Глава 9

Юрган лежал на холодной пожухлой прошлогодней траве и смотрел на небо. Спускались сумерки. Облака уже казались чёрными, ночными. А упрямый небосвод всё продолжал, словно зеркало, отражать лучи успевшего уйти за горизонт солнца. В воздухе стоял неповторимый запах весны. Но что-то было не так. Юрган не чувствовал ни запаха мокрой земли, ни прошлогодней травы. В нос ему бил совершенно другой аромат. Порох. В очередной раз рядом с ним прошёл смертельный свинцовый дождь автоматной очереди. Вырвав комочки грунта, пули скрылись в оттаявшем дёрне. В ответ послышался одинокий выстрел из ружья. Это стреляли свои. Юрган понимал, что патронов у его друзей по несчастью осталось мало, а колонна не успела уйти далеко и тем более дойти до точки встречи. Он лежал в траве и думал. Обсуждая сам с собой различные планы и стратегии. Почему он отделился от друзей и прополз почти половину поляны, отделявшей их от отряда Падальщиков — очевидно у него был какой-то замысел. Но какой? В этот момент он и сам хотел бы это знать. Почему-то ему вспомнилась Катра. Её волосы и озорные глаза. Боже мой! Разве могут люди так влюбляться, когда им только семнадцать лет от роду?! Юрган мог. Он всей душой верил, что Катра жива и что он обязательно отыщет её. Ведь у них впереди вся жизнь. Если только она не оборвётся прямо сейчас на этой самой проклятой поляне. Юрган не хотел даже предполагать такой печальный исход. Рядом с ним лежал самопал из стальной трубки, куска доски, синей изоленты, проволоки и довольно странного, но простого, как тапок, запального приспособления. В кармане было два заряда. Однако при его навыках владения этим оружием два заряда ещё не означали два успешных выстрела. К тому же, это оружие предполагалось как средство отпугивания и охоты на зверей. Снова частично по земле, частично над головой, прошлись две автоматные очереди. — Если ребята не ответят, то Падальщики пойдут обирать трупы и, в конце концов, найдут меня и прикончат,– вслух рассуждал Юрган, — Если я чего-нибудь не придумаю, то мне однозначно конец. Отползти назад он не мог, ведь единственное, что скрывало его от выстрелов — это два заросших травой огромных, примерно 35-40 сантиметров в высоту, муравейника. В итоге, Юрган не придумал ни чего лучше, кроме как зарядить самопал, перевернуться на живот и просунуть его в небольшой проём между муравьиными кучами. Так он и сделал. Занял удобную позицию для стрельбы и стал ждать. Друзья не отвечали на очереди Падальщиков: ждать не долго. Юрган напрягся. В следующую секунду кто-то коснулся его ноги, он инстинктивно перевернулся на спину и попытался пнуть незваного гостя, за что получил не сильный, но весьма болезненный удар прикладом между ног. — Дурак! — услышал Юрган гневное восклицание, когда звон в ушах от причинённой боли стал понемногу проходить. Открыв один глаз, он увидел рядом с собой лежащую на земле Яромиру. В руках у неё была винтовка с оптическим прицелом. Мира максимально сильно приживалась к старому бурьяну. На её пальто налипло огромное количество всяких всевозможных форм семян, листьев и иголок. На голове была тёмно синего цвета шапка, которая больше была похожа на чехол для волос, ведь закрывала только их. На шапке этой тоже было огромное количество всякого травяного мусора. — Какого чёрта ты тут делаешь? — спросил Юрган, — Ты же должна была уйти с колонной! — Должна, но совершенно не обязана! — ответила Мира, отбрасывая в сторону самопал. Она установила винтовку так, чтобы при стрельбе прилагать наименьшие усилия для стабилизации оружия. Можно сказать, что она воспользовалась естественными сошками, роли которых исполнял муравейник. — Ребятам нужно время. Колонна должна уйти как можно дальше, а у вас уже патроны на исходе, — проговорила девушка, настраивая прицел. — Ты умеешь обращаться с таким оружием? — удивился Юрган. В этот момент у неё заклинил затвор. Яромира пыталась сдвинуть его, но это было тщетно. Юрган с усмешкой закатил глаза и протянул руку, чтобы помочь, но девушка отстранила его от этого дела. — Вообще-то я была одной из лучших биатлонисток школы, так что давайте, мужчина, не выпендривайтесь особо. Она дёрнула затвор со всей силы, и он наконец-то поддался. — Скоро совершенно стемнеет, и мы сможем незаметно отойти к своим, — проговорила Яромира, — Пока же не дадим Падальщикам вылезти из своих укрытий. В этот момент она выстрелила. Юрган не видел и не мог видеть какой эффект произвёл этот выстрел, ведь сумерки уже довольно сильно давили на глаза. Только прицел со специальным покрытием помогал хорошо видеть в таких условиях. — Слушай, Венгр, тебе тоже придётся сейчас потрудиться. — произнесла Мира, не отрываясь от прицела. — В каком это смысле? — Пока я перезаряжаю, тебе нужно отвлечь их огонь на себя и заставить их сидеть, не высовываясь. В этот момент она полезла в карман и вытащила оттуда несколько винтовочных патронов. Её руки тряслись, пальцы не слушались, и если бы не удобная форма муравьиной кучи, то неизвестно, был ли бы какой-нибудь толк от её стрельбы. — Но ведь в такой темноте я не смогу ни в кого попасть! Какой смысл мне лишний раз подставляться под пули? — возмущался Юрган. — Имей в виду: у меня остался один патрон в магазине, — парировала Яромира, — Наша задача не положить как можно больше Падальщиков, а выиграть время для наших и, в самом лучшем случае, ещё и уйти живыми. Если же наш с тобой огонь прекратиться, то они поймут, что сопротивление единичное и направятся прямиком сюда. В этот момент она выстрелила. На одну её пулю ответили целой канонадой. — Не жди! Вперёд! — приказала девушка. Юрган сделал два оборота через правое плечо, откатившись тем самым почти на 2 метра. Самопал был уже заряжен, и он, абсолютно не прицеливаясь, выстрелил. Сказать, что ему чуть не переломало кисти — это ничего не сказать. Отдача была настолько сильной, что «пистолет» мог запросто улететь из рук. Послышался секундный хруст дерева, и Юрган, не дожидаясь «ответной открытки», вновь оказался рядом с Мирой, нечаянно толкнув её в правый бок. — Эй! Поосторожней, пожалуйста! — произнесла она с некоторой долей веселья, хотя голос её звенел и дрожал от избытка адреналина. — Хорошо, что нам удалось умыкнуть с Пункта хоть какое-то оружие. — Да уж. В темноте уже было не разобрать лица, но на секунду Юргану показалось, что она улыбнулась. Вскоре ночь полностью окутала землю. За это время Юрган успел выпалить ещё один патрон. Больше у него не было. Стихла и ответная канонада: Падальщики видимо сочли неразумным впустую тратить драгоценные боеприпасы, пытаясь попасть в кого-то в непроглядной темени. — Пора сваливать! — проговорила Яромира, закидывая винтовку на плечо. — Согласен, — коротко ответил Юрган. Решили, что лучше всего передвигаться, пригнувшись и короткими перебежками. Луны не было, значит можно не опасаться, что их увидят невооружённым взглядом. «Тактическое отступление» началось. Впереди шла Мира, за ней — Юрган. Перебежки делали примерно по 10-15 секунд, стараясь шуметь как можно меньше. Им нужно добраться до перелеска, а дальше по просеке можно уже в полный рост бежать до самой дороги, потом нужно будет искать новый лагерь их колонны или, на крайний случай, устроить свой. Все остальные, кто прикрывал отход безоружных беглецов с Пункта, видимо уже ретировались, потому что, добежав до позиций своих товарищей, парень и девушка не нашли абсолютно никого. Только несколько стреляных гильз, случайно обнаруженных Мирой, валялись под ногами. Передышку сочли бессмысленной и решили продолжить путь, не отдыхая, пока не выберутся на струю дорогу, которая привела бы их к точке сбора. До перелеска добрались без происшествий, лишь только несколько выстрелов, видимо проверочных, прозвучало за их спинами. Это означало, что погоня может начаться в любую минуту. Данный факт существенно прибавлял прыти. Просека выглядела серым, более-менее светлым коридором между двумя чёрными стенами леса. Посередине просеки проходила высоковольтная линия электропередачи. — Если что, то спрячемся на одной из этих опор, — предложила Яромира. Юрган, соглашаясь, кивнул. К счастью, этого делать не пришлось. Добравшись до шоссейной дороги, ребята, наконец, позволили себе передохнуть. В этот момент, как на зло, из-за облаков вышла луна и превратила всё вокруг из черно-серого в голубовато-серебристое. Видимость значительно улучшилась. Нужно было бежать и как можно скорее. Нет гарантий, что Падальщики, которые славятся своим умением ориентироваться в темноте на любой местности, не отправятся за беглецами в погоню. Конечно, улов их ждёт небольшой, но всё же лучше, чем совершенно ничего. К тому же, к материальному прибавиться ещё и, так сказать, духовное, в их понимании, они заполучат молодую и красивую девушку, которая, скорее всего, отправиться в одно из выжженных радиацией мест, где будет прислугой для купившего её Падальщика, пока тот или она сама не прикажет долго жить из-за лучевой болезни. Так себе перспектива, не правда ли? Поэтому нужно было бежать! *** Люди сидели, сбившись в кучу, посреди руин какого-то здания недалеко от обочины бывшей междугородней автотрассы. В большой проржавелой бочке колыхалось ядовитое зелёное пламя. Очевидно, в этой емкости когда-то давно хранились какие-то химикаты, которые загорелись вместе с подожжённой бумагой. Люди жгли старые, непригодные отсыревшие за зиму книги. На некоторых ещё можно было различить какие-то строки, иные же полностью размокли, но отчётливыми золотыми буквами были выбиты на корешках авторы и названия этих книг. Здесь была и классика, и современная литература, и любовные романы, и фантастические повести. Видимо они находились в одном из маленьких книгохранилищ, которых огромное множество разбросанно по всему миру. Эти места создавались для того, чтобы разгружать фонды библиотек, оставляя при этом возможность относительно быстрой выдачи книг читателям, хоть чтение и не являлось больше популярным способом времяпрепровождения. Молчание. Абсолютная тишина. Слышно, как потрескивает отваливающаяся ржавчина бочки. Всем хочется спать, но они не смыкают глаз. Нужно дождаться, встретить тех, кто ещё не успел дойти сюда. На точку сбора. Нужно принять вторую колонну и, если потребуется, оказать помощь отряду прикрытия, который, к слову, подходил очень неорганизованно. Ребята буквально приходили по одному, в лучшем случае по двое-трое. По промежуточным суждениям, потерь от встречи с Падальщиками они не понесли, но всё же три человека ещё не добрались. Вот послышался топот бегущих по асфальту ног. Вроде двое. Несколько человек встали с земли. Они подошли к стене, которая смотрела на дорогу. Самый рослый из них приложил к правому глазу оптический прицел со спецпокрытием и аккуратно выглянул в проём. Остальные держали увесистые железяки и некие подобия дубинок. Только что прибывшие бойцы прикрытия схватились за оружие. Повисло тревожное ожидание. Было слышно, что бегущие остановились. Потом посыпались камни и песок, со склонов обочины. Потом шуршание травы. Всё это время полное молчание. Наконец, человек-сова произносит только одно слово, которое не только успокоило сидящих посреди руин, но и решило судьбу гостей: — Свои. Это действительно были свои: девушка в старомодном пальто с винтовкой наперевес и высокий ростом худощавый парень, который нёс в своей руке непонятное сооружение из дерева и стальной трубки. Человек с прицелом достал зажигалку, щёлкнул пьезоэлементом. Зажёгся крохотный язычок пламени, но его было достаточно, чтобы объявить о своём присутствии. Он вытянул руку за пределы стены, просунув её в пролом. Молодой человек заметил его и несколько насторожился, но девушка быстро успокоила его и они вместе заспешили к веющим темнотой и холодом развалинам. Их встретили, проводили к огню, напоили. Потом выслушали их рассказ. Решили, что целесообразней всё же отдохнуть, а не мучаться всю ночь, тем более что отряд прикрытия вернулся почти в полном составе. Все постепенно уснули, лишь двое самых стойких бойцов остались оберегать покой и ожидать вторую колонну беглецов с захваченного «Черепом» Пункта. *** Вторая колонна прибыла только тогда, когда на горизонте уже отчётливо вырисовывался полукруг света приближающегося восхода. Часовые встретили их с нескрываемой улыбкой. Все вновь прибывшие, не успев, как следует осознать, где они находятся, засыпали прямо на остатках бетонного пола. Некоторые даже не заходили под защиту стен, а отходили ко сну прямо на траве возле руин. Сон свалил всех, даже часовых. Наступал апрель. Ночи и дни становились теплее, но всё равно грозили нерасторопным, уснувшим где попало путникам, простудами и переохлаждениями. Однако стоит надеяться, что в этот раз всё обойдётся. *** Яромира проснулась одной из первых. Возможно, она бы не отказалось ещё от одного часа-двух отдыха, но солнце неумолимо светило в глаза. Даже отвернувшись от света, она поняла, что продолжить сон ей не удаться. Распахнув веки, Мира долго не могла сообразить, где находится и как сюда попала. Но через секунду всплыли события прошедшей ночи, и картинка в её голове полностью сложилась. Она села, оперевшись спиной на холодный гладкий остаток бетонной стены. Вытащив руку из рукава, принялась разматывать бинты своей повязки. Когда последний слой бинта оказался на её коленках, Мира обнаружила, что рана полностью зажила. —Как быстро... — сказала Яромира вслух. Потом она свернула бинт и сунула его в карман. В эту секунду она почувствовала, что задела какую-то штуку стоящую правее от неё. Мира повернула голову. Это была винтовка. «Странно, что её не отобрали... Наверное, просто вчера никто не мог мыслить адекватно», — подумала девушка. —Адекватно... — произнесла Яромира шёпотом и рассмеялась. Смех был какой-то неестественный, полуистерический смех. «Адекватно-адекватно-адекватно!!! Адекватно оценивай себя, других, обстановку!!! Адекватно живи, адекватно мысли, адекватно чувствуй!!! Ха!!! Грёбаные догмы! Грёбаное это наречие!» — проносилось в голове Яромиры. – «Весь последний год был завязан на этих чёртовых принципах! И что мне это дало?!» — она закатила глаза. – «Вела себя с людьми, как последняя тварь. Указывала им, как надо, а как не надо! Чёрт возьми! Пыталась сделать окружающих «адекватнее». Дура!» — глаза у неё заблестели, но она быстро себя успокоила. «Теперь уже всё равно ничего не поменять, нужно жить дальше», — она стёрла рукой подступившую под веки солёную влагу и окинула руины взглядом. Мира встала на ноги и аккуратно, чтобы никого не разбудить, отправилась искать Юргана. Нужно было найти его среди кучи лежащих хаотично людей. Некоторые уже начинали ворочаться. То ли от холода им не спалось, то ли от ярких лучей солнца на абсолютно безоблачном небе. Как бы то ни было, Юргана среди них не было. Внимание девушки привлекли уцелевшие стеллажи с книгами. Она подошла к одному из них, на котором красовалась белая буква "к". На полках стояли книги Конандойля, Юрия Коваля и других известных и неизвестных писателей и поэтов. Большие собрания, прекрасно упорядоченные на полках — идеальный мир перфекциониста‐книголюба. Мира о чём-то задумалась и так погрузилась в себя, что забыла о своей основной цели и сильно испугалась, когда чья-то рука дотронулась до её плеча. —Ай! — вскрикнула девушка. —Не кричи, это я, — услышала она голос Юргана. Яромира резко обернулась и чуть не ударила его плечом. Юргану пришлось немного отпрянуть. —Пошли за мной. Посмотри, что я нашёл! — позвал её парень и сам двинулся вдоль стеллажей в другой конец здания. Вскоре они остановились около алюминиевого стола. На матово сером металле лежал огромный белый лист очень тонкого пластика. Мира приблизилась к столешнице. Юрган перевернул лист. —Карта, — прошептала Яромира. —Да. Это карта той местности, где мы находимся, — ответил ей Юрган, — Она очень подробная, хоть и не охватывает большой площади. Он склонился над столом, Мира последовала его примеру. —Вот, смотри. Мы здесь, — Юрган ткнул пальцем в одну из чёрных точек, — То место, где мы находимся. КХ-1570. Повисла секундная пауза. —А теперь следи за руками. —Угу. —Если мы будем двигаться по этой дороге на северо-запад около двух километров, то выйдем вот на этот посёло, — с энтузиазмом продекламировал Юрган, заметно занижая голос. —Или на то, что от этого посёлка осталось... Мира и Юрган склонили головы, размышляя, но их тут же прервал чей-то голос. —Мне кажется, всё лучше, чем голое поле, не так ли? Ребята обернулись и увидели облокотившуюся на стеллаж девушку. —Серафима! — протянула руку девушка. Первой её, представившись, пожала Яромира, за тем Юрган. —Отлично, будем знакомы. —Кстати, я раньше не видел тебя в нашей колонне, — проговорил Юрган. —Это не удивительно, я прибыла только вчера вечером вместе со второй, — будто бы волнуясь, ответила Серафима. —Но и на Пункте я тебя не помню, — не унимался Юрган. —Я прибилась по дороге, — ещё более нервно отвечала новая знакомая. —Тогда... Откуда ты? — спросила Мира. —Я из Брошенного города. Перекантовалась несколько дней по подвалам. Потом встретила... М-м.... Как бы сказать.... Хороших людей..... И-и решила, что пора куда-нибудь двинуть. —Ладно, — в один голос ответили Яромира и Юрган. Юрган недолго рассматривал её. Собственно, в силу своего любопытства и наблюдательности, особенно за женским полом, он не мог не обратить на внешность Серафимы внимания, но сейчас ему было не до подробного анализа качеств одежды и тела нового члена их малочисленного оборванного сообщества. «Пока приберегу карту», — подумал Юрган, — «Покажу её Цигу. Пусть посмотрит и примет решение...» С этими мыслями он сунул карту за пазуху. —Серафима, не могла бы ты сказать, как ты позволишь себя называть более кратко? В случае какого-нибудь ЧП, это существенно сократит нам время, так сказать, обмена информацией, — сказал Юрган, пытаясь максимально непринуждённо закрепить вываливающуюся карту, будто это для него обычное дело и не стоит обращать на это внимания. Получалось весьма комично. —Хм-м, я даже не знаю... —Ничего страшного, может, придумаем в процессе, — вступила Яромира. —Было бы замечательно! —Несомненно, — довольно сдержанно подытожил Юрган. Мира была удивлена поведением Венгра. Обычно при встрече с приятными незнакомыми девушками, он старался, порой, конечно, не сразу, открыться им в самом лучшем своём ключе. «Очень интересно... Видно, что нечто в этой особе его напрягает», — сделала вывод Яромира, — «Надо последить за этими двумя. Что-то тут всё слишком мутно». *** О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья путь, —декламировал Циг, загорая на апрельском солнышке и разглядывая карту. —Мы нашли её в стеллажах с учебниками по картографии, вернее, я нашёл, — отрапортовал Юрган. «Как странно, — думала Яромира, — Обычно он не ведёт себя так, как будто пытается... Ой-рх! Неужели он и в правду хочет стать приближённым к заднице это чудаковатого мулата?» Мира сидела прямо на земле. Сначала она любовалась солнцем, но вскоре ей надоело это занятие, тем более что глаза уже начали слезиться от яркого света. Она приобняла колени, которые были согнуты так, что образовывали с землёй почти правильный треугольник. Впрочем, он всё же был скорее слегка тупоугольный. Всем телом девушка навалилась на свои ноги и положила голову на сложенные на коленях ладони. Лицо её полностью скрыли длинные распущенные русые волосы, которые хоть и потеряли часть объёма, из-за того что хозяйка давно не подвергала их водным процедурам, но всё равно оставались довольно привлекательными. Они были шикарны от природы: густые, податливые к расчёсыванию. Можно сказать, что такие волосы — мечта каждой девушки. Яромире бесспорно повезло. Руками девушка пыталась вытащить из шевелюры траву и всякий мусор, который благополучно в ней запутался во время вчерашнего приключения. Украдкой Яромира поглядывала на Цига и на Юргана. Циг такой же худощавый и высокий отличался от Венгра только манерой держать себя, способом общения с окружающими и, что больше бросалось в глаза, цветом кожи и волос. Он был выходец из Южной Азии. Родители его появились на свет не далеко от Дели, а сам он был рождён уже в далёкой от Родины северной стране. Но Циг не слишком тосковал по тому, чего никогда не видел. Более того, он даже не знал языка своих предков, общался с дальними родственниками с помощью Интерлингвы. Зато в совершенстве овладел русским. Главной его привычкой было цитировать всех писателей и поэтов, труды которых ему хотя бы раз довелось прочесть. —Замечательная карта! — восклицал Циг. — Так значит ты, Венгр, утверждаешь, что в нескольких километрах отсюда есть брошенный посёлок? Юрган утвердительно кивнул. Миру даже невольно пробила улыбка. «Надо же какой он степенный! — подумала она. — Впрочем, видимо ему что-то нужно от Цига, вот и выслуживается». — Венгр, если ты прав, то через несколько часов дороги мы должны будем быть уже там, — не унимался Циг. — Но… Мы не можем рисковать людьми... Раций и передатчиков у нас тоже нет... При этих словах Яромира судорожно схватила рукой внутренний карман пальто. Фуга, найденный ими в степи, на месте. Девушка облегчённо отняла руку от грубоватой ткани своей одежды. — Я уверен, что мы дойдём. Предлагаю выдвинуться в путь завтра рано утром. Сейчас у нас будет больше времени на отдых, а завтра сможем подробнее обследовать посёлок, — высказался Юрган. — Хорошо. Я учту твоё предложение, но ничего не обещаю, — сказал Циг, глубоко вздохнув. — Всё решает Совет. Юрган понимающе кивнул. В Совет Самоуправления Юрган не входил из принципа. Не потому, что он не хотел принимать решения за кого-то кроме себя, а лишь из-за того, что был младше всех остальных его членов. Его это сильно тяготило. Он понимал, что в любом случае его решения и предложения будут иметь заведомо меньший вес. Юргана будут выслушивать, но, так сказать, краем уха, не вникая. Этого он не любил и по этой причине не хотел даже связываться с этой структурой. От решений Совета теперь зависело не так уж и много, однако они были даже более необходимыми, чем там, на Пункте. Сегодня они должны решить, как действовать дальше. Многие недовольны деятельностью Совета, ведь это на них лежит ответственность за так и не созданную систему хоть какой-нибудь обороны Пункта. Это, как все уже успели убедиться, привело к печальным последствиям. И так. Заседание открыто. Из штатного состава Совета присутствуют только трое. Судьбы остальных пятнадцати неизвестны. Заседание проходит на полянке позади руин книгохранилища. Говорят тихо. Первым решением стало официальное упразднение Совета. Теперь будет система единого командования трёх эвакуирующихся колонн. Существенные ли это изменения? Нет. Можно сказать, что это лишь формальность. Всё уже и так самоорганизовалось. Они понимают, что не этого от них ждут, не этого. Слух о близости посёлка расползся по устам измученных постоянной дорогой людей со скоростью молнии. Многие считали это небылицей, а кто-то наоборот поверил в возможность скорого отдыха и, быть может, даже оседания на месте. Пора бы закончить многокилометровый пеший переход, во время которого умудрились потерять единственную карту и шли несколько последних суток буквально наобум. Многие уверились, что остался последний рывок до скорого счастья, и нужно его сделать. Нужно... Или смерть... Обсуждение длилось уже полтора часа. Триада «командующих» внимательно, рассматривая каждый миллиметр новой карты, желая увериться в её подлинности и правильности ориентирования. Послали за Юрганом. Потом обсуждали что-то вместе с ним. Вскоре вернулся посланный за водой отряд, который, к слову, пришёл ни с чем. Это ускорило мозговую деятельность в головах всех людей в книгохранилище без исключения. Уже собирались идти толпой на поляну, когда вернулся Юрган и объявил, что решение принято. — Завтра выдвигаемся рано утром. Воду экономить! — лаконично выдал он. Все выдохнули с облегчением, даже те, кто не верил. *** — Третья колонна — вперёд! Первая — в центр! Вторая замыкает! — раздавались в утренней тиши команды Цига. Его громкий и красивый голос мелодичным эхом разливался по руинам и ближним полянкам. Все слушали его очень внимательно, почти с упоением. Циг многим нравился, но многих же и бесил. Этот факт его нисколько не смущал. Более того, он умело этим пользовался и мог удачно манипулировать как союзниками, так и противниками. Однако гениальным стратегом назвать его было нельзя. Неумение думать наперёд могло не раз погубить его, но ему банально везло, и проблемы рассасывались сами собой. Расстановку и состав колонн обговорили накануне вечером. Первым шёл хоть и слабо, но вооружённый отряд. Они должны были первыми войти в посёлок и, в случае опасности, подать сигнал. Второй, на расстоянии около 200 метров шла основная колонна. Потом — самая маленькая, замыкающая, с припасами и ценными вещами. Порядковые номера не совпадали с расположением, потому что они были даны в соответствии со временем формирования. Разведывательную сформировали последней, а первой — самую большую из всех. Настала пора отправляться...