Арка 1. Часть 4

«Тайна находки? Невиданная удача!»

В трактире, и даже за его пределами, было шумно. Люди пили и ели, пели и танцевали, несмотря на духоту, как в полдень жаркого дня. Итак хорошее настроение повысилось до уровня неба. Захотелось присоединиться к толпе, к этому шуму. Но сначала избавиться от лишнего груза. Молнией добежала по стене и под столами до кухни, где ещё сильнее не хватало воздуха. Стук ножей, шипение воды и резкие запахи сменили громкую и веселую песню из зала. Все девушки были заняты каждым своим делом и быстро-быстро готовили на всю толпу, что веселилась. Как просил брат, передала мешок Маре, еле ловя её за фартук. Рюкзак был отложен под стол у окна. Там тряпка свисает, на которой посуду сушим, и не видно, есть ли что-то под ним или нет. Пожелав удачи, также быстро убежала обратно, пока не заставили помогать. Ну уж нет, такие вечера не каждый месяц! Люди были то там, то здесь - везде и всюду, и вроде кто-то сейчас был на потолке? Цвета и звуки смешались в одно целое. Кажется, что даже стены начали танцевать. Кое-как найдя синюю голову брата, я начала идти к нему. Пока дошла, пару раз наступила кому-то на ноги, как и мне, но на это кроме меня никто не обращал внимания. Айсберг подсел к каким-то людям, которые играли в карты. Сразу же заметив моё появление, компания за столом ещё сильнее зашумела и начала здороваться. Кто-то, как в той сказке про рыцаря, встал на одно колено и поцеловал мою руку, тут же получая от брата по голове и мой весёлый смех. Но тут музыка сменилась на ещё более веселую и быструю. Не заметно для себя, я уже танцевала почти что в центре. Толпа вокруг меня дала мне больше свободного места и хлопала в ладоши, заставляя меня кружиться и кружиться. Скрипач играл и что-то пел, притоптывая ногой. Гитарист умудрялся пить с чужих рук и перебирать струны, а пианист почти бил по черно-белым клавишам. Мысль, что завтра Олли снова будет злой, пока будет всё чинить, не задержалась и на секунду. Толпа, как Аква Лагуна, с каждой минутой набирала силы и веселилась ещё больше. Причину всего этого так никто и не сказал мне. Топот ног, хлопки, бренчание струн и клавиш затихло. Без изменений остались шутки и разговоры со смехом. Снова найдя брата и его компанию на вечер, подсела обратно к ним. У Айсберга появилась небольшая кучка денег и более бодрый вид, а вот рыцарь всё ещё лежал на полу с чужим следом от ботинка на спине. Переглянувшись со старшим, уверена, что каждый со своего, засмеялись. Хотя как не смеяться, когда у человека на лбу нарисованы каракули, я не знаю: — Ноги болят, - проныла я брату, забираясь тому на колени. Сидеть на месте одновременно хотелось и нет, но с ним хотя бы приятнее. — Мма, я предупреждал, - ответил Айсберг, укладывая на мою голову свою и показывая свои карты. Улыбка всё так же не сходила с наших лиц, и чьё-то замечание, что он этого не говорил, а наоборот, подтолкнул меня в спину, осталось за бортом. Стол, за которым собралась компания, был рядом с окном. В какой-то момент, отвлекшись от наших карт, услышала начинающийся дождь. Я же говорила, что он будет? Говорила! Тот же самый голос, который звучал и до этого спросил: всё ли у меня в порядке с головой. Но я уже спрыгнула со своего места. Взяв стул, пододвинула его к чуть открытому окну и слушала, как всё сильнее стучат капли по стеклу, а не то, как брат послал того человека. Шёл уже ливень, когда зал снова наполнился музыкой. Под звуки веселого шума и дождя я жмурилась от удовольствия. Наконец-то кухня открыла свои двери и теперь можно было почувствовать запах еды и прохладные капельки воды. Э? Откуда капли? Открыв глаза и проморгавшись, помотала головой, уставившись на старика. Капало с него, и холодом повеяло тоже от него. Только что ушёл с улицы - весь мокрый и уже отчего-то недовольный. Причем если смотреть на его брови, недоволен он сильно. Не успел никто с ним поздороваться, как они - Холера и брат - направились на второй этаж. Лица и у того, и у другого были серьезными. Уже со следующей песней я забыла об этом и снова кружилась в центре, крича, нежели, подпевая песне. Часовая стрелка настенных часов уже сделала три полных круга. Никто из тех двоих всё не спускался. Веселье без причины продолжалось. Голова болела, и сильнее её болели только ноги. Уже хотелось больше спать, нежели быть частью шума, пускай и такого редкого. Доползла до кухни через всё также танцующих людей, по стене и под стульями и столами, взяла рюкзак. Зевая, кое-как держала глаза открытыми и шла в комнату. И, о Боже! Он же не был таким тяжелым! А лестница не была такой длинной! На втором этаже было не лучше. Всё было не то чтобы чётко, но слышно. Неприятненько. В кабинете старика горел свет из-под щели у пола. Дважды за день подслушивать и получать не хотелось. Поэтому постаралась пройти как можно быстрее, придумывая про себя оправдания, если всё же поймают. До комнаты остался один-два шага, когда сзади внезапно раздался хлопок и удар двери об стену, что уже ничего хорошего не обещало. В прошлый раз, после такого хлопка какая-то девушка громко ругалась и плакала. Подпрыгнув от неожиданности, чуть не крикнула матом, но вовремя прикусила язык. Обернулась и невольно потерла глаза ладонью - в коридоре стало намного светлее из-за открытой двери. Еле заметила, как брат сбежал с лестницы вниз. Почесав голову, подошла к проходу - а что? Дверь открыта, проблемы не мои - попалась на глаза старику. Не прошло и секунды, как он отвернулся от меня и одним глотком выпил то, что было в полном стакане. Налил себе ещё, и на этом моменте я закрыла дверь, не забыв пожелать доброй ночи. Лучше пойду-ка я спать. Как говорит Либэ: «Утром вечером мудренее». Хотя смысл фразы до конца я так и не поняла. Уже в комнате, не глядя, кинула куда-то рюкзак. Открыла окно, чтобы слышать дождь и, надев чистые шорты с майкой, уснула. В соседней комнате что-то упало. В тишине утра это было хорошо слышно, но, судя по отсутствию ругани и угроз, разбудило это только меня. Сна как не было: лишь слегка открыв глаза, я быстро поняла вчерашнюю ошибку: — Чтоб хоть раз я ещё уснула с открытым окном! Вот тебе и шум дождя. Сука, как же холодно то! - Зубы стучали, а руки искали тёплое одеяло, чтобы наконец-то избавится от холода. Пока закрывала источник холода, заметила вторую кровать в этой комнате. Брат, как обычно, ушёл снова ни свет, ни заря - время раннее, а вторая кровать уже аккуратно заправлена. Приняв неизбежное - холод и что нужно как бы идти умываться, раз уж встала - не меняя одежды, побежала вниз. На подходе к нужной двери захотелось развернуться. Пахло так, что хотелось зажать себе нос. Но голод был сильней, как и желание оказаться в теплой кухне. Там же уже сидели и Сэлурми и Либэ. Значит, скоро подойдет Олли. Отлично. После завтрака, как он же говорит, докопалась до Олли. Хотя как его можно докопать? Только закопать же? Получила коробку и о чудо! В меня ничего не прилетело! Видимо ещё не проверял, что нужно ремонтировать в общем зале. Солнце уже начинало греть, и поэтому становилось не так холодно. Единственная проблема - не помню, куда кинула рюкзак. Ударив себя по лбу, принялась ползать по полу в поисках своего утерянного сокровища, представляя себя отважным кладоискателем. К обеду пропажа была найдена и почти разобрана. Разложила по углам коробки украшения и цветные камушки. О! Как они красиво меняли цвет на солнце! Найденные деньги раскидала по карманам одежды и рюкзака. Мало ли, когда будут нужны? Осталась только шкатулочка, которую я так и не смогла открыть. И что делать? В попытке придумать ответ начала ходить по комнате и искать что-нибудь острое. Раскладной нож был отобран братом вчера, почти что в дверях трактира. Так и ничего не найдя, села на тонкий ковёр и скрестив ноги, положила голову на кулаки. Чтоб тебе икалось, братец. Так, если пойду к Олли, то меня пустят на тряпки. Он может, он пытался - приятного нет. А если тихо взять молоток и гвоздь? Не, мои органы нужны мне же. Иначе как мне есть? Тетя занята. Рыжие разболтают всё и даже больше. Селурми не лучше. Тогда Либэ. Ага, прикольно. Одну проблему решила, появилась другая - где её искать то? Двадцать минут. Спустя двадцать минут бега по всему трактиру, я нашла её. И пока пыталась привести дыхание в норму, на пальцах показала, что нужна помощь. Вот за что из - как его там? - квартета мне нравится больше эта мадам: молча, пришла, открыла и отдала. При этом, не посмотрев, что внутри. А главное, так быстро ушла, что спасибо я говорила, стоя одна в комнате и пялясь на дверь. На столе появились конфетки. Надо будет попозже сказать ей спасибо или может отдать черный круглый камушек? Он напоминал цвет её глаз. Оторвавшись от двери, попутно съев сладость, посмотрела на шкатулку. Особо не думая, открыла ее полностью и в ожидании чего-то такого удивительного, от чего у брата глаза стали бы больше штурвала корабля! Но то, что было внутри, заставило меня саму сесть за стол и пялиться внутрь шкатулки. Ага. Фрукт. С завитушками. Закрыла крышку, потом глаза. Поставила шкатулочку перед собой. Протерла глаза и снова открыла. Розовый фрукт с завитушками. Ебануться. С пару минут смотрела на него, пока не услышала шаги в коридоре. Быстро захлопнула крышку и убрала в коробку. Сверху кинула тряпкой рюкзак и сунула под кровать. Надо дождаться брата, а пока сяду я читать книжку. Сердце стучало так громко, что я его слышала в своих же ушах! Ладони неприятно потели. Вместо рассказов о животных в голове крутились лишь те, где какие-то гости рассказывали про дьявольские фрукты.