Пастораль апокалипсиса

Тайлер отсутствовал меньше часа. Он понимал, что в нынешнем состоянии Уэнсдей лучше не оставлять одну надолго. За это время он успел ополоснуться. Вода в трубах ещё была: он набрал немного и наконец смыл грязь и пот, въевшиеся в кожу за эти безумные дни. Греть не стал, надеясь, что холод поможет унять эрекцию. Произошедшее не укладывалось в голове, но царапины на груди были вовсе не метафизическими — значит, всё это действительно случилось. Тайлер понимал: второго шанса, скорее всего, больше не будет. И всё же он знал, что поступил правильно. Он не хотел, чтобы близость с ним стала для неё ещё одним опытом, о котором пришлось бы жалеть. В шкафу отца он нашёл целую, относительно чистую рубашку. Мысль носить его вещи была неприятна, но выбора не оставалось — вся его одежда была разорвана в клочья. Это сделал отец, не имея другого способа выплеснуть ярость и отчаяние? Или вандалы? Он уже никогда не узнает. Спустившись обратно в бункер, Тайлер застал Уэнсдей за сборами. Ещё немного — и они могли разминуться. — Куда ты? — Хочу понять, сколько их, — ответила она, пристёгивая нож к щиколотке. — И где именно они собираются. — Зомби? — Люди, — поправила она. — Зомби предсказуемы. — Мир Пилигримов, — догадался он. — Может, стоит отложить разведку, — осторожно сказал Тайлер. — Мы и так многое пережили сегодня. А пилигримы явно не рады людской компании. — Дядя Фестер умер. А вместе с ним — роскошь сомнений, — отрезала Уэнсдей, закидывая арбалет на плечо. Сколько же видов оружия у неё было? Тайлер заметил, что она убрала косы — так, чтобы за них нельзя было ухватиться. — Если там есть выжившие, они либо заложники, либо соучастники, — продолжила она. — Третьего не бывает. Она посмотрела на него. Взгляд был усталым, но собранным — опасное сочетание. — Прежде чем взрывать, я должна знать, кого именно хороню. — Я с тобой, — твёрдо сказал Тайлер. Аддамс кивнула не сразу. Это был вопрос выживания, а значит, любые сантименты неуместны. Произошедшее между ними она аккуратно отложила в отдельный отсек сознания. Не отрицая. Не оправдывая. Она умела это лучше всего — подавлять мешающие эмоции. Только холодный расчёт. Никакой слабости. — Нужно выдвигаться сейчас, если хотим вернуться до темноты. — Подожди, — остановил её Тайлер. — То, что почти было… Ты в порядке? — В полном, — холодно ответила она, давая понять, что разговор неуместен. — Мне показалось, что я тебя обидел. Я не хотел. — Признаться, я не ожидала, что серийный маньяк окажется «джентльменом», — съязвила Аддамс. — Но благодарна, что ты не воспользовался минутной слабостью. Тайлер промолчал. Он понимал: скажи он сейчас хоть что-то — Уэнсдей утопит его в яде своих реплик. — Если ты расскажешь кому-нибудь, что видел меня… плачущей, — добавила она, — я выколю тебе глаза раскалёнными иглами. Галпин горько усмехнулся. Уэнсдей выглядела и вела себя как прежде. Но он прекрасно понимал: прежнего между ними больше не будет никогда.

***

Было решено идти в обход — через лес. Пробираться напрямую через город, где на квадратный метр приходилось слишком много зомби, было слишком рискованно. Так как «поселение» не являлось частью города, мертвяков здесь было заметно меньше. Скрывшись среди деревьев, Уэнсдей достала оптику, оценивая уровень охраны. Двое — в деревянных надвратных башнях, ещё несколько — на крышах домов. За забором никого. Впрочем, это и не требовалось: периметр был защищён массивными деревянными кольями. Аддамс бы похвалила их организованность, если бы не знала: за ней стоят фанатики, для которых ненависть к изгоям — форма веры. Взгляд Уэнсдей сместился ниже, к линии забора. Не сразу, но она заметила несоответствие: несколько досок были смещены в сторону. Не выбиты, не сломаны: аккуратно сдвинуты, так, чтобы между ними оставалась щель. Слишком аккуратная, чтобы быть случайной, и слишком скрытая, чтобы её заметили из башен. — Там проход, — тихо сказала она, передавая оптику Галпину. Их пальцы на мгновение соприкоснулись. — Не нравится мне это… — признался он, прикидывая расстояние. — Я не спрашивала, — отозвалась Уэнсдей. — Я иду. С этими словами она привязала дымовую шашку к стреле арбалета и выстрелила в противоположную сторону. Внимание охранников тут же сместилось. Уэнсдей и Тайлер рванули к проходу, стараясь не задеть колья. Аддамс потянула одну из досок в сторону. Дерево поддалось с глухим скрипом. Через секунду они уже были по ту сторону. Они укрылись за блоками бутафорского сена, отслеживая обстановку. Все на территории деревни были одеты как пилигримы. Лишь некоторые держались так, будто носили это всегда. Остальные — словно актёры, разыгрывающие быт колонистов: каждый занят своим делом, тщательно имитируя поселение. Настоящий театр абсурда и, очевидно, влажная мечта Арлин — воплотить постановку в реальность на фоне конца света. Они нашли костюмы, висевшие на бельевых верёвках у одного из домов. Мужского наряда не оказалось, и Тайлеру пришлось надеть чёрное платье и чепчик. — Ни слова, — прошипел Галпин, натягивая головной убор на лоб и пытаясь скрыть лицо. Уэнсдей позволила себе короткую ухмылку, когда он отвернулся. Вид у него и правда был нелепый. Свой костюм она надела поверх одежды. Арбалет пришлось спрятать. Они двинулись вглубь поселения. На «главной площади», там, где когда-то Уэнсдей помогла Юджину, освободив его из колодок, пилигримы соорудили несколько деревянных клеток. Внутри, на цепях, толпились зомби. Увидев их количество, Уэнсдей непроизвольно сжала кулак. Отсутствие арбалета нервировало. Если все эти мертвецы вырвутся, они не смогут ничего сделать. Они уже собирались идти дальше, когда к клеткам подошли двое мужчин. В руках у них были корыта, в которых Аддамс разглядела человеческие части тела. Тайлер потянул её за угол, чтобы не привлекать внимания. Мужчины начали скармливать зомби конечности. Методично. Было очевидно — не впервые. — Чтоб меня… — вырвалось у Тайлера. — Они «кормят» их, чтобы те не рвались. — Как скот, — закончила за него Уэнсдей. — Нужно выяснить, где они держат жертв, — сказала она, отступая. Тайлер молча кивнул. Они уже двинулись дальше, когда наткнулись на высокого пилигрима. — Что это вы тут без дела шляетесь? — грозно спросил он. Бросив взгляд на Тайлера, тот сразу понял, что перед ним не женщина. Уэнсдей воспользовалась секундным замешательством и ударила шокером. — Чуть не попались, — выдохнул Галпин, оттаскивая бессознательного здоровяка. — Надо разделиться, — сказала Уэнсдей. — Так мы быстрее найдём заложников. — Это рискованно… — Зато эффективно, — отрезала она. Уэнсдей проверила нож, затем шокер — привычным, механическим движением. Тайлер наблюдал за ней и тихо сказал: — Если что — не геройствуй. Она коротко взглянула на него и кивнула. Язвить сейчас было неуместно.