Глава 1. Город, в котором слишком жарко, чтобы думать

"А я всё реже поднимаю глаза к небу.

Чужие мысли заполняют голову во время просмотра кино.

Своей жизни я наблюдатель, но никак не перо.

Если первой стреляю не я - значит просто целься мне в грудь.

Здесь не дают сделать выдох.

Да что уж...здесь нельзя и вздохнуть."

***

Я копила на эту поездку весь последний год. Подработки, пара заказов, стипендия, экономия на еде — всё складывалось в одну мечту: уехать после выпуска хотя бы на неделю куда-нибудь, где море и нормальный климат. Поэтому я стояла в самом центре Куала-Лумпура, обмотанная жарой, как одеялом, с телефоном в одной руке и кофе в другой. Я плохо знала английский. Базу понимала — но стоило человеку говорить чуть быстрее или не как в учебнике, и слова превращались в шум. В ушах звенело: гудение машин, гул толпы, крики торговцев, свист моторов скутеров. Лица людей мелькали, смешанные, разные, чужие, непостижимые. Я ловила себя на мысли: Страх. Но я делала то, что всегда делаю в толпе: руки в карманы, приподнятый подбородок, взгляд «я ваще не нервничаю, вы меня не трогайте». Хотя руки у меня реально дрожали внутри карманов. Я вообще приехала сюда как… как подарок самой себе. Типа «поздравляем, окончила агротехнический технарь, выжила среди туалета на улице, плесени в спортзале и тех самых зим, когда лёд на окнах толще учебников». Не сказать, что я прям страдала — нет, просто жила, как все: серое утро, серый день, серый потолок в общаге. Учёба, работа, дорога… И вот это странное чувство, что ты вроде молодая, а уже как будто вся жизнь известна наперёд. И поэтому я тут. В стране, язык которой я выучила едва-едва. Иногда понимаю по словам, иногда по выражению лица, а иногда просто улыбаюсь, потому что, блин, ну а что ещё делать?Эта поездка — как попытка наконец выйти из своего вечного холода и привычной мрачно-серой реальности. Вырваться хотя бы на пару дней. Немножко пожить по-другому. Немножко пожить вообще. И вот, когда я пыталась найти нужную улицу, пробегая глазами по вывескам — кто-то влетел мне в бок. Стакан в моей руке дёрнулся, и кипяток плеснул на грудь. Я резко втянула воздух. Боль — резкая, горячая, жгучая. У меня лицо сразу стало злое, брови сдвинулись, дыхание — короткое, через нос. Я терпела. Потому что вот так кричать или плакать — это не про меня. Но внутри у меня всё сжалось как пружина. — I’m so sorry! — парень в очках остановился передо мной. — Sorry-sorry! My fault! Он выглядел обеспокоенным. Говорил быстро. Я половину поняла, половину — нет. — Блять… — прошипела я себе под нос, глядя на развод кофе на футболке. Он уже протягивал салфетки. — Hot? Burn? You ok? Я кивнула коротко, всё так же зло дыша через нос. Стерплю. Я всегда терплю. Он замялся, потом жестами объяснил: — Please, let me buy you another. I feel very, very bad. Я попыталась сказать «не надо», но он делал такие извиняющиеся глаза, что я только махнула рукой: — Ладно. Окей. Мы пошли в ближайшую кофейню. Шли молча — он боялся говорить, я боялась не понять. Когда мы взяли напитки, он сел напротив и осторожно спросил: — You travel… alone? — Да, — выдохнула я. Потом поправилась. — Yes. Alone. Он улыбнулся — мягко, спокойно. — You brave. Если бы он знал, как я руки прячу, чтобы не было видно, что они трясутся. — Where you from? — Russia. — Oh! Russia! Cold. Big. Very big. Я кивнула. Когда он смеялся или удивлялся, казался обычным местным айтишником или студентом. Мы разговаривали — точнее, он говорил, я угадывала смысл. Потом он упомянул: — You should visit Rook Island. Very beautiful. All tourists go. Я вскинула голову. — All? — Yes, yes! Very popular. You will like it. Он протянул визитку. — If you want, I can show you boat place. No pressure. Я спрятала карточку в карман — к другим визиткам, билетам, странным бумажкам, которые я собирала за день.Через пару часов, уже в отеле, я записывала кружок в телеграмме для мамы. Он был небольшой, скромный, но аккуратный — именно такой, какой я могла себе позволить.Белые стены, слегка выцветшие шторы, но чисто, пахло свежей постелью и лёгкой прохладой кондиционера. Маленький балкон выходил на узкую улочку, где слышался гул машин и звон мотоциклов. Я выбрала Малайзию не случайно. Хотелось чего-то экзотического, но при этом доступного. Страна с тёплым морем, пальмами, разнообразной кухней, а ещё относительно недалеко — не как Австралия или Япония. Внутри меня была надежда на контраст: хотя бы на неделю вырваться из села, серых улиц и холодных зим. Отель меня устроил — скромно, но с душем, кондиционером, маленьким завтраком в виде булочек, фруктов и кофе. На большее я не могла рассчитывать, и это меня устраивало: главное, что место чистое и тихое. Всего семь дней отдыха — одна неделя, которую я накопила и спланировала как маленький остров свободы в своей жизни. Чтобы добраться сюда, я прошла путь, который казался бесконечным: из своего села «Задрочево» нужно было сначала доехать на автобусе до районного города, оттуда пересесть на поезд в крупный транспортный узел, а потом ещё несколько часов лететь самолётом. Каждая пересадка, ожидание, длинные очереди — всё это казалось таким мелким, когда я, наконец, оказалась здесь. Я сняла с себя рюкзак, поставила его на пол, подошла к окну и посмотрела на улицу. Пальмы, жаркое солнце, запах жареного уличного фастфуда. В первые часы на улицах Куала-Лумпура я заметила столько странного, что просто не могла перестать наблюдать. Например, местные любили есть прямо на улице, но не на скамейках и не в кафе, а просто на бордюрах или даже на тротуаре. Кто-то расстилал маленький коврик, кто-то просто присаживался на краю дороги и поедал лапшу, салаты, жареные лепёшки. Для остальных туристов это выглядело почти как дикость: машины проезжают в метре от них, а они спокойно жуют и смеются. Ещё я заметила любовь к громким телефонным разговорам и смеху. Иногда казалось, что люди соревнуются, кто громче будет смеяться, и это сопровождалось жестикуляцией руками, такой, что я чуть не запуталась, пытаясь понять, что же они обсуждают. А ещё удивительно было видеть мотоциклистов, перевозящих буквально всё — от больших телевизоров до целых ящиков фруктов — на одном моторе, как будто законы физики не действовали. И при этом они ехали спокойно, не роняя ничего. Вечерами местные выходили на улицу с самодельными фонариками и продавали свежие фрукты в пластиковых пакетах, прямо держа их на руках, иногда на длинной верёвке, как гирлянду. Туристы смотрели с опаской, боясь за чистоту, а местные улыбались и звали попробовать — и это было как маленький ритуал: «Попробуй, не бойся». И каждое такое наблюдение, каждая мелочь — шум, запах, движение, смех, яркие цвета — постепенно впитывалась в меня.«Ну ок, это их жизнь. Непривычно, но красиво». После душа я села на край кровати, ещё слегка влажная, волосы прилипали к плечам. Комната была тихой, кондиционер слегка шумел, в окно проникал оранжево-фиолетовый сумеречный свет. Город вокруг медленно погружался в вечер: машины редели, звон мотоциклов стихал, на улицах зажигались первые фонари. Жара. Страх делать лишнее движение. Желание увидеть что-то красивое. Я вспомнила его глаза, мягкий, спокойный взгляд, то, как он пытался объяснить что-то, и как я угадывала смысл, ловя отдельные слова. В этой новой, странной стране я поняла, что мне нужен хотя бы маленький маяк, кто-то, с кем можно связаться, чтобы не потеряться в этом чужом мире. Я глубоко вдохнула, вытерла руки о полотенце и достала телефон. Сумерки за окном стали чуть темнее, но в них было что-то успокаивающее. И я набрала его номер.