Часть 4

Он сделал шаг вперед и протянул руку. Руку без перчатки. Длинные, изящные пальцы коснулись ее щеки. Прикосновение было теплым. По-настоящему, по-человечески теплым. Алиса замерла, не в силах вымолвить ни слова. Она смотрела в эти глаза и видела в них отражение всех их общих лет, всей их странной любви. —Это… ты? — наконец прошептала она, ее голос дрожал. Он кивнул, его пальцы нежно провели по ее коже. —Я, Алиса. Это я. —Но.. как? Твои глаза… ты… человек? Он улыбнулся шире, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок — настоящих, человеческих. —Я стал им. Для тебя. Ты говорила, что любишь меня. Но я всегда был для тебя холодом и тьмой. Я хотел быть для тебя теплом. Хотел обнять тебя так, чтобы ты не дрожала от холода. Прикоснуться к тебе и не оставлять на коже ледяных следов. Я хотел… чувствовать тебя так, как чувствуют друг друга люди. Он помолчал, его взгляд стал задумчивым. —Я очень, очень сильно попросил об этом у одной старой-старой звезды, которую когда-то знал. Я отдал ей часть своей… сущности. Часть вечности. В обмен на эту форму. В обмен на шанс быть с тобой здесь, в твоем мире, не как кошмар, а как.. Он не успел договорить. Алиса с рыданием, в котором смешались облегчение, безумная радость и всепоглощающая любовь, прыгнула с кровати и вцепилась в него. Ее руки обвили его шею, ее губы с силой, полной отчаяния и счастья, нашли его губы. Она целовала его жадно, глубоко, чувствуя тепло его кожи, настоящий, живой вкус его поцелуя. Ее пальцы вплетались в его густые рыжие волосы, гладили их, затем снова сжимались на его затылке, прижимая его к себе так близко, как только было возможно.