1986. Глава 9. Бобби пропал.

POV: Эмили Гилберт

      Я не любила возвращаться домой. Обычно дома всегда ждут, но не в моем случае. Меня никто никогда не ждал.       Наш дом стоял в конце улицы, где асфальт уже давно уступил место утрамбованной земле, а фонари работали через один. Западный район Сентфора, в который не заезжают просто так, только если живёшь здесь, или если есть веские причины.       Я шла медленно, засунув руки в карманы куртки, чувствуя, как холод постепенно пробирается под одежду. Сегодняшний день выдался длинным, но не тяжёлым. Такие дни я даже любила.Дни, когда не нужно много думать, когда всё происходит само собой.       Свет в окнах нашего дома горел, значит, он был дома. Я остановилась у калитки и на секунду замерла. Промелькнула мысль, «А заметил бы он, что я умерла? Стал бы он беспокоиться?..». Ответа не было, но почему-то я подумала, что нет…       Отчим редко говорил со мной. Иногда мог буркнуть что-то про школу или работу, но чаще всего мы просто существовали в одном пространстве, не пересекаясь. Его устраивало, что я не лезу в его жизнь. Меня — что он не задаёт лишних вопросов. Он много пил, но не буянил. Просто засыпал, где приходилось. Работа на заводе за станком и жизнь в западном районе Сентфора накладывает отпечаток на образ жизни, пояснять не стоит. Но иногла я все-таки не могла найти ему оправдания. Он сам выбрал женщину с грудным ребенком на руках, которая не славилась «чистой» репутацией. Я думаю он предполагал, что рано или позно такая как она оставит его и исчезнет бесследно. Но отдать должное ему все-таки стоит — он не стал отправлять меня в детский дом…       Я толкнула калитку, прошла во двор и поднялась на крыльцо. Дверь открылась без скрипа — я давно смазала петли, чтобы не привлекать лишнего внимания. Внутри пахло алкоголем и сигаретами. Все как обычно. Он сидел на кухне спиной ко мне. Перед ним стояла почти пустая бутылка. — Я дома, — сказала я, проходя мимо. Он что-то буркнул в ответ. Я даже не стала вслушиваться.       Раздевшись, я прошла в свою комнату и закрыла дверь. Там было темно и тихо. Я включила лампу, села на кровать и уставилась в стену. Иногда в такие моменты меня накрывало странное ощущение. Как будто я стою на месте, а всё вокруг уже давно куда-то ушло: школа, ребята, Сентфор… Всё это казалось чем-то чуждым. Не моим. Я сняла куртку, бросила её на стул и достала из кармана зажигалку. Покрутила её в пальцах, наблюдая, как металл отражает свет лампы.       Я начала пить рано. Сначала просто за компанию. Потом, чтобы расслабиться. Алкоголь был самым доступным вариантом. Его было легко раздобыть у нас. Меня и моего отца все знали, и не задавали лишних вопросов на кассе, пробивая очередную бутылку. Иногда я брала и себе, но только банку сидра, крепкое я пить не особо любила.       Работа в тату-салоне появилась почти случайно. Мне нужны были деньги, а Микки — лишние руки. Сначала я просто убиралась, потом начала помогать рисовать эскизы, потом научилась держать машинку. Тогда же я познакомилась с людьми, у которых всегда была травка и «что покрепче». Сначала это казалось чем-то опасным. Я всегда осуждала таких людей, думая что я «никогда бы не…».       А потом… Границы начали стираться. Впервые я попробывала у Микки в салоне, меня угостил один из его клиентов. Потом были другие компании… Иногда мне казалось, что я всё контролирую, что в любой момент могу остановиться, что это просто этап. Сейчас — нет. Я полностью ввязалась в это и не могу полноценно существовать без веществ. Конечно же, я пробывала разную дурь: траву, таблетки… Но на сильное не тянуло, ибо после экстази становилось страшно и тревожно. Траву я курила часто, «каюсь». Разные сорта, разными способами… Я провела ладонью по лицу, выдыхая: — Билл…       Я прикрыла глаза. Он не вписывался в мою жизнь. Совсем! Он слишком… нормальный. Слишком настоящий. Слишком чистый, добрый и невинный… С ним было так легко и это пугало. Потому что рядом с ним приходилось делать вид, что я тоже такая. Я тихо усмехнулась. «Делать вид»…       Я встала с кровати, накинула куртку на плечи. Я не собиралась оставаться дома. Не сегодня. Меня ждали дела. Выйдя в коридор, я на секунду остановилась, прислушиваясь—тишина. Только звук телевизора из кухни.       Я открыла дверь и вышла на улицу. Холод ударил в лицо. Я закрыла за собой калитку и пошла вперёд, не оглядываясь. Асфальт местами крошился, заборы тянулись криво, а окна домов либо были тёмными, либо закрытыми изнутри плотными шторами. Я шла быстро, чувствуя, как холод пробирается под куртку. Ветер тянулся вдоль улицы, цепляясь за провода и жестяные вывески.       Здесь всегда было ощущение, будто за тобой могут наблюдать, даже если вокруг никого нет. Парковка за старым складом появилась впереди. Пустая, как обычно. Он уже стоял рядом, облокотившись на капот гнилой машины, словно никуда не спешил и ждал ровно столько, сколько нужно. Я подошла ближе, остановилась на расстоянии вытянутой руки. — Опаздываешь, — сказал он. — Не начинай, — ответила я. Он повернул голову. Капюшон почти закрывал лицо, и от этого было сложнее понять, в каком оннастроении. Но это почти никогда не имело значения. Он сунул руку в карман и достал свёрток. — Держи. Я взяла его, на ощупь определяя плотность, привычно прикидывая, сколько там. — Новый? — Скажем так, немного обновили состав. Я кивнула и убрала свёрток в карман. Несколько секунд мы стояли молча. Ветер прошёлся по парковке, поднимая пыль и мелкий мусор. — В городе становится тесно, — сказал он. — Для кого? — Для всех. Он слегка повернул голову в сторону дороги. — «Чёрные драконы» начинают забываться. Я нахмурилась. — Они всегда держались в стороне. — Раньше. Он сделал паузу, будто давая мне время самой додумать. — Сейчас им мало своего. Я ничего не ответила, только сжала пальцы в кармане куртки. — Это не моя проблема, — сказала я. Он тихо усмехнулся. — Это ты так думаешь. Я посмотрела на него, но он уже отвёл взгляд. — Если что-то пойдёт не так, держись подальше от них, — добавил он. — Я и так с ними не якшаюсь… Он кивнул, как будто это его устраивало, и ушел.       Я осталась одна. Несколько секунд просто стояла, потом медленно выдохнула и достала свёрток из кармана. Пальцы работали на автомате. Бумага, табак, смесь — всё это давно стало привычным движением, не требующим концентрации. Я провела языком по краю, скрутила, слегка прижала. Щёлкнула зажигалка. Огонёк на секунду осветил пальцы. Я сделала первую затяжку, задержала дым, чувствуя, как он расползается внутри, снимая напряжение, которое я даже не сразу заметила.                   Выдохнула. Холодный воздух смешался с дымом, и стало чуть легче. Вторая затяжка была глубже. Плечи расслабились, мысли начали течь медленнее, мягче. Я прислонилась к холодному металлу ограждения, глядя в сторону дороги, где уже давно никого не было. Слова про «драконов» зацепились где-то на фоне, но не давили. Пока это было просто разговором. Я провела пальцем по краю свёртка, снова поднесла его к губам и закрыла глаза на секунду, позволяя себе не думать ни о доме, ни о Билле, ни о том, во что всё это постепенно превращается.       Дым ещё держался в лёгких, когда я оттолкнулась от ограждения и направилась обратно домой. Я шла, не особо следя за дорогой. Ноги сами знали, куда идти. Фонари всё так же моргали через один, но теперь это не раздражало. Я провела рукой по волосам, закидывая их назад, и усмехнулась чему-то своему. В голове стало тише. Мысли не исчезли — просто перестали цепляться друг за друга.       Дом показался впереди. Я остановилась у калитки, облокотилась на неё локтями и посмотрела на окна. Свет всё ещё горел на кухне. Значит, он не лёг. Мне не хотелось заходить сразу. Я прикрыла глаза и медленно вдохнула холодный воздух, в котором всё ещё ощущался слабый привкус травы. Билл. Имя всплыло само. Я хмыкнула, опуская взгляд. Почему он? Глупый вопрос. Я провела пальцем по внутренней стороне ладони, будто стирая что-то невидимое. С ним всё было легко. Он всегда слушал, верил… Я скривилась. Вот это и было проблемой. Зачем? Зачем я вообще полезла в это? Можно было держать дистанцию. Общаться, как со всеми, как друзья. Но нет… Я тихо выдохнула. Мысли крутились лениво, не цепляясь друг за друга. С ним так хорошо, но от этого хуже. Потому что рано или поздно он начнёт задавать вопросы, подозревать…       Я толкнула калитку и зашла во двор. Дверь открылась так же тихо. Внутри всё осталось без изменений. Я не стала заходить к нему. Просто прошла мимо, почти не задерживая шаг. В комнате было тепло, что естесственно после улицы. Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Пару секунд стояла так, глядя в потолок. Потом прошла к кровати и села, стянув куртку. Мысли снова вернулись. Билл… Я потянулась к тумбочке, где лежал телефон, но пальцы зависли над диском. Позвонить? Я усмехнулась. Зачем? Просто… услышать его. Глупо… Я всё-таки подняла трубку. Палец медленно прокрутил цифры, одну за другой. Гудки. Один. Второй. Я прижала трубку крепче. Третий. Я закатила глаза, тихо выдыхая: — Ну конечно. Четвёртый гудок. Я уже собиралась положить трубку, но задержалась. Пятый. Тишина. Я медленно опустила трубку на место. — Ладно… Я провела ладонью по лицу и откинулась на кровать, уставившись в потолок. Стало как-то пусто, тоскливо. Я закрыла глаза, чувствуя, как остатки каннабиноидов всё ещё держат меня на поверхности, не давая провалиться в нормальные, трезвые мысли. Я перевернулась на бок, подтянула к себе одеяло и уткнулась в подушку, пытаясь не думать о Билле…

POV: Дерек Никсон

      Я сидел у себя в комнате, раскинувшись на кровати, и лениво перелистывал тетрадь, делая вид, что занимаюсь чем-то полезным. За окном уже давно стемнело, улица почти затихла, и только редкие машины нарушали эту тишину. Я потянулся к телефону, покрутил провод между пальцами. Хотел позвонить Бобби, но потом вспомнил: «Он сейчас у Сары».       Я отбросил трубку в сторону и уставился в потолок. Мысли лениво текли одна за другой, ни за что не цепляясь. Где-то на фоне мелькнула мысль о том, что Эмили не та, за кого себя выдает. Рассказ Билла вызывал беспокойство, но не о ней. Я переживал за друга. Он болезненно реагировал на предательства и на разочарования в людях. А если учитывать его чувства к Эмили… Он потерян… Я даже не хочу думать о том, как он будет переживать разрыв. Но только если он не пиздит о них…

Утро

      Я вышел из дома чуть раньше обычного. Воздух был холодным и бодрил лучше любого кофе. Я засунул руки в карманы и пошёл в сторону школы, лениво пиная какой-то камешек по дороге. Сару я заметил сразу. Она шла навстречу, чуть нахмурившись, явно о чём-то думая. Я поднял руку. — Йо. Она подняла взгляд. — Привет… И вот тут я сразу по взгляду понял: что-то не так. — Чё такая? — спросил я, подходя ближе. Она замялась на секунду. — Бобби… он к тебе вчера не заходил? Я нахмурился. — Нет. Пауза. — А должен был? Сара остановилась. — Он должен был прийти ко мне. Я моргнул. — Ну… и? — Мы договорились заниматься. Он сказал, что будет вечером… но он не пришёл. Я выпрямился. «Ладно». — Ты ему звонила? — Майкл звонил. Спросил не у меня ли он. Дома его не было… Я провёл рукой по затылку. — Он уже так делал… Сара резко посмотрела на меня. — Что значит «так делал»? — Сбегал, — пожал я плечами. — Одну ночь не ночевал, потом объявился под утро, как будто ничего не произошло. Она уставилась на меня. — И ты сейчас об этом так спокойно говоришь? — Потому что это Бобби, — ответил я. — После того раза все на уши встали, а потом… Потом забыли, будто ничего и не случилось. Я хотел добавить что-то ещё. Но не успел. Машина пронеслась мимо нас на скорости. Я даже не сразу понял, что произошло. Плеск! Холодная вода ударила в ноги, в одежду, в лицо. — ТВОЮ Ж МАТЬ! Я отскочил в сторону. Сара вскрикнула. — Да вы издеваетесь?! Вода стекала с куртки, штаны моментально промокли. Холод пробрал до костей за секунду. Я провёл рукой по лицу, стряхивая капли. — Охеренно день задался, — буркнул я. Сара стояла, глядя на себя. — Как я в школу пойду?! Я повернул голову в её сторону… и на секунду завис.       Ох…На Саре была серая футболка. Машина облила ее сильно, и вся футболка намокла… Она была без лифчика…       Без лифчика, БЛЯТЬ! Соски встали от холода и их очертания были хорошо видны… Как груди потрясывались, когда она отчаянно пыталась оттереть грязь с куртки… Я резко отвёл взгляд. «Дерек, блять… Только не сейчас…» Я стиснул челюсть, делая максимально нейтральное лицо, мешала лишь пульсация ниже пояса и приливающая кровь в член… Я поставил ноги крест накрест и оттянул подол куртки еще ниже… «Твою мать!». — Ну… — кашлянул я, — Можешь на сушилке в туалете разложиться. Она резко посмотрела на меня. — Очень смешно. — Я серьёзно, — поднял я руки. — Кенди обычно хранит сменную одежду, когда ходит на танцы. Спросим у нее, когда придем. А пока застегнись, а то простудишься. Она фыркнула, но уголок губ всё-таки дёрнулся. Я снова посмотрел на дорогу, делая вид, что меня интересует исключительно асфальт… «Соберись. Просто иди. Дыши. Не пались. Думай о дряхлой бабке, думай о дряхлой бабке…» — Пойдём, — сказал я. — Пока нас ещё кто-нибудь не переехал.       Мы двинулись дальше. Как я говорил, у Кенди была запасная одежда в шкафчике, вот только идею с сушкой одежды никто не одобрил, Сара просто убрала мокрую одежду в пакет и оставила в шкафчике до конца дня.       Класс встретил нас привычным шумом. Кто-то орал через всю аудиторию, кто-то ржал, кто-то делал вид, что готовится к уроку. Всё как обычно. Я прошёл к своему месту, кинул рюкзак под парту и сел, откинувшись на спинку стула. Сара устроилась впереди. Я машинально зацепился за неё взглядом. Бобби в классе не было. Я скользнул взглядом по рядам—пусто. «Зашибись…» Дверь открылась. Учитель вошёл, и класс постепенно затих. — У нас новый ученик, — сказал он, оглядывая класс. Я лениво поднял взгляд. В дверях стоял парень. Высокий. Худой. Спокойный. Собранный. Как будто его вообще не волновало, что он сейчас в новом классе, среди кучи незнакомых людей. — Представься. — Джон, — коротко ответил он. И всё: ни фамилии, ни лишних слов. «Лаконично. Даже слишком.» Он прошёл вглубь класса, взглядом быстро оценивая, где сесть. И, конечно… Конечно он выбрал место рядом с Сарой. Я усмехнулся себе под нос. — Ну а как иначе… Он сел. Спокойно, неторопливо. Я скрестил руки на груди, наблюдая. Учитель начал что-то объяснять и уже через пару секунд этот «Джон» наклоняется к Саре, что-то говорит. Она поворачивается к нему и… улыбается. Я медленно выдохнул через нос. «Серьёзно?» Он что-то показывает ей — листок бумаги. Я прищурился. Сара чуть наклонилась ближе. «Конечно. Почему бы и нет.» Я перевёл взгляд на доску, попытался отвлечься. Не получилось. Голос учителя звучал где-то на фоне, но я вообще не мог вслушаться. Я снова посмотрел вперёд. Джон что-то складывал из бумаги. Аккуратно, не спеша. «Ты ещё оригами начни делать, придурок.» Через секунду он протянул что-то Саре. Я чуть подался вперёд. Бумажный цветок. Я замер. — Ты издеваешься… — пробормотал я почти беззвучно. Сара удивлённо подняла брови, потом рассмеялась. Взяла его, провела пальцами по лепесткам и снова улыбнулась. Потом она что-то сказала ему. Я не слышал и не особо хотел. «Охрененно!» Я откинулся назад, уставившись в потолок. «Минута. Ему понадобилась всего одна минута!» Я сжал ручку в пальцах чуть сильнее, чем нужно, почти до хруста. — Никсон. Я дёрнулся. Учитель смотрел прямо на меня. — Может быть, ты тоже подключишься к уроку? Я выпрямился. — Уже подключился. — Тогда повтори, о чём мы говорили. Пауза. «Блять!» Я медленно перевёл взгляд на доску. Слова расплывались. — Мы… — начал я, — обсуждаем… Тишина в классе стала плотной. Где-то сзади тихо хмыкнули. Я провёл рукой по затылку. — …важные вещи. Кто-то засмеялся. Учитель закатил глаза. — После урока останешься. — Конечно. Я быстро опустился обратно на стул. И невольно снова посмотрел вперёд. Сара крутила в пальцах этот чёртов цветок, а Джон сидел рядом и смотрел на нее. «Да пошёл ты! «Джон»!» После уроков я вылетел из класса, не оглядываясь. Коридор гудел — кто-то смеялся, кто-то орал, кто-то толкался, как будто это не школа, а вокзал… Я шёл вдоль шкафчиков, почти не разбирая лиц. — Никсон. Я остановился. Обернулся. Люк. Он стоял, облокотившись на шкафчик, и смотрел на меня так, будто уже знал, что разговор будет не из приятных. — Чё? — коротко бросил я. Он выпрямился. — Бобби сегодня нет. — Гений, — усмехнулся я. Люк не улыбнулся. — Ты его вчера видел? Я кивнул. — Да. Мы же вместе шли. На секунду в голове всплыла картинка. Вчерашний вечер, почти пустая улица. Мы шли вдвоём, обсуждая какую-то ерунду — уже не вспомню какую. На перекрёстке появился Люк. — О, вечер добрый, — тогда сказал он. Мы остановились. Перекинулись парой фраз. Точнее Бобби с Люком, я молчал. Ничего особенного. — Ты куда? — спросил я у Бобби. — Домой, — ответил он тогда. Люк кивнул. — Нам по пути, Боб. Я посмотрел на дорогу, ведущую в мою сторону. Потом на них. — Тогда пока, мне туда, — сказал я. Бобби махнул рукой. — Давай. И всё. Я развернулся и пошёл. Даже не обернулся. Ибо не было причины. Я моргнул, возвращаясь в коридор. — На перекрёстке разошлись, — сказал я. — Он же с тобой пошёл. Люк кивнул. — Все верно… Мы немного прошли вместе. Я напрягся. — И? — И ничего, — пожал он плечами. — Он свернул к себе. Я пошёл дальше. Пауза. — Ты уверен? — спросил я. Люк посмотрел прямо на меня. — На сто процентов. Это мне не понравилось. Совсем. — И после этого ты его не видел? — Нет. Я провёл рукой по затылку. — Мда. — Что? — нахмурился Люк. — Он должен был вечером пойти к Саре, но не пришел, — сказал я. Люк замер. — В смысле? — Они договаривались. Он просто… не появился. Тишина между нами стала напряженнее. — Херня какая-то — Ага. Мы оба замолчали. — Может, он реально домой пошёл? — добавил он. Я покачал головой. Люк нахмурился сильнее. — Странно. — Вот именно. — Ладно, — выдохнул он. — Если что узнаешь — скажи. — Ага. «Обязательно» Он закатил глаза и пошёл в сторону выхода. Я остался стоять ещё пару секунд. «Он сказал, что идёт домой. И вел себя нормально. Тогда какого чёрта…» — Дерек! Я обернулся. Сара быстро подошла ко мне. — Вы говорили о Бобби? Я кивнул. — Да. — И? Я выдохнул. — Мы шли вместе вчера. Она внимательно смотрела на меня. — Потом встретили Люка на перекрёстке. Пауза. — Бобби сказал, что идёт домой. — И? — тихо спросила она. — И пошёл с Люком. Потом они разошлись. Сара нахмурилась. — Люк уверен, что он пошёл к себе? — Да. Тишина. — Но он не пришёл ко мне… Майкл сказал, что его не было дома — тихо сказала она. Я сжал челюсть. — Значит, Люк либо соврал. Пауза. — Либо Бобби до дома реально не дошёл. Она подняла на меня взгляд. — Это уже не смешно, Дерек. — Я и не смеюсь. Ветер прошёлся по коридору из открытых дверей. — Что будем делать? — спросила она. Я задумался на секунду. — Ждём до вечера. Она нахмурилась. — А если он не появится? Я посмотрел ей в глаза. — Тогда будем искать. Пауза. Она кивнула. Но по её лицу было видно — ждать она не хочет. Я тоже. — Встретимся у Майкла, ладно? Ты же придешь? — Что, прости? — Кенди не говорила? Мы собираемся у них дома. Ты придешь? Я немного помялся на месте и кивнул, не спуская взгляд с Сары.

В доме Тёрнеров

      Дом Тернеров встретил нас непривычной тишиной. Обычно здесь всегда было шумно. Телевизор, музыка, Майкл обязательно орал через весь дом. Сейчас же казалось, будто все звуки специально приглушили. Когда мы с Сарой вошли в гостиную, Кенди уже сидела на диване, поджав под себя ноги. Она нервно теребила рукав кофты и постоянно поглядывала в сторону лестницы. Миссис Тернер поднялась нам навстречу. — Присаживайтесь. Кофе? Чай? — Нет, спасибо, — ответила Сара. Я тоже отказался и сел рядом с Кенди. Стало как-то неловко. Я знал Бобби много лет. Его мать тоже. И сейчас было странно видеть её такой растерянной. Миссис Тернер опустилась в кресло напротив и уставилась куда-то в пол. Несколько секунд никто ничего не говорил. Потом она вдруг начала заламывать пальцы. — Мы старались не паниковать раньше времени… — тихо сказала она. — Но время идёт, а его всё нет и нет… Она нервно усмехнулась. — Ох и получит он у меня, когда вернётся… Улыбка вышла натянутой. Я переглянулся с Сарой. Она сидела напряжённая, сцепив руки на коленях. И мне это совсем не нравилось. Наверху послышались быстрые шаги, а через секунду на лестнице появился Майкл. — А вы что здесь делаете? Он быстро осмотрел комнату. — Бобби не появлялся? — Нет, — ответил я. — Мы думали, он уже вернулся домой. Майкл перевёл презрительный взгляд на меня. На секунду мне показалось, что его раздражает сам факт моего присутствия. Потом он посмотрел на мать. — Мам, я уверен, что с ним всё нормально. Он подошёл ближе. — Он просто повздорил с родителями и решил побыть один. Я едва заметно нахмурился. Бобби мог сбежать это правда, но что-то во всей этой истории не складывалось. — Наверняка теперь боится возвращаться домой, — продолжил Майкл. — Особенно если знает, что ты устроишь ему разнос. Миссис Тернер наконец улыбнулась. — Однажды такое уже было. — Вот именно. Майкл положил руку ей на плечо. — Не переживай. Если до вечера не объявится, я сам за шкирку его домой притащу. Я кивнул, хотя легче почему-то не стало. Наоборот. Чем больше Майкл говорил, тем сильнее мне казалось, что он пытается убедить в этом не маму, а себя. Я поднялся на ноги, Кенди сразу встала следом. — Раз Бобби до сих пор нет, мы, наверное, пойдём. Миссис Тернер подняла на нас усталый взгляд. — Конечно. — Если он объявится, попросите его позвонить нам. — Обязательно. Я уже направился к выходу, когда заметил, что Сара осталась стоять на месте. Майкл остановил её лёгким движением руки. — Останешься? На секунду мне почему-то стало неприятно. Сара посмотрела на него. — Да. Я отвёл взгляд. «Конечно останется. Он всё-таки её парень». Только легче от этой мысли почему-то не становилось. Я сунул руки в карманы куртки и первым вышел на улицу. Кенди догнала меня уже у калитки. — Думаешь, он реально просто свалил куда-нибудь? — спросила она. Я пожал плечами. — Не знаю. Раньше я бы не задумываясь ответил «да». Потому что это Бобби. От него можно было ожидать чего угодно. Но сейчас всё ощущалось иначе.       Мы медленно пошли вниз по улице. Смеркалось. Фонари уже начали загораться, окрашивая мокрый асфальт в тускло-жёлтый цвет. Машин почти не было. Только ветер гонял по дороге сухие листья. — Мама очень переживает, — тихо сказала Кенди. — Вижу. Она какое-то время молчала. — Майкл говорит, что всё нормально. Я хмыкнул. — Майкл много чего говорит. Кенди нахмурилась, но спорить не стала. Мы дошли до перекрёстка. Именно там я заметил движение впереди- старый велосипед. Сначала я даже не понял, кто это. Потом девушка выехала из-за угла, и я узнал её. Эмили.       Она ехала медленно, стоя на педалях. Тёмная куртка, распущенные волосы, поднятый воротник. Кенди тоже её заметила. — О… Эмили повернула голову. Наши взгляды встретились всего на секунду, но почему-то мне стало не по себе. Она выглядела уставшей. Нет… не уставшей. Отрешённой. Словно всё происходящее вокруг её совершенно не касалось. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга через дорогу. Потом Эмили отвела взгляд, нажала на педали сильнее, и поехала дальше. Не поздоровавшись. Не остановившись. Не сказав ни слова. Я смотрел ей вслед, пока её силуэт не растворился между домами. — Странная она, — пробормотала Кенди.       Я ничего не ответил. Перед глазами неожиданно всплыл вчерашний разговор с Биллом. Его голос, взгляд, то, как он говорил об Эмили, словно видел в ней что-то, чего не замечали остальные. Именно это меня и беспокоило.       Билл всегда слишком сильно привязывался к людям. Слишком легко им верил. Я вспомнил, как он говорил, что она другая, хорошая, что её просто никто не понимает. И почему-то мне стало тревожно. Не из-за Эмили. Из-за Билла.       Потому что чем больше я думал о ней, тем сильнее чувствовал — она что-то скрывает. Что-то такое, во что Биллу лучше не лезть. Ветер ударил в лицо. Я поднял воротник куртки. Где-то сейчас Сара сидела у Майкла дома. Бобби всё ещё не выходил на связь. А Эмили только что посмотрела на меня так, будто знала что-то, чего не знал я. И мне всё меньше нравилось то, во что постепенно превращался этот Сентфор…