10. Комната без книг

— Две трети моих шестикурсников провалились. — Мои поздравления! А две трети моих второкурсников сдали. — Жаль.       Помона Стебль переводила растерянный взгляд с Гермионы Грейнджер на Северуса Снейпа. Гермиона сидела в учительской над стопкой пергаментов, Снейп стоял рядом с директрисой после своего эффектного появления в дверях и тянулся за чашкой чая. — Возможно, я пожалею, что спросила, — осторожно начала Стебль, — но что здесь происходит? — Хм, похоже, профессор Грейнджер и Северус устроили своего рода соревнование, — предположил профессор Флитвик, задумчиво теребя усы. — Судя по всему, на тему успеваемости их учеников на экзаменах. — Тогда, похоже, Северус не совсем уловил суть соревнования, верно? — заметила Стебль. — О, он уловил её прекрасно, — директор МакГонагалл приподняла чашку с блюдца и сделала глоток. — Я ничего не понимаю, — призналась Стебль. — Просветите нас, Гермиона.       Гермиона с усмешкой взглянула на Снейпа, прежде чем ответить. — Мы регулярно обмениваемся информацией об успехах наших учеников. Я считаю успехом, когда мои ученики хорошо сдают тесты. Профессор Снейп же считает, что если они хорошо пишут, то только потому, что я даю им слишком лёгкие задания, из-за чего у них не развивается мотивация. А когда его ученики пишут плохо — это, по его логике, значит, что учатся они эффективнее, просто потому что его требования выше. — Это невероятно глупо, Северус, даже по твоим меркам, — покачала головой Стебль. — Соревнование не работает, если стороны по-разному понимают, кто победитель. — У нас нет разногласий на этот счёт, — возразил Снейп. — Есть, — парировала Гермиона. — И как вы умудряетесь сохранять такое спокойствие, дорогая? Меня бы это довело до белого каления. — О, так и было, мы из-за этого ссорились. Но теперь я считаю это забавным. — Если вы так легко признаете своё поражение, это совсем не интересно, — проворчал Снейп.       Гермиона плотно сжала губы и глубоко вздохнула. — Это не поражение. Мои ученики сдают лучше, значит, выигрываю я. —Убеждайте себя и дальше.       Помона Стебль повернулась к Филиусу Флитвику. — Я же говорила: я пожалею, что спросила.

***

      Наматывая на шею гриффиндорский шарф, Гермиона с трудом верила, что уже больше двух месяцев работает профессором в Хогвартсе. Время летело быстро, хотя событий было не так уж много. Она ничуть не жалела об этом — после школьных лет, постоянной борьбы с Волан-де-Мортом и года в Америке она была благодарна за стабильность и отсутствие потрясений. Тем более что общения со Снейпом вполне хватало, чтобы будни оставались достаточно разнообразными: то его настроение, которое менялось так же часто, как погода, то мелкие соревнования, которые они время от времени устраивали.       Гермиона не знала, уважает ли он её теперь, и до настоящей близости, как с другими профессорами, было далеко, но ещё в начале года она сомневалась, что он вообще когда-нибудь примет её как коллегу, не говоря уже о том, чтобы она ему хоть немного нравилась. Вероятно, она ему всё ещё не слишком симпатична, но, по крайней мере, он её терпит. Временами, в хорошие дни, он даже снисходил до советов — например, по сбору некоторых трав для зелий.       В один из таких хороших дней он взял её с собой в Запретный лес, и на обратном пути к ним вдруг подлетела сова. Гермиона протянула руку и узнала Тутс, болотную сову Джинни. — Привет, — улыбнулась она, снимая с её лапки маленький свиток. — Спасибо.       Прежде чем Гермиона успела развернуть послание, сова уже улетела. «Встретимся на стадионе», — было написано почерком Гарри. Он так и не решился завести новую сову после гибели Хедвига, поэтому Тутс служила почтальоном и для него. — Тайные послания, мисс Грейнджер?       Гермиона спрятала записку в мантию, прежде чем Снейп успел её разглядеть. — Ага. От того, кто не хочет меня отравить. — Вы чрезвычайно злопамятны.       Гермионе захотелось заметить, что из его уст это звучит просто издевательски, но она сдержалась. — Хорошего дня, профессор, — сказала она вместо этого и направилась к полю для квиддича.       День выдался особенно мрачным, по-ноябрьски хмурым, и над трибунами висела плотная пелена тумана, так что Гермиона не сразу заметила Гарри. Но потом она увидела золотое мерцание над одним из рядов. Улыбнувшись, она поднялась по ступенькам и опустилась рядом с ним на скамью. — Скучаешь по этому? — спросила она. — По Хогвартсу? — По квиддичу. — Хммм…       Гарри задумчиво посмотрел на золотой снитч, который тихо жужжал, паря перед ним взад-вперёд. — Иногда, да. Но благодаря Джинни это по-прежнему часть моей жизни, так что… — Как у неё дела? — Хорошо. Сейчас много путешествует. — Тебя это беспокоит? — Честно говоря, да. Не потому, что я ревную, а потому, что скучаю. Но она ждала меня годами, так что теперь моя очередь ждать. Это справедливо. — О, Гарри, — Гермиона взяла его под руку.       Некоторое время они молча смотрели на снитч, пока Гарри не протянул руку и не спрятал его в карман куртки. —Я навёл кое-какие справки, как ты просила. — сказал он.       Гермиона выпрямилась, с нетерпением глядя на него. — Останки Нагайны сожгли, — продолжил Гарри. — Чёрт. — Где они сейчас? — В Отделе Тайн. — О. Почему именно там?       Гарри пожал плечами. — А почему бы и нет? Там много места освободилось с тех пор, как… — он сжал губы.       Гермиона поняла. Зал пророчеств, скорее всего, больше не нужен, раз большинство пророчеств уничтожено. Но даже если останки Нагайны могли бы ей помочь, этот вариант приходилось отбросить. Она была уверена, что часть змеи — в любом виде — ключ к зелью, которое она хотела создать. Ей нужно было что-то от Нагайны или хотя бы то, что с ней соприкасалось.       И тут её осенило. Конечно! Почему она не подумала об этом раньше? — А что стало с мечом Гриффиндора? — с готовностью спросила она.       Гарри скептически посмотрел на неё. — Гермиона, может, объяснишь, к чему все эти вопросы? Неужели нельзя провести хотя бы один нормальный год в Хогвартсе? — Я… пытаюсь кое-кому помочь. — Кому именно?       Гермиона задумалась. Это действительно было нечестно — выуживать у Гарри информацию, не посвящая его в суть дела. И ей было трудно ему лгать. — Профессору Снейпу, — наконец призналась она. — Снейпу? — Да. — Профессору Снейпу? — Да, Гарри, ты много знаешь других Снейпов? — Ты хочешь помочь Снейпу с помощью останков Нагайны или меча Гриффиндора? Эта история становится всё страннее.       Гермиона не могла этого отрицать. — Я не могу объяснить, понимаешь? Это… личное. — Я добыл для тебя информацию, которую не имел права разглашать, ради Снейпа, как выясняется. — Он… болен, — нерешительно сказала Гермиона. О Мерлин, Снейп убьёт её, если узнает. — Ну… не совсем здоров, если точнее.       Гарри задумчиво кивнул. — Из-за Нагайны. — Да. Яд… не до конца вышел. — Понятно. И, полагаю, полностью вывести его невозможно? — Он тоже так считает. Но я думаю, что способ есть. Поэтому пытаюсь сварить зелье. — Никогда не думал, что скажу это, но: Снейп блестящий зельевар. Зачем тебе создавать то, что не смог он? — Он даже не пробовал, вот в чём дело. — Так вы работаете вместе?       Гермиона заёрзала на месте. — Нет. Он не знает, что я работаю над этим, и не должен узнать. — Почему? — Потому что он запретил.       Гарри переварил информацию, рассеянно потирая побледневший шрам. — Если я правильно понял, — медленно проговорил он, — ты хочешь помочь Снейпу сварить зелье, которое кажется невозможным, а Снейп запретил тебе это делать? — Примерно так. — И зачем тебе это? — Не знаю. Наверное, он заслужил. — Если он этого не хочет, ты должна уважать его желание. Я никогда не думал, что скажу такое.       Гермиона слабо улыбнулась, глядя на свои руки. — Я должна это сделать. — Почему именно ты? — Я думаю… мы могли бы стать друзьями. — А я думаю, что ты лишишься этого шанса, если он узнает.       Гермиона промолчала. Эта мысль часто приходила ей в голову, но она старательно её подавляла. Они снова уставились на поле. Туман рассеялся. — Что касается меча Гриффиндора, — нарушил молчание Гарри, — понятия не имею. Может, в кабинете МакГонагалл?       Гермиона кивнула. — Спрошу.       Она толкнула его в плечо. — Спасибо. — За что? — Что не допытываешься, почему я хочу с ним подружиться.       Гарри пожал плечами. — Почему бы и нет? Вы теперь работаете вместе. И жизнь слишком коротка для вражды.       Гермиона не смогла сдержать усмешки. — Ты прав, и Снейпу бы это не понравилось. — Он бы поглумился надо мной за то, что я знаю слово «вражда».       Гермиона рассмеялась. — Наверняка. — Он всё ещё такой противный с тобой? — Хммм...       Она подумала о средстве от похмелья с эффектом взрывопотама. — У него талант быть одновременно противным и милым.       Щёки её предательски вспыхнули. — Кстати, есть новости по поводу КЕ? — Тут тебе лучше спросить твою подругу из-за границы, — ответил Гарри. — Виолет? Почему? — КЕ поступает из Америки.

***

      Гермиона ещё несколько раз за день прокручивала в голове слова Гарри. Она знала, что он прав, и всё же твёрдо намеревалась сделать всё возможное, чтобы создать это зелье. Однако приходилось признать: без помощи Снейпа её шансы ничтожны. Надо было привлечь его так, чтобы он не заметил.       Она ещё не спрашивала МакГонагалл о мече, потому что хотела подготовиться. Меч убил Нагайну, и Гермиона предполагала, что впитал её кровь, а возможно, и яд. Поскольку воткнуть меч в Снейпа не вариант, нужно было как-то извлечь секрет змеи из самого меча. Она надеялась найти ответ в книге. Только не знала, в какой именно. Но знала, кто разделяет её любовь к чтению. — Профессор? — позвала она, стоя на пороге кабинета Снейпа. — Могу я воспользоваться вашей обширной эрудицией? — В какой области? — В книжной.       Снейп оторвал взгляд от проверки. Гермиона улыбнулась, зная, что пробудила его интерес. — Неужели есть книги, которых вы ещё не читали, мисс Грейнджер? — осведомился он.       Гермиона проигнорировала колкость. — Я ищу книгу о том, как извлекать магические субстанции из магических артефактов. — Довольно расплывчато. — Знаю. — С каких пор вам нужна помощь в поиске? Я думал, библиотека — ваш второй дом. — Так и есть, но то, что я ищу, скорее всего, в Запретной секции. А там я, хотите верьте, хотите нет, не ориентируюсь.       Снейп скептически приподнял бровь. — И какое отношение это имеет к зельям?       Гермиона была готова. — Никакого. Это исследование по просьбе Гарри. — Потому что ему, как аврору, слишком лень заниматься этим самому?       Прости, Гарри. — Потому что он знает, что я почти всегда нахожу ответы в книгах. И потому что он разбирается лучше в других вещах. — Последнее комментировать не буду, — хмыкнул Снейп и поднялся. — Библиотека. Запретная секция. — Сейчас? — Есть дела поважнее? — Нет, но библиотека закрыта.       Снейп закатил глаза. — Вы профессор! — О, верно. Иногда забываю.       Гермиона удивлённо посмотрела на него. — Значит, поможете? — Если я прочитаю ещё одно эссе, то воткну перо себе в глаз. Так что перерыв не помешает. — Ауч! — только и сказала Гермиона.       Она последовала за его развевающейся мантией в библиотеку.       У входа Снейп остановился и указал на дверь. — Пароль знаете? — Здесь есть пароль? — После закрытия — да. — Это что-то новенькое? — вырвалось у неё, и она тут же прикусила язык.       О том, что во время её учёбы пароля не было, конечно, знали только те, кто иногда проникал сюда после занятий. Снейп прочитал всё по её лицу — его губы скривились в насмешливой улыбке. — Мадам Пинс сочла это необходимым после… определённых инцидентов, — пояснил он.       Гермиона кивнула. — Разумно. И какой пароль?       Снейп наставил палочку на дверь. — Ut conclave sine libris, ita corpus sine anima, — нараспев произнёс он.       У Гермионы слегка закружилась голова. В его голосе было что-то удивительно успокаивающее, латынь слетала с губ так свободно, словно была родным языком. Даже когда дверь с тихим скрипом отворилась, она не могла отвести от него взгляд. — Всё ещё переводите? Или что именно вывело вас из себя? — Ц-Цицерон, — выпалила Гермиона. — Комната без книг, как тело без души. Длинный пароль. — Она нервно рассмеялась. — Но красиво. — И эффективно. — Снейп жестом пригласил её войти. — Хотите сказать, что, будучи членом печально известного Золотого трио, вы ни разу не были в Запретной секции?       Гермиона криво усмехнулась, проходя через пустую библиотеку. Днём здесь слышался шелест страниц и тихий шёпот студентов, но сейчас единственным звуком были её шаги. На каждой полке, мимо которой они проходили, загорались крошечные огоньки. — Один раз. С разрешения Локхарта. — Охотно верю. И что же вы нашли? — Рецепт Оборотного зелья. — Хочу ли я знать, зачем второкурснице понадобился рецепт Оборотного зелья? — Хм… Можно вычесть у меня баллы задним числом? — Нет. Рассказывайте. — Мы хотели подслушать Драко Малфоя. Гарри и Рон пробрались в гостиную Слизерина под видом Крэбба и Гойла.       Снейп закатил глаза. — И где были вы во время этой безрассудной вылазки? — У меня вышла небольшая… накладка с зельем.       Снейп остановился и вопросительно посмотрел на неё. — Я пыталась превратиться в Миллисенту Булстроуд. — Уже это можно назвать накладкой…       Гермиона ухмыльнулась, заправляя прядь за ухо. — Ну… в общем… я не знала, что у неё есть кошка.       На секунду Снейп замер, переваривая информацию. Когда до него дошло, он рассмеялся. Это был одинокий, глубокий звук, но искренний, и пока Гермиона купалась в счастье от того, что рассмешила Северуса Снейпа, она вдруг осознала, что никогда раньше не слышала его смеха. Ей захотелось, чтобы он делал это чаще.       Снейпу же, похоже, его веселье доставило дискомфорт — он резко развернулся и скрылся за занавесом, отделявшим Запретную секцию.       Гермиона, сама не зная почему, нервничая, последовала за ним и едва не врезалась в него. Здесь, в отличие от остальной библиотеки, было довольно темно. Снейп взмахнул палочкой, освещая путь. — Занавес тоже новый? — спросила Гермиона. — Вы с друзьями произвели на мадам Пинс неизгладимое впечатление.       Он двинулся вперёд, раздумывая, переводя взгляд с одного стеллажа на другой. — Мы ищем тёмные субстанции или тёмные артефакты? — Эм, и то, и другое, и ни то, ни другое? — предположила Гермиона.       Снейп ответил поднятой бровью. — Какие именно указания дал Поттер? — Не больше, чем я уже сказала.       Он уже собирался съязвить, что это, скорее всего, оскорбление для Гарри, когда они услышали, как открывается дверь библиотеки. Гермиона уставилась на него расширенными глазами. — О нет, это наверняка Филч! — прошептала она. — Почему вы шепчете? — удивился Снейп, но всё же последовал её примеру, одним жестом погасив свет палочки. — Старые привычки, — пожала она плечами. — …крайне необычно, — донёсся голос мадам Пинс. — Если я буду впускать каждого ученика после закрытия, то какой смысл запирать? — Всего один раз, — ответил голос Эндрю Нортона. Снейп мгновенно насторожился. — Я помогу расставить книги, если нужно. — И почему это пришло вам в голову только сейчас? — Тренировка по квиддичу была, у нас матч с Гриффиндором на выходных. Я совсем забыл про эссе, а профессор Снейп убьёт меня, если завтра не увидит пять пергаментов!       Снейп молча кивнул. Гермиона укоризненно покачала головой. — И для этого вам нужна специальная книга, хотя одноклассники находят всё в учебниках? — Это эссе в рамках наказания, учебников с уроков недостаточно.       Вздох. — Ладно. Какая книга нужна?       Гермиона перестала слушать. Она скрестила руки и скептически уставилась на Снейпа. — Что вам сделал мистер Нортон? — спросила она всё ещё шёпотом. — Правильнее спросить, чего он не сделал.       Судя по выражению его лица, он на мгновение глубоко задумался. Гермиона решила его отвлечь. — Мадам Пинс привлекательная женщина, — сказала она с усмешкой.       Снейп приподнял бровь. Эндрю Нортон был забыт. — Есть особая причина, по которой вы обращаете на это моё внимание? — Она примерно вашего возраста? — На десять лет старше. Это очередная попытка меня сосватать? —А что в этом такого плохого? — Не считая того, что ваши попытки меня тревожат, и я не испытываю к Ирме интереса, выходящего за рамки книг, я, вероятно, недостаточно женственен для неё. — Он снова поднял бровь. — Или недостаточно мужественен, если судить по её выбору. — Вы всегда так прямо выражаетесь, но я, к сожалению, не понимаю, о чём вы. — Хуч.       Гермиона уставилась на него в замешательстве. — А она тут при чём?       Снейп закатил глаза. — Вы в Америке пару мозговых клеток оставили? — О, как приятно, вы так долго меня не оскорбляли, я уже начала волноваться.       Она усмехнулась, а потом до неё дошло. — Мадам Хуч и мадам Пинс?       Снейп кивнул. — Серьёзно?       Снейп снова закатил глаза и опять кивнул.       Гермиона изумлённо уставилась на него. Она понятия не имела. Профессора Хогвартса, оказывается, умели хранить секреты. Она уже собиралась спросить, сколько ещё тайных пар среди преподавателей, как вдруг занавес колыхнулся. Гермиона вцепилась в мантию Снейпа обеими руками и потащила его за библиотечную лестницу. — Не могли бы вы объяснить, зачем вам Запретная секция? — раздался раздражённый голос мадам Пинс. — Профессор Снейп вряд ли ждёт от вас знаний, которых нет в обычных книгах! — Нет, но, может, это принесёт дополнительные баллы, — с энтузиазмом отозвался Эндрю. Мадам Пинс вздохнула. — Задёрните занавес, мистер Нортон, вы получили что хотели. Кыш, кыш, ступайте, меня ждёт бокал эльфийского вина.       Занавес снова упал, свет погас, и шаги удалились.       Когда дверь библиотеки с тихим скрипом закрылась, Гермиона наконец выдохнула. — Думаю, её ждёт кое-что получше эльфийского вина, — пошутила она.       Снейп молчал. И только тогда Гермиона осознала, как близко они стоят. Так близко, что, кажется, чувствовала тепло его тела. Или это было её собственное тепло? Дыхание участилось само собой. Видимо, она очень истосковалась по близости, если даже Снейп вызывал такую реакцию. Она осмелилась поднять взгляд. Свет, просачивающийся сквозь стеллажи, позволял разглядеть черты его лица, но не выражение. Она сглотнула. Сколько они уже стоят, прижатые к полке? Он перед ней, между ними всего несколько сантиметров. Затем Снейп поднял руку. На мгновение ей показалось, что он хочет заправить ей прядь за ухо, и сердце пропустило удар. Но его рука потянулась к полке, медленно вытащила книгу и поднесла к её лицу. — Вот, — тихо сказал он. — Если не найдёте ответов здесь, то не найдёте нигде.       Гермиона уставилась на книгу, даже не пытаясь прочесть название. Только буквы на толстом кожаном переплёте. — Отлично, — выдохнула она дрогнувшим голосом. — Идеально. Спасибо.       Снейп сделал шаг назад, потом ещё один. Гермиона почувствовала что-то вроде сожаления. — Нужно ещё что-нибудь? — спросил он. — Что? — переспросила она. — Книгу, мисс Грейнджер. Ещё одну книгу?       Она покачала головой. — Нет, спасибо. Книг больше не надо. Мы можем идти.       Она вцепилась в фолиант и поспешила к выходу.

***

      Войдя в свою комнату, Гермиона была так взволнована, что несколько минут ходила взад-вперёд, как заведённая. Швырнув книгу на стол, она плюхнулась на кровать — и тут же вскочила, заметив, что всё ещё одета. Она разделась. Процесс показался каким-то возбуждающим, хотя ничего особенного в нём не было — она проделывала это каждую ночь. Кожа отзывалась на собственные прикосновения, и она задержалась перед зеркалом, разглядывая своё тело. Потом снова легла и уставилась в потолок. Сон как рукой сняло. Но она хотела уснуть — лишь бы отделаться от странных мыслей, роящихся в голове. Казалось, она всё ещё чувствует тепло, исходившее от Снейпа. Казалось, помнит его запах, хотя раньше не замечала его. Мысль снова оказаться так близко вызывала нервную дрожь.       Гермиона выдохнула, дрожа. Слишком долго у неё не было мужчины, вот и всё. У неё есть потребности, которые последние недели отошли на второй план из-за новой должности и связанных с ней волнений. Только и всего. К Снейпу это не имеет никакого отношения. Просто он оказался мужчиной, с которым она теперь проводит больше всего времени. Которого видит каждый день. С которым говорит каждый день. Ссорится. Шутит. Совершенно естественно, что она проецирует на него своё желание.       Гермиона снова глубоко выдохнула и закрыла глаза. Затем позволила руке медленно скользнуть между ног.