Глава 10. Выбор

POV: Вики

Честно, я даже не помню, как добралась до комнаты. Открыв дверь, я увидела девочек, которые сидели на ковре и активно обсуждали что-то. Увидев меня, они застыли. Я зашла, закрыла дверь и резко присела на пол. Девочки вскочили и подбежали ко мне: — Вики, ты чего? — Что с тобой? — Ты плакала? — Я же говорила! Я не слышала их. Я не видела их. Я все еще стояла там, в коридоре, и смотрела на них. В горле стоял ком, а к глазам подступили слезы. И... я начала плакать. Нет, рыдать. У меня больше не было сил сдерживать слезы. Ненавижу эту слабость в себе. Я не знаю, сколько я так просидела и не помню, как встала, приняла душ и переоделась. Меня видимо заставили. — Держи, — Мими дала мне кружку ароматного чая. — Сделай глоток, — вымученно улыбнулась она и обняла меня. — Девочка моя... — Вики, что случилось? — взяв меня за подбородок, осторожно спросила Ости. — Понятно же, что с ней случилось. С ней случился Люцифер, — раздраженно ответила Мелисса. — Мел... — шепотом сказала Лесли. — Что? Я не права? — буркнула Мелисса. — Ты права... — наконец ответила я. Следующие пятнадцать минут мы обсуждали случившееся. Я рассказала во всей красе все, что увидела и все, что почувствовала. — Вот же сукин сын! — вскочила Лесли и начала наматывать шаги по комнате. — Не хочу быть вредной, но я тебя предупреждала, Вики, — строго сказала Мелисса. — Утром говорила, что тебе нужен хороший секс, а вечером плачешь по Люциферу, — поджала губы Ости. Я начала рыдать. Снова. Вернулась на Небеса буквально вчера утром, а сегодня вечером я уже плачу. Он просто выбил меня из колеи за эти два дня. Я прорыдала все выходные. Благо, инцидент в коридоре произошел в пятницу вечером, поэтому я могла позволить себе от души выплакаться, не переживая об утренних отеках. Все выходные мы провели в комнате Мелиссы, у которой временно не было соседки. Во-первых, у меня пока не было комнаты в школе, а возвращаться в Ад я не хотела. Все девочки тут, что мне там делать? Ну, а во-вторых, мы не могли отлипнуть друг от друга. Так что, все выходные мы провели вместе, болтая обо всем и ни о чем. Обсудили до дыр Люцифера и наши с ним отношения. Я не знаю, сколько раз я пересказала во всей красе ту сцену в коридоре, но они слушали, не перебивая и не возмущаясь. Просто выслушивали, вытирая мои слезы. Шепфа, благодарю тебя за таких подруг! Мы ели, пили, дурачились, плакали, смеялись и много разговаривали. Но, всему есть конец. Я не хочу прятаться от мира. Поплакали и хватит. Подумаешь, всего лишь влюбилась в мудака. С кем не бывает? Не убиваться же теперь. Да, боль не прошла. Еще не прошла. Хотя не знаю, пройдет ли вообще. Ведь только на днях я наконец признала то, насколько сильно я была влюблена в него. Поняла, насколько сильно я люблю его. Однако, вместо признания и взаимности, он подарил мне боль. Снова. Он разбил мое сердце. Но разбитое сердце все равно не перестает любить. Пусть эта любовь и мучает, и губит, и разрушает меня, я не могу ничего поделать. У меня нет выбора. Никогда не было. С самого первого взгляда сердце выбрало его. Своего вечного мучителя. Я не могу взять и вырвать его из сердца. Но, теперь я хотя бы перестала жить в ожидании. Я ведь увидела правду. Сцена в коридоре... та самая правда, которую я наконец увидела. Та самая, которую я не хотела признавать все эти годы. Мои наивные ожидания и слепая вера в то, что он когда-нибудь изменится и правда любит меня – вот что удерживало меня рядом. Зачем я это делала? Зачем сама себе напридумала идеальный образ Люцифера и сама же поверила в свою ложь? Больно признавать, но ведь он с самого начала говорил правду. Он никогда не врал мне. Он никогда не давал мне никаких обещаний. Он никогда не говорил, что любит меня. Он прямо сказал, чтобы я не ждала от него большего и не строила надежд. Все, на что он способен – дарить удовольствие и получать его в ответ. Он всегда был таким, каким и являлся. Его слова и действия всегда говорили о том, какой он есть на самом деле. Только я, глупая, искала в этом скрытый подтекст. Я думала, что он просто ранен, и, что любовь сможет излечить его раны. Поэтому, я постоянно оправдывала его, закрывала глаза на многое и верила в него. Я жила ожиданием, что когда-нибудь он изменится. «Ведь Люцифер не такой. Ведь Люцифер идеальный. Ведь Люцифер просто ранен». Но этим я лишь отравляла себя. Скажите мне, почему мы замечаем все это только в конце, когда сказка заканчивается? Ведь такие, как Люцифер, с самого начала кричат об этом. О том, какие они на самом деле. Они никогда не скрывают, и более того, сами открыто говорят об этом. Но почему вместо того, чтобы поверить им на слово, мы наивно верим в то, что они на самом деле не такие? Не верим им, но верим в свои силы... почему? Почему мы считаем, что способны исцелить их раны? Почему думаем, что мы какие-то уникальные и в силах изменить их? Ведь им это вовсе не нужно… Как жаль, что мы сами закрываем глаза на очевидное, сами придумываем идеальный образ, и сами же больно об это разбиваемся и пожинаем плоды. Сейчас я поняла, что я никогда не дождусь его любви. Он никогда не будет тем самым Люцифером. Пора признать это. Он просто не способен любить. По крайней мере, меня. В этом я уж точно уверена. И с чего я вообще взяла, что он был влюблен в меня и вообще любил? С чего? Кто мне сказал это? А, это же я. Снова я. Сама придумала и сама же поверила. Он никогда не любил меня. Лишь умел шептать красивые и нужные мне слова, чтобы пользоваться моим телом. А я, наивная, верила в это и строила мечты. Быть может, его сердце занято? Поэтому он не смог полюбить меня? Может поэтому он просто развлекался, так как в его сердце уже была другая? Так, стоп, Вики. Хватит. Хватит отравлять себя. Думай лишь о себе. Я заслуживаю счастья. И, любви. Хотя... быть может никакой любви у меня больше не будет. Кажется, Шепфа решил наградить меня безответной любовью. Как-то грустно от таких мыслей. Я что, теперь никогда не почувствую настоящую взаимную любовь? Ладно, не страшно. Это ведь не значит, что в моей жизни больше никого не будет? Нет, конечно. Еще как будет. Как сказала Мелисса, для счастья достаточно друзей и сексуального красавчика. Осталось найти его. Ведь у меня тоже есть потребности, если вы понимаете, о чем я. Потребность в нежности, в ласках, в красивых словах, в теплых чувствах и в сексе, в конце концов. Вот только теперь без боли. Я серьезно. Отныне никакой боли. Ведь я уже не прежняя Вики. Она умерла на этих выходных. Отныне мой фокус лишь на своем удовольствии. Я буду получать удовольствие от себя, от жизни, от мужчин, от секса, да и от всего, что меня окружает. Больше нет желания любить, ибо это разрушает и отнимает много энергии. Да и к тому же, мое сердце занято. Ведь там обосновался один красноглазый мужчина. Ну и пусть. Я не против. Пусть живет там. Я даже не хочу, чтобы он покидал мое сердце. Я привыкла к нему. Я пока не готова терять его. Больно признавать. Очень больно. Но эту боль я превращу в силу. В настоящую. Эту силу никто не сможет отнять у меня. Даже он. Я не позволю. Я поняла свою ошибку. Очень хорошо поняла. И больше не намерена наступать на те же грабли.

***

Сегодня пятый день моего пребывания на Небесах и второй учебный день. Наконец, эти сумасшедшие выходные закончились. Полностью отдохнув, я проснулась. Я была бодра как никогда. Разум чист как никогда. Выходные явно пошли на пользу. Я, не торопясь, приняла душ. Сделала макияж. Выпрямила волосы. Переоделась. И начала будить девочек: — Просыпаемся-я-я, сони! Девочки что-то пробормотали и продолжили свой сладкий сон. Но я не унималась. Наконец, спустя десять минут они окончательно пришли в себя. — В... Вики? — прохрипела Мими, приподнимаясь на локтях. — Что это с тобой? — она уставилась на меня. Услышав ее вопрос, остальные девочки тоже приподнялись и осмотрели меня. Я покрутилась вокруг своей оси. — Ну, как я вам? — спросила я. Они смотрели на меня, как на больную. — Да ладно вам! Подумаешь, прорыдала два дня. Это ведь не конец света, — улыбнулась я. Девочки переглянулись между собой и снова перевели взгляд на меня. — Я понимаю-понимаю. Вы в шоке. Но, что случилось, то случилось. Жизнь продолжается, — проговорила я. — Уау... это было... эффектно! — похлопала Мелисса. Я послала ей воздушный поцелуй. — То есть... ты полностью пришла в себя? — осторожно уточнила Мими. — Да, Мими. Все нормально. Я больше не хочу обсуждать его и уничтожать свою жизнь, — сказала я и уставилась на стену. — Стоп, стоп, стоп! Вики, возвращайся. Только не уходи в себя. Мы поняли, — протараторила Лесли. — Ну все, давайте, начинайте свои сборы. Иначе мы опоздаем, — подбодрила я. — Образ бесподобный, однако, — отметила Ости. — Я старалась, — подмигнула я. — Шепфа, как же приятно снова видеть тебя такой живой, — Мими встала с постели и поцеловала в щечку.

***

Наконец, девочки более-менее привели себя в порядок. Полностью закончив сборы, Ости подошла ко мне и с ног до головы оценила мой образ. — В этом мире нет ничего опасней обиженной женщины, да? — усмехнулась она. — Быть может, — я лукаво улыбнулась, понимая ее намек. — М-м-м... — протянула Ости и коснулась пальчиком груди. — Ах, какая же ты сучка, Уокер, — усмехнулась она. На мне было черное мини-платье, которое сидело так, будто его сшили специально для меня – ни одной лишней складки. Тонкие бретели едва касались кожи, словно рисовали линию от плеч к ключицам, а глубокое декольте идеально подчеркивало округлость груди. Ткань платья плотная, гладкая, чуть тянущаяся, словно вторая кожа: обнимала талию, подчеркивая ее тонкость, выделяла изгибы бедер и выстраивала силуэт. Я чувствовала, как каждый шаг заставляет подол слегка подтягиваться вверх, оголяя бедра. Короткая длина открывала ноги полностью: ровные, длинные, с плавным рельефом мышц, который особенно проявлялся, когда я переносила вес с одной ноги на другую. На ступнях были тонкие, почти невесомые черные босоножки на высоком каблуке. Тонкие ремешки охватывали щиколотки, делая стопу аккуратной, изящной, будто выточенной. Каблук вытягивал осанку, а походка становилась медленной и уверенной. — Чувствую, кое-кому сегодня будет мучительно больно в штанах, — коварно улыбнулась Мими, выпрямляя волосы. Мелисса и Ости засмеялись в ответ. — У него для этого есть Луиза, — я закатила глаза. Мелисса хотела что-то сказать, но ее перебила Лесли. — Говоря о Луизе... мы же сегодня отправляемся на Землю с Непризнанными, да? — Точно. Экзамен, — задумалась я. — О, Шепфа... Луиза , — будто очнувшись, проговорила Мелисса. — Да-да, та самая... — лениво усмехнулась Ости. — О-о-о! Кому-кому, вот ей сегодня явно не повезет, — рассмеялась Мими. — Почему же? — Нет ничего опасней обиженной женщины, — повторила свои слова Ости и подмигнула. — Я не обиженная женщина. И тем более, я не собираюсь предпринимать что-либо специально. Я буду делать свое дело, а она свое. — Ой-ой, — буркнула Ости. — Тебе срочно надо избавляться от своих человеческих ценностей. Что ты там вчера говорила, Мел? — посмотрела она на Мелиссу. — Что она смотрит на мир через человеческие ценности, нежели демонические, — сказала Мелисса, пшикая что-то на волосы. — Так вот, тебе надо избавиться от всего этого, детка, — выдала Ости. — В яблочко, — оживилась Мими. — Если ты хочешь отомстить ему, то ты должна вести себя как настоящий демон. Это значит, что тебе нужно полностью отключить голову и делать все, что ты хочешь, и как ты хочешь, — она подошла ближе. — Живи одним днем, Вики, прошу. Не уходи в себя. Перестань жить у себя в голове. В мире столько прекрасных чувств, а ты выбираешь только боль и страдание. Страсть, похоть, вожделение – вот, что тебе нужно сейчас, — улыбнулась она. — Ты, права, — слабо улыбнулась я. — Но, я... — выдохнула я. — Я даже не знаю, хочу ли я мстить. За что мне мстить ему? — я посмотрела на девочек. — За то, что он выбрал не меня? Потому, что разбил мне сердце? То есть... возможно в глубине души я желаю этого, но я не вижу в этом смысла, — проговорила я. — Мстить лишь за то, что он выбрал другую? Не глупо ли это? — У нее нет шансов, — обреченно покачала головой Ости. — Мел права, у нее действительно много человеческого. — Знаете, чего я действительно хочу? — я продолжила. — Больше всего я хочу быть сильной. Хочу перестать быть зависимой от него. Хочу перестать думать о нем. Если буду мстить, то все мысли снова будут вокруг него, и я снова перестану жить своей жизнью. Он… он будто скрытая инфекция, которая просачивается в кровь, разливается по венам и заражает собой каждую частицу моего тела, превращая меня в заложницу. Я... я просто хочу полностью излечиться. Да, возможно я никогда не смогу его забыть. Но и болеть им я больше не хочу. Не хочу быть зависимой от него и отравлять себя. В конце концов, я сама позволяю ему так влиять на меня. И я сделаю все, чтобы освободить себя, — я сделала паузу и продолжила. — Мое сердце не спрашивало разрешения. Оно просто выбрало его. Но, если бы спросило, хочу ли я этого... — слезы подступили к горлу, — я бы выбрала любить его. Девочки слушали молча, и в их взглядах было сочувствие. Такое теплое и бережное. А глаза Мими и Мелиссы блестели. Я слабо улыбнулась и продолжила. — Но это моя любовь. Только моя. И по правде говоря, он не обязан любить меня в ответ. Он имеет право на свой выбор, — я посмотрела на девочек и провела ладонью по мокрому лицу. — Но... — вновь собралась я, — я тоже имею право на выбор. И теперь я выбираю не страдать и быть сильной. Я выбираю себя и свою жизнь. Я больше не хочу ставить свою жизнь на паузу. Он ведь продолжает жить? И я продолжу, — закончила я и посмотрела на Мими. — Ты права, Мими. Мне и правда нужно отключить голову. Я больше не хочу жить у себя в голове, не хочу жить в ожиданиях. Не хочу постоянно думать и анализировать все подряд. Я, наконец, хочу избавиться от той Вики, которая всегда откладывала свое удовольствие на потом. Теперь я хочу получать удовольствие в моменте. И как ты сказала, буду жить сегодняшним днем. А сегодня я хочу от души повеселиться, — искренне улыбнулась я.

***

Мы с девочками зашли в аудиторию. До начала лекции остается минут десять. — О, девочки, — крикнул Дамиан. Я подняла голову и увидела их. — Вы куда пропали на все выходные? — спросил он. Удостоив Люцифера взглядом на две секунды, я безразлично поднялась по ступенькам. — И что значит этот игнор? — возмутился Дамиан. — Девочки! — То и значит, что это не твое дело, — крикнула в ответ Мими. Мы рассмеявшись, сели по местам и начали обсуждать последние сплетни. Но мысленно я была не тут. Я буквально заставляла себя не смотреть на Люцифера. Я кожей чувствовала его пристальный взгляд. Он вовсю изучал мое лицо и всю меня. Да, смотри. Только смотреть и будешь впредь. Ты никогда не получишь того, о чем мечтаешь сейчас. Спустя десять минут, все собрались. Наконец-то. Фенцио начал наставлять взволнованных Непризнанных. А затем переключился на нас, и объяснил, в чем заключается их экзамен. Он дал каждому из нас листок. А вот и само задание. Тема: «Цикл боли» Имя: Бетти Смит Цель: изменить человеческий сценарий, применяя силу влияния. Как оценивается результат: Если Непризнанный справится самостоятельно, то переходит на новый уровень. Если Непризнанный не будет справляться, Урожденному придется вмешаться в ход событий. В таком случае экзамен автоматически считается несданным. [Человеческий сценарий должен быть изменен в любом случае] — И помните, даже в случае провала Непризнанного, окончательный вердикт выносите вы. Потому что, есть те, кто действительно старался и заслуживает перейти на уровень выше. Ваша задача: внимательно следить за поведением Непризнанного и дать честную оценку. Но, это только в случае провала. Я же надеюсь, что каждый из вас справится самостоятельно, — закончил Фенцио.

***

Все потихоньку начали выходить. Немного задержавшись, мы с девочками вышли последними. У водоворота нас ждали Непризнанные. Подойдя ближе, я заметила Люцифера и Луизу, которые о чем-то разговаривали. Как только я подошла, он перевел взгляд на меня, а за ним и Луиза. Я не могла сдержаться: — Что, Люцифер, переживаешь за свою Непризнанную? — протянула я и усмехнулась. Он слегка растерялся, видимо не ожидал. — О чем ты? — серьезно спросил он. Я подошла ближе к водовороту, где, собственно, стояла Луиза. — Не переживай, я не съем ее, — на губах заиграла стервозная улыбка. Люцифер непонимающе посмотрел на меня, а затем на девочек. Луиза тем временем вовсю изучала меня с ног до головы. — Нравится? — издевательски спросила я, смотря прямо в глаза. — Что?.. — растерянно спросила она. — Прыгай, — я кивнула в сторону водоворота. Она посмотрела на Люцифера, который смотрел на меня и наконец прыгнула в водоворот. Насколько ты расстроишься, если она завалит экзамен, Люцифер?