Арка 1. Часть 3

«Живой или мертвый? Неприятная встреча…»

Закончив рисовать всё, что хотела, прежде чем лезть на судно решила потянуться и проверить время. Одежда испачкана настолько, что отряхивать её уже бесполезно. Тринадцать пятьдесят три. Если округлять, то четырнадцать. Семнадцать минус четырнадцать? Ага. Ещё минус час на обратную дорогу? Два часа у меня есть. Отлично. Крышка часов звякнула и, убрав их в карман шорт вместо них, достала коробок спичек. "Кто не рискует, тот здоров", - не помню, кто сказал, но на деле оказался прав. Здесь, помимо меня, никого нет и помочь никто не сможет. На огромное расстояние лишь мусор. Но где я, а где госпожа Удача? — Если надписи, то поднимаюсь на корабль. Если рисунок, то иду обратно. Тогда и на торговую успею зайти, кивнула самой себе. В небо полетел коробок и упал точно мне в руки - надписи. Ну что же, жди меня, Уида! Убрав спички обратно, начала осматривать корабль, ища способ, как на него залезть. Обойдя судно, нашла ванты, которые свешивались с борта. Приглашение? Спасибо, я воспользуюсь. Подойдя поближе, подергала со всей силы. Не падают. Отлично. Поправила рюкзак и начала подниматься, но подул ветер, качая меня. Сглотнув, начала вспоминать молитвы. Мысль о том, что веревки должны были уже быть испорченными, догнала меня уже на середине пути, от чего я решила лезть ещё быстрее. Руки и ноги болели и дрожали, когда спустя время я всё же поднялась. Вытерев пот с лица и оторвав кожицу с ладоней, начала осматриваться, аккуратно ступая по доскам палубы. Ну, по тому, что осталось. Но ничего нового не увидела. Решеток на палубе либо не было, либо упали ниже из-за сгнившей древесины. Сама Уида была трёх парусником, но отчасти целой была только грот-мачта. На бизань-мачте я сейчас сижу, а от фок-мачты и брушпита остались обломки. Дверей и стёкол в целом виде нет. То тут, то там обломки чего-то деревянного и канатов с тканью. Всё же пахнет гнилью: пришлось натянуть платок на нос. Глаз зацепился за полуют, где обычно, по чужим рассказам, сидело начальство. Дойдя до него, увидела ожидаемую картину: мебель сломана, а ткани даже трогать не хотелось; на листах бумаги, если что-то и было, то сейчас уже точно нет. Обойдя осколки, увидела потрёпанный, но более или менее целый ящик. Переворачивая его, услышала стук и звон. Улыбка появилась на лице и, хмыкнув, начала открывать найденный мной рундук, поправляя упавший с носа платок. На этот раз мне повезло, и он открылся. Не с первого раза, но всё же! Кашляя от пыли и запаха, я запихала в рюкзак всё - кольца, браслеты, бусы и монеты. Ткани и какой-то порошок (пепел? порох?) не трогала. Ну его. Как и баночки. Их я просто не смогла открыть. Шкатулочка хотя бы красивая. Убедившись, что кроме этого ничего интересного нет, ушла в сторону выхода. Даёшь свежий воздух! Уже стоя под солнцем, то в тени, начала ощущать вес со спины. От неприятных ощущений морщился нос, и хотелось освободиться от груза. Остановила меня лишь мысль о том, что я ещё не была на нижних палубах. Так что двинулась искать способ, как спуститься более безопасно. И всё же, найдя его, пошла изучать пиратское судно дальше, пока время ещё было, и хотелось не так сильно есть. Внутри корабль был удивительным. На каких-то стенах всё ещё висели картины, и можно было разобрать вазу, и, наверное, розы. Были разбросаны книги, текст которых стал синим пятном, и чья-то порванная, плохо пахнущая одежда. Доски на каждый мой шаг опасно скрипели и опускались вниз. Специально, да? Ну, вот, как всегда! Живот заурчал и неприятно заколол. Первое, что я нашла, судя по печи, был камбуз. Заходить было неприятно - тухлятиной воняло, что оторвите мне нос, но плюс ещё заначка! И какова была моя обида, когда там ничего не было! Только паук с паутиной, но на хрен они мне?! Своих хватает! Так теперь ещё и в горле жжёт! Выйдя из камбуза, я пошла дальше по коридорам, недовольно ворча под нос. Это пиратский корабль или чей? Где золото и тайны?! Отовсюду дует ветер, какая-то неприятная полутемнота и запах, как на помойке. Я всё больше и больше уставала. А ведь вначале мне казалось, что будет интересно и весело. Что там говорила младшая из ведьм про разочарование? Это оно и есть? Пока я шла, пиная деревяшку как мяч, доползла видимо до грузового трюма. Первое, что сразу заметила, - это лежащую решётку, а за ней непонятно что. Пахнет здесь ещё хуже, чем в камбузе. А главное, зачем одежда Адамовой голове и костям, как на пиратских флагах? Хотя сейчас их явно больше, чем надо. Не флаг же это на самом деле! Тот на черной ткани рисуют, а этот точно не на ней! — Добрый день, - подняла над головой не существующую шляпу. Кивнула головой, и пошла дальше искать хоть что-нибудь. Не обращать внимание на скрип с разных сторон было все сложнее и страшнее, но я смелая! - сказала я себе и крикнула из-за упавшей сзади меня бутылки. Надеюсь, здесь и в правду никого нет, и моё покрасневшее от неловкости лицо скоро станет нормальным. А тот, кто оставил зелёную бутылку, сейчас икает от моих проклятий. Вечерело. Два часа, оставленные на корабль, медленно заканчивались. Я сидела на той же бизань-мачте и осматривала свой улов: нашла ещё пару золотых монет и колец с серьгами. Может, уши проколоть? Дернув головой, продолжила разбирать найденное. Некогда отвлекаться и, для убедительности, похлопала по щекам. — А эти камушки, куда убрать тогда? - В попытке найти ответ почесала голову. Надо не забыть помыться… - Вот как знала, что нужно было больше пришивать карманов. Так нет! "Зачем тебе столько?", "Куда тебе?" Тьфу ты, рыжая ведьма, - ворча на Маре, принялась укладывать вещи так, чтобы всё поместилось. Рюкзак уже весил слишком много, но лишь мысль о том, что мы с братом сможем провести время вместе за разбором моих находок, давала силы. Встав, размяв ноги, и уже зная, как идти, пошла в сторону вант, по которым забиралась. Кое-как удачно скинув на землю мешок (самое дорогое были часы, но те в карманах шорт), чтобы нигде не повис, начала спускаться вниз. Боги, наверное, устали икать за сегодня. Прежде чем слезть до конца, намотала на левую руку и ногу канаты. Повиснув, достала из кармана старый и честно мной краденный складной нож и кое-как сделала большую насечку в виде креста, что говорила о том, что я была здесь. Распутавшись, слезла до конца. Уже на земле надела рюкзак и убедилась, что знак виден и отсюда. Веревки неприятно натерли кожу, и та стала красной и неприятно щипала, будто бы я снова обожглась. Поняв, в какую сторону идти, пошла к дому, минуя торговую улицу. Но так часто зевая, что аж самой надоело. Неприятно урчало в животе, и болело всё. Хотелось спать, горячего чая и теплый плед. Ветер заметно поменял направление, а птицы собрались в стайки и летят в одну сторону. Скоро будет дождь. Теперь я ещё и промокну? Хотя, зато грязь смоется. До "Черного кота" нужно было пройти ещё немного, когда услышала родной голос откуда-то со спины: — Мма, Юна! Желание уснуть исчезло, а усталость уменьшилась быстро. Сзади шёл брат - чуть чище, чем я, и, наверняка, уставший, но несущий пакет. Я сразу подбежала к нему и обняла, получив такие же объятия в ответ, не обращая внимания на легкие удары от пакета, который бил меня сзади по ногам. — Приветик! Как прошёл день? Что нового? А что в пакете? Тебе помочь? Давай помогу! Не дождавшись ответа, взяла мешок в руки, забыв о собственном грузе. Тяжелый и большой, пришлось подхватить его снизу и взять двумя руками, чтобы не волочить по грязной дорожке. В руку уперлось что-то неприятно колющее, но фиг с этим. Айсберг, посмеиваясь, сказал, что лучше он понесет его, но я лишь развернулась и пошла в нужную сторону, фыркая от тяжести. Я явно переоценила себя, но хрен скажу об этом вслух! Только за яблочный пирог. И то подумаю! Брат, похлопывая меня по голове, пошел рядом, называя балбесиной. Но я взрослее того, чтобы реагировать на такое! Поэтому просто наступила ему на пальцы ног. Глаза в глаза, секунда, и он делает вдох, говоря себе успокоиться, пока я уже потопала вперед. — Так и как день прошёл? Что нового из моря несут чайки? — Мма, тебе нужно больше общаться со сверстниками, а не с пьяницами да хрен знает с кем. Тяжело же, отдай. На такое заявление, пряча мешок, я почти что крикнула о том, что могу и сама. Только ногой не топнула. Лицо Айсберга я не видела, так как, ускорившись, ушла ещё дальше. Плюнув, он догнал меня и начал рассказывать: — Мма, пришли два корабля под командованием штабного дозорного Крафта. Первый, повязав большинство пиратов, ушёл. Второй стоит у нас для оказания помощи городу. Да и всё, на этом. Хотя толку-то? Заканчивая говорить, брат сморщил нос, что-то говоря про чертовое правительство. Меня прорвало на смех от его вида. Он же ещё сильнее сморщился, говоря мне заткнуться, но, в конце концов, тоже засмеялся. Остановившись, чтобы поправить пакет и рюкзак, которые сползли из-за смеха, я увидела те же зелёные волосы, что и утром. — О? Брат, смотри! - Не поднимая поставленный мешок, начала одной рукой дёргать за его рукав, привлекая внимание. Второй я уже хотела указать на тетю, но тут же одернула её. Прищурившись, брат опустил свою: — Мма, молодец, что помнишь о том, о чем тебе говорили. Вижу кого? - Он вытянул голову, пытаясь увидеть нужного человека. — Хрен забудешь, когда тебе чуть пальцы не отбили, - проворчала, но продолжила говорить, пытаясь показать направление ногой, на что брат закатил глаза. - Вон там, видишь? Тётя с красивыми-красивыми волосами! Зелёными! Она мне с утра помогла не упасть! А там вместо земли камень. Упала бы и всё! Хана бы моим ногам! Брат, наконец, увидев, кого я хотела показать - широко улыбнулся. Взял меня под локоть и пошел прямо к ней. Эй! Я ему рассказываю, как чуть ног не лишилась, а он к красивой девушке лучше пойдет?! Хоть пакет поднять успела! Крикнув ей приветствие ещё на полпути, он быстро дошел до неё и заговорил уже со мной: — Мма, это Кокоро-сан. Она секретарь Том-сана, - переведя глаза на мисс, сказал уже ей, - а это Юна. Моя младшая сестра. - На голове оказалась шершавая ладонь брата, которая растрепала мне волосы, так что часть из них залезла на лицо и глаза. Кокоро-сан поздоровалась со мной, и эти двое начали говорить о чем-то своем, пока я пыталась привести в удобный для себя вид свою гриву. Кто такой секретарь? Том-сан? Они друзья? Что происходит? А разве это не тот плотник, про которого часто говорят в трактире по вечерам? Простояли мы не долго и разошлись, как в море корабли. А я ведь только-только мешок снова поставила! Лишь отойдя на приличное расстояние, я уже хотела задать мучающие меня вопросы, но меня опередили. Что за привычки у людей, а!? —Всё в комнате, мма, всё в комнате. Вместе ответов меня похлопали по спине, прося идти быстрее, если интересны ответы, или, наконец, отдать ему мешок. Моё возмущение заставило его только закрыть себе уши. Но тут он сам остановился. Главное, меня торопит, а сам тормозит! На мое недовольство лишь пожали плечами. Ну, хоть уши не закрыл снова: — Мма, тебя редко можно увидеть за пределами трактира, удивился. Чем занималась весь день? Судя по твоему виду, была на свалке. - И вот снова он так говорит как будто и рад, но смотрит так же, когда тетя ругает. — Ты понял это спустя пятнадцать минут после встречи? Были бы свободны руки, похлопала. Ауч! — Мма, не сестра, а ворчливая бабка. У тебя всё настолько плохо с общением со сверстниками? - Синие губы брата дернулись в усмешке, видимо вместе с моей левой бровью. А бить, то зачем?! Не нравится, что я ворчу? Ну, на тебе ещё порцию! И я не виновата, что эта мелочь такая тупая, плаксивая и трусливая! Остальное расстояние мы прошли, шутя друг над другом, и в попытках то подставить подножку, то не упасть из-за неё. Ветер набирал силу, но всё равно оставался теплым, а солнце всё чаще пряталось за серыми облаками. Люди спешили по домам и оглядывались на небо. Птиц там уже и вовсе не было.