Часть 2

Глава 2: История синяка

Скай проигнорировал стальной взгляд брата, способный заморозить лаву. Он не сдвинулся с места. Вместо этого он выпрямился во весь свой внушительный рост, засунул руки в карманы идеально сидящих джинсов и сделал уверенный шаг вперёд, намеренно заслонив собой Блум от Валтора. — Так, Блум, — его голос потерял былую игривость, став деловым и сосредоточенным, но без намёка на жёсткость. — Давай начистоту. Что случилось на самом деле? Блум сглотнула комок в горле, её пальцы с белыми костяшками всё ещё впивались в грубую ткань простыни. Она скользнула взглядом по фигуре Валтора, застывшей в дверях с каменным, невозмутимым лицом, и снова посмотрела на Ская. В его открытом, прямом взгляде она не увидела ни капли осуждения — только твёрдое намерение докопаться до истины. Эта искренность заставила её сделать робкий вдох. — Сын... сын директора детского дома, — выдохнула она, заставляя слова пробиваться сквозь страх. Они выходили рвано, с трудом, будто резали ей горло. — Энди. Он... он пришёл ко мне в комнату вечером. Хотел... — она резко замолкла, закусив губу, и снова сжалась в комок, будто пытаясь стать меньше. — Он тебя ударил? — мягко, но настойчиво спросил Скай, кивнув в сторону её синяка. Она снова покачала головой, и медная грива волос скрыла её лицо. —Нет. Я... я оттолкнула его. Он потерял равновесие и ударился об угол стола. Потом прибежали воспитатели... — её голос дрогнул. — Он сказал им, что я сама набросилась на него в припадке, что я «не в себе». А когда я попыталась рассказать правду директору... — её голос сорвался в шёпот, полный стыда и отчаяния. — Он назвал меня лгуньей и истеричкой. И... и отправил меня сюда. Сказал, что мне нужно «полечиться». Скай медленно кивнул, его лицо стало непроницаемо-серьёзным. Он развернулся к Валтору, и его осанка выражала холодный вызов. —Слышишь? Тебя наняли, чтобы заткнуть жертву. Поздравляю, доктор. Очень благородная миссия. Валтор с лёгким раздражением скрестил руки на груди, отчего белый халат натянулся на его плечах. —Я не следователь, Скай. Я врач. Ко мне поступают пациенты с установленным диагнозом. В её истории болезни чёрным по белому написано: «острое тревожное расстройство с признаками бреда преследования». — Бред? — Скай фыркнул, и в его глазах вспыхнули опасные искры. — По-моему, это единственная адекватная реакция на происходящее! Ты что, совсем ослеп? Или тебя просто устраивает такая версия? — Я работаю с картиной, которую мне предоставили компетентные источники, — ледяным тоном парировал Валтор. — И твоё непрофессиональное вторжение лишь усугубляет её состояние и нарушает терапевтический процесс. — Ой, да заткнись ты со своим процессом! — Скай отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и снова повернулся к Блум. Выражение его лица мгновенно смягчилось, голос вновь стал тёплым и ободряющим. — Слушай, малышка. Ты не должна здесь находиться. Поняла? Ты не пробудешь в этой клетке ни секунды дольше. Он почти театральным жестом вытащил из кармана свой смартфон, и его большой палец уверенно нашёл нужный номер. —Брендон? Да, слушай, срочно нужно решить один вопрос. Детский дом «Надежда». Директор и его сынок. Нужно найти на них всё, что можно, чтобы они немедленно отстали. Да, именно так. И подключи Стеллу, у неё там связи в мэрии. Скажи, что речь идёт о подруге. О нашей подруге. Он положил трубку и убрал телефон, его взгляд снова встретился с взглядом Блум. —Всё будет в порядке. Обещаю. Блум смотрела на него, не веря своим ушам. Ещё несколько минут назад её мир сузился до этих серых, голых стен, до безвыходной ямы отчаяния. А теперь этот самоуверенный незнакомец с глазами цвета летнего неба ворвался в её ад и на полном серьёзе, одним телефонным звонком, пообещал спасение. Ещё одна слеза скатилась по её щеке, но на этот раз — не от страха, а от всеохватывающего, оглушительного облегчения. — Спасибо, — прошептала она так тихо, что это было почти неслышно, но Скай уловил. Он одарил её своей ослепительной, чуть наглой улыбкой, которая, казалось, могла растопить лёд. —Не благодари пока. Мы ещё вытащим тебя отсюда, и тогда ты познакомишься со Стеллой. Она тебе понравится. Она такая же упрямая, — он бросил вызывающий взгляд на Валтора, — только в её случае это чертовски мило. Валтор с раздражением закатил глаза к потолку, но в самый уголок его строгих губ закралась и замерла почти незаметная улыбка. Его брат был идиотом, наглым, импульсивным и совершенно неуправляемым. Но, чёрт побери, он обладал поразительной способностью зажигать свет даже в самых тёмных и безнадёжных уголках. Даже в промозглой палате изолятора.