...44...

*Весна 1975 года. Хогвартс* Слухи появились неожиданно, как первый снег в ноябре — сначала робко, почти незаметно, а потом всё гуще, всё плотнее, пока не заполнили собой всё пространство. Я заметила это по взглядам. Сначала — просто любопытство. Потом — настороженность. Потом — что-то, похожее на страх пополам с восхищением. — Ты слышала? — шепнула мне Лили однажды утром, когда мы шли на завтрак. — Говорят, Тёмный Лорд ищет талантливых молодых волшебников. Особенно полукровок. — Я слышала, — ответила я спокойно, хотя внутри всё сжалось. — Но это просто слухи. — Это не просто слухи, — вмешался Сириус, появляясь из-за колонны. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени — он не спал уже несколько ночей. — Мой отец... он говорил, что к ним приходили. Вербовали. Говорили, что Лорд ищет тех, кто обладает выдающимися способностями. — И ты в их списке, — сказала я, глядя на Северуса, что стоял рядом с Лили. Он встретил мой взгляд. — И ты тоже. Мы молчали, глядя друг на друга. В этом молчании было всё: понимание, страх, решимость. — Нам нужно быть осторожными, — сказала я наконец. — Нам нужно быть готовыми, — поправил он. Последние недели перед экзаменами пролетели в бешеном ритме. Мы с Северусом, Лили и Римусом занимались до глубокой ночи, помогая Мародёрам подтянуть знания. Это стало нашим ритуалом: собираться в Выручай-комнате, зажигать свечи, раскладывать книги и пергаменты. — Фрей, объясни мне ещё раз эту руну, — просил Сириус, тыча пальцем в схему. — Это руна «Ансуз», — терпеливо объясняла я. — Символ божественной силы, но в сочетании с «Райдо» она означает «путь трансформации». Если ты хочешь использовать её в защитном заклинании, нужно добавить ещё одну руну — «Турисаз». — Мерлин, ты говоришь на иностранном языке, — простонал он, падая головой на стол. — Это и есть иностранный язык, — улыбнулась я. — Древненорвежский. И если ты хочешь сдать экзамен, тебе придётся его выучить. Сириус поднял голову и посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что приговорила его к смерти. — Ты жестокая, Фрей. — Я справедливая, — поправила я, пододвигая к нему ещё один свиток. Джеймс сидел рядом со мной, и я чувствовала его взгляд на себе. Он почти не смотрел в свои записи — всё его внимание было направлено на меня. Его рука иногда «случайно» касалась моей, когда он тянулся за книгой, и он тут же отводил взгляд, делая вид, что ничего не произошло. Я закрывала на это глаза. Мне было некогда думать о странном поведении Поттера. Но иногда я ловила его взгляд и чувствовала, как по коже пробегают мурашки. Его глаза смотрели на меня так, будто я была единственным человеком в комнате. Будто он видел что-то, чего не видели другие. — Джеймс, ты слушаешь? — спросила Лили, когда он в очередной раз уставился в пустоту. — Да, — ответил он, но я видела, что он не слышал ни слова из того, что она говорила. Он смотрел на меня. И я не знала, что с этим делать. В середине мая я получила сову от Аберфорта. Письмо было коротким, но в нём чувствовалась тревога, которую он пытался скрыть. «Дорогая Лира. Мне нужно срочно с тобой поговорить. Приезжай в Хогсмид в ближайшую субботу. Это важно. Я люблю тебя. Папа». Я сжала письмо в руках, чувствуя, как внутри поднимается холодная волна страха. — Что-то случилось? — спросила Лили, заметив моё лицо. — Не знаю, — ответила я. — Но я должна узнать. «Кабанья голова» встретила меня привычным запахом старого дерева и эля. Аберфорт стоял за стойкой, но, когда я вошла, он сразу вышел ко мне и заключил в объятия. — Лира, — сказал он, и в его голосе звучала такая тревога, что я поняла: случилось что-то серьёзное. — Что происходит, папа? Он усадил меня за столик в углу, налил чаю и сел напротив. Его руки дрожали, когда он подносил кружку к губам. — Тёмный Лорд знает о тебе, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Он слышал о твоих работах. О рунических связках, которые ты создаёшь. О зельях, которые ты усовершенствуешь. Он хочет тебя заполучить. — Я знаю, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Слухи дошли и до нас. — Это не слухи, Лира. — Он положил свою руку на мою. — У меня есть источники. Надёжные. Он действительно заинтересован в тебе. И в Северусе. Он посылает своих людей, чтобы они следили за вами. Присматривались. Ждали подходящего момента. — И что нам делать? — Я должен уехать, — сказал он. — В Румынию. Старый знакомый обещал мне информацию, которая может помочь защитить тебя. Но я не могу оставить тебя одну. — Я могу остаться в Хогвартсе. Дамблдор... — Альбус ничего не сделает, — перебил он, и в его голосе была горечь. — Он занят своими делами. Своими планами. Он не ставит твою безопасность выше своих целей. Я не доверяю ему. — Тогда что нам делать? Аберфорт помолчал. Я видела, как он собирается с мыслями, как борется с эмоциями. — Я перебрал все варианты, — сказал он наконец. — И пришёл к единственному решению, которое кажется мне правильным. Ты поедешь гостить к Поттерам. Я замерла. — К Поттерам? — переспросила я. — То есть... к родителям Джеймса? — Да. Это надёжное место. Флимонт и Юфемия — хорошие люди. Они не связаны с политикой, у них есть влияние и защита. Там ты будешь в безопасности. — Но... я не знаю их. Я не знаю, как они отнесутся к тому, что в их доме будет жить незнакомая девочка. — Они знают о тебе, — сказал Аберфорт, и в его голосе появилась едва заметная улыбка. — Джеймс писал им. О твоих успехах. О твоей помощи его друзьям. О том, какая ты замечательная. Я покраснела. — Зачем он им писал? — Потому что он говорит о тебе всё время, — ответил Аберфорт, и в его глазах мелькнула хитринка, которую я не заметила раньше. — Этот парень явно влюблён в тебя, Лира. И я, если честно, одобряю его выбор. — Папа! — Что? — он улыбнулся. — Я просто говорю, что он хороший парень. Из хорошей семьи. И он явно готов за тебя бороться. Я не знала, что сказать. Мои щёки горели, а сердце билось где-то в горле. — Я не думала об этом, — сказала я наконец. — Он мой друг. Просто друг. — Посмотрим, — ответил Аберфорт с улыбкой. --- Последняя неделя перед экзаменами была самой тяжёлой. Мы занимались каждый день, с утра до вечера, и я чувствовала, как мозг начинает плавиться от перегрузки. — Лира, ещё раз объясни мне формулу стабилизации, — попросил Питер, сидя напротив меня с раскрытой книгой. Я посмотрела на его записи и улыбнулась. Он старался изо всех сил, и это было заметно. — Смотри, — я взяла его перо и начала писать. — Если добавить корень мандрагоры на третьем этапе, зелье станет более стабильным. Но если ты хочешь усилить эффект, нужно добавить экстракт алоэ на финальном этапе. — Понял, — он кивнул и начал переписывать формулу. — Ты молодец, Питер, — сказала я. — Ты действительно хорошо усваиваешь материал. Он посмотрел на меня с обожанием, и я почувствовала, как внутри разливается тепло. Рядом с нами сидели Римус и Лили, обсуждая трансфигурацию. Их голоса были тихими, но я слышала их смех и чувствовала, как они наслаждаются друг другом. Северус сидел в углу, уткнувшись в книгу по зельеварению. Но я видела, как он иногда поднимает голову и смотрит на Лили, и в его взгляде что-то тёплое, нежное. Сириус и Джеймс сидели отдельно, пытаясь учить заклинания. Их попытки были неуклюжими, но они старались. И я видела, как их отношение к учёбе меняется. — Ещё раз, Сохатый, — сказал Сириус, показывая на книгу. — Ты должен произносить «Экспеллиармус» чётко и уверенно. — Я знаю! — рявкнул Джеймс. — У меня просто не получается! — Потому что ты думаешь не о заклинании, а о чём-то другом, — ответил Сириус, и в его голосе появилась насмешка. — О чём же? — О ком-то, — Сириус кивнул в мою сторону. Джеймс покраснел до корней волос. — Заткнись, Бродяга. Я сделала вид, что не слышала. Но я слышала. И внутри меня что-то дрогнуло. Когда объявили результаты, я почувствовала гордость, смешанную с облегчением. Все «Превосходно». Без единого «Выше ожидаемого». — Ты монстр, — сказал Сириус, глядя на мой свиток с оценками. — Это просто нечестно. — Я просто много занималась, — улыбнулась я. Лили получила четыре «П» и два «В». Северус — пять «П» и одно «В». Римус — тоже пять «П». Мародёры, благодаря нашим занятиям, не провалили ни одного экзамена. У Джеймса и Сириуса были «В» и «П», у Питера — в основном «Д» и «В», но все зачёты были сданы. — Я не верю, — сказал Питер, глядя на свои оценки. — Я никогда не получал таких высоких баллов. — Ты старался, — я сжала его руку. — Ты заслужил это. Джеймс подошёл ко мне и, не говоря ни слова, обнял меня. Крепко, почти до боли. — Спасибо, — прошептал он в мои волосы. — Если бы не ты, я бы всё провалил. — Ты бы справился и без меня, — ответила я, чувствуя, как его дыхание касается моей шеи. — Нет, — он покачал головой. — Без тебя я был бы никем. Я не знала, что ответить. Его близость сбивала меня с толку.