Глава 13: Решение

Последние остатки ощущения безопасности рухнули, как карточный домик. Квартира Эмили, несмотря на присутствие Джина и снующих повсюду офицеров, внезапно стала ощущаться как стеклянная клетка. Он был снаружи. Он видел их. Он дышал с ними одним воздухом, и они даже не подозревали. Прочесывание района ничего не дало. Ни следов, ни свидетелей. Как будто он растворился в ночном воздухе, оставив после себя лишь леденящий душу подарок на подоконнике. На следующее утро в участке царила гнетущая атмосфера. Начальство настаивало на том, чтобы Эмили перевели в безопасный дом под усиленную охрану. Джин молча поддерживал это решение, его лицо было замкнутым и мрачным. Эмили сидела в кабинете начальника отдела Ким Усока и слушала его доводы, но слова доносились до нее как сквозь вату. «...полная изоляция... контроль всех коммуникаций... мы не можем рисковать, инспектор Кан...» Рисковать. Слово отдавалось эхом в ее сознании. Они все говорили о риске для нее. Но никто не говорил о риске для следующих жертв. Пока она будет прятаться, Ли Минхо найдет себе новую «музу». Новый «холст». Кто-то другой умрет ужасной смертью, потому что она испугалась. Он назвал это «приглашением». Добровольным приходом. Безумие. Чистейшее безумие. И все же... Она вспомнила глаза Кан Миён, полые от ужаса. Вспомнила жуткие инсталляции на фабрике. Вспомнила альбом с эскизами, где ее собственное тело было превращено в мраморный памятник безумию. Он не остановится. Никогда. — Нет, — тихо, но четко сказала она, перебивая начальника. В кабинете воцарилась тишина. Джин удивленно посмотрел на нее. — Что «нет», инспектор? — нахмурился Усок. — Я не поеду в безопасный дом, — Эмили выпрямилась в кресле, ее голос набирал силу. — Это то, чего он хочет. Чтобы я испугалась. Чтобы я спряталась. Он ждет, пока наша охрана ослабнет, или пока он не найдет замену. Но пока я на свободе, пока я на виду, его внимание приковано ко мне. Джин резко встал. — Эмили, это безумие! Ты слышала, что он сказал! Он хочет, чтобы ты пришла к нему «добровольно»! Это ловушка! — Я знаю, что это ловушка! — парировала она, тоже поднимаясь. Они стояли друг напротив друга, как два противоположных полюса. — Но это также и шанс! Шанс контролировать ситуацию! Мы будем знать, что он придет за мной. Мы будем готовы. — Это слишком рискованно, — его голос стал низким и опасным. — Я не позволю тебе использовать себя как приманку. — Это не твое решение, Джин! — выкрикнула она, и в голосе прозвучала отчаянная решимость. — Это моя жизнь. И я не собираюсь проводить ее в бесконечном ожидании в четырех стенах, пока он творит свои зверства. Лучше уж встретить его лицом к лицу, на нашей территории, по нашим правилам. — Его правила! — рявкнул Джин, ударив кулаком по стене. Все в кабинке вздрогнули. — Он диктует правила! Он уже доказал, что может быть везде! Он сфотографировал нас в твоей квартире, Эмили! В окружении двадцати вооруженных офицеров! — Именно поэтому мы должны изменить тактику! — не сдавалась она. — Мы играем в его игру и проигрываем. Давайте заставим его играть в нашу. Они тяжело дышали, уставившись друг на друга. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Ким Усок тяжело вздохнул. — Инспектор Кан... ваш героизм делает вам честь. Но инспектор Ким прав. Это непозволительный риск. Эмили посмотрела на него, а затем перевела взгляд на Джина. Она видела в его глазах не просто гнев. Она видела страх. Настоящий, животный страх за нее. И это зрелище тронуло что-то глубоко внутри, но не изменило ее решения. — Тогда я сделаю это без вашего разрешения, — тихо сказала она. — Я уйду из отдела. И буду ждать его одна. Рано или поздно он придет. И, по крайней мере, тогда не пострадают посторонние. Она развернулась и вышла из кабинета, хлопнув дверью. Ее сердце бешено колотилось. Это была авантюра. Самоубийственная, отчаянная авантюра. Через несколько секунд дверь снова распахнулась. Джин вышел в коридор, его лицо было бледным. — Ты и вправду готова на это? — прошептал он, подходя так близко, что она почувствовала тепло его тела. — Умереть? Эмили посмотрела ему прямо в глаза. — Я готова положить на это свою жизнь, чтобы остановить его. А ты? Он смотрел на нее, и в его взгляде бушевала война. Профессиональный долг против личного страха. Разум против инстинкта. Наконец, он сдавленно выдохнул, и его плечи опустились. — Черт возьми, — прошептал он, проводя рукой по лицу. — Черт возьми, Эмили. Он посмотрел на нее с новым выражением — горьким, полным отчаяния, но и с бесконечным уважением. — Я не позволю тебе сделать это в одиночку. Если ты идешь на это... то мы идем вместе. Решение было принято. Они не просто шли против правил. Они шли против всякой логики, подчиняясь лишь одному — необходимости положить конец этому кошмару, какой бы ценой это ни обошлось. Игра в кошки-мышки подходила к концу. Теперь это была дуэль. И они оба шли на дуэль, не зная, кто из них станет настоящей приманкой, а кто — щитом.