Пролог

      Ни одно мрачное утро не могло испортить Лили Поттер настроение, когда она просыпалась в объятиях своего мужа. Осень, сделав фальстарт неумолимо неслась вперед, затянув тучами низкое небо, заставляя редких гостей Годриковой впадины запахивать свои мантии плотнее. Это утро не стало исключением. Нежась под одеялом в тепле рядом лежащего мужчины, Лили, высунув нос, уже некоторое время смотрела в угол комнаты.       За деревянными прутьями детской кроватки, лежала целая вселенная, которая неизменно заставляла улыбаться своих родителей. Маленький Гарри пошевелил рукой, заставив мать затаить дыхание, ей так не хотелось терять это тихое мгновение раннего утра.       Лили наблюдала, как открываются заспанные глаза ее сына, как он сжимает в кулачке край одеяльца. На пухлом личике расцвела гримаска недовольства — и вот он, утренний плач, ворвался в тишину спальни. За спиной пошевелился Джеймс. Он притянул Лили к себе и прошептал в взлохмаченные сном волосы.       — Доброе утро, мое солнце. — хриплый, заспанный голос отца отвлек Гарри. Он устремил свой взгляд в сторону родителей, продолжая перебирать ручками складки одеяла.       — С добрым утром. — ответом прошептала она, вытягивая из-под одеяла обнимающую ее руку мужа, для нежного поцелуя в большую ладонь.       Закрыв глаза и прижавшись щекой к грубым мозолям — тем самым, что когда-то были натренированны квиддичем, а потом, отточенными тяжелой работой военного времени. Разборы завалов в поисках выживших после очередной атаки пожирателей смерти, создание и поиск новых «безопасных домов», миссии, планы которых Лили помогала строить — все это лежало на плечах бойцов ордена Феникса, в число которых входил и ее муж. Ожидая их возвращения с опасных миссий она варила зелья, чтобы залечивать раны, с которыми те возвращались. Все это было вчера, сейчас Лили и Джеймс Поттер никуда не торопились.       Джеймс медленно провел ладонью по щеке к виску, чтобы утонуть пальцами в любимых волосах, заставляя разомлевшую Лили повернуть голову на него. Она открыла глаза и встретилась с озорным взглядом, полным нежности и шалости. Лили улыбнулась и потянусь к губам Джемса. Он тут же помог осуществить задуманное, притянув ее за затылок и обрушив на нее такой нужный им обоим поцелуй.       Со стороны детской кроватки донеслось кряхтение, а следом заливистый плач. Лили и Джеймс оторвались друг от друга и тихо рассмеялись.       — Мне очень не хватает няни в такие моменты. — перекатываясь на спину, раздосадовано сказал Джеймс.       — Это точно, — Лили встала с кровати, легко ступая голыми ногами на холодный пол, и направилась к сыну. Она подхватила Гарри на руки и развернулась к мужу.       — Но разве мы можем кому-то доверить это чудо? — она вытянула его на руках, демонстрируя во всей красе плачущее «сокровище».       — Боюсь Сириус обиделся бы, услышав такое.       — А на перспективу быть нянькой он не обидится?—Лили подошла к Джеймсу.       — Я верю, что ты справишься лучше любой няни. — сообщила она, укладывая сына рядом с ним, и, подмигнув, вышла из комнаты — разбираться с утренними хлопотами.       Алый свет заката разливался лужей по кухонному столу. Не показывавшееся целый день солнце, воспользовалось брешью в тучах, чтобы сыграть финальную сцену «золотого часа». Пылинки лениво кружились в его лучах золотыми искорками, подчеркивая густоту воздуха. Годриковая впадина, казалось, замерла; даже деревья за окном будто забыли о порывах осеннего ветра.       Из гостиной доносились приглушенные голоса.       — Лили, мне нужно идти, ты же знаешь —я нужен им.       — Нет, Джеймс. Ты нужен здесь. — Глаза ее сверкали огненными всполохами каминного пламени, но голос оставался тихим.       — Ты сама помогала планировать эту миссию. Ты знаешь, что нужно четверо. А после потери Эдгара…       — Ты не пойдешь! — ее голос впервые дрогнул. — Ты не единственный, кто может помочь. Мы должны оставаться здесь, на случай…       — Какой случай? Мы защищены. Наш дом защищен.       — Не надо… Пожалуйста… — обреченно прошептала она.       Лили подошла вплотную, схватила его ладонь обеими руками и посмотрела прямо в глаза.       — Мне страшно — выдохнула она, едва успевая договорить это нелегкое признание.       И тут же вздрогнула.       Снаружи оглушительно зазвенел дверной звонок — тот самый, которым в этом доме пользовались крайне редко.       Поттеры обернулись. Внезапный, тяжелый удар в дверь — и наступила звенящая тишина. Джеймс инстинктивно шагнул вперед. Рукой, в которую она вцепилась еще крепче, он задвинул Лили назад, заслоняя своей спиной.       — С дороги. — Послышался резкий, сухой голос.       В тот же миг дверь с грохотом слетает с петель, разлетаясь в щепки, под действием заклинания воздух кружит их по всей прихожей.       — Лили! Беги! — Джемс силой расцепил ее пальцы и толкнул к лестнице, ведущей наверх, в спальню, где мирно спит их сын.       Она упала на ступени и обернулась, ее глаза расширились от ужаса. На пороге, в клубах пыли, стоял высокий мужчина. Его бледное лицо в полумраке прихожей выделяли лишь две красные точки — глаза. Под его ногами, распластавшись, лежал Питер — их друг, их доверенное лицо. Осознание лавиной накрыло ее. Паника, отбивавшая в висках собственный ритм, заставила ее вскочить и побежать вверх.       — Отдайте мальчишку! Это все что мне нужно от вас— голос Волан-де-Морта прорезал пространство, отсекая все сомнения.       Он пришел за их сыном. За их Гарри. И привел его сюда их же друг.       — Солнце мое… защити Гарри! — голос Джеймса остановил ее у порога.       Держась за ручку двери в спальню, Лили обернулась. Перед глазами вспыхнула зеленая вспышка, забирая последние несказанные слова, что сейчас кричит ее сердце. Тело ее мужа, плавно, почти невесомо оседает на ступенях, преграждая путь тому, кто стоял у подножия лестницы.       Алые глаза Волан-де-Морта уже смотрели на нее — жадные, хищные. Его палочка была направлена прямо ей в грудь. С сухим, скрипучим смехом он сделал первый шаг через тело Джеймса.       Лили, роняя слезу, распахивает дверь, врывается в спальню и с силой захлопывает ее за спиной.       — Акцио палочка! — срывающимся голосом почти кричит и подбегает к кроватке Гарри, который смотрит на нее своими большими зелеными глазами, точь-в-точь как у нее. Рваными, торопливыми движениями она прикладывает ко лбу сына пальцы, которые только что успела поцеловать. Сморгнув слезы и стиснув зубы, Лили отрывается от него и встает в боевую стойку.       Ее взгляд скользит по комнате, отмечая не заправленную кровать — всего час назад они с Джеймсом и Гарри валялись на ней после вкусного ужина.       Дверь распахнулась со скрипом. Кривая улыбка на лице лорда исказилась еще сильнее, когда он увидел ее, стоящую перед кроваткой. В его левой руке была ее палочка.       — Отойди, глупая девчонка. Ты мне не нужна.       — Нет… Пожалуйста… Только не Гарри. — она цепляется за прутья кроватки со всей силой, что у нее есть.       Волан-де-Морт лишь ухмыльнулся. Легким, почти небрежным движением своей палочки он швырнул ее в сторону. Лили подскочила и снова бросилась к сыну, нависая над ним живым щитом. Лорд сделал шаг внутрь комнаты.       — Уйди с моего пути!       Холод его голоса, отражаясь от стен, ударил по ее коже, и тело сковал невидимый лед. Она рухнула на пол, парализованная чарами, но мысль о сыне продолжила гнать кровь по жилам, наполняя силой измученное за какие-то минуты тело. Глотая изо всех сил холодный воздух, Лили подняла голову — и на кончике палочки лорда Волан-де-Морта она увидела зеленую искру, зарождающегося заклинания.       Последним отчаянным рывком она вскочила между ним и Гарри, поймав в ладонь смертельное заклятие, чтобы прощальным жестом прижать ее к сердцу.       Тело Лили Поттер откатилось, ударившись о тумбочку. Скатившись с ее поверхности, на пол рядом мягко упала палочка Джеймса Поттера.