Родственные души. Часть 3.

Время от времени, когда Роберт работал на своем месте в офисе, его наручные часы Сопровождающего Стефано вибрировали. Он нажимал на экран и читал сообщения от робота: Испачкался, веселится с пальчиковыми красками! Ням-ням! Пора обедать! Тихий час! Он дремлет! Было что-то успокаивающее в этих сообщениях, в том, как они позволяли Роберту представлять, чем Тайлер занимался в течение дня. От этого он чувствовал себя менее изолированным, как будто он был частью чего-то. Частью семьи. Он и Тайлер, возможно, и не были полной семьёй, о которой мечтал Роберт, но они всё равно были семьёй. Точно так же, как мисс Лорен объясняла идею семьи группе Тайлера, они были людьми, которые любили друг друга. И это должно было что-то значить. 20 апреля 2015 года, 10:31 утра, Округ Вайфстэл, Город Кингстоун. В субботу утром после завтрака Роберт взял вторую чашку кофе и помог Тайлеру спуститься с детского сиденья. – Прекрасное утро, приятель! Почему бы нам не выйти на улицу, и ты сможешь поиграть в своей песочнице? – Да! Песочница! – сказал Тайлер. Одной лапкой он схватил свою игрушку, а другой - папину лапу. – Стеффи тоже поиграет. – Ладно, – сказал Роберт. – Стеффи тоже может пойти. Но ему нельзя в песочницу. Песок может повредить его космические механизмы. Роберт заключил какую-то сделку с полезным неодушевлённым предметом, которым был Сопровождающий Стефано. Робот регулярно сообщал Роберту о безопасности и благополучии Тайлера, а в ответ Роберт не позволял Тайлеру погружать его в воду, мазать его соусом для спагетти, засыпать песком или подвергать любой другой форме опасности. Это были взаимовыгодные отношения. Снаружи Тайлер примостился рядом с Сопровождающим на краю песочницы. Роберт предположил, что это для того, чтобы Стефано мог «следить» за тем, как он играет. Кролик устроился на стуле на крыльце с чашкой кофе и тоже смотрел, как играет Тайлер. Малыш любил свою песочницу. Она была заполнена игрушечными самосвалами, бульдозерами и другими строительными машинами. Тайлер любил брать свою пластиковую лопату, наполнять свой самосвал песком, двигать его, издавая звуки и говорить «врум», а затем вываливать песок, только чтобы снова наполнить им самосвал. Это никогда не устаревало, насколько мог судить Роберт. Вдруг мужчина услышал, как в доме зазвонил телефон. Он собирался вынести его на улицу, но оставил на кухонном столе. Воспитание сделало его таким рассеянным, что казалось, он всегда забывал что-то. – Эй, приятель, я схожу за телефоном, – сказал Роберт. – Оставайся в песочнице, ладно? – Хорошо, папочка, – сказал Тайлер, сгребая песок в кузов своего самосвала. – Я сейчас вернусь, – крикнул Роберт. Он побежал на кухню и взял телефон. На экране появилась иконка голосовой почты, и он нажал на неё. Это было записанное сообщение от сомнительной компании, пытавшейся продать ему страховку домовладельца, в которой он не нуждался. Он удалил сообщение и вышел на улицу. П̴̧̛е̴̧̛͔͔̯͙́с̷̫͎͎̱̋̾̍̚͝о̴̊̈́̈ͅч̷̝̭̲̼̃͆̆̎н̸̥̼͒й̷̨̣͉͙̤̀̄͛ц̷̝̆а̷͖͗ ̵̫̍̌̚б̸͙́̌̃͐͠ы̸̡̯͚̤́̃л̴̲̠̲̕ӓ̴̱͔̤́̂ ̷̝̥̗̫͋͌̉̒͋п̶̼̯̗̎͛у̷͚̜̙͇̍̍с̷̳̬̞͉̲̉т̴̯͎͉͓̚̕а̶̘͆̋̀̋.̵̧̟̻̓̑̈́̿͘ Страх тут-же сжал сердце в стальные тиски Роберта. – Тайлер! – крикнул он. – ТАЙЛЕР! Ответа не последовало. Он подбежал к песочнице. Он видел вмятину на песке, где сидел его сын, но Тайлера не было. Сопровождающий Тайлера по-прежнему сидел на краю песочницы. Очевидно, он больше не «следил». Роберт посмотрел на открытые ворота - они ведь раньше были закрыты, верно? - и увидел незнакомый белый фургон. Может быть, Тайлер в этом фургоне? Это было самое худшее, что он мог себе представить. Роберт почувствовал, как завибрировали его наручные часы Сопровождающего Стефано. На экране часов был текст: Сообщение от робота. Он нажал на иконку. На экране появилось лишь одно слово: Пропал. – Пропал? – закричал Роберт. – Пропал? Как это может мне помочь? – Он изо всех сил пнул робота, и тот полетел через песочницу. – ТАЙЛЕР! ТАЙЛЕР! – он заорал ещё несколько раз. Он с криком выбежал на улицу. Соседи вышли из своих домов, чтобы узнать, что случилось, но никто не видел его сына. Мог ли кто-то открыть калитку, войти во двор и схватить его сына за те несколько секунд, что потребовались ему, чтобы войти в дом и взять телефон? Это казалось невозможным, и всё же подобные вещи постоянно были в новостях. Эти зверяне, вероятно, тоже думали, что такое невозможно, но это случалось с другими. Пока вдруг не произошло с ним. Его телефон. Он совсем забыл, что всё ещё держит в руке телефон. Время тратилось впустую. Он вызвал полицию. Они прибыли быстро, надо отдать им должное. Это были два офицера - мужчина-выдра средних лет и молодая тёмноволосая женщина-рысь. – Так в какое время вы заметили, что ваш сын пропал? – спросила младший офицер. Её поведение было профессиональным, но Роберт всё равно слышал искреннее беспокойство в её голосе. На её бейджике значилось: Шмидт. – Может быть, минут двадцать назад? – спросил Роберт. Он был так напуган, что не мог отдышаться. – Он был в песочнице, я побежал в дом за телефоном, а когда вернулся, его уже не было. – И нет никаких шансов, что он мог войти в дом, пока вы брали телефон, а потом где-то спрятаться? Некоторым детям нравится прятаться, – сказал старший офицер, на бейджике которого было написано: Кук. – Вы не поверите, сколько детей я находил прячущимися под кроватями или в шкафах, хихикающими как сумасшедшие из-за того, как сильно они напугали своих мам и пап. – Нет, я бы услышал, если бы он вернулся в дом, – сказал Роберт. – Кроме того, парадные ворота были открыты, когда я вернулся - я почти уверен, что они были закрыты раньше. И тогда я увидел на улице белый фургон. Я знаю, что он никому в округе не принадлежит. Может быть, его похитил кто-то в том фургоне. Офицер Шмидт яростно что-то записывала. – Вы запомнили номер транспортного средства? – Нет. Он уехал слишком быстро. Мне жаль. – На самом деле Роберту даже в голову не пришло попытаться узнать номер фургона. Как будто я никогда не видел по телевизору шоу о полицейских, подумал он. Я некомпетентный идиот. Я слишком некомпетентный идиот, чтобы быть родителем, и теперь Тайлер расплачивается за это. Боже... – Всё в порядке, – сказала офицер. – Я знаю, что это расстраивает. Но вам просто нужно пройти через все эти вопросы, чтобы у нас была информация, необходимая для поиска вашего ребенка. Итак... мать вашего сына живёт с вами? – Нет. Она умерла при родах. Если бы она не умерла, подумал Роберт, Тайлер, вероятно, не пропал бы, потому что у него, по крайней мере, был бы один компетентный родитель. – Мне очень жаль это слышать, – сказала офицер Шмидт. – Не могли бы вы дать нам физическое описание вашего сына? – Ему два года, – сказал Роберт. – Зеленые глаза. Лисья внешность. Золотистая шерсть. Он около девяноста сантиметров ростом, и я думаю, он весил двадцать килограммов во время последнего визита к врачу. – Воспоминания о Тайлере делали его исчезновение ещё более болезненным. Девяносто сантиметров ростом и двадцать килограммов весом - он был таким крошечным, таким беспомощным. – В-вот, я могу прислать вам его фото, – Он завозился с телефоном. – Вы можете сказать нам, в какой одежде был Тайлер в момент своего исчезновения? – продолжала офицер. Какую одежду Роберт выбрал для Тайлера сегодня утром? Он не обратил на это особого внимания, потому что не ожидал, что его будут расспрашивать. – Одежда для игр. Синие шорты, кажется, и футболка с изображением Стефано. – Произнеся имя робота, он с болью вспомнил сообщение на наручных часах: Пропал. Ему пришлось взять себя в руки. Ради Тайлера. – Красные кроссовки. – На его вдруг глаза навернулись слёзы. Тайлер всё ещё был малышом. Маленькой душой которая даже еще не познала мир. – Спасибо, – сказала офицер Шмидт. – Так что... что вы собираетесь делать, чтобы найти его? – спросил Роберт. Офицер Кук, который, казалось, был доволен тем, что его напарница задала большинство вопросов, наконец вмешался. – Сэр, когда пропадает такой маленький ребёнок, можете быть уверены, мы не относимся к этому легкомысленно. Мы обыщем весь район. Посмотрим, сможем ли мы получить какую-нибудь информацию об этом фургоне. И мы будем на связи. Прямо сейчас дом - это лучшее место, где вы можете находится и держать рядом свой телефон. – Вы объявите такую тревогу, которую обычно объявляют, когда пропадает ребёнок? – спросил Роберт. Он не мог вспомнить, как назывались эти тревоги, но он получал их на своём телефоне с определённой частотой и всегда находил их неприятными. Он не мог не представить себе испуганных детей, обезумевших родителей. Теперь он был одним из таких родителей. – Янтарную тревогу? – спросил старший офицер. – Объявим, если не найдём его быстро и если почувствуем, что он в непосредственной опасности. – Конечно же он в опасности! – крикнул Роберт. – Ему два года, и он либо сбежал сам, либо его похитил маньяк-педофил. Как он может не быть в опасности? Блять! – Мы понимаем, что вы расстроены, – сказала офицер рысь, похлопывая его по плечу. – Это худший кошмар каждого родителя. Но мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы Тайлер вернулся к вам как можно скорее, в целости и сохранности. Было уже 17:00, а никаких зацепок по-прежнему не было. Полиция заверила его, что расспрашивала о подозрительном белом фургоне, но пока не получила никакой полезной информации. Роберт сидел на диване, ошеломлённо глядя перед собой. Он никогда не чувствовал себя таким бесполезным, таким никчёмным. У него была только одна важная работа - охранять сына. И он с треском провалился. Все, кого он любил, умерли или исчезли. Он никого не мог защитить, и теперь он был совсем один. Наверное, он этого заслуживал. Наручные часы Роберта завибрировали. Он почувствовал внезапный слабый трепет надежды. Может быть, в часах была какая-то информация о местонахождении Тайлера. Он нажал на Сообщение от Стефано. Появился текст: Почему бы тебе не пойти к Скалам? Роберт вздрогнул, как будто температура в комнате упала на сорок градусов. Скала Прыжков. Его собственные мысли шли в этом направлении - без Анны, без Тайлера, зачем ему продолжать жить? Очевидно, он был настолько никчёмным, что даже детская игрушка считала его пустой тратой хороших органов. Стоп, подумал Роберт. С того момента, как пропал Тайлер, прошло только восемь часов. Если он ещё жив, Роберт должен быть рядом. Он не был многим, но он был всем, что было у Тайлера. Он постарается чувствовать себя лучше, постарается не подвести сына ещё раз. Он взглянул на каминную полку, на которую поставил Сопровождающего, когда принёс его в дом. Он знал, что это смешно, но чувствовал, что робот издевается над ним. Осуждает его. Смеется на ним. Роберт не был суеверным человеком, но он не мог отделаться от ощущения, что игрушка была чем-то плохим. Он взял её, зажав между большим и указательным пальцами, как дохлую крысу. Он вынес её наружу, поднял крышку мусорного бака и бросил внутрь. Вернувшись в дом, Роберт снова сел на диван. Обычно в это время он думал о том, что они с Тайлером могли бы съесть на ужин. Обычно по субботам он готовил что-нибудь простое, хот-доги или бутерброды с плавленным сыром. Иногда он заказывал пиццу, и они смотрели один из любимых Тайлером фильмов, в которых героями были мультяшные роботы. Роберту хотелось быть героем. Зазвонил телефон. Он ответил прежде, чем успел раздаться второй гудок. – Мистер Стэнтон? Это детектив Шмидт. – Вы нашли его? – сердце кролика бешено колотилось в груди. – Пока нет, сэр, но у нас офицеры по всему городу. Ничего нового... Когда звонок закончился, Роберт снова опустился на диван в гостиной. Наверное, это было самое тяжёлое, что он когда-либо испытывал, но потеря Анны тоже была ужасно тяжёлой. Он знал, что с каждым случаются плохие вещи, но он определённо чувствовал, что с ним они случались чаще, превышая его справедливую долю страданий. Его телефон завибрировал. Он нажал на значок сообщения. Текст гласил: Почему бы тебе не пойти к Скалам? Гнев Роберта раскалился добела. Может быть, не так уж глупо думать, что роберт осуждает его. В конце концов, он побуждал его совершить самоубийство. Что ж, с ним такое не прокатит. Он протопал к мусорному баку, куда выбросил игрушку. Он принёс Стефано обратно в дом. Почему-то он меньше нервничал, когда эта штука была там, где он мог её видеть. Он надеялся, что не сошёл с ума. Конечно, он находился в немыслимом напряжении, но ему нужно было держать себя в руках ради Тайлера. Отдохнуть. Детектив Кук посоветовал ему немного отдохнуть. Вместо того чтобы вернуться к дивану, Роберт прошёл по коридору в свою спальню, неся Стефано. Он положил его на кровать. Глядя на него, он почувствовал такой прилив ненависти к игрушке, что у него скрутило живот. Он побежал в ванную, и его вырвало в унитаз, хоть и не очень сильно. Он не ел с самого завтрака. Завтрак, казалось, был много лет назад. За завтраком всё было нормально. Всё было нормально до тех пор, пока он не принёс домой Сопровождающего. Вернувшись в спальню, Роберт сердито посмотрел на провинившегося робота. Он отвёл кулак и снова и снова стал бить его по корпусу. Вскоре стало ясно, что удары были совсем не эффективны. Материал из которого был сделан робот казалось был вовсе не пластиком, а чем-то более крепким. Роберт не причинял ему никакого вреда, и единственное, чего он хотел, кроме того, чтобы Тайлер благополучно вернулся домой, - это причинить вред роботу. Роберт взял Сопровождающего за клешню и понёс вниз. Он пошёл на кухню и достал коробок спичек, который держал на высокой полке в шкафчике вне досягаемости Тайлера. Он вынес робота наружу, к мусорному баку, и бросил его обратно. Он чиркнул спичкой и поднёс её к Стефано, ожидая, когда он загорится. Клешня немного тлела, но не желала вспыхивать. Вероятно, его обработали каким-то химическим веществом, подумал Роберт, чтобы сделать огнезащитным. Функция защиты. Что ж, он положит этому конец. Он взял бутылку с жидкостью для зажигалок, которую держал возле гриля. Роберт облил робота жидкостью для зажигалок. Затем он зажёг ещё одну спичку и бросил её в мусорный бак. Сопровождающий вспыхнул в удовлетворительном свисте пламени. Роберт несколько минут смотрел, как он горит, а потом воспользовался садовым шлангом, чтобы потушить огонь. Он не хотел случайно сжечь весь дом. Как только огонь погас, он почувствовал небольшое облегчение. Он знал, что это не имеет никакого логического смысла, но всё равно чувствовал, что уничтожение игрушки каким-то образом поможет найти Тайлера. По крайней мере, не будет голоса, который твердил бы Роберту, что он должен покончить с собой. Теперь он мог отдохнуть, как и посоветовал ему офицер. Убедившись, что огонь потушен, он вернулся в спальню, разделся и забрался под одеяло. Он был почти уверен, что не сможет заснуть, но всё же было облегчением лечь. Он был так измучен, что каждая кость и каждый мускул в его теле казались тяжёлыми, как свинец. Он не потерял сознания, но лежал в каком-то оцепенении, его глаза были открыты, но он ничего не видел. Вибрация наручных часов Сопровождающего поразила Роберта. Но это было невозможно. Он уничтожил его. Он больше не мог посылать ему сообщения. Может быть, он действительно спал, и это был сон. Разве не было бы чудесно, если бы всё это было просто очень плохим сном? Роберт ударил себя по морде и почувствовал боль. Он не спал. Он поднял лапу и посмотрел на часы. На экране всплыло Сообщение от Стефано. Дрожащей рукой он нажал на иконку. П̶̨̣̥̌͋͒͝о̵̣̬̘͋͑̿ч̸̢͍̗͛̈́̈́͝е̴̤̻̼͕̽ͅм̶̰̥̠͔̱̔̆̑̒ў̴̧̨̭ ̷̳͂̾̅б̵̩̼̆͛́̾͜ӹ̶͓̻͇̖́͝ ̴̭̖̻̼̣́̂͌т̶̡̛͉͔̠̬́͑̕͝ӗ̴͗ͅб̸̱̽͋е̷̠͝ ̸̢͐̿́н̶̖̏͝е̵̨͍̹͂̓̆̅͜ ̶̠̦͌̈́́͝п̴͍̓̀̈́ӧ̵̮̰̖́͑̈́͂̈́й̴̖̬̦̫͛̐̄̔͌т̴͖̎̄͆͠и̶̣̯̭̳̱̒̉́͝ ̸̤́к̸̛͓̬͎͈͎͆̇̐ ̸͔̲̠͛̌̕͜͝͠С̸̡̭̻̻͑̎к̵̳̱͍̔̎̈̃̏а̸̳̞̄л̵̭̟̍а̸͎͖͒̂̓̈́м̷͈͚̾̇̓̕? – НЕТ! – крикнул Роберт, прижимая свои уши к голове. – Нет! Это невозможно! Робот стал практически пеплом! Не может же он всё равно приказывать мне покончить с собой. Он не может мне ничего приказывать! Он всего лишь игрушка! Кролик выбежал на улицу и поднял крышку мусорного бака. Фигурка обуглилась, но всё ещё пялилась на мужчину. Он сунул лапу в бак и вытащил игрушку. От робота воняло дымом и жидкостью для зажигалок, в некоторых местах он обгорел и почернел, но всё ещё был цел. Роберт знал, что с тех пор, как умерла Анна, он слишком много времени проводил в одиночестве, и иногда ему было так грустно и одиноко, что он спрашивал себя, не обратиться ли ему к психотерапевту. Но теперь, похоже, он вышел за рамки необходимости просто поговорить с заботливым профессионалом. Из-за травмы от потери Тайлера после потери Анны он лишился ещё кое-чего: своего рассудка. Но он уничтожил Стефано. Он знал, что видел. Когда Роберт впервые увидел его в магазине, он подумал, что он был милым, что он будет хорошим, приятным другом для его маленького мальчика. Но теперь некогда очаровательная игрушка выглядела зловеще. Его глаза превратились из ярко фиолетовых в кроваво красные, а обугленное тело выглядело так, как будто он выбрался из самой преисподней. Теперь всё было ясно: Роберт принёс Стефано в дом, и Тайлер исчез. Исчезновение Тайлера было виной этой "игрушки". Стефано не мог продолжать своё существование. Роберт выудил из кармана ключи от машины. Он поставил робота на подъездную дорожку прямо на пути левого переднего колеса своей машины, а затем сел в машину и завел её. Он почувствовал лишь слабое сопротивление, когда наехал на Стефано, затем дал задний ход и задним ходом переехал его. Затем он проехал по нему в последний раз, оставив тело робота, запертым по колесом. Вернувшись в дом, он услышал, как зазвонил телефон. Как он мог быть настолько глуп, чтобы оставить свой телефон внутри? Именно из-за этой глупости Тайлера и похитили. Он побежал отвечать. – Да? – он пыхтел, задыхался. – Мистер Стэнтон, это детектив Кук. Вы в порядке? Это был такой абсурдный вопрос, что он чуть не рассмеялся. Конечно, он был не в порядке. Его ребёнок пропал, и он только что провёл последние пять минут, намеренно переезжая любимую игрушку этого ребёнка. Это не были действия зверянина, который был в порядке. Он решил, что его вопрос не заслуживает ответа. Вместо этого он задал единственный вопрос, который имел значение: – Вы нашли его? – Пока нет, сэр, но я хотел сообщить вам, что у нас появилось больше сведений. У нас также есть номера всех белых фургонов в пригороде, и мы проверяем их, чтобы узнать, есть ли у кого-нибудь из владельцев криминальная деятельность. Мы прилагаем все усилия, чтобы найти вашего мальчика. Я позвоню вам утром и сообщу последние новости. Утро казалось таким далёким. Как он собирается дожить до утра без Тайлера, даже без какой-либо информации о Тайлере? – Что я должен делать? – Держите телефон при себе. Отдохните немного. Молитесь, если вы из тех, кто молится. И не теряйте надежды. – Спасибо, – сказал Роберт. Но на самом деле, кроме уничтожения робота, он ничего не мог сделать. Это был беспомощный, безнадёжный случай.