Глава 1. Вспышка

До взрыва оставалась всего секунда. Гермиона поняла это по тому, как воздух вокруг Малфоя дрогнул, будто натянутая струна. Он стоял посреди коридора у класса заклинаний, сжимая в руках письмо. Лицо — белее обычного. Пальцы дрожали. И прежде чем она успела открыть рот, вспышка магии сорвалась с него, как удар грома. Стены коридора затрещали, лампы мигнули. На её глазах мраморный пол пошёл паутинкой трещин, от которых поднялся ледяной пар. — Малфой! — Гермиона рефлекторно выхватила палочку. — Остановись! — Не приближайся, Грейнджер, — прошипел он сквозь зубы. — Я не… контролирую… Но было поздно. Волна его неконтролируемой магии сорвалась наружу, и всё вокруг накрыла ледяная вспышка. «Finite incantatem!» Её голос разрезал шум магии. Она почувствовала, как сила прошла через неё и схватилась за вспышку, пытаясь погасить её до того, как та разорвёт коридор к чертям. Это было похоже на борьбу с метелью. Холод ударил в неё — в кожу, в грудь, в пальцы. Она крепче сжала палочку, ощущая, как магия рвётся вперёд. Пальцы свело от боли, но она не отступила — выровняла дыхание, удерживая поток, пока он наконец не схлынул. Коридор снова стал тихим. Гермиона тяжело дышала. В висках звенело. Её ладони ныли от перенапряжения, но вспышка прекратилась — полностью. Малфой стоял, опустив голову. Бледный, потный, дрожащий. Письмо лежало у его ног — пеплом. Сгорело от его же магии. — Что… это было? — выдохнула она, всё ещё не веря. — Не твоё дело, — хрипло бросил он, но голос сорвался. — Ты должна была уйти. — И оставить тебя взорвать пол-Хогвартса? — фыркнула она, хотя сердце билось где-то в горле. — Извини, Малфой, но нет. Он поднял на неё взгляд. Серые глаза — всегда холодные, всегда высокомерные — сейчас были полны паники. Настоящей. Он выглядел так, будто ещё мгновение — и рухнет. И впервые Гермиона увидела трещину в его привычной маске. — Это… снова, — прошептал он почти неслышно. — Я больше не могу… Он осёкся, будто понял, что сказал слишком много. Драко выпрямился, резким движением стёр с лица всё, что на нём было секунду назад, и снова надел своё привычное выражение ледяного равнодушия. Но Гермиона уже видела его глаза до этого. — Грейнджер, — сказал он ровно, — забудь, что ты это видела. Он прошёл мимо неё, даже не оглянувшись. А она стояла среди холодных трещин и думала только об одном: Что бы это ни было — Малфой не справляется сам. И ещё мысль, которая пришла почему-то слишком быстро и слишком отчётливо: она не сможет просто отвернуться.