Глава 13

Глава XIII: Эхо из Бездны

Прошло еще пять лет. Кассиан и Лиана, "Дети Тьмы", росли в атмосфере мрачной роскоши и абсолютного контроля. Кассиан был сосредоточен и холоден, как его мать, уже в семь лет демонстрируя пугающее понимание политических интриг. Лиана, с ее родовой меткой "Врата", была более дикой и непредсказуемой, часто разговаривая с невидимыми сущностями. Вероника и Артемий правили как единый, непоколебимый блок. Но их темный роман начал давать трещины, вызванные не изменой, а скрытыми тайнами и властью. ▌Прошлое Артемия Вероника, устав от загадок, начала собственное расследование. Она обнаружила, что Артемий был не просто капитаном стражи, а последним потомком древнего культа, известного как "Хранители Врат". Их миссия заключалась в том, чтобы либо запечатать, либо контролировать силы, подобные Костяному Владыке. Его "защита" детей была не отцовской любовью, а ритуалом. Он вплетал в них не свою силу, а печать, чтобы они могли стать либо идеальными хранителями, либо идеальными сосудами. В дворце появились новые лица, принесшие с собой свежие интриги и страсти. Лорд Валериан: Молодой, блестящий дипломат, вернувшийся из изгнания. Он был воплощением света и чести, полная противоположность Артемию. Валериан был тайно влюблен в Веронику с детства и открыто восхищался ею, что вызывало ярость у Артемия. Элисса: Придворная художница, чьи портреты были пугающе реалистичны. Она была красива, загадочна и, казалось, была единственной, кто не боялся Артемия. Элисса была одержима его мрачной красотой, и между ними возникло напряженное, невысказанное влечение. Валериан открыто бросал вызов мрачной атмосфере дворца, принося Веронике цветы и светские разговоры. Он напоминал ей о той Веронике, которая была до трона. "Ваше Величество, вы сияете, когда смеетесь," — говорил он. Артемий отвечал на это холодной яростью. Он видел в Валериан не соперника, а угрозу их темному союзу. "Королева не нуждается в фальшивом свете, Валериан. Она — сама тьма, и она прекрасна в ней," — рычал Артемий, прижимая Веронику к себе на глазах у всего двора, демонстрируя свою собственность. Элисса рисовала Артемия. Ее портреты были не просто изображениями, а исследованиями его души. Она видела его боль, его тайну. "Ты носишь на себе слишком много печатей, Консорт," — шептала она, когда они были одни в студии. "Позволь мне снять хотя бы одну." Их отношения были основаны на взаимном понимании тьмы. Артемий, чувствуя, что Вероника отдаляется, ища свет, находил утешение в Элиссе, которая принимала его таким, какой он есть — опасным и скрытным.