Я — Регина Барская, и теперь я буду работать одна

      Регина впервые приехала в особняк Стахеева вовремя. До этого девушка всегда опаздывала хотя бы на пять минут, потому что до сих пор так и не научилась заглядывать в «Яндекс карты» и смотреть уровень пробок в Москве. В этот раз ей повезло, и на дороге сами собой загорались один зеленый светофор за другим. Оказавшись в зале, где уже сидели практически все экстрасенсы, которых готовили к съёмке, она на секунду застыла, не зная, на какое свободное кресло визажиста сесть. Места были рядом с Ирой и, как назло, с Артёмом, который в момент, когда Регина вошла в зал, повернул голову к дверям, как будто бы почувствовав, что девушка войдёт в них с минуты на минуту.       После той ночи они не разговаривали, хотя прошло уже достаточно времени. Оба понимали, что обсудить это точно следует, но никто не спешил делать первый шаг навстречу. На тонкой бледной шее гематомы, появившееся после его грубых поцелуев, уже окрасились в фиолетово-красный цвет, каждый раз, когда Регина смотрелась в зеркало, напоминая ей о своём проигрыше. Девушка думала, что не сможет видеть их, но из раза в раз, когда взгляд задерживался на собственном отражении, она только проводила по засосам длинными ногтями и безразлично ухмылялась. Ей впервые в жизни было настолько наплевать на собственный внешний вид. Да и не только на него. Регине было наплевать абсолютно на всё.       — Привет, — поздоровалась Ира, когда девушка опустилась рядом с ней на соседнее кресло. Певчая скользнула быстрым взглядом по подруге и на секунду остановила глаза на открытой шее, ухмыльнувшись. — Тебя как будто бы вампиреныш покусал. Или так оно и было? — улыбаясь, спросила она, косясь на абсолютно спокойного Артёма, который не обратил на её слова никакого внимания и старательно делал вид, что занят чем-то безумно важным в собственном телефоне.       — Привет, — Регина обещала себе, что не будет скрывать следы этой ночи, поэтому специально надела красное лёгкое платье на тонких лямках и слишком большим разрезом на бедре. Это было не для него. Девушка сделала это для себя. Ей было нужно постоянное напоминание о том, что она уже исчерпала всю себя и у неё больше нет сил притворяться. По-другому Регина могла просто забыть и начать жить как прежде, а девушка этого не хотела. — Ну, он же сказал, что попьёт крови здесь у всех. Видимо, я стала первая, — отшутилась она, краем глаза заметив, как вампир усмехается.       Больше они не разговаривали. Визажист начал колдовать над её уже заранее накрашенным лицом, добавляя какие-то мелкие детали, а к Ире подошел Саша. Регина, после того, как увидела посты в их инстаграмах, подумала, что это просто пиар-ход для поднятия аудитории. Девушка судила по себе, ведь на их месте она бы точно поступила именно так, но Ира выглядела слишком счастливой, когда смотрела на деревенского колдуна. Певчая буквально расцветала в присутствии Сакова, и Регина начала сомневаться в собственных догадках, а на душе противно заскребли кошки.       У неё так не будет. Это не какая-то ментальная установка, поставленная спустя бесконечной череды неудач на любовном фронте, а очевидный факт. Она не способна на чувство любви или хотя бы влюбленности. Девушка могла только полностью раствориться в человеке без остатка и привязаться к нему слишком сильно и быстро, действуя только в ущерб самой себе. Регине не дано создавать вокруг себя что-то хорошее. То, что может спасти её и исцелить. Она может только, как неконтролируемое стихийное бедствие, сначала изнутри разрушать саму себя, а потом и всё вокруг. Это было её проклятием и одновременно огромным преимуществом.       После того, как они с Артёмом переспали, девушка окончательно приняла тот факт, что собственная игра обернулась против неё. Регина признала, что сумела привязаться к этому наглому самоуверенному вампиру, которому от неё нужен был лишь демон. Что она бы навсегда хотела остаться рядом с ним, быть его королевой и была готова ради этого пожертвовать даже Лаболасом. Когда эта мысль плотно укоренилась в её голове, ей стало проще. Не было больше никаких душевных метаний. Она наконец-таки чётко разобралась в чувствах к Артёму и могла приступить к следующей фазе.       Уничтожение. Расщепление до атомов, как бы сказал великий и ужасный Александр Шепс. Регине нужно было сжечь все мосты, которые их связывали, и только после этого освободится от этих цепей, сковывающих её с каждым днём всё сильнее. Девушка уже знала, что нужно для этого сделать, и понимала, что это сработает наверняка, поэтому могла спокойно находится в обществе Артёма, заранее пребывая в мыслях о том, что их уже ничего не связывает. Это было правильное решение, ведь Регина привыкла быть одна. С детства приучила себя, что у неё есть только она сама и никто другой, поэтому отступать от проверенной временем тактики не собиралась.       Замазать последствия первой и последней ночи с вампиром всё-таки пришлось, как бы девушка не противилась этому. Визажист, которой не повезло работать с ней в этот день, попыталась как можно деликатнее объяснить, что на федеральном канале такое неприемлемо. Регина на секунду задумалась о собственной репутации и с горечью поняла, что после такого она могла оказаться под ударом, поэтому позволила девушке скрыть синяки, которые расползлись практически по всей шее за самым плотным тональным кремом, но даже после того, как от засосов не осталось и следа, девушка всё равно продолжала смотреть в зеркало и слишком чётко видеть их.       Перед тем, как зайти в Готический зал, режиссёры выставили всех экстрасенсов в шеренгу, будто бы они были не взрослыми людьми, а первоклассниками, впервые входящими в двери школы. Регина по всей видимости выполняла роль старосты класса и возглавляла их небольшую процессию. Ореховые глаза, подчеркнутые острыми длинными стрелками, которые придавали им лисий взгляд, не моргая смотрели на закрытые дубовые двери, а на лице была маска полнейшего безразличия. Острые плечи были напряжены, но спина при этом оставалась идеально ровной. Руки сложены на груди, будто бы это могло помочь ей скрыться от всех невзгод, а нога, по которой змеёй вились чёрные ремешки туфли, нервно дергалась, отбивая неровный ритм. Регина нервничала не потому, что боялась съёмок, а потому, что буквально в нескольких сантиметрах позади неё чёрные глаза прожигал в её спине огромную дыру. Ей так и хотелось развернуться, хлестнув его своими волосами по лицу, и принять этот очередной вызов, но она держалась, потому что знала, что опять проиграет и колесо Сансары запустится вновь.       Их впустили в Готический зал, и съёмки начались. Марат поприветствовал всех экстрасенсов с приторной натянутой улыбкой и начал объявлять итоги зрительского голосования. Перепалку между Тамарой и Арти, в которую зачем-то влезли Саков и Николь, девушка пропустила мимо ушей. У неё не было сил и настроения участвовать или начинать какие-то склоки. Её больше волновал стоящий слева от неё вампир. Он старался выглядеть расслабленным и безучастным, но Регина своим биополем ощущала, что Артём напряжен и на данный момент не особо хочет находиться рядом с ней. Они бы оба с удовольствием разошлись по разным углам, но режиссеры как назло поставили их вместе, решив подогреть интерес зрителей к одной из самых ярких пар этого сезона. И девушка из-за этого впервые пожалела, что вообще начала историю с их шиппингом.       Когда Марат объявил результаты зрительского голосования, Регина на секунду подумала о том, что перекусит ему глотку прямо здесь и сейчас. Тамара не могла обойти Арти на больше, чем сто тысяч голосов. Это даже звучало нереалистично. Девушка знала, что у ученика Марьяны Романовой за такой короткий срок успела образоваться неплохая фанбаза, к которой присоединились многие из поклонников его наставницы. Да и сама Регина, когда у неё спросили, за кого она будет голосовать, назвала имя Арти и попросила своих фанатов поддержать именно его. Артём просто не мог проиграть эту дуэль. Она просто отказывалась верить в то, что Тамаре хватило денег, чтобы купить у продюсеров своё место.       Когда Регина шла на этот проект, то прекрасно понимала, что он — не исключение из правил и его, как и всё в этом мире, можно было купить. Но девушка надеялась на то, что продюсерам шоу будет не выгодно выгонять ярких участников на слишком маленьком сроке, поэтому и заварила всю эту историю с Артёмом, надеясь не только на зрительскую любовь и поддержку, но и на заинтересованность людей, что навсегда останутся за кадром. Так почему же сейчас они выгнали одного из любимчиков телезрителей, при этом спалив себя с потрохами? Неужели Тамара скрывала ото всех, что она — жена какого-нибудь нефтяного магната, который проплатил ей её место? Это звучало, как истинный бред. Им же был уход Арти на таком раннем сроке.       Как бы Регине не не хотелось принимать реальность, особого выбора у неё не было. Арти ушел и сделал это достойно. Он подошел к каждому, сказав слова благодарности и поддержки. Когда парень оказался рядом с Региной, она была вынуждена немного задрать голову вверх, чтобы посмотреть ему в лицо. Девушка только сейчас поняла, насколько тот был высоким. Не зря Саманта снимала с ним тик-ток под песню Ленинграда. Рядом с ним действительно ощущаешь себя будто бы на фоне Эйфелевой башни.       — Спасибо за поддержку, я это очень ценю. Продолжай сиять, королева. Удачи и go little rock star, — Арти печально улыбался, смотря на неё сверху вниз, и девушка просто не могла не ответить ему тем же. Поддавшись вперёд, она обняла его плечи и положила голову на плечо. Ей было по-настоящему жаль расставаться с Артёмом на таком раннем периоде. Регина была уверена, что он ещё мог показать себя, но теперь ей оставалось только пожелать ему удачи и пообещать с нетерпением ждать его в следующем сезоне битвы.       Арти ушел не простившись только с Тамарой, и Марат не мог не сделать на этом акцент. Девушка только раздраженно закатила глаза и тихо фыркнула от такого «беспристрастного» ведущего. На месте Арти она бы обязательно сказала ему напоследок пару ласковых, но парень предпочел его проигнорировать и спокойно покинул Готический зал, чтобы скоро вернуться в него и доказать, что он — не слабак и уж точно в состоянии утереть всем им нос.

***

      Регина за последние несколько дней слишком много рефлексировала на тему того, почему она сдалась. Почему опустила руки, когда обещала самой себе бороться до конца? Девушка долго копалась в себе, пытаясь найти ответы на многочисленные вопросы, когда тот был на поверхности. И, если бы Лаболас не оказался рядом, не помог бы ей выбраться из этого лабиринта, который она воздвигла собственными руками, Регина бы никогда не нашла из него выход.       — Титаник? Ты серьёзно? — спросил демон, материализовавшись на диван с права от неё. Девушка не обратила на его внезапное появление никакого внимания, уже давно привыкнув, что тот мог объявиться в любой момент. Она только ещё ближе поджала колени к груди и сделала новый глоток вина из горла зелёной бутылки.       — Я всё пытаюсь понять, почему Роуз не подвинулась на этой чертовой деревяшке и не спасла Джека. Ведь если бы она это сделала, они бы оба выбрались и жили ещё очень долго и счастливо, — остановив фильм на том самом моменте, где камера брала крупным планом лицо уже замёрзшего Джека, который продолжал цепляться за плот, Регина повернулась к Лаболасу, который уже должен был издевательски смеяться. Он ведь демон, и в его душе нет места чувствам, поэтому её вопрос сто процентов показался ему слишком наивным и по-детски глупым, но девушка, посмотрев в серьёзное лицо своего хранителя, не увидела в нём того, чего ожидала. Лаболас был слишком задумчив для того, кто обычно предпочитал на всё отвечать насмешкой.       — Если бы он забрался на плот, то утонули бы они оба. Своей смертью Джек позволил жить дальше своей любимой. Пусть уже и без него, — Регина ещё никогда прежде не слышала, чтобы демон рассуждал с такой серьёзной интонацией о такой несерьезной вещи, как фильм. Складывалось ощущение, что он как будто бы вложил в ответ на её вопрос какой-то только одному ему понятный смысл, разгадать который Регине было на данный момент уж точно не под силу. Лаболас ведь всё-таки демон. Он не будет просто так толкать такие речи с настолько серьёзным лицом. — На нём её жизнь, как мы все знаем, не закончилась, — продолжал Лаболас, вгоняя девушку в ещё большее непонимание. На лице маленького мальчика, в его черных глазах на секунду проскользнуло что-то очень сильно напоминающее печаль, и Регина не могла поверить в то, что стала свидетельницей такого редчайшего явления, как проявление демоном хоть каких-то настоящих эмоций. До этого момента она была плотно убеждена в том, что он на это не способен.       — Зачем ты мне всё это говоришь? Это ведь был просто глупый риторический вопрос, — делая глоток вина и ставя бутылку на пол, спросила девушка. Ей бы, наверное, стоило идти лечь спать, чтобы на завтрашних съёмках не выглядеть опухшей и с синяками под глазами уродиной, но её душа требовала задушевных разговоров, а не очередной порции кошмаров. Лаболас был единственным, с кем она могла поговорить не боясь ляпнуть чего-нибудь лишнего, потому что тот и так знал о ней всё, а Регине сейчас как никогда прежде нужен был кто-то, кто понимал её лучше, чем она сама, и мог помочь ей выбраться из того тупика, в который девушка себя загнала.       — Ты же сама прекрасно знаешь ответ на свой вопрос, — демон подпер щеку маленьким кулачком и посмотрел на неё своими глазами, в которых плескался первобытный хаос. Эмоция, которая проскользнула в них, ушла также быстро как и появилась. Теперь это вновь был привычный язвительный Лаболас, который не собирался давать ей ответы так просто. Он хотел, чтобы она пришла к ним сама, но, видя в её взгляде совершенное непонимание, решил подсказать. — Ты слишком устала, королева. И поэтому хочешь сдаться, хоть и понимаешь, что если сделаешь это, то от тебя быстро не оставят ничего. Но на одном нахальном вампире жизнь не заканчивается. Это просто очередное препятствие, которое ты перепрыгнешь и пойдешь дальше. Ты ведь хочешь идти дальше? — спросил демон, и Регина поняла, что тот снова был прав.       Она ведь и правда слишком устала от этой постоянной борьбы. Её уже давно сожрали мысли о том, что нужно как-то продолжать держаться на плаву, что нужно сохранить и приумножить всё то, что у неё есть. С этим она просыпалась, с этим же и ложилась в постель на протяжении всего того времени, что девушка себя помнила. Наверное, пришло то время, когда всё это перешло за ту грань, которую Регина сумела бы выдержать. Она, наверное, и правда настолько измотала себя этой борьбой, что и не заметила, как это превратилось в образ жизни. Просто упустила тот момент, когда стала не жить, а выживать, отстаивая своё место под солнцем.       Артём не стал первопричиной тому, что девушка сдалась. Вампир просто заставил её поверить в то, что она сломалась и больше не может продолжать. Это была ложь, которую девушка разглядела не сразу, хотя Регине всегда казалось, что в этом мастерстве ей равных нет. Артём не первопричина. Он — лишь катализатор, запустившись уже давно необратимую реакцию. Последнее домино, которое упало на ковер, окончательно сломав долго и упорно выстроенную цепочку. Финальный гвоздь, который плотник со всей силы забил в крышку её гроба. Причина была не в том, что Регина не по своей воле привязалась к нему и не представляла, как жить дальше, а в том, что она просто слишком устала бороться. Уже давно было пора принять ситуацию такой, какой та была, раз ничего исправить не получилось, и отпустить. Девушка знала, что сделать всё и сразу у неё не выйдет. Что всегда нужно начинать с малого, поэтому она решила положить этому начало именно сейчас.       — Я хочу идти дальше, — её голос не дрожал. В нём не было и капли сомнения, чему Лаболас не мог не усмехнуться. Всё-таки он правильно сделал, когда нарёк её королевой. Пусть слабой, пусть сломленной, но никогда не сломанной до конца и всегда возвращающейся на место, которое было предназначено ей с самого рождения. — Я так устала бояться самой себя, своего прошлого. Мне нужно научиться принимать его таким, какое оно есть, ведь ничего изменить уже нельзя. Помоги мне, — Регина впервые открыто и вслух просила кого-то о помощи. Раньше девушка никогда бы не пошла на этот шаг, но теперь она понимала, что пришло время перемен. Её сердце и израненная кровоточащая душа требовали их. Они были ей просто необходимы, поэтому открытая просьба о помощи стала первым шагом на её новом жизненном пути.       — Какой именно помощи ты от меня хочешь? — уточнил демон, где-то очень глубоко в том эфемерном месте, которое простые смертные называли душой, испытав чувство гордости за свою подопечную. Лаболас редко когда ошибался, ещё реже признавал собственные ошибки, но сейчас он откровенно понимал, как сильно облажался, сделав ставки на какого-то самовлюбленного вампира, который игнорировал все его советы и поступал с точностью да наоборот, а не на свою королеву.       — Я хочу распечатать силу. Она — часть меня, и я слишком долго бегала от неё и отказывалась принимать. Я хочу научиться контролировать её и использовать во благо самой себе. Помоги, научи меня этому.       Регине было страшно. В голове, не смотря на то, сколько прошло лет, до сих пор мелькали чересчур яркие картинки, которые демонстрировали, что сила не даётся просто так. За неё всегда нужно будет платить, причем с огромными процентами, которые микрокредитным организациям даже не снились. Девушка помнила, какой животный страх испытала, когда та внезапно попыталась выйти наружу без её ведома, но сейчас она была готова закончить эту главу своей истории и начать писать новую, в которой уже не будет страха за собственную жизнь. В ней не будет отчаянья и паники, потому что Регина слишком устала бояться саму себя.       — Хорошо, — Лаболас согласно кивнул, мысленно довольно улыбаясь, что всё сложилось пусть и не совсем так, как он изначально планировал, но тоже довольно-таки неплохо. Если девушка не струсит в последний момент и всё же примет силу, от которой так долго и старательно убегала, то с ней будет даже веселее. Он поможет ей научиться работать с ней, и они вместе поставят вампира на колени.       Лаболас — один из сильнейших демонов, граф Преисподней, и он не прощает неповиновения и ошибок.       Регина повернулась к демону спиной, спустив одну лямку ночного шелкового халата, давая тому возможность прикоснуться к печати, что была выжжена на её лопатке. Когда пальцы Лаболаса дотронулись до неё, по всему телу девушки прошелся разряд электрического тока, парализовавший все конечности. То место, где была печать, как будто бы обожгло огнём. Она прежде ни разу в своей жизни не испытывала такой боли. Регина не знала, с чем могла бы сравнить эти ощущения. Наверное, именно это испытывали те несчастные женщины средневековья, когда их привязывали к столбу на центральной площади и поджигали. Они горели заживо и проклинали весь мир. Регина сгорала изнутри и ненавидела только себя, потому что поддалась страху и позволила тому на долгие годы отрезать от себя что-то очень важное.       Ей было больно настолько, что на глазах выступили слёзы, а зубы вновь прикусили щеку до крови. Ей было больно, но девушка терпела, потому что знала — скоро это закончится, и она будет свободна хотя бы от одной из своих оков. Ведь будет свободна, правда? Всё ведь получится? В голове Регины внезапно возникли сомнения, которые быстро начали разрастаться и, как вирус, вклиниваться в её уверенность в собственных действиях и менять их на страх.       Ничего не изменится. Всё останется так, как было прежде, если не станет ещё хуже. Она будет снова тонуть в огромном вязком болоте, только теперь к прежнему грузу добавиться дар: непредсказуемый, неконтролируемый, сводящий с ума. Он не подарит ей свободу. Только смерть. Как и её отцу, который сошел с ума из-за призраков, что слетались на него, как насекомые на свет лампы. Они сопровождали его везде, неразборчиво кричали, пытаясь что-то сказать, но он не понимал их. Потому что не хотел.       Её отец мечтал о спокойной размеренной жизни в кругу семьи, но сила решила всё за него. Выбрала и обрекла на смерть, потому что тот отказался принимать её дары. Когда голоса в голове стали совсем невыносимыми, он пустил себе пулю в висок на глазах у шестилетней Регины, которая оказалась не в то время и не в том месте. Она видела брызги крови, которые расползлись по стене и полу. Смотрела на то, как его глаза остекленели, а тело мешком свалилось вниз, и не могла ничего сделать. Только кричать, плакать и звать на помощь. Девочка понимала, что папе уже никто не в состоянии помочь, но наотрез отказывалась в это верить. Потому что это был единственный человек в их проклятой и отвергнутой всеми богами семье, который был ей по-настоящему дорог. Наверное, она его даже любила, только это светлое чувство быстро затерялось в терновом лабиринте из страхов и боли.       — Хватит, хватит! Прошу, перестань! Я не хочу этой силы! — Регина попыталась отстраниться от демона, который продолжал держать свою ладонь на её лопатке, но тело не смогло двинуться даже на сантиметр. Девушка не сдалась и попыталась во второй раз, но теперь её тело пронзила очередная волна боли. Она заплакала не в силах совладать с нахлынувшими эмоциями и продолжала молить Лаболаса остановиться. Но демону было всё равно на её мольбы. Он продолжал делать то, что должен. То, что по его мнению было правильно.       — Региша, милая, всё в порядке. Ты справишься, — перед глазами возник одинокий призрак, который плавно подплыл к обессиленной девушке, мягко и по-отечески ласково смахнув очередную слезу с её щеки большим пальцем. То место, по которому еле осязаемым движением провел призрак, будто обдало ледяной водой. Это на секунду привело Регину в чувство, и она смогла приоткрыть плотно зажмуренные до этого глаза.       — Папа? — девушка не помнила его лица, потому что то уже давно стёрлось из памяти, а мать не хранила дома ни одной его фотографии, выбросив всё после его смерти, но его нежный и с лёгкой хрипотцой голос она не забывала ни на секунду, ведь это был единственный голос, в котором не было ненависти или пренебрежения по отношению к ней.       — Да, это я, моя милая. Слушай мой голос и дыши. Ты всё сможешь, ты всё преодолеешь, потому что ты очень сильная. Ты самая сильная девочка, которую я когда-либо знал. Я так горжусь тобой, моя милая. Я так сильно люблю тебя, дочка. Прости, что ушел и оставил тебя одну, но теперь я всегда буду рядом, — Регина слушала его голос и глубоко дышала, безукоризненно следуя советам, которые давал ей призрак отца. Он говорил ей ещё много слов, от которых сердце девушки, впервые за долгое время ощутившей искреннюю и бескорыстную заботу и любовь, болезненно сжималось, а по щекам текли слёзы. Только это была уже не реакция на боль. Это были слёзы счастья.       — Не бросай меня больше, пожалуйста, — находясь как будто бы в бреду, шептала девушка, прижимаясь ещё ближе к бестелесному телу отца. Призрак мужчины гладил её по угольно-чёрным волосам, убирая прилипшие ко лбу мокрые пряди, обнимал, и боль, что испытывала Регина от высвобождения силы, которая была заперта в ней слишком долго, начала постепенно уходить.       — Обещаю, — стоило девушке только услышать эти слова, вселившие в её уже давно разбитое и склеенное по несколько раз сердце надежду, как боль окончательно отступила. Вместо неё пришло полное умиротворение и спокойствие, которого она не ощущала уже очень давно. И Регина улыбалась. Искренне и счастливо, потому что та деталька, что слишком долго не вставала на своё место, оказалась там, и девушка наконец-таки почувствовала, что она полностью свободна.

***

      На пятое своё испытание Регина шла в смешанных чувствах. Это ведь первый раз, когда девушка будет проходить испытание без помощи Артёма, а сама. Сама. Она до сих пор не верила, что её сила оказалась на свободе, но чувство наполненности и прилив энергии, которой у неё никогда не было, говорил сам за себя. Лаболас успел дать ей всего несколько уроков, и Регина смогла усвоить только какие-то самые банальные азы, которые знала и до этого. Демон обещал не бросать её на сегодняшнем испытании и помочь пройти его, если у неё что-то пойдет не так, а девушка была практически на все сто процентов уверена, что пойти не так может просто всё что угодно.       — Регина, добрый день. Вы, как всегда, очаровательно выглядите, — когда она села за стол, на котором было разложено семь фотографий, поприветствовал её Андрей. Регина быстро пробежалась взглядом сначала по фото, затем по трём людям, сидящим справа от ведущего, и только потом перевела взгляд на Кислицина, который в данный момент интересовал её меньше всего. Ей было очень жаль, что своё первое самостоятельное испытание она вынуждена проходить с ним, а не с Ильёй или Забавой. Андрей сейчас по любому будет докапываться до всего, задавать кучу ненужных вопросов и сбивать, а девушка из-за этого будет ещё больше нервничать и точно скажет что-нибудь не то.       — Здравствуйте, — коротко поприветствовала ведущего Регина и, послушав свою задачу на сегодня, приступила к испытанию.       Определить, кто из этих людей жив, а кто — мёртв, оказалось самым лёгким. Регине даже показалось, что она могла бы установить последовательность смертей, но, побоявшись ошибиться, рисковать не стала и ограничилась самой первой смертью, которая и потянула за собой все остальные.       — Это вы, — девушка положила перед женщиной лет сорока с уже знатно отросшими окрашенными волосами, её детскую фотографию. — А вот это вы, — она проделала всё тоже самое, только с лысым мужчиной примерно одного с первой героиней возраста. — Вас здесь нет. Вы как-то связаны с этими людьми, скорее всего по крови, но то, что произошло с ними, вас не коснётся, — Регина посмотрела в глаза женщине, зажатой между героями, фотографии которых она безошибочно определила, и успокаивающе улыбнулась. Где-то на задворках сознания Лаболас довольно хмыкнул, и девушке даже показалось, что он сказал «молодец».       — Регина, вы можете сказать, что именно случилось с этими людьми? — кинув на ведущего ироничный взгляд, ясновидящая ухмыльнулась. Нет, блин, она просто посидеть, чай попить сюда пришла, а не загадочные смерти расследовать.       — Я могу взять вашу руку? — проигнорировав вопрос Андрея, спросила девушка у женщины, которую, как позже выяснилось, звали Елена. Та дала своё согласие, и Регина чуть ли не вцепилась в её ладонь своими длинными чёрно-красными ногтями. Она даже не подумала, что героине может быть больно, но, когда ореховые глаза скользнули по её лицу, и заметили, как та скривилась, девушка ослабила хватку. — Друзья ваши. С детства вместе. Росли, по заброшкам бегали, на речку с тарзанки прыгать ходили. А она, — Регина ткнула пальцем в девушку, которую по её мнению довели до самоубийства, — плавать не умела и воды боялась, но всё равно ходила. С берега на вас смотрела и говорила, что лучше сама себя убьёт, чем в воду зайдет. В речку так ни разу и не зашла, а всё равно повесилась.       Девушка рассказала несколько фактов, что шли ей в виде размытых видений, про каждого умершего из компании. Даже увидела детский шуточный ритуал на крови, который должен был на вечно связать трёх закадычных подруг.       — Вы «Бригаду» пересмотрели что ли? — пошутила она, после того, как Лена подтвердила, что такое действительно было. Это немного разрядило гнетущую атмосферу, что повисла в комнате, и Регина продолжила работать.       Девушка постаралась выжить из себя всё, что только могла, лишь бы только не ударить в грязь лицом. Регина держала одну из героинь за руку и всё говорила и говорила, стараясь уцепиться за любое видение, которое ей посылали. Лаболас, стоящий за её левым плечом, каждый раз, когда девушка в чём-то сомневалась, как заведенный повторял, что она идет в правильном направлении, что всё хорошо. Регине было приятно получать такую неожиданно большую порцию поддержки со стороны демона. Она, если честно, не ожидала от него такого. Думала, бросит её на половине пути, а он остался, так ещё и помогал. Какой же всё-таки странный и непредсказуемый демон.       Когда Регина только зашла в павильон для съёмок, на глаза ей тут же бросился фантом Артёма, который спокойно стоял около доски, где были показаны фотографии. Стоило девушке только приступить к испытанию, как он начал без остановки накидывать версии своего хозяина. Фантом магии вампира не помогал, как это было обычно, а только раздражал своим присутствием и мешал. Регина всеми силами попыталась абстрагироваться от него, и на какой-то период времени у неё это даже получилось, но стоило ей начать смотреть вглубь проблемы этих людей, как он буквально с ноги вынес весь ментальный купол, которым накрыл её Лаболас, и с утроенной силой начал пытаться пропихнуть свою версию случившегося.       — Убери его, — мысленно практически прошипела свою просьбу девушка, на что демон только довольно усмехнулся, и буквально в следующую секунду фантом магии вампира исчез, как будто бы его никогда и не было. Регина облегченно выдохнула. — Спасибо, — всё также ментально поблагодарила она. Лаболас только спокойно кивнул, но язвительную усмешку скрывать не стал.       После того, как мешающий и теперь уже совершенно ненужный помощник исчез, работа пошла спокойнее. Регина больше не отвлекалась на мельтешащий перед глазами облик того, кого она хотела меньше всего видеть. Девушка постаралась нащупать истинную причину того, что стало с Таней, с которой началась череда смертей, но ей приходили только какие-то совершенно не связанные между собой видения. Она напряглась изо всех сил, пытаясь совместить всё это в единую картину, но у неё ничего не вышло. Только разболелась голова, а из носа пошла тонкая струйка крови, которая испачкала стол и одну из фотографий.       — Здесь точно какое-то проклятье, но я не могу понять, в какой момент оно появилось. Мне идут образы разрушенной церкви, кладбища и обрыва. Как будто бы Таня взяла откуда-то из этих мест проклятый предмет и тем самым навлекла проклятье сначала на себя, а потом и на самых близких себе людей. Я в теме порчи и тому подобного не слишком сильна, поэтому, наверное, это всё, что я могу сказать.       Андрей попытался переубедить её и попробовать понять, как все эти видения связаны между собой, и Регина бы правда попыталась ещё раз, если бы не Лаболас, который сказал, что с неё на сегодня достаточно. Девушка хотела было воспротивиться, но, увидев насупившегося демона и услышав в его голосе приказные нотки, решила не испытывать судьбу и сделала так, как он велел. Всё-таки в магии тот явно разбирался куда лучше неё, поэтому раз сказал хватит — значит хватит. Она ведь пообещала ему четко быстро и без всяких возражений выполнять все его слова.       — Ты неплохо справилась для первого раза, — скупо похвалил её Лаболас, когда Регина уже села в машину и отъехала от съёмочной площадки. Из носа продолжала сочиться кровь, но девушка не обращала на это внимания. На её лице сияла довольная улыбка, ореховые глаза сверкали от счастья и гордости за саму себя.       — У меня, чёрт возьми, получилось! — радостно воскликнула она, не отрывая взгляда от дороги.       — Ты поаккуратней с выражениями, — в шутку пожурил её демон, но Регина на его слова только рассмеялась, запрокидывая голову назад и упираясь затылком в сиденье. Ей было уже плевать на все его язвительные подколы. Она сумела обуздать сначала собственный страх, а потом и силу, направив ту в нужное русло. Она самостоятельно прошла испытание. Она, черт возьми, справилась. И обычно самокритичная, вечно ищущая недостатки Регина впервые за всю свою жизнь была полностью довольна собой и своей работой.

***

       Пустая квартира, хозяйкой которой уже давно стала тишина. Везде был выключен свет, а окна открыты нараспашку. Ветер с улицы раздувал молочные шторы и гулял по всей квартире в виде сквозняка. Регина сидела в кромешной темноте на кровати, вертя между пальцев коробку со снотворным. Девушка собиралась лечь спать, потому что время уже давно перевалило за полночь, поэтому руки сами собой потянулись к ящику тумбочки, где одиноко лежало лекарство, спасающее её от бессонницы уже который год. Она уже хотела по привычке выпить пару таблеток и лечь спать, но в последний момент остановилась.       Регина ведь начала новую жизнь и поставила себе цель избавиться от всего того, что тащило её на дно в старой. Может быть стоило сделать ещё один шаг на этом пути, и выбросить это чертово снотворное? Девушка была четко убеждена в том, что не сумеет без него заснуть, но почему тогда веки так наливались свинцом и грозили закрыться сами собой в любую минуту? Почему тело и мозг твердили ей о том, что она сейчас слишком измотана после испытания и провалится в такой нужный сон без каких-либо подручных средств?       Она зависима от снотворного — Регина признала этот факт уже давно, так почему бы не попробовать избавиться ещё от одной вещи, что отравляла ей жизнь? Лекарство ведь уже давно не действует так, как нужно. Оно просто не работало, давая только эффект плацебо. Девушка убедила сама себя в том, что не сможет без него спать. Сама воткнула в себя эту иглу, превратившись в зависимую наркоманку. Пришло время самой же с неё и слезть.       Где-то в коридоре зазвонил дверной звонок. Регина не обратила на него никакого внимания, слишком увлеченная собственными мыслями. Но звонок повторился, а после раздался настойчивый стук. Кто-то в подъезде со всей дури лупил кулаком по её двери, и только этот громкий звук сумел вывести девушку из собственных мыслей. Она встряхнула головой, прогоняя наваждение, и, больше не раздумывая ни секунды, убрала снотворное как можно дальше в тумбочку. Регина решила, что лучше проведет несколько дней без сна, а организм побудет в невыносимой ломке, и потом постепенно привыкнет, чем в который раз подкормит свою зависимость. Хватит, она слишком от всего этого устала.       — И кого там нечистая на ночь глядя принесла? — заведя руку с перцовым балончиком за спину, Регина подошла к двери и слегка поднялась на цыпочки, одним глазом смотря в глазок. Там стоял Артем. — И что тебе нужно? — приоткрывая дверь, поинтересовалась девушка, недовольно складывая руки на груди. С каких это пор он обнаглел настолько, что мог заявляться к ней в такое время да еще и без приглашения?       — Я писал тебе о том, что мне нужно восполнить силы и поработать с демоном. Ты не отвечала.       — И поэтому ты решил заявиться ко мне? Не подумал, что я просто не хочу с тобой разговаривать? — перебив вампира, спросила она и равнодушно вгляделась в его лицо.       Артем выглядел измотанным, и сердце девушки на секунду дрогнуло. В голове всплыли воспоминания о том, как он целовал её, как сжимал ребра до синяков. Регина бы соврала самой себе, если бы сказала, что не хочет повторить эти ощущения. Хочет, ещё как хочет, но делать этого было нельзя. От ненужной привязанности следовало избавляться быстро, выжигая всё, не оставляя даже пепла, чтобы на месте него та не проросла опять. Девушка понимала, что это будет больно, но в её жизни было слишком много боли, чтобы она не вытерпела ещё одну.       — Ты всегда отвечаешь быстро, и я подумал, что могло что-то случиться.       Когда Регина не отвечала ему на протяжении двух часов, у Артема в голове проскальзывали различные мысли на этот счет, но в итоге победили картинки из его слишком реалистичного сна, где она лежала в ванной со вскрытыми венами, а он стоял и ничего не мог с этим поделать. Вампир не выдержал и сорвался из дома около полуночи, наплевав на космические цены на такси. Артём испугался того, что своими импульсивными действиями мог переборщить и заставить её пойти на что-то поистине страшное.       Регина ведь соткана из противоречий. Пустая внутри, она слишком быстро шла на поводу у эмоций, усиливая те во множество раз. Делала вид, что у неё всё в порядке, когда на самом деле находилась на самом дне. Притворялась королевой, когда на самом деле была лишь маленькой девочкой, которой, не смотря на огромное везение во всех сферах деятельности, не повезло в главном — в жизни. И Артем искренне боялся, что та снова вытворит что-то из рук вон, а причиной для этого станет не кто иной, а он сам.       — Я спала, — соврала девушка, отводя взгляд в сторону. Она не понимала, почему до сих пор с ним разговаривала, когда надо было вообще не открывать дверь или захлопнуть её прямо перед его носом. Но Регина просто стояла в дверном проеме и продолжала вести диалог, в котором не было никакого смысла. Она ведь уже давно всё для себя решила.       — Я давно выработал иммунитет к твоей лжи, — Артём улыбнулся, смотря на то, как девушка прикусывает щеку изнутри. Эта привычка до сих пор продолжала вызывать в нем умиление, и причиной этому стало то, что этот жест был присущ только ей. — Впустишь? — Регина уловила в его интонации скрытую надежду.       Сердце вновь забилось с утроенной силой, а тело так и порывалось отойти в сторону и освободить вампиру проход, впустив его в квартиру. Девушка сдерживала эти порывы оставшейся в ней силой воли, потому что понимала — если сделает это, то не сдержится, и события той ночи повторятся вновь, и она уже никогда не сможет вырваться из этого порочного круга. Если уж решила сжигать все мосты, то делать это стоило прямо здесь и сейчас.       — Нет, — отрезала она, сжимая в заведенной за спину руки перцовый балончик. — Мне больше не нужна твоя помощь, поэтому все договоренности аннулируются, — Регина взялась за ручку двери и уже собралась захлопнуть её, когда на холодную ладонь легла еще более холодная рука вампира.       В ней что-то изменилось — Артём почувствовал это сразу же, как девушка открыла дверь. В ореховых глазах исчезла пустота и отрешенность, а вместо них пришел лихорадочный блеск. Лицо больше не выглядело усталым и измотанным. Кожа перестала быть мертвецки бледной, и на щеках даже, пусть и с трудом, но угадывалось присутствие здорового румянца. Она изменилась не только внешне, но и внутренне. Энергия, которая обычно находилась на грани между нулём и минусом, буквально била из всех щелей, снося его своей необузданной волной. Девушка выглядела совершенно здоровой и непривычно счастливой, а ещё в ней чувствовалась сила, которая прежде была еле ощутимой. Артём не был глупцом и быстро сложил два и два, наконец-таки найдя ответ на вопрос, почему его магия развеялась раньше, чем выполнила своё предназначения. Регина переступила через собственный страх и решилась освободить силу, из-за которой буквально неделю назад пребывала чуть ли не на грани нервного срыва. Она либо была самонадеянной идиоткой, возомнившей о себе гуру эзотерики, либо совсем отчаялась, раз решила прибегнуть к крайнему методу. И Артём не знал, что из этого было хуже.       — Что-то случилось? Ты отказалась от моей помощи. Ты настолько устала от проекта и захотела уйти? — девушка застыла, как каменное изваяние. Ей так и хотелось бросить ему прямо в лицо ядовитое «ты случился», но вместо этого только сильнее прикусила щеку.       Вместе с этим желанием пришла и злость. Неужели он думает, что она без него ничего не стоит? Неужели считает, что без его помощи она пойдет ко дну сразу же? Неужели видит в ней настолько слабую соперницу? Регина понимала, что своими же руками вылепила такой образ, но теперь, когда из нее буквально била сила, ей захотелось доказать обратное. Мысли о том, что она никогда не будет лучше него, не будет отсвечивать и мешать, ему ушли в прошлое. Девушка твердо для себя решила во чтобы то не стало, доказать этому вампиру, что способна на куда большие результаты, чем он о ней думает.       — Я не уйду, — холодно ответила Регина, убирая руку и стараясь игнорировать его насмешливый, полный сомнений взгляд. — Я — Регина Барская, и теперь я буду работать одна, — девушка захлопнула дверь и быстрым шагом, который в любой момент мог сорваться на бег, покинула коридор, всеми силами заставляя себя не оборачиваться, чтобы окончательно не слететь с катушек и не прыгнуть ему на шею.