Глава 40

      Ольга [09:48]       С днём рождения, Саш <3       Тебе уже 20) И я даже не знаю, что пожелать, кроме того, чтобы у тебя всё было хорошо       Чтобы на работе тебя поменьше мучили, а на учёбу ты не забивал)       И чтобы всё, что ты хочешь, у тебя получилось       И ещё хочу, чтобы ты был счастлив)       Чтобы поменьше переживал и злился, даже если иногда кажется, что вокруг одни идиоты))       Оставайся таким же заботливым, добрым и иногда вредным)       Я правда очень рада, что ты есть в моей жизни       С днём рождения ещё раз)                     Это сообщение оставалось непрочитанным, даже когда мы с родителями вернулись после пляжа и обеда в номер первого января. И с каждым часом я чувствовала себя всё более жалкой.              Мне так отчаянно хотелось передать всю свою искренность и тепло Саше через семь тысяч километров между нами. Каждое слово я по десять раз стирала и набирала заново, но так и не решилась написать, что люблю его.              «Но ведь и так понятно?.. Должно быть понятно».              Просто надеялась, что он почувствует это. Поймёт, как на самом деле важен мне. Ответит какой-нибудь шуткой или пусть даже сарказмом — я бы сейчас всё приняла... вообще всё.              Мне так хотелось верить, что эти десять дней всё исправят. Что я вернусь, Саша встретит меня дома, я обниму его и больше уже не стану отстраняться. Не буду злиться из-за работы, упрекать за какую-то ерунду, прятаться за учёбой. Просто буду рядом. Казалось, теперь я наконец поняла, как глупо вела себя всё это время.              «Ещё же можно всё исправить. Точно можно».              Наверное, я никогда так сильно не любила Сашу, как здесь, под жарким тропическим солнцем, среди чужих людей, в совершенно другой стране, рядом с родителями, которые каждый раз косо поглядывали на меня, когда я судорожно хваталась за телефон в надежде увидеть наконец заветное уведомление. Но оно не приходило. Саша даже не появлялся в сети с часа ночи по нижегородскому времени.              «Может, спит. Конечно, спит. Он вчера весь день провёл на работе, а сегодня у него день рождения. Наверное, просто отсыпается».              Через пять минут открыла чат.              «А если не спит?»              Внутри неприятно похолодело.              «Вдруг что-то случилось? Господи...»              Заблокировала телефон и положила его на кровать экраном вниз.              «Хватит. Он просто спит».              Через несколько секунд снова схватила телефон.              «А если нет?..»              Открыла чат и ещё раз перечитала собственное поздравление, от которого хотелось теперь провалиться.              «Может, слишком много написала?»              Родители спали на соседней кровати. Папа лежал на спине и похрапывал, мама отвернулась к стене, натянув одеяло до плеч. В номере было темно из-за задёрнутых штор, только полоска света пробивалась снизу балконной двери. Я лежала, уткнувшись в телефон, и обновляла чат снова и снова. В какой-то момент возле имени Саши появилось «онлайн». Сердце тут же забилось быстрее. Прошла минута, а за ней ещё одна.              «Ну?..»              Он опять вышел из сети, а моё сердце провалилось куда-то вниз.              «Понятно».              Положила телефон рядом с подушкой и отвернулась к стене.              «Зачем я столько написала? "Я рада, что ты есть в моей жизни". Боже... Какая же дура».              Телефон завибрировал минут через пятнадцать.                     Александр [16:03]       Спасибо, Оль       Правда                     «"Правда"... Он растрогался?..»              Губы сами растянулись в улыбке, а глаза стали влажными. Мне так сильно захотелось оказаться дома и обнять его. Прижаться щекой к его плечу и больше никогда не отпускать.                     Ольга [16:05]       Как ты Новый год отметил?)                     Саша прочитал сообщение, но через несколько секунд снова вышел.              «Наверное, отвлёкся».              Положила телефон на грудь и закрыла глаза. Через пять минут проверила чат — ничего. Ещё через десять — тоже.              «Может, кто-то позвонил? У него же день рождения».              Уговаривала себя не накручивать, но после утреннего молчания получалось плохо.              Мама заворочалась на соседней кровати, и я быстро убрала телефон, делая вид, что тоже пытаюсь уснуть.              Саша ответил только через несколько часов, когда за окном уже начинало темнеть, а мы собирались выходить из номера.                     Александр [19:47]       Да никак особо       После работы народ позвал                     «Кто?.. Вчера Глеб вроде был занят. Фил, Гоша и Андрей тоже. По крайней мере, именно это Саша сказал мне перед отъездом».              В груди неприятно зашевелилось.              «Я же обещала себе не упрекать».                     Ольга [19:48]       Глеб всё-таки позвал?)                     Скобочку в конце поставила специально, чтобы вопрос не выглядел как допрос.              — Оль, ну ты идёшь? — позвала мама из коридора. — Мы уже выходим.              — Да! Сейчас!              Ещё секунду смотрела на чат, но сообщение оставалось непрочитанным. Заблокировала телефон, сунула его в карман шорт и поспешила за родителями. План у них на вечер был предельно простым: поесть, а потом погулять. Куда именно — я даже не спрашивала. Да и какая разница? Голова всё равно была занята совсем другим.              «Почему он так долго не отвечал?»              Каждые несколько минут рука машинально тянулась к карману шорт, но связи же не было.              «Я тут как пещерный человек...»              Через несколько минут папа неожиданно свернул к огромному открытому ресторану, где вместо обычных колонн возвышались искусственные деревья с толстыми стволами, а на ветках прямо над головами посетителей были закреплены огромные фигуры тигров. Один оскалился, раскрыв пасть над проходом, другой растянулся вдоль ветки, будто собирался прыгнуть прямо на чей-нибудь стол. Под потолком горели разноцветные лампы, стены были стилизованы под каменные своды и джунгли, а где-то в глубине виднелись огромные аквариумы. Всё выглядело так, словно кто-то решил смешать парк развлечений, тропические джунгли и дорогой ресторан.              — Ничего себе... — только и выдохнула мама.              — Ну вот, — довольно сказал отец. — Здесь и поедим.              Мы сели за деревянный стол, и мама тут же достала телефон.              — Не двигайтесь.              — Свет, мы только сели.              — Именно. Потом вы есть начнёте, — навела на нас камеру. — Оль, улыбнись.              Я послушно подняла уголки губ.              — Нет, нормально.              Пришлось улыбнуться ещё раз, и мама сделала ещё несколько фотографий, довольно посмотрев на экран. Папа тем временем уже изучал меню.              — Так... Берём большую пиццу.              — Пиццу? — я удивлённо подняла голову.              — Ага.              — Мы же в Таиланде.              — И что? — совершенно спокойно ответил он. — Светланка сегодня какое-то видео на Ютубе посмотрела. Там туристы сказали, что здесь пицца отличная. Надо проверить.              Мама кивнула.              — Они её так нахваливали, что мне самой захотелось попробовать.              Я посмотрела на родителей, часто моргая.              «Итальянская пицца посреди Патонга? Ну ла-а-адно…»              Минут через десять официант поставил перед нами огромную деревянную доску. От горячего теста поднимался аппетитный аромат томатов и чего-то пряного. Папа первым взял кусок, и сыр потянулся за ним длинными нитями. Откусил и вдруг перестал жевать.              — Хорошая.              Мама потянулась за своим кусочком, и я тоже попробовала. Тесто оказалось тонким и очень мягким, сыр — каким-то особенно сливочным, а томатный соус совсем не напоминал тот, к которому я привыкла.              — Слушай, — мама посмотрела на папу, — по-моему, вкуснее, чем в «Додо».              — Намного, — согласился он.              Я пожала плечами.              — Есть такое...              И правда было вкусно, но на большую радость меня не хватало, хоть и становилось чуть легче. Голова наконец была занята чем-то, кроме Саши. Но стоило деревянной доске опустеть, как всё вернулось на круги своя.              «Он уже ответил?..»              Расплатившись, мы вышли обратно на улицу и двинулись дальше. Папа уверенно шёл впереди, хотя каждые несколько минут всё равно поглядывал в навигатор. И чем ближе мы подходили к Бангла Роуд, тем громче становилось вокруг. Сначала музыка просто доносилась откуда-то впереди, смешиваясь с гулом машин и байков, а потом начала перекрывать вообще всё. Но когда мы наконец вышли к самой улице, я невольно замедлила шаг.              «Офигеть...»              Всё вокруг мигало, светилось и двигалось. Огромные вывески переливались красным, синим, розовым, зелёным. Над головой висели экраны с рекламой, по улице плотным потоком шли русские, китайцы, европейцы, австралийцы, какие-то уже совершенно пьяные мужики в шортах и майках, девушки в коротких платьях, семьи с детьми. Музыка орала одновременно отовсюду. Почти каждый второй бар был полностью открытым, без стен, поэтому музыкантов было видно прямо с улицы. В одном какой-то таец с гитарой пел «Hotel California» группы Eagles таким мягким голосом, что я даже заслушалась. А через несколько метров откуда-то неожиданно донеслось:              — «...И отвези меня туда       Где будут рады мне всегда...»              — Мам, — резко повернула голову. — Они, что «Зеленоглазое такси» поют?              Она тоже прислушалась и усмехнулась:              — Да, точно!              Таец на сцене действительно старательно пел по-русски, почти не выговаривая половину слов, а несколько русских за столиками радостно подпевали ему, подняв бокалы. Но стоило пройти ещё немного, как всё это заглушили тяжёлые гитарные переборы «Zombie» — The Cranberries.              «Жесть…»              — Может, сюда зайдём? — мама кивнула на один из баров.              Папа огляделся.              — Давайте ещё пройдёмся. Посмотрим, что дальше.              В воздухе смешивались запахи алкоголя, дыма, еды, а все вокруг смеялись, кричали, зазывалы совали прохожим листовки, официантки махали из баров. А мой мозг тем временем не успевал обрабатывать всё происходящее.              У входа одного из заведений стояли тайки в одинаковых коротких юбках, белых гольфах и крошечных топиках. Наряды настолько напоминали форму японских школьниц из аниме, что я невольно улыбнулась. И вдруг одна из девушек заметила мой взгляд и весело помахала рукой, а я растерянно опустила взгляд.              «Зачем я на неё так пялюсь?»              В следующую секунду невысокий таец подскочил к папе, схватил его за локоть и чуть ли не в нос сунул большую картонку.              — Mister! Mister! Show! Good show!              Я машинально тоже посмотрела и тут же пожалела. На картонке была наклеена куча маленьких фотографий голых женщин в самых разнообразных позах. Рядом виднелись какие-то шарики, свечи, бутылки, ещё какие-то совершенно непонятные предметы, назначение которых мне даже не хотелось выяснять.              «Это ещё что?!»              Мгновенно отвернулась, сделав вид, что меня безумно заинтересовал противоположный бар.              — Ping-pong show! — радостно продолжал таец. Потом, видимо, определив в нас русских, добавил уже на совершенно ломаном русском: — Очень хороший! Смотри! Бесплатно вход!              Папа уставился на картонку, потом почему-то посмотрел на маму. Она с растерянной улыбкой глянула на него. Уголок его рта дёрнулся.              — Нет, спасибо.              — Good show! Good show!              — Я понял, — папа рассмеялся. — Не надо.              Таец совершенно не расстроился. Моментально отпустил папу и сунул ту же картонку следующему туристу.              «Даже знать не хочу, что там делают с этими шариками».              Хотя, конечно, теперь очень хотелось узнать, но спрашивать родителей я точно не собиралась.              А потом впереди увидела ещё более странную компанию. Возле одного бара стояли высокие девушки, на которых были огромные головные уборы с перьями, блестящие лифы, стразы, каблуки и безумные яркие костюмы, напоминающие фотографии с бразильского карнавала. Я невольно засмотрелась, потому что они и правда были очень красивые: стройные, с длинными ногами, идеальным макияжем и огромными ресницами. Но что-то всё равно казалось... каким-то странным.              «Какие-то у неё... руки большие».              Перевела взгляд на другую.              «И ноги».              Потом заметила кадык.              «Так...»              Поймала себя на том, что уже совершенно неприлично пялюсь, поэтому быстро отвела глаза, оглянувшись вокруг, и поняла, что пялилась далеко не я одна. На них смотрели все: туристы останавливались, смеялись, фотографировали, а некоторые подходили прямо к девушкам и вставали между ними для снимка.              — Мам... — придвинулась чуть ближе. — А это кто?              Она чуть наклонилась ко мне и заговорила тише:              — Трансвеститы, Оль.              Я несколько раз моргнула.              — А-а...              «Охренеть».              Одна из них поправила огромный головной убор, перекинула волосы через плечо и как модель повернулась к камере какого-то туриста.              «Боже... Куда мы вообще приехали?»              Я не знала, как на всё это реагировать. Меня ничего особо не пугало и не отталкивало, но за последние десять минут я увидела столько всего, что от этого перегруза хотелось смеяться.              — «Белый снег, серый лёд...» — сквозь весь грохот пробились знакомые строки. — «На растрескавшейся земле...» — тайка пела с заметным акцентом, немного странно растягивая слова, но голос у неё был очень приятный.              — О! — мама резко остановилась. — Всё. Мы идём туда.              — Куда? — не поняла я, но она уже взяла меня за плечи и решительно развернула в сторону открытого бара.              — Свет... — усмехнулся папа.              — Там «Звезда по имени Солнце»!              Он посмотрел на неё и махнул рукой:              — Ладно, пошли.              Внутри было темнее, чем на улице, хотя «внутри» это назвать довольно условно. Одна сторона бара полностью выходила на Бангла Роуд, поэтому мимо постоянно двигалась разноцветная толпа, а за высокими круглыми столиками на барных стульях сидели люди с бутылками и бокалами.              — «И две тысячи лет война...» — уже вовсю подпевала мама, поднимая руки, пока папа искал свободное местечко поближе к сцене.              Мы кое-как пробились через толпу, папа подозвал официантку и заказал нам по бутылке пива. Принесли их уже через минуту.              — Хорошо поёт, — довольно сказала мама.              — Ты главное громче неё не пой, — отозвался папа.              Я фыркнула и отпила холодного пива. После уличной жары оно оказалось настолько кстати, что я сделала ещё несколько глотков.              Следующая песня была «It's My Life» группы Bon Jovi, а ещё через несколько композиций снова заиграло что-то русское, чего я даже не знала. И каждый раз стоило прозвучать первым словам, как десятки совершенно незнакомых друг с другом русских хором орали посреди Таиланда. Я смотрела на всё это, обхватив ладонями холодную бутылку, и не понимала реальности ли это вообще. Казалось, меня выдернули из собственной жизни и закинули куда-то совершенно в другое измерение.              — Ой! Оль, пойдём танцевать! — мама схватила меня за руку.              — Я не хочу.              — Да пойдём! — она потянула за собой и пришлось встать.              «Бесполезно сопротивляться. Если мама решила танцевать, то танцевать должны все».              Около сцены двигались несколько человек, и мама начала танцевать вместе с ними, совершенно счастливо запевая вместе с вокалисткой. Я смотрела на неё с улыбкой — она будто телепортировалась лет на двадцать назад. Не было уже главного бухгалтера Светланы Юрьевны, женщины, которая вечно обо всём переживала. Сейчас передо мной была просто молодая девчонка, которая знала слова всех этих песен и танцевала, не думая, как выглядит со стороны. И мне такая мама очень нравилась.              — Я не знаю эту песню! — со смехом прокричала.              — Ничего! — она взяла меня за обе руки, заставляя двигаться вместе с ней. — Танцуй!              Я рассмеялась, поддаваясь, пока папа остался за столиком с пивом и наблюдал за нами с ухмылкой. Вокруг гремела музыка из советского прошлого, которая каким-то непостижимым образом вклинилась в тропическую ночь. И это было настолько странно, что даже классно. Ведь я танцевала рядом с мамой, смеялась над её кривляниями, иногда делала глоток пива и переставала понимать, сколько времени прошло. Здесь, посреди музыки, жары, неона и сотен чужих голосов, всё переставало иметь значение.              Но всё-таки усталость и пиво постепенно делали своё дело. Правда, почему-то только со мной.              Когда мы выбрались из бара обратно на оживлённую улицу, к папе подошла молодая тайка в коротком чёрном платье. Она что-то быстро сказала ему, улыбнулась и кивнула в сторону входа в соседнее заведение. Потом повторила чуть медленнее, показывая рукой вниз, куда уходила лестница:              — Strip club.              — А что, — папа усмехнулся, уже явно расслабленный, — раз уж мы на Бангла, надо посмотреть.              Я резко повернула к нему голову.              — Что?..              «Нет. Только не это».              Тайка-зазывала тем временем с интересом посмотрела уже на меня, а я повернулась к маме.              — А можно я в отель пойду? — сказала почти умоляюще.              — Одна? — нахмурилась мама.              — Ну да. Я дойду.              — Нет, — покачала она головой. — Куда ты одна пойдёшь? Ещё потеряешься.              — Я не потеряюсь.              — Оль, нет.              Меньше всего на свете мне хотелось идти в стриптиз-клуб вместе с родителями. Вообще сам факт, что мы это обсуждали, уже казался каким-то ужасно неловким.              — Может, в другой день сходим? — предложила мама папе.              — Да чего в другой. Пойдём сейчас. Не понравится — сразу выйдем.              — Вов…              — Да нормально всё.              Мама положила ладонь мне на поясницу и мягко подтолкнула вперёд.              — Пойдём.              Тайка у входа широко улыбнулась и жестом пригласила нас внутрь. Я тяжело вздохнула и всё-таки пошла, чувствуя полную безысходность.              Лестница уходила вниз, в полумрак. По стенам мигал красный свет, а откуда-то снизу доносилась музыка и гул голосов. Я спускалась следом за родителями, глядя только на собственные босоножки и мечтая провалиться сквозь ступеньки.              Внизу оказалось небольшое круглое помещение, залитое алым светом. Чем-то оно напоминало цирк: в глубине возвышалась небольшая сцена с шестом посередине, а вокруг неё полукругом стояли столики с красными диванчиками. Под потолком медленно вращались какие-то лампы, по стенам скользили тени, играла глубокая, тягучая музыка, от которой всё вокруг казалось ещё более нереальным. На сцене танцевала миниатюрная тайка в полупрозрачном пеньюаре. Я случайно подняла глаза, посмотрела ровно секунду и тут же уставилась обратно в пол, решив, что это был первый и последний раз.              Нас посадили примерно посередине зала. Я устроилась с краю диванчика, а родители сели рядом и начали о чём-то переговариваться между собой. Мама что-то сказала папе на ухо, он усмехнулся, ответил, она легонько толкнула его локтем.              «Им ещё и весело».              К столику подошла официантка в обычной чёрной футболке и джинсах, с длинными чёрными как смоль волосами почти до поясницы. Она спросила по-английски, что мы будем пить.              — Singha, — сказал папа и показал три пальца.              Официантка перевела взгляд на меня и улыбнулась. Я неловко улыбнулась в ответ, а когда она ушла, случайно снова посмотрела на сцену. Девушка плавно обошла шест, выгнулась, легко развернулась вокруг него и медленно спустила пеньюар с одного плеча. Я мгновенно отвернулась.              — Вы издеваетесь надо мной?              Мама рассмеялась.              — А что такое?              — Почему мой первый поход в стриптиз-клуб происходит с родителями?              Папа хмыкнул:              — А с кем тебе ещё сюда ходить?              — С подругами, может? — возмущённо посмотрела на него. — Но точно не с вами!              Мама только сильнее рассмеялась.              — Оль, можно подумать, тут что-то страшное происходит.              Я выразительно посмотрела в сторону сцены, стараясь при этом не смотреть на саму сцену.              — Вообще ничего.              — Ой, да ладно тебе, — мама махнула рукой. — Мы в молодости и не по таким местам ходили.              — В смысле? Вы ходили в клубы?              Она переглянулась с папой.              — Ну не каждый день, конечно. Но бывало.              Почему-то представить собственных родителей молодыми людьми, которые ходят по каким-то клубам и занимаются чем-то кроме работы, приготовления ужина и споров о том, кто неправильно режет лук, оказалось почти невозможно.              — Когда?              — Да когда немного постарше тебя были, — мама пожала плечами. — В твоём возрасте, в начале девяностых вообще не до этого было.              — А чем вы тогда занимались?              — Да как все. Гуляли компаниями, на дискотеки ходили, друг у друга собирались. А потом уже клубы всякие появились... Вот тогда и ходили куда хотели.              — И в стриптиз-клубы?              Мама рассмеялась.              — Ну ходили несколько раз. Интересно было.              — Смотреть, как кто-то раздевается?              — Оль, ну ты так говоришь, будто мы специально только на голых женщин ходили смотреть, — продолжала улыбаться. — Просто молодые были. Хотелось гулять, развлекаться, всё посмотреть. Мы, между прочим, после твоего рождения тоже дома навечно не заперлись.              Я удивлённо посмотрела на неё.              — После моего рождения?!              — А что? — мама фыркнула. — Тебя бабушке оставляли и шли отдыхать. Мы же не стариками в двадцать шесть лет стали.              В голове сразу возникла картинка: я, мелкая, сплю у бабушки, а мама с папой где-то танцуют до утра. Мама с сумасшедшей причёской, а рядом папа — молодой парень, который ещё не построил фирму, не заработал складку между бровей и не начал смотреть на всех так, будто они всё делают неправильно.              — Я даже представлять это не хочу.              — И правильно, — отозвался папа. — Меньше знаешь — крепче спишь.              Мама засмеялась, а официантка принесла три бутылки пива и поставила перед нами стаканы. Папа налил себе, мама взяла свою бутылку, а я с облегчением уцепилась за стакан просто потому, что теперь появилось хоть что-то, на что можно было смотреть вместо сцены. Налила пиво и уставилась на мелкие пузырьки, которые один за другим поднимались сквозь золотистую жидкость.              «Так. Сижу. Пью пиво. Никуда не смотрю».              Родители о чём-то переговаривались, музыка глухо отдавала в груди, вокруг звенели стаканы и раздавался смех. Я сделала большой глоток и вдруг почувствовала, как диванчик рядом со мной слегка прогнулся — официантка с длинными чёрными волосами села прямо рядом со мной, опираясь локтем о стол. Вблизи она оказалась ещё красивее: тонкие черты лица, большие тёмные глаза и гладкая кожа.              — Are you having fun? — улыбаясь, спросила.              Я несколько секунд соображала, точно ли она обращается ко мне.              — Yeah… — вежливо кивнула и тоже улыбнулась. — It’s fun.              «Очень. Особенно сидеть в стриптиз-клубе с собственными родителями».              — What’s your name?              — Оля.              — Оля-я, — повторила она с забавным акцентом. — Nice name.              — Thank you.              Она продолжала смотреть прямо на меня, а я уже не понимала, куда девать глаза.              — How old are you?              — Nineteen, — сделала маленький глоток из стакана.              — Nineteen? — она удивлённо приподняла брови. — You look very young. Very cute.              Я нервно усмехнулась.              — Thanks…              — Beautiful eyes, — она легко провела пальцами по коже моего предплечья.              Я чуть заметно вздрогнула.              «Так».              Посмотрела на родителей в надежде хотя бы взглядом сообщить: «Вы видите, что происходит?!» Мама как раз посмотрела в нашу сторону, задержав взгляд на девушке рядом со мной, а потом на мне — и вдруг спокойно улыбнулась, будто её умилило, что дочь умудрилась с кем-то познакомиться и теперь болтает по-английски.              «Мам?..»              Но она уже повернулась к папе и что-то сказала ему на ухо.              «Замечательно. Спасибо за помощь».              — You’re shy, — улыбнулась девушка.              — A little, — призналась я.              Она тихо рассмеялась, а я понятия не имела, действительно ли ей понравилась или это был какой-то особый способ местного обслуживания, после которого мне предложат заплатить сто долларов за продолжение знакомства. Но выяснять совсем не хотелось.              Девушка ещё что-то сказала, чего я из-за музыки не расслышала, и снова улыбнулась. А потом её ладонь неожиданно легла мне на ногу возле самого края шорт. По позвоночнику мгновенно пробежал холодок. Я растерянно усмехнулась и отодвинула ногу. Она посмотрела на меня с чуть лукавой улыбкой, словно моя реакция её позабавила, а не обидела.              «Она меня что… снимает сейчас?»              Стало одновременно страшно и почему-то до ужаса смешно. Можно же было просто позвать маму. Она сидела буквально в полуметре и, конечно, сразу бы вмешалась. Но тогда пришлось бы объяснять, почему меня надо спасать от красивой тайки, которая всего лишь сидит рядом и улыбается.              «Нет. Спасибо».              Сделала ещё глоток пива.              «Ну спасите кто-нибудь».              И словно вселенная услышала мои молитвы, сзади кто-то громко окликнул девушку, и она обернулась. За соседним столиком мужчина поднял пустую бутылку, показывая, что хочет заказать ещё.              — Sorry, — девушка посмотрела на меня.              — It’s okay.              Она поднялась, напоследок мягко провела ладонью по моему плечу и поспешила к соседнему столику. Я глубоко вдохнула и подняла глаза к потолку.              «Спасибо».              Придвинулась к маме и потянула её за локоть.              — Мам.              Она повернулась ко мне, загадочно улыбаясь, явно прервавшись на полуслове с отцом.              — Что?              — Пойдёмте отсюда.              — Оль…              — Ну пожалуйста.              Она внимательнее посмотрела на меня, потом на папу.              — Пойдём?              Он тяжело вздохнул, оглянулся на сцену и допил пиво.              — Ладно. В следующий раз без неё пойдём.              Я моментально поднялась с дивана.              — Да. Я буду только рада.              Мама рассмеялась и поднялась следом, пока папа расплачивался.              «Нет, серьёзно. Хоть каждый вечер ходите. Главное — без меня».              Выбравшись обратно на Бангла Роуд, я вдохнула горячий влажный воздух уже с каким-то облегчением и пошла чуть быстрее. Родители остались позади: мама взяла папу под руку, и они неспешно плелись, что-то обсуждая между собой. Периодически оборачивалась, проверяя, не потерялись ли они в толпе, хотя вообще-то потеряться здесь скорее могла я. Вокруг по-прежнему гремела музыка, мелькали разноцветные вывески, зазывалы что-то кричали прохожим, но я уже почти ничего не замечала.              «Сейчас дойдём до отеля. Подключусь к вай-фаю».              Очень хотелось рассказать Саше про эту тайку. «Меня сейчас пыталась склеить девушка в клубе», — представила, как отправляю ему это сообщение, и попыталась угадать реакцию. Раньше он бы сначала написал что-нибудь вроде: «Чего, блять?», потом начал выпытывать, кто она, зачем ко мне подсела и что именно делала. И вполне мог приревновать даже к девушке.              «А сейчас?»              Я вообще не знала.              «Может, ответит: "Ясно"? Или посмеётся. Или спросит, понравилась ли она мне. Или... ничего не ответит».              Стало не по себе. Казалось, раньше я могла почти дословно представить, что Саша скажет на любую мою историю. Знала, где он разозлится, начнёт смеяться, назовёт меня дурой или неожиданно скажет что-нибудь тёплое. А теперь будто совсем его не знала.              Снова обернулась. Родители шли метрах в десяти позади. Мама что-то рассказывала папе, прижавшись к его плечу, а он слушал и иногда усмехался.              «Может, всё нормально? Саша ведь ответил на поздравление. Написал "правда". Просто мы сейчас далеко друг от друга».              Возле отеля вспомнила последнее сообщение, которое отправила ещё перед выходом и про тайку мгновенно забыла. Под рёбрами скрутило и оставшиеся несколько минут до номера тянулись мучительно долго.              На этаже папа зачем-то остановился возле автомата с водой, пока мама очень долго искала карту от номера в сумке. В конце концов она всё-таки открыла дверь, и я первой зашла, быстро доставая телефон.                     Александр [21:36]       Не       С работы пацаны позвали                     «С работы?..»              Первой почему-то вспомнилась Диана.              «Она тоже была?»              Даже напечатала уже: «А кто там был?», но не стала отправлять.              «Да какая разница? Он же написал: пацаны с работы позвали. Значит, сидел с какими-то мужиками. Может, с грузчиками со склада. Что теперь — просить перечислить всех поимённо? Я же обещала себе перестать докапываться».              Стерла сообщение. В груди всё равно осталось какое-то неприятное чувство, которое я постаралась не замечать.              «В конце концов, ещё вчера переживала, что Саша встретит Новый год совсем один. А теперь сама же недовольна тем, что этого не произошло. Ну и чего мне надо?»                     Ольга [01:07]       Ну и хорошо)       Я рада, что ты не один Новый год отмечал)                     Сняла босоножки и поставила их возле шкафа.              — Я так устала, — мама тяжело вздохнула и села на край кровати. — Всё. Спать ложимся.              — Ага, — согласился папа, стягивая футболку.              Я почти не слушала, смотрела на телефон.              «Прочитано».              Переоделась, забралась в свою кровать и натянула одеяло до живота, продолжая смотреть в экран. Несколько секунд ничего не происходило, но потом появилось: «печатает...» Но надпись тут же исчезла.              — Оль, ты долго ещё будешь светить? — недовольно спросила мама, погасив свет.              Родители улеглись на соседней кровати, зашуршав одеялом.              — Я яркость убавлю, — сдвинула ползунок до самого минимума, и экран потускнел.              «А что он должен ответить? Я же ничего не спросила. Может, он просто не знает, что написать».              Открыла галерею, думая отправить фотографии из ресторана с тиграми, но вспомнила, что фотографировала мама на свой телефон.              «Можно рассказать про тайку. Или про сегодняшний день».              Пальцы уже легли на клавиатуру, но я остановилась.              «У него так-то день рождения, а я сейчас буду про себя... Нет уж».              Пыталась придумать хоть что-нибудь, глядя на чат. Молчание Саши становилось всё невыносимее, и в конце концов я написала первое, что пришло в голову.                     Ольга [01:12]       А чем сегодня занимался?)                     Александр [01:13]       Да ничем особо       Спал полдня, потом батя заезжал                     Я невольно улыбнулась.                     Ольга [01:13]       Он тебя поздравил?)                     Александр [01:14]       Ага       Денег дал       Посидели немного                     «Хотя бы день рождения Саша провёл не совсем один и увиделся с отцом».                     Ольга [01:15]       Ну хорошо)       А тебе теперь когда на работу?                     Александр [01:15]       Третьего                     Можно было спросить ещё что-нибудь, но в голове совсем не осталось ни одной нормальной темы.              — Оль... — заворочилась мама.              — Всё-всё.                     Ольга [01:17]       Ладно, у нас уже поздно, мама бухтит, что я им спать мешаю       Поэтому спокойной ночи)                     Александр [01:18]       Спокойной, Оль                     Заблокировала телефон и положила рядом с подушкой.              — Всё, больше не свечу, — тихо сказала в темноту.              — Наконец-то, — сонно пробормотала мама.              Я повернулась на бок, закрыла глаза и всеми фибрами души верила, что между нами с Сашей всё будет хорошо.