональная зависимость, видите ли, — пародировала ее голос Мими. — Да вы... да я... — задыхалась от возмущения Мелисса Я засмеялась. Шепфа... я снова чувствую себя такой счастливой как тогда. Будто кто-то разом включил все давно забытые чувства и эмоции внутри меня.

***

Правильно ли я делаю?  Впрочем неважно. Уже неважно.  Ведь я уже иду по тому коридору, который ведет в его комнату.  Перед тем, как выйти, Мелисса чуть ли не молила меня и всячески пыталась отговорить. Ости вовсю советовала думать головой, а не одним местом. Но меня было не остановить.  Я хочу дать нам еще один шанс.  У нас ведь есть шанс? Сердце безумно колотится. Крылья трепещут. Бабочки в животе сходят с ума.  И вот – всего несколько метров до долгожданного воссоединения. Шаг, еще шаг, и еще один... и я замираю.  В груди что-то щелкнуло, словно стекло разбилось на миллионы осколков. Свет коридора вдруг стал холодным. Шум сердца затих, оставив только глухую пустоту. Там… у самой двери… он... С ней. Целует ее. Я слышу ее тихий смех. Вижу его руки, которые держат ее талию. Я стою, замирая, как статуя, и вижу каждый крошечный жест, каждое движение, каждое предательство, от которого плачет душа. Я кричу, но звук не выходит. Я хочу уйти, но тело не слушается.  Сердце сжимается в ледяном комке боли. Крылья трепещут от обиды. Бабочки в животе умерли.  Мир сужается до этой двери, до их тел, до этой улыбки, которая разрывает меня на части. Все, ради чего я шла по этому коридору – рухнуло в одну секунду.  Люцифер, ты слышишь меня?  Этим вечером я шла к тебе, держа в ладонях ту часть своего сердца, которая все еще верила, что ты ждешь меня. Я шла к тебе с дрожащей надеждой, которая теперь умирала в моих ладонях.  Слышишь? Вот я стою перед тобой. Снова. Возможно в последний раз. И спрашиваю. Спрашиваю тебя.  Закончилась ли наша история? Не разрывая поцелуя, он открыл дверь, втолкнул ее внутрь и закрыл дверь. Закрыл.  Ноги дрожали так, что казалось, я вот-вот упаду. Но я сделала шаг назад. И ушла.  Это конец. У нас больше нет шанса.