Глава 2.12

— У тебя точно нет малокровия? — вырвалось у меня, скользя взглядом по бледной коже Эдика: — Руки до сих пор ледяные с улицы. Губы Эдуарда изогнулись в лукавой улыбке, а в уголках показались милые ямочки. Он отвел взгляд, с удвоенным интересом изучая под микроскопом новый препарат. — Ты права, профаза, — он ловко заменил предметное стекло на новое и тут же принялся изучать: — Вообще, мой отец — доктор. Знаешь, из тех самых, что особенно обеспокоены здоровьем своих детей. Ежегодное полное обследование со всеми увеселительными и малоприятными мероприятиями. — Должно быть, такая забота обходится очень дорого: у тебя столько братьев и сестер. Эдуард пожал плечами, точно финансы были последним, о чём приходилось беспокоиться. — Значит, одноклассники уже успели расписать все семейное древо и тайные клады под особняком «о великой четы Смирновых»? — Ну, не то чтобы… Я замялась, не ожидая подобного вопроса. Лицо Эдуарда сохраняло улыбчивую маску и если, чтобы рассмотреть первое предметное стекло, ему понадобилась всего секунда, то на второе Эдик всё ещё сосредоточено смотрел. — Вы просто немного выделяетесь. — Чем же? — Чем-то, не знаю. Вся школа по вам будто сходит с ума. — Но не ты? — Это ещё что за вопрос? — Вопрос как вопрос. Я почувствовала, как начали гореть щеки. Что мне было на это ответить? Ваша семья выиграла в лотерею с таким генофондом, и что под блеском золотистых волос Виолы меркнет красота любой девчонки в школе? У Смирновых хобби каждый вечер проводить в спортзале? Нет? Тогда почему ваши тела выглядят органичнее и прекраснее, чем у самых идеальных скульптур? — Да, не я. — только и нашла что ответить: — В городе для меня все ново и волей-неволей, глаза разбегаются. Интересуюсь всем и всеми, ища, за что бы зацепиться. Очень давно я проводила здесь летние каникулы. Родители давно развелись. Костя остался в Ксертони, и… — Под “Костей” ты имеешь в виду, Константина Черного? Полицейского? Я кивнула, в очередной раз поразившись, что в городе всем друг о друге известно. — Твой отец хороший человек, — Эдуард выпрямился, оставляя микроскоп: — Интерфаза. — Вы знакомы? Смирнов загадочно возвёл глаза к потолку, взвешивая ответ. Неоднозначно покачав головой, Эдик ответил: — Можно и так сказать. Он часто консультируется с моим отцом. Видишь ли, в городе не так много специалистов, а у папы есть некоторый опыт судмедэкспертизы. Вот он и помогает по доброте душевной. — Так, а при чем здесь ты? — А я периодически помогаю отцу в больнице, — искра гордости промелькнула во взгляде Эдика: — Вот и сталкиваюсь иногда с твоим тоже. — Занятно, — в голове мелькнуло, что, должно быть, это особенность Ксертони — осваивать профессию родителей: — Я проверю фазу? Эдуард сделал пригласительный жест рукой. — Пожалуйста.